Глава 78 Дейнерис - Королева Драконов

      — Скорпионы их не спасут, — заявила Дейнерис, обводя фиалковыми глазами северных лордов и леди, собравшихся в военном шатре. На дубовом столе были разложены карты Харренхолла и его окрестностей, отягощенные кинжалами и кубками с нетронутым вином. — Я сам возглавлю атаку. Каннибал быстро справится с их обороной, и как только ворота падут, ваши войска смогут штурмовать замок.       Леди Дейзи Мормонт шагнула вперед, положив руку на эфес своего меча. — А что насчет короля Джейхейриса? Разве мы не должны дождаться его и Рейникс?       На губах принцессы заиграла понимающая улыбка. — Мой племянник скоро присоединится к нам, но нам не нужны два дракона, чтобы справиться с тем, что осталось от львов и оленей. Она провела пальцем по очертаниям Харренхолла на карте. — Эйгон Завоеватель разрушил эти самые стены с помощью одного только Балериона. Каннибал более чем способен сделать то же самое.       Ее взгляд упал на лорда Эддарда Старка, который молча стоял у края стола. На его лице застыла маска северного стоицизма, но легкая дрожь в руках, когда он вцепился в край стола, выдавала его внутреннее смятение. Известие о признании Лизы Аррен в том, что она отравила Джона Аррена по приказу Мизинца, сильно потрясло его. Джон Аррен был ему как отец, и это предательство глубоко ранило его.       — Лорд Старк, — тихо сказала Дейенерис, — ваши люди готовы?       Нед выпрямился, отгоняя от себя личное горе. — Двадцать тысяч северян и пятнадцать тысяч из Речных земель, все ждут вашего сигнала, ваша светлость.       — Хорошо. Тогда на рассвете.

***

      Утренний воздух был теплым, когда Дейнерис парила над облаками на спине Каннибала. Черная чешуя ее дракона поблескивала в лучах утреннего солнца, его массивные крылья отбрасывали подвижные тени на землю внизу. Когда они спустились, из утреннего тумана проступили огромные очертания Харренхолла — монстра из расплавленного камня и искривленных башен.       От открывшегося перед ней зрелища у нее перехватило дыхание. Слоны Золотых Мечей выстроились вдоль стен, их массивные тела были покрыты искусной стальной броней, которая, должно быть, стоила целое состояние. Вдоль зубцов стены выстроились скорпионы, их смертоносные стрелы были нацелены в небо. Внизу, как муравьи, сновали солдаты, их доспехи отражали утренний свет — золотые плащи, красные накидки и отличительные золотые шлема.       — Вы готовитесь к встрече с драконами, не так ли, лорд Тайвин? — Пробормотала Дейнерис, и на ее лице появилась свирепая ухмылка. — Давай посмотрим, насколько хорошо это сработает.       Она заставила Каннибала резко нырнуть, ветер развевал ее серебристые волосы. Первый залп скорпионьих стрел пронесся мимо них, черные стрелы на фоне бледного неба. Принцесса переместила свой вес, и Каннибал откатился в сторону, с привычной легкостью уклоняясь от смертоносных снарядов.       — Сбей его! — Отчаянные крики долетали до нее даже с такой высоты. — Сбей зверя!       Дейнерис наклонилась вперед, ее голос был чистым и сильным. — Дракарис!       Ответный рев Каннибала сотряс камни Харренхолла, когда из его пасти вырвалось зеленое пламя. Ближайшие «скорпионы» исчезли в адском пламени, их экипажи едва успели вскрикнуть, прежде чем превратились в пепел. Дерево раскалывалось, металл плавился, и люди гибли, когда драконий огонь проносился по зубчатым стенам.       Резко наклонившись, чтобы избежать очередного залпа стрел, Дейнерис заметила внизу главные ворота. Они были массивными, из древнего дуба, укрепленного сталью, — грозные против любой обычной армии, но ничто перед драконьим пламенем. И все же оставшиеся скорпионы представляли угрозу, которую она не могла игнорировать. Один удачный выстрел мог положить конец всему.       Каннибал развернулся для очередного паса, его крылья создавали мощные порывы ветра, от которых солдаты спотыкались. Воздух наполнился еще большим количеством стрел-скорпионов, но теперь их было меньше, и они были менее скоординированы. Обороняющихся охватил страх.       — Пора показать им, почему они назвали тебя Каннибалом, — прошептала принцесса своему дракону. Они снова нырнули, на этот раз быстрее, почти вертикально. Мир превратился в размытое пятно из камня, стали и кричащих людей. Драконий огонь вспыхнул еще раз, и еще один ряд скорпионов исчез в зеленом пламени.       Внизу бронированные слоны начали паниковать, их трубные звуки усиливали хаос. Некоторые из них вырвались из рук своих погонщиков и вслепую бросились в атаку на собравшиеся войска. Тщательно выстроенные порядки превращались в хаос.       Дейнерис позволила себе на мгновение ощутить удовлетворение. Дисциплинированная армия Тайвина рассыпалась у нее на глазах. Оставшиеся скорпионы были рассеяны и изолированы и больше не представляли серьезной угрозы. Теперь она могла сосредоточиться на их настоящей цели.       Она направила Каннибала к главным воротам, готовясь к последней, сокрушительной атаке. Перед ними замаячили массивные двери, а за ними, как она знала, ждали объединенные армии Севера и Речных Земель, готовые вновь провозгласить победу для Дома Таргариенов. — Дракарис!       