Глава 1

Лондон, 1941 год.       Темнеет. В воздухе стоит запах дыма. Пепел бесформенно проносится по улочкам Лондона. Чувство страха сопровождает меня ежеминутно. Мерзость пробирает до костей. Этот отвратительный смрад невозможно забыть. Город густо покрыт фирменным лондонским туманом. Не слышно ни разговоров людей, ни пения птиц, а только вражеские самолёты, денно и нощно летающие над городом и обстреливающие его, издавали жуткий грохот, какой можно было услышать лишь в аду. Собственно, это и был ад. Хлоп!       Отложив дневник, Джулия посмотрела в своё старое и грязное окно, в котором было несколько трещин и сколов. Немного протерев его рукавом своей рубашки, она смогла видеть, как вдалеке летают английские самолёты «Спитфайр» и «Харрикейн». Её взгляд спускался ниже и ниже к земле, разглядывая ужасы войны, пока внезапно не упал на подъехавший к её дому почтовый фургон. За рулём был мистер Джемисон, старый почтальон. Он пару раз посигналил, чтобы привлечь внимание. — Джулия, прошу, забери почту! — крикнула Сара, мама Джулии, из своего кабинета.       Протерев лицо грязным рукавом, нехотя, она спрыгнула с высокого подоконника, подвернула рукава рубашки, которые сильно свисали, и побежала к фургончику. Миновав лестницу, пробегая по коридору ко входной двери, неожиданно, у Джулии на пути возникла мама. Она чуть не сбила её с ног. — Господь Всемогущий! Джулия! Зачем ты так несёшься?! — прикрикнула на неё мама, переводя дыхание от мимолетного испуга — и вся чумазая. — Сара заметила на щеке дочери след от грязного рукава и кое-как оттёрла его. — Но я же не знала, что ты… — Веди себя как подобает юной леди! Умывайся почаще и не бегай по коридорам! Ты ведь можешь споткнуться! Ох! — Мама, мне не 5 лет, чтобы так меня опекать — возмутилась Джулия. — 5 тебе или 19, не имеет значения. В моих глазах ты всегда будешь малышкой. — Сара стала обмахиваться, будто ей стало дурно, затем вздохнула, поправила светлые вьющиеся локоны дочери, и велела идти к фургону. Джулия послушно кивнула и пошла в сторону выхода.       Её заметил мистер Джемисон и громко поздоровался с ней хриплым голосом. — Здравствуй, Джуди! — он посмотрел на неё прищуренными глазами сквозь толстенные линзы своих очков, а из его рта доносился едва уловимый запах чего-то противного, напоминающего брюссельскую капусту. — Я Джулия, мистер Джемисон! Агх…! — У меня для вас есть почта! Вот, желтенький такой конвертик, адресовано семье Бар… Бур… — мистер Джемисон напряг все силы, чтобы прочесть фамилию на конверте. Джулия повела головой и крикнула: — Семье Браун, мистер Джемисон! — Да, точно, семье Браун! Держи, милая! — на его лице сияла широкая странная улыбка, в которой не хватало нескольких зубов, что делало её еще страннее, а над левым уголком рта росла большая бородавка, которая всем видом показывала, что приближаться к своему хозяину не стоит.       Он протянул Джулии конверт, и она, быстро схватив его, как лягушки хватают какую-нибудь мушку, направилась домой. — До свидания, мистер Джемисон! Ох, ну и странный же он… — добавила она шёпотом.       Джулия быстро забежала в дом, и войдя в комнату матери, произнесла: — Мама, письмо из Министерства Авиации! — Ох, батюшки! Может будет информация об Алане! О моём милом Алане! — Сара надеялась, что в письме будет хоть словечко о её муже, который ушёл на фронт около года назад. К слову, муж её был отменным лётчиком.       Развернув письмо, Сара прочла его и осталась ужасно сконфуженной. Скривив лицо, она выпрямила руки, убрав письмо от лица. — Что там, мама? — заволновалась Джулия. — Алан… Он пропал без вести…       У Джулии пересохло в горле. Она не могла поверить в это. Сара стала бледнее японской гейши и села на письменный стол, сжимая в руках злостное письмо, едва не порвав его. Джулия смотрела пустым взглядом сквозь пространство, сделала пару шагов назад, и опершись на стену спиной, опустилась вниз. Они молчали. Дрожали как листья в осеннюю пору. На маминых глазах выступили слёзы. Джулия подошла к ней с утешениями. — Джулия, я его ждала, каждый день я сидела и смотрела в окно, ожидая увидеть его живым, — сказала Сара, похлипывая носом, — я вспоминала, как ты, совсем малышкой, гуляла с ним за ручку, как он веселил тебя, когда тебе было грустно, успокаивал тебя, когда ты была напугана. Помнишь, когда к тебе в окно залетела ворона? Ты тогда страшно испугалась, но пришёл Алан и стал тебя защищать, — на лице Сары появилась дрожащая улыбка, а слёзы будто испарились. — Знаешь, уже поздно, отправляйся-ка ты спать, я закончу свои дела и тоже приду. — Да, мама — Джулия крепко обняла мать. — Не переживай, мы с тобой еще вместе, мы ещё живы…       Сара поднялась, посмотрела на письмо и отбросила его в сторону. Но тут она обнаружила еще одно письмо, видимо, выпавшее из того же конверта. — Дочка, здесь ещё одно письмо! — Сара отшвырнулась прочь от письма, — прочти сама, пожалуйста! — она показала Джулии на конверт худой дрожащей рукой. — Хорошо. — Джулия подняла с пола письмо и прочла: «Жильцы дома номер 4 по Ривер стрит, просим вас собрать необходимые вещи, завтра в полдень к вам приедет шофёр и вас эвакуируют из города».       Мать и дочь вздохнули с облегчением. — Наконец-то, мама! Мы уедем отсюда! Но нам надо бы отправиться спать, чтобы завтра встать пораньше.       Сара с одобрением кивнула. Мысль о пропаже Алана не покидала их до того момента, пока они не заснули.       Джулия засыпала долго, вспоминая отца и своё детство.       Когда она была ещё совсем маленькой, отец показывал ей как заводить и управлять самолетом, он рассказывал ей о своих путешествиях, обещал, что они вместе облетят весь свет. Джулия прилагала немало усилий, чтобы запомнить уроки отца. «Я знаю, не просто прощаться с любимыми, но никогда не забывай, что люди, по-настоящему любящие друг друга, обязательно встретятся, если не через год, то через десять. Обязательно встретятся!» — последнее, что сказал Алан своей дочери, перед уходом на фронт. Он был самым смелым человеком, которого она знала. Какие воспоминания…       Наша героиня погружается в сон с мыслями об отце.