ГЛАВА 81

Майбах подъезжает к супермаркету Lenta и я выхожу следом за Егором, полностью растеряна и не понимая, что делать дальше. Как себя вести и что говорить ему? Внутри меня зарождалось столько вопросов, но все они были без ответов. — Давно я не ездил по супермаркетам, — произносит блондин и подмигивает мне так, что становится не по себе. — Всё бывает впервые. — отвечаю ему. И Егор пропускает меня вперёд к автоматическим дверям, а сам по пути ловит тачку и смеясь что-то рассказывает. Честно? Мне так всё это не понятно, что я даже не знаю как себя вести с ним. Неужели алкоголь так мог ударить по нему, что эту ночь так просто можно стереть с памяти. Нет. Не верю. Он решил со мной поиграть? Ну что ж, посмотрим, что с этого выйдет. Выдыхаю, и просто являюсь наблюдателем всех его эмоций, которые сегодня в приподнятом состоянии. — Задача на тебе: скидывать всё, что видишь. А я буду вести. — Прям всё-всё? — улыбаюсь и скидываю в тележку хлопья. — Всё, что здесь поместится мы увезём. — подмигивает голубоглазый и я теряюсь в эйфории его взгляда. — А что готовить нужно? — Я такой голодный, что съем всё, что угодно. — Ты утром не ел ничего? — Ещё нет, а ты? — резко останавливает Егор тележку, и обходя её подходит ко мне. — Нет. Расстояние между нами уменьшается, и я вижу его горячие глаза, и ухмылку, которая проходит током по венам, он смотрит на меня едко и по-доброму, но при этом от этой близости и его запаха, хочется закрыть глаза. Ещё шаг, и блондин поднимает руку, хватая сверху полки пачку чипсов и закидывает её в телегу, затем хватает ещё пару пачек, и повторяет свои действия. — Как раз будет что перекусить. Фух. Выдыхаю. Он действительно играет со мной. Наш маршрут проходит в отдел овощей, где я следую его примеру и закидываю все необходимые продукты для салата. Слушаю его шутки, и уже расплываюсь в улыбке, мне настолько с ним хорошо, что кажется потеря памяти прогрессирует и у меня. На том же уровне, с теми же ошибками и домыслами. Я забываю о том, что в супермаркете есть ещё люди, словно мы здесь одни… Все его шутки вызывают дикие эмоции смеха, и его никак не хочется сдерживать. — А вот представь теперь как мы сейчас будем готовить всё это, — подкидывает в корзину блондин мясные изделия. — Не мы, а я. — улыбаюсь в ответ. — Я могу тебе помочь. — пытается вырвать с моих рук сыр Егор. Но я уверенно держу его, не поддаваясь на уловку. — Мм, помочь. Интересно как? — играю с ним на той же волне. — Для начала забрать у тебя сыр! — А если я не хочу его отдавать? — Будем меряться кто быстрее отожмёт? — подшучивает Булаткин. — Ты любишь же этот сыр, поэтому меряться не будем, — говорю отрывисто, не подумав. И смотрю на него, видя, как улыбка уходит с его губ, а глаза начинают хмуриться. Сердце делает заключительные шаги в познании дикости чувств, и я слышу, как оно стремительно сокращается. Моё дыхание сбивается с орбит мыслей, Егор отпускает сыр, и я вместе с ним, так что он падает на паркет, громко, разбивая слух на до и после. Блондин отходит назад, и вжимается взглядом то в меня, то переходя на пол, прижимая веки больше, касаясь ладонями лба, словно ему становится плохо. И я теряюсь, не зная, что говорить, что делать. Что вообще предпринять? Когда язык — мой враг, и я сново могла надавить ему на воспоминания, между какими сейчас пустота. Отпускаю тележку и подхожу к нему, хватая по пути бутылку воды, и открывая горлышко. — Егор, что с тобой? Но он молчит, все так же прижимая ладони ко лбу, не произнося и слова. У меня приступ паники и ком в горле, но я пытаюсь собраться с мыслями. Булаткин молча садится на рядом стоявший пустой ящик, и судорожно растравляет ноги, прижимаясь головой к коленям. Присаживаюсь к нему и провожу рукой по спине, пытаясь успокоить и хотя бы как-то поддержать. Но все слова будто бы разбежались и у меня языковой паралич. Чувствую себя амебой, которая не может помочь любимому человеку, и только ещё больше разжигает внутри него сомнений, мыслей, триггеров. Скулы сводит от оцепенения, и я пытаюсь промолвить хотя бы слово. — Егор, пожалуйста сделай глоток воды. Должно помочь. Блондин сразу же слышит мои слова и откидывает ладони со лба, подхватывая открытую минералку. Легко прислоняет её к губам, и я вижу, как он судорожно глотает. Его глаза красные, словно там лопнули капилляры, и