Зеленое пламя охватило древние ворота, и воздух наполнился звуком раскалывающегося дерева и плавящегося металла. Сквозь пламя Дейнерис уже могла слышать боевые рога армии северян, возвещающие о наступлении. Скоро Харренхолл падет, точно так же, как триста лет назад пал под властью Эйгона.       И она знала, что где-то на юге приближаются Джейхейрис и Рейникс. Но к тому времени, когда прибыл ее племянник, она намеревалась превратить оборону замка в руины. Пусть никто никогда не скажет, что Дейнерис Таргариен нуждалась в чьей-либо помощи, чтобы победить своих врагов.       — За дом Таргариенов, — прошептала принцесса и снова подтолкнула Каннибала вперед, навстречу огню, крови и победе.       Армия Ланнистеров       Ужасающий рев первого слона прорезал утренний воздух, как нож, заглушая даже крики горящих людей. Гарри Стрикленд в ужасе наблюдал, как массивный зверь поднялся на задние лапы, как дорогие пластины брони лязгнули друг о друга, когда он дико забился.       — Держите строй! — крикнул он, но его голос потонул в хаосе, когда все больше слонов начали впадать в панику. Погонщики, годами обучавшиеся управлять этими животными, с таким же успехом могли пытаться сдержать прилив.       Над головой промелькнула тень, за которой последовал ужасный рев. На зубчатых стенах вспыхнуло зеленое пламя, и воздух наполнился едким запахом горящей плоти. Ближайший к Стрикленду слон наконец вырвался из рук своих погонщиков, отбросив их в сторону, как тряпичных кукол. Его огромная туша прорвалась сквозь ряды копейщиков, стоявших позади него, раздавив десятки людей своими закованными в броню ногами.       — Семеро, спасите нас, — прошептал солдат рядом с ним, его лицо было бледным как молоко. — Мы не можем сражаться с этой тварью.       Прежде чем Стрикленд успел ответить, на стены обрушился еще один залп драконьего огня. Жар был невыносимым даже на расстоянии пятидесяти ярдов. Еще три слона нарушили строй, охваченные абсолютным ужасом. Дорогая броня, которая должна была защищать их, теперь работала против них, металл нагревался от пламени, что вызывало у них еще большую панику.       — Отступайте! — закричал кто-то. — Отступайте!       Стройные ряды Золотых Мечей, дисциплинированных наемников, которые никогда за всю свою историю не нарушали строя, начали колебаться. Люди, прошедшие через сотни сражений, бросали оружие и бежали. Зрелище горящих заживо собратьев, жар драконьего огня, а теперь еще и беснующиеся слоны — это было уже слишком.       У восточной стены особенно крупный слон, чьи доспехи светились красным от пламени, окружавшего его, бросился прямо на отряд копейщиков Ланнистеров. Погонщики зверя повисли по бокам, отчаянно пытаясь восстановить контроль, но с таким же успехом они могли пытаться остановить снежную лавину. Рев слона, полный боли и страха, эхом отразился от древних стен Харренхолла, когда он врезался в группу лучников, разбрасывая тела в разные стороны.       — Возьмите этих гребаных тварей под контроль! — Голос Кивана Ланнистера разнесся над хаосом, но это был бесполезный приказ. Еще один выпад дракона заставил еще больше зеленого пламени хлынуть каскадом вниз по стенам, и еще три слона вырвались на свободу, устремившись в разных направлениях сквозь плотные ряды солдат.       Сцена превратилась в настоящий хаос. Солдаты, которые стойко выдержали первую атаку дракона, теперь оказались зажатыми между ужасом сверху и паникой на земле. Людей топтали их же собственные войска, когда они пытались спастись от разъяренных слонов, в то время как другие были прижаты к стенам под напором бегущих тел.       — Стойте и сражайтесь, вы, трусы! — Капитан попытался сплотить своих людей, но его слова оборвались криком, когда слон, чьи доспехи теперь были полностью охвачены пламенем, прорвался сквозь его позиции. Укротители зверя уже давно покинули свои посты, оставив существо предаваться слепой панике.       Стоя у ворот, Тайвин Ланнистер с холодной яростью наблюдал, как рушится его тщательно спланированная оборона. Слоны, которых он заказал бронированными — за огромные деньги — теперь наносили его собственным войскам больше урона, чем мог бы нанести любой враг. Пятнадцать из двадцати пяти тварей были в бешенстве, их бронированные тела создавали препятствия для его войск.       — Мой лорд, — подбежал посыльный с лицом, перепачканным сажей, — люди отступают! Мы не можем удержать…       Его прервал рев дракона. На этот раз зверь устремился прямо к главным воротам. Солдаты бросились врассыпную, в слепой панике покидая свои посты. Даже самые закаленные ветераны дрогнули и побежали при виде огромного черного дракона, надвигающегося на них, в пасти которого уже виднелось зеленое пламя.       — Держите ворота! — Команда Тайвина потонула в звуке драконьего огня, ударяющегося о древнее дерево и сталь. Жара была невероятной — люди в двадцати ярдах от ворот упали на колени, их доспехи стали слишком горячими, чтобы к ним можно было прикасаться. Массивные дубовые двери, укреплявшиеся веками, с таким же успехом могли быть сделаны из пергамента еще до появления пламени дракона.       