Глава 77 Гордость Перед Огнем

      Тирион не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя таким загнанным в угол. Древние стены Харренхолла возвышались над ним, как гигантская клетка, а его башни из расплавленного камня свидетельствовали о том, что драконы могут сделать даже с самыми могущественными крепостями. Он сделал еще один большой глоток из своего кубка с вином, смакуя красное дорнийское. Если мне суждено быть зажаренным заживо, подумал он, то я вполне мог бы насладиться настоящим вином в своем желудке.       — Милорд, — раздался тихий голос Пода у него за спиной. — Лошади готовы, как вы и просили. Спрятаны в конюшне возле Охотничьих ворот.       — Молодец, — пробормотал Тирион, не поворачиваясь к окну.       Большой зал внизу был наполнен звуками спора, голоса его отца, Ренли Баратеона, и Гарри Стрикленда из Золотых Мечей раздавались, как сердитые осы. Тирион едва мог разобрать их слова, но ему и не нужно было этого делать — он достаточно наслушался их перепалок на военном совете.       — Семь кругов ада, чего бы я только не отдал за час, проведенный с женщиной прямо сейчас, — пробормотал он, вспомнив последнюю шлюху, которую выгнал его отец. Крики бедной девушки, когда ее хлестали по улицам, все еще преследовали его. Еще один блестящий ход великого Тайвина Ланнистера — лишить своих людей возможности умереть счастливыми.       Хриплый голос Пса прервал его размышления. — Твой отец хочет, чтобы ты присутствовал в зале совета. Снова.       Бес повернулся и, приподняв бровь, посмотрел на Сандора Клигана. — А я-то как раз собирался выпрыгнуть из окна. Какое неподходящее время».       — Это может быть безопаснее, чем то, что нас ждет, — проворчал Пес, его обожженная морда подергивалась.       — Мой дорогой Клиган, когда ты успел стать таким оптимистом? — Тирион вразвалочку направился к двери, жестом приглашая Пода следовать за ним. — Пойдем, Под. Давай посмотрим, как львы и олени пытаются перекричать друг друга, пока смерть кружит над головой.       Когда они прибыли, в зале совета царило напряженное молчание. Тайвин Ланнистер сидел во главе стола с таким же суровым выражением лица, как и всегда, в то время как Ренли Баратеон расхаживал по комнате в своем зеленом бархатном камзоле, выглядя так, словно он скорее присутствовал на пиру, чем планировал войну. Гарри Стрикленд, капитан-генерал Золотого отряда, стоял, изучая карту, и его золотые кольца поблескивали в свете факелов. А затем появился Джоффри, выглядевший очень довольным тем, что его пригласили.       — А, вся семья в сборе, — объявил Тирион, забираясь на свой стул. — Продолжим спор о том, кто сядет на заостренный стул после того, как мы каким-то образом сумеем не умереть?       — Когда я стану королем… — начал Ренли, казалось, в сотый раз.       — Ты имеешь в виду, когда мой внук… — ледяным тоном перебил Тайвин.       Тирион сделал большой глоток из своего кубка с вином. — Возможно, нам следует сначала сосредоточиться на том, чтобы не стать пищей для драконов, прежде чем решать, кто будет сидеть на этом неудобном стуле?       — Дядя, ты смеешь подвергать сомнению мое право… — пронзительный голос Джоффри пронзил воздух.       — Сомневаешься в этом? Мой дорогой племянник, я просто предполагаю, что быть живым может быть необходимым условием для вступления на престол.       Тайвин бросил на него испепеляющий взгляд. — Если ты не можешь внести свой вклад…       — О, но я могу, отец. Пока вы все препираетесь из-за трона, которого у нас нет, могу я напомнить вам, что в прошлый раз битва с драконом прошла не так гладко?       Гарри Стрикленд неловко поежился. — Золотым Мечам приходилось сталкиваться и с худшим…       — Хуже, чем с драконом? — Тирион невесело рассмеялся. — Ну конечно. Может, ты сражался с кракеном? Или, может, танцевал с великанами за Стеной?       — Наши слоны… — начал Стрикленд.       — Ах да, слоны. Я уверен, что они произведут большое впечатление, когда с криками убегут прочь. Драконы, как известно, не особенно боятся крупных млекопитающих.       Ренли встал, зашуршав своей роскошной одеждой. — У нас сорок пять тысяч солдат…       — Все они одинаково легко сгорят, — вставил Тирион. — Удивительно, как это работает.       — Хватит! — Тайвин хлопнул ладонью по столу. — У мальчика, должно быть, есть слабости. Непобедимых нет.       Джоффри оживился. — Мы могли бы использовать скорпионов…       — Потому что попадание в движущуюся цель в небе из прославленного арбалета имеет такие многообещающие шансы, — пробормотал Бес в свою чашку.       — Корона не склонится перед незаконнорожденным самозванцем, — заявил Тайвин.       — Нет, мы просто сломаем ее. Так будет гораздо достойнее. — Тирион подал знак принести еще вина. — Кто-нибудь задумывался о радикальной идее, ну, я не знаю… переговоров?       От отвращения на лице его отца могло бы скиснуть молоко. — Ланнистеры не…       — …договариваться, да, да. Мы платим наши долги, нас слышат, как мы ревем, и, по-видимому, горим не хуже других. — Сказал он, но ему казалось, что он говорит в пустоту, поскольку никто здесь, казалось, его не слушал. С каких это пор люди так жаждут смерти?       Тирион наблюдал, как пронзительный взгляд его отца остановился на Лорасе Тирелле. Рыцарь Цветов, казалось, слегка поник под этим взглядом, как роза зимой.       — Где силы Тиреллов, сир Лорас? — Голос Тайвина мог бы заморозить семь преисподних. — Твой отец обещал сорок тысяч.       Лорас неловко поерзал, его обычно безупречная броня внезапно показалась ему слишком тесной. — Скоро должны прилететь вороны с новостями о…       — Вороны! — Бес перебил его со смехом: — Как чудесно. Возможно, мы сможем научить их нападать на дракона. Хотя, должен сказать, битва птиц против дракона выглядит довольно односторонней. Если подумать, то это похоже на нашу нынешнюю ситуацию.       — Следи за своим языком, Бес, — усмехнулся Джоффри.       — Почему? Он вот-вот загорится? Потому что, похоже, мы все движемся в этом направлении. — Тирион сделал еще один большой глоток. — Хотя, должен сказать, прибытие воронов может стать самой волнующей частью нашего дня. Принесут ли они весть о нашей неминуемой гибели или, возможно, просто прекрасное стихотворение об этом?       Лицо Лораса вспыхнуло. Тирион заметил, как молодой рыцарь то и дело бросал взгляды на Ренли, словно ища поддержки. О, бедный глупец, подумал Тирион. Ваша семья уже выбрала сторону победителя, не так ли?       — Простор всегда были лояльны к… — начал Лорас.       — За того, у кого самая большая палка? — предложил Тирион. — Или, в данном случае, за самого большого дракона? Ну же, сир Лорас, давайте не будем притворяться, что ваша дорогая бабушка еще не подсчитала. Королева Шипов заработала свою репутацию не тем, что поддерживала проигрывающих лошадей… или сжигающих всё вокруг драконов, в зависимости от обстоятельств.       — Как вы смеете предлагать… — начал Ренли.       — Я предлагаю многое, лорд Ренли. Например, возможно, нам всем стоит перебраться в Королевскую Гавань? Стены города выше, и моя милая сестра там. Она может оказаться полезной.       — Как? — Спросил Гарри Стрикленд.       — Ну, по крайней мере, она может разозлить дракона до смерти. У нее есть особый талант усугублять неприятные ситуации. Хотя, я полагаю, это семейная черта. Он обвел рукой стол. Включая присутствующих.       Тайвин стиснул зубы. — У нас есть войска…       — Да, чтобы устроить очень впечатляющий погребальный костер. — Тирион глубокомысленно кивнул. — Хотя, должен сказать, отец, с арифметикой у тебя, похоже, не все в порядке. Один дракон плюс ноль в армии Тиреллов равны… напомни, что это было за слово? Ах да. Гибель!       — У нас все еще есть Золотые Мечи, — гордо заявил Джоффри. — Их слоны сокрушат любого дракона!       Тирион долго смотрел на своего племянника. — Да, потому что слоны известны своими превосходными способностями сражаться с драконами. Скажи мне, племянник, эти слоны, наверное, летают? Нет? Тогда, боюсь, из них получатся довольно дорогие драконьи закуски.       — У мальчика должны быть слабости, — настаивал Тайвин.       — О, конечно. Возможно, у него аллергия на огонь? Нет, подождите, это же мы. — Тирион повернулся к Лорасу. — Сир Лорас, когда именно ваша бабушка отправила свой ответ мальчику Таргариену? Это было до или после того, как она увидела его дракона? Мне просто интересно, когда мы должны были расстаться.       Лицо Лораса побледнело. Ренли посмотрел на своего рыцаря с растущим подозрением.       — Я..... Я не понимаю, что ты имеешь в виду, — пробормотал Лорас.       — Конечно, не понимаешь. А я втайне великан. — Бес мило улыбнулся. — Кстати, говоря о великанах, кто-нибудь задумывался о том, что мы сидим в замке, известном тем, что его разрушили драконы? Ирония судьбы довольно приятна, не так ли?       — Хватит! — Взревел Тайвин. — Мы удержим Харренхолл…       — Так же, как масло сохраняет свою форму летом? — предположил Тирион. — Отец, я знаю, ты любишь своих львов, но даже они должны иногда признавать, что дракон их превосходит.       Джоффри встал, его корона слегка съехала набок. — Я прикажу дракону умереть!       На мгновение воцарилась абсолютная тишина, а затем Тирион расхохотался. — О, великолепно! Почему мы не подумали об этом раньше? Быстро, кто-нибудь, запишите это. «Главная стратегия короля Джоффри: приказать дракону умереть». Я уверен, это сработает великолепно.       — Ты издеваешься над своим королем? — Лицо Джоффри побагровело.       — Нет, ваша светлость, я смеюсь над теми, кто думает, что королевские приказы влияют на драконов. Есть небольшая разница. — Тирион повернулся к своему отцу. — Может, мне послать ворона к Серсее и сообщить ей, что мы скоро к ней присоединимся? Я уверен, она будет в восторге, увидев нас всех. Почти так же, как если бы она увидела дракона.       Встреча переросла в новые споры: Ренли теперь подозрительно поглядывал на Лораса, Тайвин свирепо смотрел на всех, а Джоффри продолжал выдвигать все более нелепые предположения об убийстве драконов. Несмотря на все это, Тирион продолжал пить, задаваясь вопросом, может быть, в состоянии алкогольного опьянения будет не так неприятно сгореть заживо.       По крайней мере, подумал он, когда будут написаны исторические хроники, они смогут сказать, что Ланнистеры умерли так же, как и жили, — поразительно плохо справляясь с драконами.       Бес соскользнул со стула. — Если я кому-нибудь понадоблюсь, я буду заниматься чем-нибудь полезным. Например, пить до тех пор, пока не забуду, что мы все обречены.       Направляясь вразвалочку к двери, он услышал голос Джоффри: — Дедушка, мы могли бы отравить драконью еду…       Тирион сделал паузу. — Интересная стратегия, племянник. Скажи мне, как именно ты планируешь подать ужин дракону? Может, нам накрыть красивый стол с подходящими столовыми приборами?       — Ты смеешь насмехаться над своим королем? — Лицо Джоффри покраснело.       — Под! — позвал он своего оруженосца, не обращая внимания на глупого ребенка, который тут же появился. — Убедись, что наши… планы на случай непредвиденных обстоятельств в порядке.       Подрик сдержанно кивнул, поняв намек на их подготовку к побегу.       Позже тем же вечером Тирион оказался в своих покоях с Сандором Клиганом, который выглядел еще более суровым, чем обычно.       — Этот маленький засранец хочет послать людей поохотиться на дракона, пока тот спит, — проворчал Пёс.       Тирион чуть не поперхнулся вином. — Замечательно. Я полагаю, он вызвался возглавить эту блестящую экспедицию?       — Говорит, что вознаградит того, кто принесет ему голову зверя.       — Ах, да, потому что драконы известны своей привычкой крепко спать и склонностью оставлять свои головы без присмотра. — Тирион снова наполнил их чашки. — Скажи мне, Клиган, как ты относишься к импровизированным планам путешествий?       Покрытое шрамами лицо Сандора дернулось. — Это лучше, чем быть изжаренным заживо.       — Именно так я и думал. Хотя, должен сказать, ирония в том, что мой отец вступил в союз с Ренли Баратеоном, не ускользнула от меня. Тот самый человек, который годами строил козни против моей милой сестры и племянника. Тирион мрачно усмехнулся. — Мы действительно с трудом находим союзников.       — Видел сегодня тренировку Золотых Мечей, — проворчал Сандор. — Готовимся сражаться с драконом гребаными копьями.       — Возможно, они планируют заставить его подчиниться. — Тирион вздохнул. — Знаешь, что по-настоящему забавно? Мой отец действительно верит, что мы можем победить. Великий Тайвин Ланнистер, которого наконец-то перехитрила его собственная гордость.       Позже       Тирион сидел в своих покоях, взбалтывая вино в кубке и глядя в темную ночь за окном. Его мысли вернулись к брату.       — Где, черт возьми, ты пропадаешь, Джейме? — пробормотал он себе под нос. На мгновение он подумал о возможности того, что его брат вернулся к Серсее в Королевскую гавань, но почти сразу же отбросил эту мысль. — Десять лет он не возвращался к ней… ты бы не стал начинать сейчас.       Звук шагов прервал его размышления. Подняв глаза, он увидел, что Под нервно топчется в дверях.       — Что-то случилось? — Спросил Тирион, заметив встревоженное выражение лица своего оруженосца.       — Мой лорд, — Под переминался с ноги на ногу, — Золотые Мечи… они привели в замок женщин. Много женщин. Они в старом трехэтажном складском здании у восточной стены.       Брови Тириона поползли вверх. — Правда? И почему, дорогой Под, ты не поделился с нами этой замечательной информацией?       — Я… Я подумал, что тебе, возможно, захочется узнать, милорд.       — Под, ты замечательный мальчик, — Тирион осушил свой кубок и встал. — Показывай дорогу. Этот вечер только что стал значительно более многообещающим.       Они шли по темным коридорам Харренхолла, и звук их шагов эхом отражался от расплавленных каменных стен. По мере приближения к зданию звуки смеха, музыки и хриплого пения становились все громче.       — Только послушай, — размышлял Тирион, пока они шли. — Приятный звук, с которым солдаты тратят свои деньги, прежде чем стать пищей для драконов.       