ГЛАВА 77

— Прости, мне нужно было срочно постирать вещи… — произносила я каждое слово, заикаясь. — Я сейчас переоденусь и верну тебе футболку, — хочу сделать шаг в сторону, но его рука по моей талии, останавливает все движения. Мои глаза словно у испуганного кролика бегают по его периметру и пытаются найти выход. Я будто бы в ловушке, и здесь дышать становится труднее с каждой секундой. Егор смотрит уверенно, серьезно, так, что мне становится страшно. Его огромные океаны в мою сторону, изливаются чем-то грешным, и даже пьяный он выглядит весьма угрюмо и строго. Прижимаю губы, боясь обронить и слово в его сторону. Но этот дикий взгляд словно приследует меня. Егор убирает руку со щеки, и сильнее зажимает талию, смотрит оценивающе, словно издевается. — Не нужно переодеваться. Тебе и так хорошо. — Спасибо, но мне нужно домой. — Ах да, я закрыл тебя сегодня. — смотрит он виновато и убирает руки от меня, словно освобождая. — Я пыталась дозвониться, но всё было безутешно и телефон мой сел. — Мой кстати тоже, — легко достал с кармана спортивок смартфон блондин и показал выключенный экран, откидывая его на комод. Моя ушная раковина обрушила на себя громкий звук, и казалось он сейчас разобьёт свой гаджет, но Егора это мало волновало. — Я могу пойти домой? — смотрю на него так же отрывисто. Егор мотает головой утвердительным «нет», и облизывает губу. Сейчас его взгляд с дикого хищника становится в секунду растерянным. И теперь мы с ним одинаково смотрим друг на друга. Моё сердце выпрыгивает с груди на каждый его взгляд, слово или жест. Я еле стою на ногах, ощущая, какими они становятся тяжёлыми. И сейчас мне не понятно его поведение, я не знаю, что говорить ему в ответ, и как себя вести. Словно мы стали потерянными, одним и тем же на миг. Смотрю на него и не знаю, как смогу оторваться, но и оставаться с ним в таком состоянии не могу. Или боюсь? Боюсь, что узнаю его вторую сторону и разобьюсь на мелкие частицы не принятия самой себя. Блондин делает уверенный шаг ко мне, и резко, даже совсем не предугадано обнимает меня крепко-крепко, и кладёт голову на плечо. Так, что я затаила внутри себя все секреты. Сейчас мне инстинктивно хочется обнять его. И я незамедлительно совершаю этот поступок, сжимаю руками его спину, прикасаясь к видимому участку напряжения и чувствую запах алкоголя, которого в нем сейчас хоть лёд подкидывай. — Останься со мной. Мне кажется я не смогу сам справится с этими припадками. И мне хочется остаться с ним и помочь. Словно именно этот момент нас сблизит, не какая-то пошлость, которая проносилась в его глазах при виде меня, а вот эта сознательная просьба о поддержки. И я конечно его поддержу и успокою. Сегодня, завтра и всегда. — Хорошо, я останусь. — отвечаю нежно, касаясь его плеча подбородком. — Спасибо. И мы стоим в этих объятиях словно ни один из нас не в силах их остановить и разжать запястьями узлы. Ведь эти нити тянутся не километрами по пути, где были мы сами и наши мысли. Эти нити из сердца, и только нам решать, когда их оборвать (никогда). Я вдыхаю его феромоны в перемешку с односолодовым виски, чувствую, как пьянею сама. А вы могли опьянеть от одного вида человека? Прикосновения… Одного взгляда. Когда понимаешь, что человек твой и тебе больше ни одного не нужно. Когда всё вокруг кричит, чтобы ты ни за что не отпускала его от себя, а ты даже шага назад сделать не можешь, так крепко привязана. Мне хорошо. Чёрт возьми, мне так хорошо. Что сознание внутри не верит, что может быть так вопреки всему происходящему сейчас. — Ань… — Да? — Мне так хочется кушать. Я бы сейчас съел… ох не буду говорить что… — смотрит на меня блондин, улыбаясь, и наши объятия переходят в тактильные взгляды. — Я тебя накормлю, пошли на кухню? — улыбаюсь ему. Прохожу к холодильнику