Ворота не просто сгорели — они расплавились. Сталь, словно вода, потекла по чернеющему дереву, и через несколько мгновений в центре появилась дыра, в которую могли бы пролезть десять человек в ряд. Дракон пролетел над ними, и еще один взрыв пламени еще больше расширил брешь.       Сквозь дым и хаос были слышны звуки боевых рогов северян. Армия, ожидавшая снаружи, вскоре должна была прорваться через разрушенные ворота, но к тому времени это уже не имело значения. Тщательно спланированная оборона Харренхолла уже превратилась в хаос.       Слон, с горящей шкуры которого теперь отваливались пластины брони, прорвался сквозь оставшихся защитников у ворот. Ужасные крики зверя смешались с криками людей, которых он топтал, создавая адский хор. За ним последовали еще два слона, чьи погонщики либо погибли, либо сбежали, что усугубило разрушения.       — Отступаем во внутренний двор! — Приказ поступил слишком поздно. Люди уже разбегались во все стороны, забыв о своей выучке перед лицом такого ужаса. Зрелище горящих заживо собратьев, неудержимого дракона наверху и обезумевших слонов внизу сломило их волю к борьбе.       Сквозь пламя и дым Тайвин Ланнистер стоял как статуя, наблюдая, как годы тщательного планирования и дисциплины испаряются за считанные минуты. Дракон совершил еще один выпад, на этот раз полностью разрушив то, что осталось от врат. Зеленое пламя осветило утреннее небо, отразившись в глазах Старого Льва, наблюдавшего, как рушится его защита.       Там, где стояли ворота, не осталось ничего, кроме искореженного металла и горящего дерева. За ним, сквозь дым и пламя, виднелись первые ряды северной кавалерии с обнаженным оружием, готовые ринуться в этот хаос.       Работа дракона была выполнена. Менее чем за полчаса он превратил оборону Харренхолла в горящие руины, превратил могучих боевых слонов Золотых Мечей в орудия разрушения, направленные против собственных войск, и открыл путь для наземной атаки. Зверь в последний раз пролетел над головой, его победный рев эхом отразился от древних камней Харренхолла.       Нед Старк       Нед Старк наблюдал, как зеленое драконье пламя прорвалось сквозь ворота Харренхолла, обнажив лед и сверкая в утреннем свете. Вокруг него двадцать тысяч северян и пятнадцать тысяч речников ждали, их дыхание было заметно в холодном утреннем воздухе.       — Таргариены открыли нам путь, — крикнул он, поднимая Лед. — За Север!       — ЗА СЕВЕР! — Боевой клич эхом прокатился по рядам, когда кавалерия северян ринулась вперед под предводительством Большого Джона Амбера и его сына. За ними следовала пехота, их сапоги грохотали по мерзлой земле.       За проломленными воротами виднелся настоящий хаос. Горящие слоны проносились сквозь ряды противника, их бронированные туши сокрушали все на своем пути. Воздух наполнился едким запахом горящей плоти и дыма, когда Нед направил своего коня вперед, в авангард.       Первое столкновение было жестоким. Кавалерия северян врезалась в спешно выстроенный строй копейщиков Золотых Мечей. Кони и люди закричали, когда сталь встретилась со сталью. Лед запел, когда Нед обрушил его на голову наемника, разрубив шлем и череп одним точным ударом. Горячая кровь брызнула на его доспехи, испаряясь в холодном воздухе.       Над ними взревел дракон Дейнерис, и еще одна волна зеленого пламени прокатилась по строю солдат Баратеонов. Люди с криками разбегались, их доспехи вплавлялись в плоть. Звуки их гибели еще долгие годы будут преследовать Неда во снах.       — Держите оборону! — Голос Гарри Стрикленда разнесся над хаосом, когда Золотая рота попыталась перестроить свои ряды. Горящий слон прорвался сквозь их позиции, прежде чем они успели это сделать, разбрасывая людей, как сломанных кукол. Броня зверя раскалилась докрасна, и крики тех, кого он сокрушал, смешивались с его собственным трубным воем в агонии.       Нед сразил еще одного наемника, затем еще одного. Годы войны научили его сражаться эффективно, каждый удар ледяного меча приносил смерть. Воины-северяне вокруг него продвигались вперед, используя хаос в своих интересах. Массивный меч Большого Джона поднимался и опускался, как мясницкий тесак, разбрасывая в стороны головы и конечности.       — Старк! Предатель! — Крик раздался слева от него. Рыцарь в цветах Баратеонов бросился на него, высоко подняв меч. Нед парировал удар и отразил контратаку, валирийская сталь Льда с одинаковой легкостью пробила пластинчатые доспехи и плоть. Туловище рыцаря соскользнуло с коня, но ноги все еще были в седле.       Над головой промелькнула еще одна тень, за которой последовало еще несколько вспышек драконьего огня. На этот раз пламя охватило группу отступающих солдат. К счастью, их крики были недолгими, когда зеленое пламя поглотило их, не оставив ничего, кроме пепла и расплавленной брони.       — Милорд! — Дейзи Мормонт пробилась к нему, ее булава была вся в крови и мозгах. — Они пытаются выстроить стену из щитов возле внутреннего двора!       Нед увидел это сквозь дым — отчаянную попытку оставшихся защитников выстроить линию обороны. Прежде чем он успел ответить, королева Дейнерис снова нырнула. Пламя Каннибала охватило формирующуюся стену щитов, превратив дисциплину в панику. Люди бросали щиты и бежали только для того, чтобы быть убитыми наступающими северянами.       