большая отдышка. Затем он хватает внутренний карман куртки и достаёт белый блистер, одним движением высыпает на поверхность ладони две таблетки и глотает их, запивая остатком воды. Смотрю на него всё так же отрывисто и с невероятным перепадом температуры, меня кидает то в жар, то резко в холод, и я совсем не могу найти себе места, а вдруг ему начинает возвращаться память. Егор передаёт мне полупустую бутылочку, и я закручиваю её, продолжая смотреть на него, не отводя взгляда. — Прости, если сказала что-то не то. — провожу рукой по нему, доходя до рукава куртки. И блондин резко останавливает её своей, хватаясь и прижимая больше, инстинктивно поглаживая. — Всё нормально. — Точно? — смотрю испугано. — Да. Сейчас таблетки подействуют, и станет лучше. — поворачивает ко мне свою улыбку Булаткин, от которой пару минут назад и след исчез. Ни слова о том, что я произнесла за его любимый сыр, о котором точно не могла знать, работая у него от силы неделю. Неужели это был флешбек, или он ему не придал значения от головокружения, которые прошлось по нему? Вопросов сново было больше, чем ответов. Егор резко поднялся, отряхиваясь, и подал мне руку, по-джентельменски поднимая меня к себе. Неловко оказываюсь с ним на минимальном расстоянии и чувствую тёплые пальцы по своему запястью. Смотрю невесомо на его покусанные губы, и то, как расширяются зрачки. Странно. Ещё 5 минут назад они такими не были. Блондин ловко поднимает с паркета упавший брусок сыра, и закидывает его в тележку, деля между нами расстояние сново. Мне становится не по себе и волнение от проишествия минуту назад не уходит на второй план не с какого ракурса. — Егор, точно всё хорошо? Может нужно показаться врачу? — Всё в порядке, Ань. Пошли на кассу. — хватается за телегу Булаткин и ждёт моего шага к нему. Молча соглашаюсь и иду за ним, понимая, что нужно больше держать себя в руках, и не забывать о том, что мои же слова могут стать триггером для Егора и навредить ему, а не быть отличным плацдармом для воспоминаний, которые затерялись. Мы легко подходим к расчетной линии, и я помогаю выставлять продукты, хватая всё, что мы сумели заметить на полках. Последним вынимаю сыр, который и послужил мучительным флешбеком для Егора, поэтому аккуратно ставлю его за всеми продуктами, пока он хочет пройти дальше к кассиру. Но Булаткин останавливается и сново переводит свой взгляд на меня, видя, как я умащиваю продукты на ленте. — У тебя хорошая память на то, что мне нравится. — произносит он на выдохе, улыбаясь. *** Время пролетело слишком быстро, и мне пришлось оставить все мысли в долгий ящик, и сосредоточиться на приготовлении блюд для просмотра футбола. Поэтому пробежавшись по всем рецептам кулинарии для мужских посиделок, я уже сидела на кухне в ожидании звука готовности от духовки. Егор как и говорил, помог мне, правда только разложить продукты, но это тоже было мило и к месту, так как пакетов было у нас больше трёх, и всё разместив по нужным полкам, я поняла, что место для готовки всё-таки появилось. Залучать его к процессу я не стала, так как тогда бы готовила вечность, отвлекаясь и просто краснея от его нахождения рядом. До сих пор не могу прийти в себя после тех историй, которые произошли сегодня утром в машине и в супермаркете. Но кухня меня как-то взяла в свой плен идей, и пришлось незамедлительно окунуться в творческий процесс. Я всё же надеялась, что друг к Егору придёт один, ведь он не говорил больше о других гостях, поэтому я спокойно ждала, чтобы всё подать на стол горячим и вкусненьким. Сигнал таймера сработал во время, и я принялась вынимать противень с множеством калорийных вкусняшек. — Аййй… — кричали мои руки, хоть я даже была в перчатках. — Эй! Ты чего не позвала меня? — вмешался Егор в мои игры с тяжестью и подошёл ближе. Резко ставлю всё на стол и снимаю перчатки. — Ты хотел обжечь руки? — смотрю на него восклицательно. — А что горячо? — играется он словами и подхватывает картофель по-деревенски, вкусно поедая. — 200 градусов по Цельсию. — Я тебя просил меня позвать, я бы помог. Да, кстати, хорошо, что напомнила про градусы, — подошёл к холодильнику блондин и достал пиво и другое горючее к столу. — Ух, замерзло. Егор прошёл в гостиную, расставляя бокалы и наполняя их содержимым, у меня оставалось не так много времени, что бы