и достаю приготовленную лазанью, пока Егор садится за стол напротив окна, я уверено ставлю блюдо в микроволновку и нажимаю режим подогрева. — Что меня сегодня ждёт? — любопытно спрашивает Булаткин и смотрит на меня так, что хочется стесняться. — Лазанью с мясным фаршем. — Ммм. Кайф. Уже не терпится облизать тарелку. Улыбаюсь. — Ты всегда их облизываешь? — С тобой буду так делать чаще. Там кстати достань томатный сок в холодильнике. — Угу. — послушно достаю пакет и разливаю нам по чашкам. Ставлю их на стол и слышу выключенный таймер. Запах вмиг разлетается по кухне, и мой аппетит тоже начинает по-немного просыпаться. — Вкусно выглядит! — произносит Егор, когда я уверено сервирую стол и протягиваю ему его блюдо. — Ты томатный сок любишь с солью и перцем? — Только с солью. — Хорошо. — Иначе с перцем, добавив еще 40-ко градусное пойло, уже получится кровавая мери. — улыбается блондин. — Да, я не подумала. Потягиваюсь на носочках к шкафу специй и чувствую на себе его взгляд со спины, футболка так же удачно поднимается вместе со мной, оголяя выпуклости попы, от этого момента мне становится не по себе, и я инстинктивно опускаюсь, приглаживая футболку сзади, лечь обратно. — А соль там? — задаю самый глупый вопрос, пока Егор начинает лакомится лазаньей. — Что? — удивляется он с улыбкой. — Ты спросила, там ли соль? — Да. — Ты забыла где соль? Смотрю на него, не понимая, что он имеет ввиду. И опять-таки начинаю нервничать. — Ну блюдо вроде бы по соли нормально. — Ах да, что-то я туплю. Открываю шкафчик, улыбаясь сама себе, и понимаю, какая глупая ситуация вышла. Я то как-то готовила все эти дни, а значит знала, где лежит соль. А здесь вмиг забыла. От тупости поступка, хотелось провалится сквозь землю, но я выдохнула и забрала недостающий ингредиент, возвращаясь за стол и смешивая его с соком. — Давай садись уже, — произносит Булаткин. И я послушно сажусь напротив, начиная лакомится едой. — Где ты так научилась готовить? — Честно? Как-то само собой получилось. Да и в конце концов, должна ведь я тебя вкусно кормить и не оставлять голодным. — Спасибо, не оставила, — улыбнулся Егор, поспешно доедая. — Мне даже лучше стало. — Чтобы было ещё лучше, на ночь нужно выпить таблетку от головы, и утром тогда проснёшься, как огурчик. — Не знал, нужно будет попробовать. Спасибо за совет, а то кажется завтра я бы пролежал в постели без выездно. — поднялся блондин в поисках нужной таблетки. Он уже совсем не казался таким пьяным, а даже наоборот был смешным, мне нравилось слушать то, о чем он говорит, вникать и понимать его. Казалось сейчас ему это понимание лучше, чем любое лекарство. Время на часах так быстро бежало, и я понимала, что сегодня я сново буду в этой квартире. Мне хотелось, честно хотелось быть ближе к нему. И я готова была ночевать здесь хоть каждый день. Во мне бушевали флюиды, и так хотелось его обнимать постоянно, прикасаться пучками пальцев к шеи, целовать эти страстно-пухлые губы и проходится по щетине языком. Но всё это мне хотелось делать с ним, когда он сможет вспомнить, то что мы делали с друг другом раньше. Каждый день, бессонную ночь и секунды, которые казались вечностью. Я хотела, чтобы он стремился ко мне осознанно, а не за тем, чтобы снять напряжение и почувствовать, что я просто девочка на ночь, которая ещё может вкусно покормить. Нет. Мне хотелось быть его девочкой, его Аней, как тогда, в отеле ЛА, когда наши пальцы скрещивались и я кричала ему о любви в нашей тёплой постели. — Пошли, — протягивает руку блондин, оставляя свою чашку. — Мне нужно помыть посуду. — отрицательно киваю я. — Посуда помоется завтра. А я хочу лежать с тобой сегодня. — говорит он уверенно. — Я думала, что сегодня буду спать в гостиной, а не как вчера. — Если бы я хотел, чтобы ты спала