Сражение становилось все более ожесточенным по мере того, как они продвигались вглубь замка. В одном углу Нед увидел, как офицер Золотых Мечей собирает своих людей для контратаки. Они успели сделать три шага, прежде чем бронированный слон, обезумевший от боли и страха, прорвался сквозь их строй. Тела разлетались, как листья во время бури, кровь окрашивала древние камни Харренхолла.       — За Речные земли! — Крик поднялся, когда Чёрная Рыба повел своих людей через очередную брешь, зажав группу солдат Ланнистеров в смертельные клещи. Сталь звенела о сталь, и мужчины умирали, проклиная или оплакивая своих матерей.       Копье отскочило от доспехов Неда, оставив царапину. Он повернулся и обрушил Лед на плечо копейщика, валирийская сталь рассекла ключицу и ребра. Мужчина упал, пытаясь удержать свои внутренности быстро слабеющими руками.       Тень дракона промелькнула снова, и воздух наполнился новыми криками. Группа наемников сорвалась с места и бросилась бежать, но была уничтожена людьми Карстарка. Запах горящей плоти теперь был повсюду, смешиваясь с медным привкусом крови.       — Милорд, смотрите! Кто-то указал на внутренний двор замка. Сквозь дым и хаос Нед разглядел Тайвина Ланнистера, организующего оборону вокруг главной крепости. Старый Лев стоял во весь рост, его золотые доспехи были забрызганы кровью, и выкрикивал приказы тем, кто остался от его людей.       Прежде чем они успели приблизиться, на поле боя появился еще один слон. С этого слона была снята большая часть брони, а шкура покрыта горящими лоскутами. Он напал на группу речников, раздавив пятерых человек, прежде чем кто-либо успел среагировать. Нед в ужасе наблюдал, как один из его людей был подхвачен хоботом чудовища и отброшен к стене с такой силой, что ломались кости.       — Вперед! — Голос Неда перекрыл шум битвы. — За Север! За короля Джейхейриса!       Его люди ответили ревом, устремляясь вперед сквозь кровавую бойню. Булыжники мостовой были скользкими от крови и даже чего-то похуже, из-за чего наступать было опасно. Лошади поскальзывались и падали, сбрасывая своих всадников в хаос. Тем не менее, наступление северян продолжалось.

***

      Звон стали эхом разнесся по двору Харренхолла, когда Бринден «Черная Рыба» Талли встретился лицом к лицу с Гарри Стриклендом, капитан-генералом Золотых Мечей.       — Тебе следовало остаться за Узким морем, наемник, — крикнул Талли, описывая клинком замысловатый узор вокруг своего противника. Рев дракона над головой подкреплял его слова, сопровождаемые криками, когда все больше солдат гибло в зеленом пламени.       Стрикленд, великолепный в своих золотых доспехах, украшенных черепами, ответил молниеносным выпадом. Черная Рыба парировал удар, от которого по его руке пробежала дрожь. Вокруг них бушевала битва, но два командира вели свою личную войну среди этого хаоса.       — Золотые Мечи не нарушает контракты, — ответил Стрикленд, после чего нанес удар, заставивший Чёрную Рыбу отступить на шаг. — Хотя я начинаю сомневаться в мудрости этого конкретного.       Их мечи снова встретились, сталь коснулась стали в смертельном танце. Бринден был более ловким из них двоих, его движения были экономичными и точными. Стрикленд компенсировал недостаток грации грубой силой и мастерством, каждый удар грозил сбить защиту противника.       Горящий слон с грохотом пронесся мимо их импровизированной арены, его бронированная туша раздавила нескольких солдат, которым посчастливилось оказаться у него на пути. Ни один из командиров не отвлекся, хотя жар от горящей брони зверя был настолько сильным, что его можно было почувствовать даже сквозь доспехи.       Стрикленд бросился вперед, нанеся несколько ударов, каждый из которых был направлен под разным углом. Блэкфиш отразил первые два, но был вынужден уклониться от третьего, лезвие прошло достаточно близко от его шлема, чтобы он услышал свист. Он парировал быстрый выпад в коленный сустав Стрикленда, но командир наемников как раз вовремя перенес свой вес.       — Для речного лорда ты сражаешься хорошо, — проворчал Гарри, опуская меч сверху вниз, и Чёрная Рыба поймал его на перекрестье гарды. От удара оба мужчины упали на колени.       — А ты хорошо сражаешься для наемника, — ответил Талли, одним плавным движением высвободившись и вскочив на ноги. Его следующий удар пришелся по наплечнику Стрикленда, оставив глубокую царапину на золотой пластине, но не нашел опоры.       Дракон снова пронесся над головой, и его тень на мгновение затмила их поединок. Зеленое пламя охватило ближайшую башню, а крики горящих людей стали адским фоном для их схватки. Теперь оба воина сильно вспотели в своих доспехах, как от огня, так и от напряжения.       Стрикленд предпринял еще одну атаку, его клинок двигался как в тумане. Бринден отступил, позволив своему противнику тратить энергию на изощренные атаки в поисках лазейки. Командир наемников был хорош, очень хорош, но в его движениях была определенная закономерность, которую ветеран–речник начинал понимать.       