Трехэтажное здание стояло немного в стороне от главного замка, его окна светились теплым светом. Через открытые двери Бес мог видеть солдат Золотых Мечейв разной степени опьянения, многие из них держали женщин на коленях или на руках.       — Ну и ну, — улыбнулся Тирион, наблюдая за происходящим перед ним. — По крайней мере, хоть кто-то по-настоящему наслаждается нашими последними днями. Хотя, должен сказать, это довольно предусмотрительно с их стороны — устроить такое развлечение. С моей стороны было бы ужасно невежливо не принять в нем участие.       Он видел, как несколько офицеров разбрасывали монеты, хвастаясь своими сражениями и победами, в то время как другие участвовали в соревнованиях по выпивке. Воздух был насыщен запахом вина, духов и дыма от очагов.       — Присоединимся к празднеству, Под? — Тирион ухмыльнулся, уже направляясь к выходу. — В конце концов, если нам суждено умереть ужасной смертью, мы могли бы сделать это с улыбками на лицах и пустыми кошельками.       Когда они вошли внутрь, их окутали тепло и шум, и Бес впервые за много дней почувствовал, что у него поднимается настроение. По крайней мере, здесь он мог забыть о драконах, маниях своего отца и идиотизме Джоффри на несколько благословенных часов.       — Должен сказать, Под, ты выбрал идеальный момент. Еще час выслушивания бредовых идей моего отца и племянника о победе, и я готов был бы прыгнуть с самой высокой башни.       — Это было бы не очень высоко, милорд, — сказал Под с необычной смелостью. -Большинство башен расплавлено.       Тирион расхохотался. — Под, у тебя развивается чувство юмора! Возможно, угроза смерти пробуждает лучшее в каждом из нас.       Когда они вошли в здание, воздух наполнился знакомыми запахами вина, духов и отчаяния. Повсюду были разбросаны солдаты Золотых Мечей, некоторые из них уже пили пиво, другие обсуждали цены с женщинами.       — Посмотрите на это, — Тирион указал на особенно шумную группу. — Пятнадцать тысяч человек из лучшей роты наемников Эссоса готовятся к битве единственным известным им способом — опустошают свои кошельки, прежде чем их поджарят заживо.       К ним подошла пышногрудая женщина с огненно-рыжими волосами. — Ну, уж не знаменитый ли это Тирион Ланнистер, — промурлыкала она. — Я слышала о вас столько интересного.       — Уверяю, все это ложь, — улыбнулся Бес. — Лично я гораздо интереснее. Под, почему бы тебе… — Он повернулся и обнаружил, что его оруженосца уже утащили две хихикающие женщины. — Ну-ну. Мальчик быстро учится.       Рыжеволосая девушка, представившаяся как Роз, отвела Тириона в более тихий уголок. — Вина? — предложила она.       — Моя дорогая, на данный момент вино — это не столько предпочтение, сколько необходимость. Он взял чашку. — Скажи мне, что привело такую северянку, как ты, так далеко на юг?       — Как ты узнал, что я северянка?       — Помимо акцента? — То, как ты не вспотела в эту адскую жару, как эти женщины из Эссоса. Он обвел рукой комнату. — Это, и я считаю своим долгом знать все. Кстати, о знаниях… Он наклонился ближе. — Какие интересные разговоры вы подслушали от наших золотых друзей?       Роза понимающе улыбнулась. — Информация стоит дорого, милорд.       — Моя дорогая, в наши дни информация — единственная валюта, которая чего-то стоит. Золото не будет иметь большого значения, когда мы все превратимся в пепел, не так ли?       Прежде чем она успела ответить, у входа началась суматоха. Гарри Стрикленд прибыл с несколькими своими офицерами, и все они были уже изрядно навеселе.       — За победу! — крикнул один из них.       — За гибель драконов! — добавил другой.       Тирион не смог удержаться. — За манию величия! — воскликнул он, поднимая свой кубок.       Стрикленд повернулся, его лицо раскраснелось от вина. — Услышал нечто смешное, Ланнистер?       — О, более чем. То, как вы все притворяетесь, что мы не обречены. Тот факт, что мой племянник считает, что может приказать дракону умереть. Поразительное сходство между слоном и очень большим куском мяса, которое только и ждет своего часа. Выбирайте сами.       Несколько офицеров ощетинились, но Стрикленд рассмеялся. — У тебя острый язычок, гном.       — Это лучше, чем получить ожог. Скажите мне, капитан, со сколькими драконами вы сталкивались за все годы сражений?       — Золотые Мечи ничего не боится.       — Ах, значит, ответ — ни одного. Удивительно, но наибольшую уверенность обретают те, у кого меньше всего опыта. Тирион повернулся к Розе. — Так на чем мы остановились? Ах да, ты собиралась рассказать мне обо всем интересном, что услышала.       