ГЛАВА 89

Время за полночь. Я вся горю и моё сердце медленно скатывается с груди. Чувство, что я — проекция, неизвестного никому жанра. Просто схожу сума в непонятном направлении, и боюсь даже пошевелится. Мои чувства налиты в кувшин и испиты до дна. И я не знаю, чья вина, что я такая чувствительная. Мне хотелось звонить ему каждую пройденную минуту, но абонент был не в доступе сети, и от этого сердце разрывалось ещё сильнее. Я лежу на кровати в одежде, и жду его сообщение ещё с вечера. Но сейчас мне настолько не хочется снимать с себя всё это, что я до сих пор верю… он сейчас позвонит, а я уже готова обуваться и выпрыгивать с квартиры на нашу встречу. Мысли запутываются в тяжёлый узел, хочется бежать и при этом не делать и шага. Я боюсь представить, что может быть когда наши реактивы чувств столкнутся в одно дыхание. Мы заполним друг друга чувствами до горла и дышать будем любовью. Кусаю губы, которые уже болят. От привкуса этой горечи, которая внутри пылает самыми едкими эмоциями. Мне сложно описать это ожидание. Вы когда-то ждали ответа сутками на пролёт? Когда ты заходишь в вотсап и проверяешь его онлайн, зная, что он горит не для тебя возможно, а для других, которые не потерялись во всем этом абсурде сложившихся мыслей, и написали первыми. Когда твоё тело дрожит только от одной мысли, что вот сейчас он напишет, позовёт, приедет. И ты не сможешь отделить себя на до и после. Потому что твоё сейчас оно безумно крутое и яркое. И это «сейчас» рисует он. Не ты. И не другие люди. Всего лишь один человек может изменить вашу жизнь и настроение. Один человек может как опустить ваши мысли на дно сознания, так и поднять их выше собственных туч. Рассеивать сомнения всегда приятно… Обнимаю себя за талию и дрожу. Мне так холодно, что я чувствую эту дрожь до глубины души, касаясь горла. И мне не спать, не думать не хочется. Легкая вибрация по пододеяльнику ранит виски, и я мигом открываю входящее смс на Вотсап. Новое входящее от неизвестного мне абонента. Сердце проходит щелчком по всем нервным системам и доходит до пяток. Открываю. И делаю нежный вдох гортанью. Закусываю губу. И вижу совершено другой Вотсап Егора. Его смс памятно врезается в душу и так же трепетно исцеляет её. «Прости, я замотался по делам. Давай завтра в 14 в Кофемании на Дегтяревской.» Прикладываю телефон к губам и совершенно не замечаю мелочей, которые потом соберутся в такой важный пазл. На моей душе тепло и тысячу мыслей о том, как я хочу быстрее завтрашний день. Мои глаза сразу же наливаются счастьем, и хочется тонуть в этих приятных ощущениях. Медленно открываю смартфон и бегаю глазками по экрану, печатая ответ. «Хорошо. До завтра. Спи сладко.» И следом откидываю телефон, экраном на постель, зарываясь в собственных ощущениях счастья. Я даже в уме считаю время до нашей встречи, понимая, что завтра это уже скорей наше тёплое сегодня. И осталось не так много времени, чтобы мы с ним столкнулись взглядами. *** «Как цветы на заре, Так и люди в любви хорошеют…» Вдох. И я изящно влезаю в свою кожаную юбку-карандаш, которая по колено. Смотрю на себя. Такую другую. Такую добрую, лёгкую, открытую. Завязываю бант на блузке и одёргиваю её вниз. Чувствую себя утончённой и прекрасной. Словно у меня есть вкус. Подвожу губы в нюд и фиксирую брови гелем. Я ответственна за свои решения сиять. И сегодня я сияю ему на встречу. В голове целый переполох, а стрелки часов неустанно приближаются к загаданной дате Х. Почему рядом с ним так хохочеться? И все границы стёрты с разума навечно. Кажется тот блеск в глазах, который отражается в зеркале я рисовала годами, но нет, он отчётливо появился вместе с ним. Собираю в спешке сумку, и параллельно вызываю такси, да я, черт возьми уже опаздываю. И этот приятный вкус опоздания проходится так замбвенно, что хочется дышать им. Вижу смс о подаче авто, и иду на встречу, которая слишком приятно отражается на мне. Обуваю шпильки, и выхожу с квартиры, где ещё пару часов назад мне сносило крышу от предвкушения. Теперь это предвкушение растворилось комом в горле, и я считаю минуты до точки на карте, где мои объятия будут наслаждаться самым тёплым человеком на Земле. Сажусь в белую ауди, и растворяюсь в отсутствии пробок, словно этот день подготовлен только для нас. До места назначения я прибываю слишком быстро, и волнение значимо оставляет свой след. Зажимаю губу, и терзаю её, съедая блеск. На улице слишком солнечно, и нет места унынию. Подхожу к заведению, и вижу через окно Егора, который сидит за столиком, и сегодня он чрезмерно пунктуальный. Это не может не радовать. У меня на губах послевкусие времени, когда я здесь была в последний раз. И в голове эйфория от ожидаемой встречи. Нас разделяет пару метров, дыхание сбивается к черту, ноги становятся ватными, а зрачки расширенно бегают по периметру, и находят его… — Привет. — поднимается