Их мечи снова скрестились, и они оказались лицом к лицу. — Ваши мечи распадаются, — процедил Черная Рыба сквозь стиснутые зубы. — Оглянись вокруг. Дракон сжигает твоих людей, а Север захватывает территорию.       — Золотые Мечи никогда не сдавались, — прорычал Стрикленд, надавив достаточно сильно, чтобы заставить Талли отступить на шаг. Его следующий удар вскрыл бы «речного лорда» от бедра до плеча, если бы попал в цель, но Чёрная Рыба предвидел это движение.       Обойдя защиту Стрикленда, Талли врезался бронированным плечом в грудь наемника. Оба противника споткнулись, их доспехи зазвенели, когда они пытались сохранить равновесие. Стрикленд пришел в себя первым, его клинок прорезал неглубокую бороздку в наплечнике Чёрной Рыбы, пролив первую кровь.       Боль только обострила внимание Талли. В десятках сражений ему приходилось сражаться и похуже. Его контратака была идеально рассчитана — три быстрых удара, за которыми последовал финт, который поднял клинок Стрикленда высоко вверх, на долю секунды оставив нижнюю часть его тела незащищенной.       Этого было достаточно. Его меч попал в щель между куиссесом и тассетом, глубоко вонзившись в бедро Стрикленда. Командир наемников застонал от боли, но продолжал защищаться, хотя кровь теперь обильно текла по его ноге.       — Наше имя — это наша честь! — Крикнул Стрикленд, бросаясь вперед, несмотря на рану. Его атаки стали более отчаянными, мощными, но менее контролируемыми. Талли методично отступал, позволяя противнику измотать себя.       Очередной выпад дракона заставил еще больше солдат бежать мимо них, оставляя за собой след зеленого пламени. Жара становилась невыносимой, но ни один из командиров не мог позволить себе проявить слабость.       Рана Стрикленда давала о себе знать. Его движения стали медленнее, а движения ног — менее уверенными на скользкой от крови мостовой. Тем не менее, он продолжал сражаться с той решимостью, которая сделала «Золотые Мечи» легендарной.       Конец наступил внезапно. Стрикленд перестарался с ударом, раненая нога подвела его в решающий момент. Клинок Талли попал в щель под мышкой, где пластина соединялась с кольчугой. Сталь рассекла кольца и плоть, глубоко войдя в грудь наемника.       — Наше слово на вес золота, — выдохнул Гарри, из-под забрала его шлема сочилась кровь. Он в последний раз попытался поднять меч, но силы покидали его.       Прежде чем Бринден успел ответить, охваченный паникой слон с наполовину расплавленной и дымящейся броней бросился через поле боя. Гарри, уже умирающий, не мог двигаться достаточно быстро. Массивный зверь ударил его своей бронированной головой, и его тело отлетело в сторону, как сломанная кукла. Он врезался в стену в двадцати футах от него, его золотые доспехи смялись от удара.       — СТРИКЛЕНД! — Крик раздался от солдат Золотой роты, которые были свидетелями падения своего командира. — Капитан-генерал мертв!       Эффект на наемников был мгновенным и сокрушительным. Люди, которые до этого сражались дисциплинированно и четко, начали колебаться. Смерть их командира в сочетании с безжалостными атаками дракона сломили что-то в их коллективном духе.       — Отступаем!» — в панике крикнул кто-то. — Капитан мертв! Отступаем!       Талли наблюдал, как легендарная дисциплина Золотых Мечей наконец дала трещину. Наемники, которые никогда не нарушали контракт и не уклонялись от боя, начали беспорядочно отступать. Следующая атака дракона обратила их в бегство, сверкая золотыми доспехами.       Он прижал руку к раненому плечу, чувствуя, как теплая кровь сочится сквозь прореху в доспехах. Учитывая все обстоятельства, незначительная рана — небольшая цена за разгром Золотого отряда. Вокруг него продолжалась битва за Харренхолл, но со смертью Стрикленда ее исход больше не вызывал сомнений.

***

      Земля содрогнулась, когда оставшиеся в живых слоны Золотых Мечей выстроились клином, их бронированные тела сверкали на утреннем солнце. Несмотря на смерть Стрикленда, его лейтенанты сплотили свои силы, понимая, что их массивные животные еще могут переломить ситуацию.       — Держите оборону! — Голос Робба Старка разнесся над хаосом, когда сотня боевых слонов, каждый из которых нес по четыре лучника в своих башнях и был облачен в золотые доспехи, начали наступление. Земля сотрясалась при каждом шаге, и даже у бывалых северян от этого зрелища замирали сердца.       Первый удар был сокрушительным. Слон врезался в заграждение Речников, его бронированная голова сметала людей, как игрушки. Хобот зверя схватил солдата, высоко поднял его, а затем швырнул на землю с сокрушительной силой. Лучники с вышки обрушили град стрел на нарушенный строй.       — Семь кругов ада, — пробормотал Теон со своего возвышения, выпуская стрелу за стрелой в приближающихся чудовищ. Его стрелы, как и стрелы сотен других лучников, казалось, отскакивали от доспехов слонов, не причиняя им вреда.       Золотые Мечи использовала свое преимущество. Еще несколько слонов прорвали линию обороны, образовав бреши, которыми быстро воспользовалась пехота Баратеонов. Солдат-Мормонт попытался подрезать сухожилия одному из зверей, но был растоптан, и его доспехи смялись, как пергамент, под тяжестью огромного веса.       — Перестроить ряды! — Голос Неда Старка прорезал хаос, лед стал красным от крови. -Копья вперед! Лучники, цельтесь в погонщиков!       Но слонов было не остановить. Одно животное зацепило хоботом рыцаря Талли, швырнув его на его товарищей. Другое, используя свою бронированную тушу, прижало нескольких солдат к стене, методично сокрушая их, в то время как стрелы градом сыпались из его хауды.       Камни Харренхолла были залиты кровью, а люди умирали десятками ужасных способов. Меч воина из Карстарков попал в сустав ноги слона, из которого потекла кровь, но разъяренный зверь схватил его и разорвал на части. Крики мужчины внезапно оборвались, когда его тело раскололось надвое.       Теон с ужасом наблюдал, как ухудшается ситуация. Силы Речников были разбиты, их мужество ослабевало перед этим чудовищным оружием войны. Даже закаленные ветераны-северяне отступали перед неудержимым наступлением слонов.       Затем он увидел это — Робб и лорд Старк были загнаны в угол двумя приближающимися слонами. Погонщики зверей четко направляли их, когда они приближались для убийства.       Неосознанно Теон наложил стрелу на тетиву. Время, казалось, замедлилось, когда он натягивал тетиву, его мир сузился до свинцового глаза слона — крошечной мишени на таком расстоянии. Он медленно выдохнул, вспоминая все годы тренировок.       Стрела полетела точно в цель.       Крик боли слона разорвал утренний воздух, когда стрела Теона глубоко вонзилась ему в глаз. Массивное животное поднялось на дыбы, сбросив своих погонщиков с их постов, прежде чем рухнуть замертво, его мозг пронзил мягкие ткани за глазом.       — В глаз! Целься в их глаза! — Среди лучников поднялся крик, но прежде чем они смогли воспользоваться этим открытием, над головой промелькнула знакомая тень.       Лорд Старк и Робб с группой солдат Старка воспользовались этой возможностью, чтобы отойти на некоторое расстояние от другого слона, в то время как Теон приготовил еще одну стрелу, готовый убить другого слона, когда над его головой промелькнула тень.       Дейнерис видела, как разрушительно действуют слоны на ее союзников. Каннибал выпал из облаков подобно черной молнии, из его пасти вырывалось зеленое пламя. Огонь дракона пронесся по строю слонов, превратив их преимущество в апокалиптический хаос.       Бронированные слоны превратились в движущийся ад, их металлическая обшивка нагрелась до невыносимых температур. Погонщики и лучники кричали, сгорая заживо в своих повозках, не в силах спастись. Сами животные впали в панику, забыв о своей выучке перед лицом ужаса драконьего огня.       Горящий слон вслепую прорвался сквозь ряды Золотых Мечей, раздавив десятки их же людей. Другой, обезумевший от боли, несколько раз врезался в стены Харренхолла, пока его череп не треснул, и кровь с мозгом не растеклись по камням.       — Стойте крепко! — Офицер Золотых Мечей попытался сплотить своих людей, но исчез в потоке зеленого пламени, когда Дейнерис сделала еще один заход. Огонь дракона охватил еще трех слонов, их доспехи превратились в погребальный костер.       Сцена превратилась в настоящий ужас. Горящие слоны врывались как в ряды друзей, так и в ряды врагов, их крики смешивались с криками умирающих людей. Один зверь, чья броня раскалилась докрасна, растоптал целое подразделение копейщиков Баратеонов, а затем столкнулся с другим слоном, и оба животных превратились в бьющуюся, горящую кучу.       Теон наблюдал, как выжившие слоны полностью нарушили строй, спасаясь бегством в слепой панике. Некоторые врезались в стены, и их черепа раскалывались от удара. Другие бежали сквозь собственные силы, давя людей своими массивными ногами, пытаясь спастись от пламени дракона.       Оставшиеся в живых офицеры Золотых Мечей пытались поддерживать порядок, но это было безнадежно. Вид горящих и умирающих могучих боевых зверей что-то сломал в их рядах. Люди, которые никогда не бежали с поля боя, побросали оружие и побежали, когда Дейнерис сделала еще один выпад.       Особенно крупный слон, у которого броня частично расплавилась до шкуры, впал в неистовство возле главных ворот. Его хобот схватил убегающего солдата и несколько раз ударил его о стену, превратив в красное пятно, прежде чем сам зверь скончался от ожогов и рухнул.       Теон никогда не видел такой бойни. Горящие люди выпрыгивали из повозок только для того, чтобы быть раздавленными паникующими слонами. Сами звери умирали ужасной смертью, их бронированные шкуры поджаривали их заживо, когда они вслепую неслись по полю боя.       — Драконы! — закричал кто-то. — Драконы победили!       Действительно, если несколько мгновений назад Золотых Мечей, казалось, был на грани победы, то теперь их величайшее достояние превратилось в средство их уничтожения. Дейнерис кружила над головой, зеленое пламя Каннибала находило скопления врагов со смертоносной точностью.       Над всем этим принцесса и Каннибал кружили, как темные ангелы смерти, готовые обрушить еще больше огня на любую силу, которая попытается реформироваться.

