Болезнь (3)

Все что вокруг удивительно пустое. Вот драка и ругань, не совсем чужих людей, происходит прямо под носом. А она абсолютно спокойна, это не отвлекло ее о мыслях об Илье. Но позже когда все уладилось, когда другие девочки рассказали о своем испуге, единственная мысль которая у нее возникла:

"А может меня отвергли потому что я без эмоциональна? Не заслуживаю чувств и сочувствия потому что сама на это не способна?"

—Я совсем от него такого не ожидала, что он может так вспылить, как спичка, он всегда выставлял себя воспитанным рассудительным мужчиной, но такие ужасные слова уже выходят за границы, такого не должно быть. — миниатюрная девочка, с голубыми серьезными глазами, взволнованно собрала Мину и старосту в круг, и продолжила, — Он как более разумный человек, не должен был устраивать такое при нас. Я видела, как он начал его душить. Нельзя такое устраивать в университете, в кабинете, еще и при женщинах, раз он говорит о себе, как о мужчине. Нужно с этим что-то делать, я это так просто не оставлю. И я не смогу смотреть на него и относиться, общаться так же как раньше... Мину это слово "раньше" кольнуло в голову иглой осознания: "А ведь именно только с ней, он и не общался, чтобы она могла отказаться от него" Почему же? Раньше ей было бы важно и интересно услышать ответ, но сейчас уже не хочет и даже боится. Все последние годы, она как могла старалась получить признание, искрений интерес в ее сторону. Но с каждой новой попыткой, впадала в более глубокое отчаяние. И недавно забросила попытки знакомиться и открываться людям, такое ощущение что окончательно. Ведь ее ненависть к себе начала остывать, она с горечью понимает, что начала смиряться с тем, что ничего лучше не станет, будущего у нее нет. Головокружение усилилось, ноги иногда становятся ватными и дорога как будто уходит из под подошвы, нарастает мигрень, из-за яркого солнца, которое как будто смеется над ней и ее нескончаемым потоком мыслей: Да, я правда слепа, но что мне с этим сделать? глаза себе выколоть, чтобы видеть суть, а не иллюзию? Я ничего не могу больше сделать... зачем же я продолжаю себя терзать? Зачем же пишу себе и иногда ему о своих мелких переменах в душе и настроении? Я хочу чтобы он меня видел, но вдруг так только возненавидит? Ведь общается со мной из чувства вины. Но я говорила с ним об этом несколько раз прямо. Он говорил мне всегда, что ему приятно и интересно со мной, при этом я чувствую, что рядом с ним являюсь самой собой. А разве это не есть то искреннее подлинное общение о котором я мечтала? Но я все же хочу большего, и поэтому отвратительна. Я продолжаю думать и говорить, что я отвратительна потому что я все еще не могу принять это за неоспоримый факт. Но если я приму тот факт что я ужасна и виновата во всем, не стану ли я таковой в действительности. Ведь мне будет действительно все равно. Мина достала из посылки бордовый атласный халат, постирала в машинке, он быстро высох. У халата имелись прекрасные объемные рукава-колокола с кружевом, а сам он доходил почти по пола. Она сняла носки, и начала танцевать босыми ногами по паркету, под классическую композицию итальянского возрождения "La Folia"; прямая спина, ноги отбивали ритм небольшими шагами, периодически подпрыгивала на одной ноге, широкие и медленные движения рук, только пальцы гибки, быстры когда изображают веер, плавным сжатием и разжатием. Ее внимание захватило удивление того, что не смотря что маникюр черного цвета отрос, от все еще выглядит хорошо, а еще лучше выглядит педикюр. Мысли немного отпустили, но ужасная усталость все же осталась.