Егор и обнимает меня за плечи, словно между нами нет никаких ограничений. — Привет, Егор. — говорю еле слышно, словно шепотом. — Давай помогу тебе снять курточку. — легко поворачивает меня в другую сторону и снимает джинсовку, заботясь. — Спасибо. Блондин молниеносно прислоняется к шеи, и от этого становится не по себе. Его горячее дыхание ударяет по всем тонким линиям, и я прикована к его движениям целиком. На секунду теряю бдительность и даже не дышу. — Ты очень сексуально выглядишь, — шепчут его губы. Егор сразу же отстраняется, оставляя верхнюю одежду на вешалке. — Спасибо, — поворачиваюсь и расплываюсь в тёплой улыбке, сразу же сажусь напротив. — Я сразу нам заказал блюда на свой вкус. Ты не против? Смотрю на него с той же улыбкой, понимая, что любое выбранное ним блюдо, будет обязательно моим фаворитом. — Нет конечно. Я как раз сегодня даже не завтракала. — Совсем-совсем? — его губы отпивают горячий кофе. — Ну если латте считается за приём пищи, то все-таки ела. Булаткин ухмыляется и подаёт мне меню, дерзко играя, не отдавая, а держа за противоположный конец бумаги. — Что по напиткам будете, мадмуазель? Мне становится одновременно смешно и не по себе от его официальной речи. — Пожалуй лимонад. — Хорошо. Блондин поднял руку, и официант по первому требованию появился возле нашего столика, быстро записал новый заказ и так же неожиданно растворился. В этом заведении царила сегодня по-особенному уютная атмосфера, мне хотелось так же растворится с ней вместе с ним. Ещё пару месяцев назад, я сидела за этим столиком с подругой, и у меня зазвонил телефон, тогда я ещё не понимала, как близко было моё счастье и в то же время далеко. Егор был всего лишь сутки в ЛА, но совершенно спокойным тоном предложил мне самую большую неожиданность в моей жизни. Забрать визу в Америку и уже через пару часов лететь одним из рейсов в ЛА. Была ли я тогда в шоке? Если я отвечу просто да, то это будет ровным счетом ничего. Во мне парили самые дикие отголоски адреналина, я полностью была пропитана им без зазрения совести. Поэтому это место у меня ассоциируется с ним, и очень чувственно проходит мурашками. Мне принесли лимонад, и я уже ощутила на себе весь терпкий вкус маракуи. — Что делала без меня? — Скучала. — Правда? — улыбается Егор. — Очень. Я тебе звонила, но твой телефон был недоступен. — Я вчера его разбил случайно. Поэтому пользовался другим. — Хм. Починил уже? — Да. В мастерскую сдал. — А что с рукой? — показываю взглядом на пластырь, который держался поверх чёрных надписей на кисти. — Пустяки. — легко отвечает блондин. — Точно? — Точно. Кстати, то, что я тебе скажу сейчас, пожалуйста не принимай так буквально. — Мм? — смотрю с придыханием, словно чувствую что-то не так. — Я тебя увольняю. Выдыхаю. — Серьезно? Мне становится даже смешно от того, что я могла надумать, и что связано с реальностью. — Да. Мне кажется, что ты в роли домработницы мне больше не подходишь. — А вот так значит? — делаю обиженный вид, но это плохо у меня получается. — Мне хочется узнать тебя больше… — дотрагивается к моей руке Булаткин, прижимая своей сильной и такой тактильно приятной. — Ммм, — закусываю губу. — Скажи, а вот если бы я тебе предложил сейчас улететь куда-то, ты бы согласилась не раздумывая? Сердце начинает волнительно содрогаться, и я даже боюсь представить, что может последовать дальше. Но я мысленно уже согласна на всё, что он только может предложить. — Думаю да… — Даже в ЛА? — его голос звучит с ухмылкой, словно я сново возвращаюсь в тот день и слышу предложение о моем приезде к нему. Всё повторяется так быстро, что кажется я чувствую на привкус дежавю. Мои ладошки становятся мокрыми и я без причин трясусь, ощущая внутренний дискомфорт. Словно на мне не та одежда и не те эмоции. — Я сейчас… — говорю с дрожью в голосе. И Булаткин легко убирает свою руку, отпуская меня из-за стола. Моё тело несёт меня в уборную, где я прикасаюсь к холодной, проточной воде из-под включённого крана, и судорожно провожу каплями по шеи, пытаясь прийти в себя и отдышаться. Черт! Я не знала, что будет так больно слышать эти слова сново, и делать вид, словно они сказаны впервые. Притрагиваюсь к холодной стене и чувствую микротоки внутри себя. Моему состоянию сейчас не хочется даже завидовать. Я в растерянности чувств и эмоций. Выдыхаю. И вытираюсь салфетками, иду в сторону столика, так как моё исчезновение может дать шанс появлению новым вопросам. Подхожу с таким покерфейсом, что кажется меня этому учили заведомо, делать вид, что тебе нормально, когда ломает со стороны в сторону каждое воспоминание о нашем прошлом. Которое есть пока что только в моей голове. На столе принесённые блюда, и я не придаю им значение, молча сажусь, рисуя легкую улыбку на лице. — Мы тебя уже заждались! — Мы? — повторяю вопрос, прикасаясь к приборам. — Да. Ты же хочешь попробовать Тахос?