***

      Тайвин Ланнистер стоял в большом зале Харренхолла, прислушиваясь к крикам и хаосу снаружи. Его золотые доспехи были забрызганы кровью, причем не его собственной. Сквозь высокие окна он мог видеть, как зеленое драконье пламя через равные промежутки времени озаряет небо, сопровождаемое новыми волнами криков.       Последнее сообщение было достаточно ясным — внешняя оборона полностью разрушена. Слоны, которые были его дорогостоящим вкладом в борьбу с драконами, превратились в орудия уничтожения его собственных войск. Половина его армии была мертва или рассеяна, и северяне с каждой минутой продвигались вглубь замка.       — Мой лорд, — Киван ворвался в зал, его доспехи были помяты и залиты кровью, — мы потеряли восточный двор. Речники… — Мощный взрыв сотряс замок, отрезав его от мира. Драконье пламя ударило где-то рядом, и древние камни застонали в знак протеста.       — Сколько у нас осталось людей? — Голос Тайвина оставался спокойным, хотя костяшки его пальцев побелели, когда он сжал рукоять меча.       — Возможно, четыре тысячи все еще сражаются. Золотые Мечи разбиты — Стрикленд мертв, раздавлен одним из его собственных гребаных слонов. — Киван замолчал, вытирая кровь с лица. — Люди Ренли массово дезертируют, Ренли серьезно ранен, и никто не знает, где лорд Лорас Тирелл.       Еще один взрыв потряс замок. Сквозь окна Тайвин мог видеть, как огромный черный дракон готовится к новой атаке. Его всадница, последняя женщина из рода Таргариенов, оказалась гораздо более умелой, чем он ожидал. Его тщательно продуманные планы, скорпионы, бронированные слоны — все это стало бесполезным менее чем за час.       — Милорд, — ввалился гонец, его доспехи слегка дымились, — северяне захватили западные ворота. Люди Амбера… — Остальные его слова потонули в криках, когда где-то поблизости ударил драконий огонь. Жара была такой сильной, что ощущалась даже сквозь стены замка.       Тайвин перебирал в уме варианты, каждый из которых был хуже предыдущего. Он недооценил дракона, полагая, что он будет подобен древним зверям — могущественным, но управляемым. Вместо этого, это обернулось гибелью его армии. Зверь двигался с невероятной грацией, уворачиваясь от стрел скорпионов и разрушая свою защиту.       — Лорд Тайвин! вбежал еще один солдат. — Большой Джон прорвался во внутренний двор замка. Они… — Его слова оборвались бульканьем, когда стрела попала ему в горло через окно. Северные лучники добрались до окружающих башен.       Звуки боя становились все ближе. Удары стали о сталь, крики людей, регулярный свист драконьего огня, сопровождаемый новыми волнами паники. Тайвин слышал, как его собственные люди кричат от ужаса, их дисциплина была полностью нарушена.       — Отведите оставшихся людей на оборонительные позиции вокруг зала, — приказал он, и его голос прорезал хаос. — Киван, возьми пятьдесят человек и удерживай главный коридор. У нас все еще есть…       Его прервал рев дракона, раздавшийся ближе, чем когда-либо. Огромные окна зала разлетелись вдребезги, когда зверь прошел рядом, осыпав комнату осколками цветного стекла. Снаружи кричали люди, охваченные пламенем.       — Милорд, — теперь голос Кивана звучал настойчиво, — мы должны отступить. Северяне внутри крепости. Если мы останемся…       — Дом Ланнистеров не бежит, — голос Тайвина был ледяным, но, даже произнося эти слова, он понимал, что это бесполезно. Сквозь разбитые окна он мог видеть, как распадается его армия. Конные северяне рубили бегущих солдат, в то время как дракон над ними с каждым броском превращал организованное сопротивление в хаос.       По замку разнесся оглушительный грохот — еще одна секция стены рухнула под драконьим огнем. Звуки боя теперь были совсем близко. Тайвин слышал боевые кличи северян, смешивающиеся с криками его собственных людей.       — Сир Киван! — В комнату, пошатываясь, вошел окровавленный капитан. — Мормонты захватили восточную башню. Они движутся по верхним уровням, и… — Драконье пламя снова осветило небо, и воздух наполнился новыми криками.       Тайвин вспомнил Утёс Кастерли, свое наследие, все, что он построил. Все это рушится из-за одного дракона и его всадника. Он подумал о побеге Тириона — его сын-карлик предвидел это и предпочел сбежать, чем встретиться лицом к лицу с неминуемой смертью. Возможно, в кои-то веки бес проявил больше мудрости, чем его отец.       Двойные двери большого зала распахнулись. Группа наемников Золотого отряда ворвалась внутрь, бросая оружие. — Дракон! — закричал один из них. — Он все сжигает! Северяне… — Стрела вонзилась ему в спину, и в дверях появились еще северяне.       — Защищайте зал! — Прозвучала команда Тайвина, когда оставшиеся в живых стражники выстроились в шеренгу. Сталь встретилась со сталью, и северяне ринулись в атаку. Теперь битва была отчаянной, люди сражались и умирали в тесноте в большом зале, где когда-то пировали лорды.       Сквозь разбитые окна Тайвин мог видеть, как дракон возвращается на круги своя. Его черная чешуя поблескивала в утреннем свете, в пасти виднелось зеленое пламя. Он понял, что так все и закончится. Не с помощью хитроумной тактики или блестящей стратегии, а с помощью огня и крови, как это было с Харреном Черным.       Тайвин Ланнистер, который десятилетиями железной рукой правил Западными землями, наблюдал, как рушится его последняя защита. Его люди умирали или сдавались в плен, дракон методично разрушал оборону замка, а северяне с каждой минутой все глубже продвигались к его позициям.       