поднести готовые блюда, поэтому я судорожно спешила, от чего получала неимоверные знаки судьбы. — Ой, — выкрикиваю, когда вилка падает на кафель, и отдаётся эхом по ушной раковине. Затем сразу же её поднимаю и отставляю в умывальник. Егор заходит на кухню, и меня сново клинет, всё-таки сложно сейчас взять себя в руки. — Давай я поставлю, что тут можно уже брать? — Показываю ему на два подноса, и иду за ним со своей закуской. Уворачиваюсь легко, сервируя недостающие элементы, и осматриваю всё ли на готове. Звонок в дверь проходит по ушной раковине зацепенело, и я понимаю, что чудом успела всё приготовить. Дрожь по телу всё так же цепляет волнительно, не давая месту спокойствия. — Я открою. — проходит Егор возле меня, направляясь к двери. Не могу найти себе места и решаю идти на кухню, домыть посуду и отправиться сразу же домой, стараясь не мельтешить перед глазами. Мужской голос приветствия наполняет квартиру, и я слышу, что там далеко не один гость. По телу проходит дрожь замбвенно, облокачиваясь на поверхность, мне дико кажется, что там Стас, и всё моё нутро снаружи отказывается в это верить. Егор что-то радостно произносит, смеясь, а я горю от не принятия ситуации, и пытаюсь зажечь в голове мысль, что всё будет хорошо. «Пожалуйста, только не это», — шепчет мне сердце, и я хочу его слушаться. Но все попытки держать себя в здравом уме проваливаются, когда из-за угла я вижу Эда, идущего ко мне, и выдыхаю. Он радостно подходит, словно не видел меня пару месяцев, а моё сердце тем временем медленно поднимается с утекавших мыслей. Это надо было так перенервничать. — Привет, Анют! — подходит он ближе и обнимает меня. — Привет, — смотрю всё так же испугано, прислоняясь к плечу. — Я так рад тебя видеть. Ты даже не представляешь! — И я. Правда. Очень. — Что-то не так? Ты взволнована… — смотрит брюнет на меня эдко, понимая, что моё состояние не из лучших. — Там Стаса нет? — продолжаю говорить всё так же напугано. — Нет. Ты чего? — смотрит он по-дружески. — Егор хотел его пригласить, когда звонил мне, но я взял Стаса на себя. — Как? — смотрю не понимающе. — Потом расскажу. У тебя вообще всё нормально? — Пока да. — выдыхаю. — Бро, ты где? — резко проносится голос Егора в голове и он появляется в межкомнатных дверях, серьезно смотря то на меня, то на брюнета. — А что вы тут шепчитесь? — прижмуряется. — Давно Аню не видел. Вот общаюсь. — Пообщаетесь ещё, пошлите за стол. — произносит блондин. — Окей. Разворачиваюсь к умывальнику, пытаясь включить воду, но Егор сново перебивает мои порывы. — Ань, ты тоже. Если конечно не против, посмотреть футбол с нами. — Да нет, я сейчас здесь уберу, и домой поеду. Но у блондина были другие планы, он легко подходит со спины, и молча притрагивается к шнуровке кухонного фартука, развязывая его полностью, и снимая с меня так, что я кажусь себе обнаженной. — Пошли, — резко он хватает меня за руку, что я в миг поворачиваюсь к нему. — Мой водитель затем тебя отвезёт домой. Соглашаюсь послушно, и иду за ним, не слишком уверено, но в его руках мне становится спокойно и легче. Пальцы сжимают легонько мои запястья, и я тянусь, просто тая на глазах. Мы останавливаемся у круглого стола, где перед мной на диване сидит Эд и мужчина в очках. — Костя, познакомься это Аня, — знакомит нас Егор. И мужчина поднимаясь, протягивает мне руку. — Она моя помощница. После аварии тяжело справится одним со всем. — Приятно познакомится. — произносит мужчина, и присаживается обратно. — И мне. — отвечаю вежливо. — Ань, только принеси себе тарелку, пожалуйста. — Я не… — произношу в ответ, но Егор перебивает все мои порывы. — Принеси, — улыбается. И я сново послушно, и под велением его голубых океанов, иду на кухню, подхватывая с полки тарелку, слыша разговор по пути и не вникая в него, подходу ближе, видя, как Егор внимательно слушает Костю. Обрывки фраз проходятся по моей ушной раковине и ранят так, как мне казалось, почти никто до этого. — А я же видел статью в «LA Time», где было указано, что за байком в ту ночь был ты не один. Что тогда со вторым человеком? Я судорожно опрокидываю стеклянную посуду на паркет, которая моментально рассыпается на осколки моего внутреннего крика. Егор переводит взгляд с друга на меня, и не знает, где сфокусироваться. Я видела его разбитым, чувствуя, что разбилась сама.