Их прервал громкий грохот наверху — очевидно, кто-то решил, что мебель может послужить отличным снарядом. Тирион вздохнул. — Последние ночи «приговоренных к смерти» всегда такие предсказуемые. Вино, женщины и порча имущества.       — Ты правда думаешь, что мы все умрем? — тихо спросила Роза.       — Моя дорогая, я думаю, мы все умрем эффектной смертью. Вопрос только в том, сделаем ли мы это с достоинством или… — он указал на двух наемников, которые теперь боролись за куриную ножку, — .....как это. На твоем месте, я бы, наверное, покинул это место как можно скорее.       — Думаю, я так и сделаю. — пробормотала девушка себе под нос, не заботясь о том, слышит ли ее Тирион.       Внезапно рядом с ним появился взволнованный Под. — Милорд, есть..... есть кое-что, что вы должны знать.       — Под, если только речь не идет о секретном оружии, убивающем драконов, или магической двери в безопасное место, я предлагаю тебе вернуться к своим новым друзьям и…       — Речь идет о вашем брате, милорд.       Веселье Тириона исчезло. — Джейме?       Под наклонился ближе, шепча что-то на ухо Тириону. Глаза гнома слегка расширились.       — Что ж, — сказал он через мгновение, — это… интересно. Роза, дорогая, боюсь, нам придется продолжить разговор в другой раз. Под, я думаю, нам нужно подышать свежим воздухом.       Пока они выходили из здания, мысли Тириона метались. Позади них продолжались звуки пьяного веселья, но теперь они казались далекими, почти нереальными.       — Ты уверен в этом? — спросил он Пода, когда они остались одни во дворе.       — Да, милорд. Те… девочки говорили об этом.       Поискав минуту или две, они вдвоем нашли того, кого искали.       — Что ж, я никогда не думал, что увижу такое зрелище, — пробормотал Тирион Поду, когда они наблюдали, как Джейме переходит от одной шлюхи к другой, скорее задавая вопросы, чем ища удовольствия. — Мой брат, знаменитый цареубийца, рыщет по борделю, как септон в поисках грешников.       Они стояли в тени переполненного зала, наблюдая, как его брат, одетый в обычную одежду и толстовку с капюшоном, скрывающую его золотистые волосы, наклонился к темноволосой женщине.       — Вы не видели гнома? — они услышали, как он спросил. — Острый язык, острый ум, вероятно, оскорбляет кого-то важного, пока мы разговариваем?       — О, черт возьми, — вздохнул Тирион, затем повысил голос. — Брат, если ты хотел найти гнома с потрясающим обаянием, тебе нужно было всего лишь пройти по следам оскорбленных дворян и пустых винных бутылок.       Джейме резко обернулся, его рука инстинктивно потянулась к мечу, прежде чем на его лице появилась искренняя улыбка. — Тирион!       — Он самый. Хотя, должен сказать, дорогой брат, вряд ли это твое обычное пристанище. Может быть, ты заблудился по пути, чтобы разочаровать нашего отца?       Вместо того, чтобы ответить со свойственным ему остроумием, Джейме с неожиданной настойчивостью схватил брата за руку. — Нам нужно поговорить. Где-нибудь наедине.       — Сейчас? Но я только что прибыл, и эти милые дамы…       — Сейчас, Тирион. — Серьезный тон Джейме привлек его внимание.       Когда блондин практически потащил его к двери, Тирион крикнул в ответ: — Под, приношу свои искренние извинения дамам! Возможно, в другой раз, когда мой брат не будет таким драматически загадочным!       Оказавшись снаружи, Джейме повел их вокруг здания в укромный уголок, постоянно оглядываясь через плечо.       — Ну что? — Спросил Тирион, поправляя камзол. — Ты собираешься рассказать мне, где ты был после того впечатляющего поражения на Змеином перевале? Кстати, отец был просто очарован твоим исчезновением.       — Нам нужно уехать из Харренхолла. Сегодня вечером.       Бес моргнул. — Прости, ты сказал «мы»? И пока я обдумывал свою стратегию ухода, мне стало любопытно, почему ты так торопишься. Неужели разочарование отца наконец стало невыносимым?       — Король согласился сохранить тебе жизнь, но нам нужно уходить прямо сейчас.       — Король? — Глаза Тириона сузились. — Забавная штука с королями в наши дни — они, кажется, размножаются, как кролики. О ком из них мы говорим? О нашем любимом племяннике, вечно сердитом? Лорд Ренли, самопровозглашенная икона военной моды? Или, возможно… — Он замолчал, изучая лицо брата. — А-а. Тот, у которого довольно крупный чешуйчатый питомец.       Молчание Джейме было достаточным ответом.       — Так-так, — задумчиво произнес Тирион, отхлебывая из бурдюка с вином. — Могущественный цареубийца, связавший свою судьбу с Таргариенами. Ирония просто восхитительна. Скажи мне, брат, эта внезапная перемена взглядов как-то связана с тем, где ты был последние недели?       — Я все объясню, когда мы будем далеко отсюда.       — О, я уверен, что так и будет. Хотя, должен признать, я весьма впечатлен. Я думал, что поступил умно, готовя свой собственный побег, а тебе удалось всех нас перехитрить. Тирион повернулся к Поду, который нервно топтался поблизости. — Под, будь хорошим мальчиком и найди нашего друга Пса. Скажи ему, что наша хронология значительно продвинулась.       — Да, мой господин. — Под исчез в темноте.       — Пес? — Джейме приподнял бровь.       — О да. Он на удивление спокойно относится к идее о том, что его не сожгут заживо. Не могу представить, почему. — Тирион изучал своего брата. — Итак, мальчик Таргариен — очевидно, наш новый король — согласился пощадить меня? Как великодушно. И что именно ты пообещал взамен?       — Тирион…       — Нет, нет, мне действительно интересно. Какова цена жизни гнома в наши дни? Хотя, я полагаю, что, помогая взять Утес Кастерли, ты мог бы заслужить некоторую благосклонность.       Потрясенное выражение лица Джейме заставило Тириона рассмеяться. — Да ладно тебе, брат. Ты исчез, Утёс пал с подозрительной легкостью, и теперь ты здесь, организуешь мой побег с благословения нашего покорителя, летящего верхом на драконе? Может, я и карлик, но я не дурак.       — Ты всегда был самым умным.       — И ты всегда был ужасен в хранении секретов. Помнишь, как ты пытался убедить отца, что это ты выпустил всех лошадей из конюшни?       — Тогда мы были детьми.       — И теперь мы предатели. Боже, как мы выросли. — Тирион сделал еще глоток. — Скажи мне, наша дорогая сестра знает о том, что ты передумал?       — Серсея ничего не знает.       — Ну, это вряд ли новость, не так ли? — Тирион усмехнулся. — Хотя, должен сказать, выражение лица отца, когда он узнает об этом, почти оправдает то, что его сожгли заживо. Почти.       Звук тяжелых шагов возвестил о прибытии Пса с Подом. Сандор переводил взгляд с одного брата на другого, выражение его покрытого шрамами лица было непроницаемым.       — Значит, мы уходим? он зарычал.       — Похоже, мой брат договорился о безопасном переезде с нашим новым чешуйчатым повелителем, — объяснил Тирион. — При условии, конечно, что мы уедем до того, как отец поймет, что его золотой сын запятнал имя семьи еще больше, чем когда-либо удавалось его сыну-карлику.       — К черту фамилию, — выплюнул Сандор. — Где эти лошади?       — Конюшни возле восточных ворот, — сказал Джейме. — Я распорядился, чтобы стражу… отвлекли.       — Еще одно предательство? — Тирион ухмыльнулся. — Брат, я так горжусь тобой.       — Нам нужно поторопиться, — настаивал Джейме. — Войска Таргариенов…       — Да, да, наша неминуемая гибель приближается. Хотя, должен сказать, довольно приятно хоть раз оказаться на правильной стороне судьбы. — Тирион повернулся к Поду. — Возьми наши сумки. Ты знаешь, где они.       Когда Под бросился прочь, Тирион посмотрел на брата. — Я полагаю, ты все объяснишь, когда мы будем в безопасности? Включая то, как ты превратился из цареубийцы в друга Дракона?       — Я так и сделаю.       — По крайней мере, скажи мне, есть ли вино там, куда мы направляемся?       — У дорнийцев лучшие вина в Вестеросе, — улыбнулся Джейме.       — Дорн? О, прекрасно. От того, чтобы отморозить задницы в Харренхолле, до того, чтобы сжечь их в Дорне. По крайней мере, мы умрем в тепле. — Тирион сделал паузу. — Король там, не так ли? В Дорне?       — Нет, королевский лагерь находится в другом месте, гораздо ближе, но я уверен, что тебе там понравится.       — Ну что ж, брат, веди. Не могу дождаться встречи с человеком, который сумел заставить могущественного цареубийцу перейти на другую сторону. Хотя я надеюсь, что у него есть чувство юмора. Не хотелось бы мне пережить отца только для того, чтобы его поджарили за шутки о драконах.       Когда они, держась в тени, направились к конюшням, Тирион не смог удержаться от тихого смеха.       — Что-то смешное? — Спросил Сандор.       — Просто представляю лицо отца, когда он поймет, что оба его сына предали его в одну и ту же ночь. Хотя, технически, я планировал сначала предать его. Как ты думаешь, это что-то значит?       — Да, это имеет значение, — фыркнул Сандор, почесывая бороду. — Первый, кто ударит своего отца ножом в спину, получит похлопывание по голове и сырный пирог. Так вот как это делается в ваших роскошных домах? Потому что, по моему опыту, первый предатель просто умирает первым.       — Ты совсем не изменился, не так ли? — Спросил Джейме.       — Напротив, дорогой брат. Я совсем немного изменился. Во-первых, я собираюсь стать предателем. Хотя, по-видимому, это у нас семейное.       Пройдя по замку, они вскоре нашли конюшни. Фонари, висевшие на стене конюшни, были единственным источником света в этом месте. Тирион наблюдал, как Джейме и Под готовят лошадей. Пес стоял на страже у входа, положив руку на рукоять меча.       — Итак, — тихо сказал Тирион, — ты собираешься рассказать мне, как тебе удалось организовать этот маленький побег? Я полагаю, не только твое обаяние убедило Таргариенов пощадить сыновей Тайвина Ланнистера.       Джейме проверил ремни на седле, прежде чем ответить. — Это началось год назад, во время турнира в Хайгардене.       — Того самого, на котором был убит мой брат. — Пес зарычал, но, похоже, его не волновало, что его брат мертв.       — Того самого. — Джейме подтвердил это.       — Стоп, ты был союзником этого короля целый год, и мне ничего не сказал. — спросил Бес обиженным тоном.       — Тирион…мой Король не был готов к этой войне, и нам нужно было больше времени. Я не хотел рисковать, — сказал Джейме, понимая, что на самом деле это не очень хорошее оправдание.       Бес нахмурился, понимая, что брат не раскрывает ему всей причины. — Ты думал, я использую твою измену против тебя, расскажу отцу, а потом буду надеяться, что он отдаст мне Утёс Кастерли, — почти хотел сказать Тирион, но они все еще были в Харренхолле, и им нужно было уезжать, поэтому он решил подождать.       — Король… Джейхейрис… он предложил мне шанс искупить свою вину. Помочь ему занять трон, помочь защитить его семью на этот раз, и он пощадит тех, кого стоит пощадить. — Блондин повернулся к брату. — Ты был первым, кого я выбрал.       — Я тронут, — сухо сказал Тирион. — Хотя мне любопытно, почему ты думаешь, что я достоин пощады.       — Потому что ты совсем не похож на отца. Ты никогда им не был. — Джейме еще больше понизил голос. — В Харренхолле полно дорнийских шпионов. Они следили за тобой и докладывали обо всем. Они знают, что ты пытался убедить отца сдаться, пытаясь предотвратить новое кровопролитие.       — Шпионил за мной? Как грубо. Хотя, полагаю, я должен быть польщен, что они сочли меня достаточно интересным для наблюдения. — Тирион сделал паузу. — Эти шпионы, случайно, не участвуют в нашем замечательном развлечении сегодня вечером?       Джейме кивнул. — Некоторые. Именно они подсказали мне, где тебя найти.       — Что ж, это объясняет, почему их так заинтересовали мои слова а не мои деньги. — Тирион вздохнул. — Так какой у нас план? Я полагаю, мы не просто выедем через главные ворота.       — Примерно через час у западной стены произойдет отвлекающий маневр. Стража будет вызвана на помощь. Мы поедем на восток, где нас ждут дорнийские разведчики. — Джейме колебался.       Пес внезапно напрягся. — Кто-то идет.       Они замолчали, услышав приближающиеся шаги, но это был всего лишь Под, возвращавшийся с последними припасами.       — Стражники у восточных ворот пьют вино, — доложил Под. — Крепкое вино.       — Без сомнения, это любезность наших дорнийских друзей, — задумчиво произнес Тирион. — Очень заботливо с их стороны.       — Нам нужно поторопиться, — сказал Джейме, помогая Тириону взобраться на лошадь. -Как только начнется заварушка, у нас будет совсем немного времени.       — И в чем именно заключается эта заваруха?       — Ты поймешь это, когда услышишь. — Джейми вскочил на своего коня. — У короля… творческие методы.       — Замечательно. Еще сюрпризы. — Тирион поудобнее устроился в седле. — Скажи мне, брат, наш новый король знает о твоих… прежних отношениях с нашей милой сестрой?       Лицо Джейме посуровело. — Да. Он знает все.       — Все? И он все еще доверял тебе?       — Он не Безумный король, Тирион. Он совсем другой.       — Ну, он и должен был быть таким, чтобы заставить могущественного цареубийцу поверить в лучшее будущее. — Тирион изучал лицо своего брата. — Ты действительно веришь в него, не так ли?       Прежде чем Джейми успел ответить, западную часть Харренхолла сотряс мощный взрыв. Воздух наполнился криками, когда охранники побежали на место происшествия.       — Это будет нашим сигналом, — сказал Джейме, пришпоривая коня. — Держись поближе и следуй за мной.       Пока они ехали сквозь хаос, Тирион не мог удержаться от смеха. — Действительно, креативные методы! Хотя я надеюсь, что у нашего нового короля не будет привычки все взрывать. В истории нашей семьи этого было вполне достаточно, тебе не кажется?       Они проскакали через восточные ворота, миновав стражников, которые были слишком пьяны или сбиты с толку, чтобы остановить их. Когда они въехали в темноту, Тирион оглянулся на крепость, где небо на западе теперь освещали языки пламени.       — Знаешь, брат, — обратился он к Джейме, — когда я представлял себе сегодняшнее дезертирство, я не думал, что для этого потребуется столько театральности. Хотя, полагаю, мы едем навстречу драконам — нам следует привыкнуть к драматичным выходам.       — Меньше разговоров, больше езды, — прорычал Пес у них за спиной.       — О, очень хорошо, — вздохнул Тирион. — Но вы все должны признать, что это гораздо интереснее, чем сидеть и ждать, пока отец убьет нас всех.       На Следующий День       Факелы отбрасывали длинные тени на большой зал Харренхолла, когда в него вошел Тайвин Ланнистер, его алый плащ развевался за спиной. Собравшиеся командиры стояли у его входа — Киван, Ренли Баратеон, выглядевший менее спокойным, чем обычно, и Гарри Стрикленд, капитан Золотого отряда, который, казалось, вполголоса спорил с Ренли.       — Где сир Лорас? — спросил Тайвин, заметив отсутствие Рыцаря цветов рядом с его возлюбленной.       Ренли сжал челюсти. — Я… Он с оруженосцами, он хотел их тренировать.       — Как удобно, — холодно ответил Тайвин, его зеленые с золотыми крапинками глаза осматривали комнату. Что-то еще было не так. — Где мой сын?       Командиры переглянулись, но никто не произнес ни слова.       — Я задал вопрос, — голос Тайвина прорезал тишину, как валирийская сталь. — Где Тирион?       Минуту спустя вперед выбежал молодой солдат с раскрасневшимся лицом. — Милорд, мы обыскали замок. Покои лорда Тириона пусты. Его оруженосец тоже пропал, и… — он заколебался.       — Говорите.       — Пес тоже исчез. И четыре лошади из восточных конюшен.       Лицо Тайвина оставалось бесстрастным, но костяшки его пальцев побелели, когда он вцепился в спинку стула.       — Милорд, — начал Киван, — возможно…       Рога прорезали воздух — три долгих, скорбных звука, эхом отразившихся от древних камней Харренхолла. Кровь отхлынула от лица Гарри Стрикленда.       — Дракон, — прошептал кто-то.       — У нас сорок пять тысяч человек, — заявил Ренли, хотя в его голосе не было обычной уверенности. — И слоны Золотых Мечей. Один дракон не может…       — Один дракон сжег тридцать тысяч моих лучших людей на Змеином перевале, — резко оборвал его Тайвин. — Или ты забыл?       — Это было в чистом поле, — возразил Стрикленд. — Стены Харренхолла…       — Стены Харренхолла уже однажды были разрушены драконами, — тихо напомнил им Киван.       В зал ворвался дрожащий слуга. — Милорды! С северных зубчатых стен… вы должны увидеть…       Они последовали за ним к ближайшему окну. В утреннем свете они могли видеть солдат — тысячи солдат, растянувшихся вдоль горизонта.       — Армия северян, — выдохнул Киван. — Но как…?       — Невозможно, — покачал головой Ренли. — Они не могли пересечь Близнецы без нашего ведома. Уолдер Фрей никогда бы…       Еще один звук рога, на этот раз другой, более глубокий, первобытный. Он донесся с севера, и на их глазах огромная тень накрыла армию.       — К оружию! — Голос Тайвина, исполненный холодной властности, разнесся по залу. -Стрикленд, расставь своих слонов вдоль восточной стены. Сначала они попытаются прорваться туда.       — Слоны запаникуют, когда увидят дракона, — запротестовал Стрикленд.       — Тогда убей их сам, если они попытаются бежать, — отрезал Тайвин. — Киван, возьми пять тысяч человек для охраны северных ворот. Ренли, твои люди будут охранять западный подход.       — А что с драконом? — Потребовал Ренли. — Что помешает ему сжечь нас всех на месте?       — Скорпионы, — обратился Тайвин к капитану. — Возьмите на вооружение всех «скорпионов», которые у нас есть. Удвойте количество экипажей, утройте количество выстрелов. Если этот зверь приблизится на расстояние выстрела, я хочу, чтобы небо почернело от стрел. Я не допущу, чтобы наследие Дома Ланнистеров закончилось в этом забытом богами замке. Только не так. Он повернулся к собравшимся командирам. — Любой, кто отступит без моего приказа, будет казнен. Любой офицер, проявивший трусость, скорее увидит, как погибнет его семья, чем присоединится к ним. Я правильно понял?       Командиры мрачно кивнули.       — Да будут милостивы боги, — прошептал кто-то.       Тайвин обернулся, в его глазах, словно расплавленное золото, отразился свет факелов, его голос понизился до шепота, в котором почему-то было больше угрозы, чем в любом крике. — Боги покинули этот замок давным-давно. Они покинули его, когда Харрен и весь его род сгорели. Они отказались от этого, когда драконы впервые расплавили эти самые камни. Он шагнул вперед, каждое слово было четким и смертоносным. — Но я не боги. Я Тайвин Ланнистер. И я говорю, что мы покрасим эти черные стены в красный — нашей или их кровью. Каждый из присутствующих здесь мужчин будет сражаться до последнего вздоха, или я лично позабочусь о том, чтобы этот вздох был потрачен впустую, наблюдая, как сгорает все, что он любит. Дракон, дому Ланнистеров приходит конец? На его лице появилась холодная, ужасная улыбка. — Тогда дракон услышит наш РЕВ.       — К оружию! За дом Ланнистеров!