Позже       Последствия битвы превратили территорию Харренхолла в гротескную картину жестокости войны. Утреннее солнце освещало разрушения — десятки слоновьих туш были разбросаны по дворам, их золотые доспехи расплавились и превратились в обожженную плоть. Некоторые погибли, налетая на стены, с расколотыми массивными черепами, в то время как другие лежали там, где их настиг драконий огонь, и их тела все еще дымились.       Воздух был насыщен зловонием горелой плоти, крови и смерти. Выжившие солдаты с обеих сторон пробирались сквозь бойню, отделяя мертвых от умирающих. Крики раненых смешивались со стонами умирающего слона, который каким-то образом пережил первоначальное нападение.       Сломанное оружие, разбитые щиты и разорванные знамена устилали землю. Гордые золотые шлема Золотых Мечей лежали разбросанными и расплавленными, их некогда сверкающая поверхность теперь почернела от драконьего огня. Лужи крови окрасили древние камни замка в темный цвет, и повсюду виднелись свидетельства ужасной силы дракона — кости и доспехи, сплавленные воедино сильным жаром его пламени.       Дейенерис Таргариен сидела на самодельном троне в большом зале, который теперь частично разрушился от боевых повреждений. Солдаты-северяне тащили перед ней Тайвина Ланнистера, его некогда безупречные золотые доспехи были помяты и забрызганы кровью, хотя он сохранял гордую осанку, несмотря на цепи, сковывающие его запястья.       — Лорд Тайвин, — заговорила принцесса, и ее голос легко разнесся по разрушенному залу. — Я ожидала, что вы сбежите, когда ваша поражение станет очевидным. Как это сделали ваши дети.       Глаза Тайвина с зелеными крапинками встретились с ее глазами, в которых читалась непоколебимая решимость. Несмотря на свои цепи, он стоял прямо и гордо, до мозга костей напоминая льва Утёса Кастерли. — Я не трус, чтобы убегать от поражения, девочка. Когда ты играешь в «Игру престолов», ты либо выигрываешь, либо умираешь. Я играл и проиграл.       — Ты проиграл в тот момент, когда решил выступить против драконов, — холодно ответила Дейнерис.       Горькая улыбка промелькнула на лице Тайвина. — Возможно. Или, возможно, я упустил момент, когда родился твой племянник. Но запомни мои слова, девочка — это только вопрос времени, когда в твоем роду появится еще один Эйрис. И на этот раз в распоряжении этого безумца будут драконы.       После его слов температура в зале, казалось, резко упала. Дейнерис медленно поднялась со своего места, ее фиалковые глаза горели едва сдерживаемой яростью. — Ты говоришь о безумии, лорд Тайвин? Это безумие заставило тебя отдать приказ об убийстве детей? Это безумие заставило тебя послать Гору изнасиловать и убить принцессу Элию?       — Это была война, — ровным голосом ответил Тайвин. — То, что вы, кажется, понимаете достаточно хорошо, учитывая обугленные трупы, устилающие поле вашей победы. Вы можете проклинать меня, но такова реальность войны. В ней нет красоты. Есть только победа и поражение. Я проиграл. Вы выиграли.       — Вы правы. Дом Таргариенов победил, и вы будете счастливы узнать, что именно ваш сын, Джейме Ланнистер, передал моему племяннику информацию о том, как ваша армия и армия короля будут атаковать Змеиный перевал. Закуйте его в цепи, — приказала Дейенерис резким, как драконье стекло, голосом. — Пусть он поразмыслит в подземельях о разнице между войной и убийством.       Когда стражники уводили его, голос Тайвина в последний раз разнесся по залу: -Настанет день, когда Эйрис возродится, и на этот раз весь Вестерос сгорит.       Снаружи продолжалась работа по ликвидации последствий битвы. Выжившие сортировали мертвых, сооружая погребальные костры для своих павших и складывая трупы врагов в братские могилы. Особую проблему представляли слоны — их массивные тела было нелегко передвигать, и все вокруг пропитывалось зловонием их горящей плоти.       Мейстеры и целители сновали среди раненых, и вскоре их белые одежды стали красными от крови. Счастливчики умирали быстро, а невезучие задерживались на несколько дней, их плоть медленно гнила от ожогов или раздробленных конечностей, которые невозможно было спасти.       Солдаты-северяне расчищали от обломков коридоры и внутренние дворы замка, в то время как другие охраняли выживших пленников. У гордой Золотой роты, которая теперь была разбита и рассеяна, отобрали оружие, когда их поместили в импровизированные тюремные загоны.       Над всем этим непрерывно кружил Каннибал, его огромная тень напоминала всем о том, почему битва закончилась именно так. Присутствие дракона удерживало пленников в повиновении и отбивало всякую мысль о сопротивлении у выживших вражеских сил.       В одном из уголков территории замка группа солдат пыталась усыпить нескольких слонов, которые выжили, но были слишком тяжело ранены, чтобы жить дальше. Предсмертные крики животных эхом отражались от древних стен.       С наступлением ночи были разожжены погребальные костры, от которых в темнеющее небо поднимались столбы дыма. Языки пламени отбрасывали пляшущие тени на руины Харренхолла, где драконы в очередной раз доказали свое превосходство над всеми другими видами военной мощи.       А внизу, в подземельях, Тайвин Ланнистер сидел в темноте; он знал, что Джейме Ланнистер предал свою семью. Это было ясно для него. Он отказывался принять это, но это была чистая правда. Принцесса не лгала ему.       Тайвин оглядел стены вокруг себя и, несмотря на темноту этого места, позволил себе торжествующе улыбнуться. Он может умереть сегодня, или, может быть, завтра, или в этом году, но в конце концов.       Его сын, Джейме Ланнистер, продолжит линию дома Ланнистеров.