в гостиной, то я бы тебя уложил там вчера, но не скрою, что когда я ночью прохожу катки кс, засыпать там совсем не мягко. В голове множество мыслей, и я даже не знаю, что ему ответить. Мне и хочется, и не знаю, и не представляю даже, как мы будем спать в одной постели. От одной мысли становится страшно. Но Егор решает всё за меня, и тащит резко мою руку, от чего я поднимаюсь и плетусь за ним вперёд. — Егор! — всё, что выходит у меня выкрикнуть ему в ответ. Но кажется моё возгласие его вовсе не интересует. Заходя за ним в спальню, блондин отпускает мою руку, и закрывает дверь, я подхожу ближе к кровати и сажусь на неё, видя как Егор улыбается мне, словно высматривает все мои стороны при лунном освещении. Покусываю губу, и чувствую, как ладошки становятся мокрыми, меня кидает в жар, и становится неяково, от одного единственного взгляда. Но блондин решает на нем не останавливаться, и дерзко снимает худи, затем футболку под ним и скидывает вещи на мягкий пуф. Я резко отворачиваюсь, словно никогда не видела голый торс мужчины, но мне почему-то становится так стыдно, что хочется просто прикусить себе язык. Егор подходит к окну, загораживая лунное сияние и сразу же весь свет в комнате исчезает, от его движения рукой, темные шторы вмиг обволакивают окно и становится темно. Сижу так же ровно, боясь даже пошевелится, чтобы нарушить свою координацию. Егор подходит к краю кровати на второй стороне, и шуршащими движениями снимает штаны, которые падают на паркет, ударяясь наполненными карманами. Холод резко проходит по позвоночнику, понимая что я буду чувствовать его рядом, но не смогу дотронуться, как раньше. Мне становится страшно от его молчания и бездействия, словно я в заточении, и не могу выбраться наружу. Но молчание длится не долго, Булаткин откидывает одеяло, и ложится в холодную постель, открывая край с моей стороны. — Иди ко мне. — хрипло произносит Егор. Шшшш. Всё внутри щиплет от этих слов, и я словно моментально проношусь по самым диким флешбекам своей памяти, но так не хочу на них задерживать своё внимание, что с трудом выбираюсь с оковов этих мыслей. Легко закидываю ноги под одеяло и ложусь к нему спиной, боясь даже нарушить хоть какой-то дисбаланс между нами. Постель ужасно холодная, Егор моментально накрывает мои плечи одеялом, и прислоняется ближе, в секунду его жар проносится по моему позвоночнику, создавая невероятные флюиды тепла. И мне уже совсем не холодно. Я тихо закрываю глаза и прикусываю губу, ощущая как его рука обнимает меня за талию и пальцы сжимают тонкую футболку, так что я не могу даже пошевелится. Но блондину этого мало, он прижимается ещё больше, ставя свой подбородок на моё плечо. Я слышу его дыхание по ушной раковине, хоть он и не касается его ртом. Всё внутри просто растекается, словно я сейчас просто кончу от этой близости тел. Мне не было так хорошо, даже когда мы были вместе без потери памяти. Страшно себе признаться, что сейчас мне с ним лучше всех. И я беру на себя это обязательство, учить вспоминать его по миллиметру моей кожи, по крепким снам в обнимку и по хриплому голосу в ночи. — Ты так вкусно пахнешь моим гелем для душа. — хрипло шепчет голубоглазый. — Прости, там не было другого. — Другого и не нужно. Его рука резко с талии, забирается под футболочку, и всё внутри меня сразу же сжимается давая красный цвет его действиям. Пальцы отчётливо проходятся по гусиной кожи, обнимая плоский животик. И мне сложно даже пошевелится от ощущений, которые туманят рассудок, я расплываюсь на тысячу частей за и против, и просто внемоготу ощушаю прилив тестостерона в его груди. Егор сжимает мой животик, и прокладывает дорогу дальше, поднимаясь к упругой груди, на что я вырываю из своих губ протест, тихо и так усердно молю: — Егор, пожалуйста, не надо.