Эпилог

      Зара с вызовом смотрит на Алинеа, когда в общем зале воцаряется тишина. По возвращении в Резиденцию она тут же рассказала о произошедшем Мире. Во всех прочих случаях Дух Огня обычно разбирается сама, но сейчас понимает, что надвигается нечто серьёзное. Нечто, о чём нельзя умолчать. Мира медлить не стала, созывая всех на разговор сразу же. Но, как оказалось, в замке отсутствуют трое — Марелина, ещё не успевшая вернуться с задания, и уехавшие по личным делам Серана и Райла. Оставшиеся сейчас собираются в зале, напряжённые до невозможности. — Алинеа, то, что сказала Зара, — тихо начинает Мира. — Это правда? Ты используешь тёмную магию? Повелительница Грома несколько секунд молчит, прежде чем также тихо, несколько растягивая слова, произнести: — Это был первый раз, когда я решилась попробовать. Я подумала, что оно может принести нам пользу. Но если моим сёстрам это настолько не по душе, то впредь я не стану этого делать. — Откуда ты вообще знаешь, как пользоваться тёмными силами?! — срывается Зара, чувствуя, что Алинеа старается вывернуться из столь щепетильного разговора. — Поддерживаю, — неожиданно произносит Фальтра, обычно принимавшая пассивную позицию. — Я изучала принцип работы тёмных колдунов, но понятия не имею, как пользоваться им на практике. А ты с первого раза подчинила гнездо, породившее настолько сильное исчадие льда. Как тебе это удалось? — Повторюсь, — после ещё одного небольшого промедления настаивает Алинеа. — Я правда использовала заклятие впервые и то, что у меня получилось, лишь удача. В тот момент я прежде всего думала, как защитить сестру Зару. — Не пиз… — начинает было Зара.       — Довольно препирательств, — останавливает её Мира. — Если сестра говорит, что сделала это впервые, значит так оно и есть. Впредь попрошу тебя воздержаться от этого и ближайшее время на задания одна ездить ты не будешь. — Обращается она уже к Алинеа. — Баланс в мире превыше всего.       — Ты серьёзно хочешь закончить на этом?!       Зара вскакивает со своего места, готовая пылать, Мира же едва слышно сглатывает.       — Алинеа просто ошиблась, как и всё живое. Если это повторится, то будем действовать уже серьёзнее.       Дух Огня собирается было сказать что-то ещё, но, оглядев всех присутствующих, что потупили взгляды, только отмахивается и покидает залу, на прощание кидая:       — Чтоб вас всех Тёмный побрал.       Остальные Духи переглядываются, но вскоре тоже расходятся. У каждой остаётся неприятный осадок в душе — что-то не так и они все прекрасно об этом знают.       Но только Мира, оставшаяся на месте, понимает, как сильно у неё трясутся руки. Она снимает тонкие ажурные перчатки, судорожно отбрасывая их в сторону, смотрит на покрасневшие от постоянного трения тонкие пальцы. Ей страшно.       Духи поклялись защищать мир от тьмы в любом её проявлении. И тут одна из них так нагло использует её. Это нарушает все устои, порядки, даже законы! Зара права, необходимо принимать меры серьёзнее, но она просто струсила. И всё ещё боится. Алинеа за пару минут подчинила гнездо, в то время как даже опытные колдуны редко, когда могут этим похвастаться. Какая тут может быть удача?! Но именно это и пугает. Насколько сильна Алинеа, что она вообще пытается добиться, используя неестественную для Духа силу?       Всегда считалось, что в их поколении самый сильный Дух — Зара, поскольку она никогда не ограничивала себя в силе, поддаваясь эмоциям и выпуская её в таких количествах, в каких только возможно. Но, кажется, сейчас картина меняется. Если Алинеа, что всегда была второй по силе, взяла под контроль ещё и тьму, то вряд ли ей кто-то сможет сказать хоть слово против.       На хрупкие плечи ложатся тёплые руки.       — Всё хорошо. Выдыхай, — шепчет Фальтра.       — Спасибо, — Мире действительно в миг становится спокойнее. — Никогда не думала, что… что всё окажется так.       — Ты думала, что в Резиденции мы всегда будем в безопасности, но на деле Алинеа всегда была подозрительной личностью, — вздыхает Фальтра, отходя и маня Миру за собой. — Я думала, что ты тоже это замечала.       Вдвоём они покидают общую залу, направляясь во внутренние покои.       — Видимо, я слишком искренне верила в дружбу между нами всеми, пусть и иллюзорную. Я принимаю даже вечные склоки между Сераной и Зарой, но это… Это я понять не могу.       Преодолевая длинные коридоры, они в итоге оказываются в комнатах Духа Природы. Теперь же это общие спальни Райлы и Фальтры, поскольку строить ещё один павильон ради одного поколения было бы расточительством. Да и эти двое, Райла с Фальтрой, сами не против.       — Я ведь говорила, что изучаю воскрешённых и принципы работы тёмной магии, — начинает Фальтра, заводя Духа Воды в свой кабинет.       — Да, я помню.       — Делала я это ради того, чтобы и нам было легче справляться с тварями разного рода, и простые люди могли хоть как-то за себя постоять.       — Анита неплохо внедрила твои исследования в свои разработки.       Мира садится на кушетку рядом с письменным столом Фальтры, пока та роется в глубинах его ящиков.       — Однако, есть кое-что, что я не говорила никому в этом мире. Кое-что, что я обнаружила, ещё будучи человеком, — наконец, она достаёт миниатюрную записную книжку, очень старую и даже несколько размокшую.       Мира напрягается всем телом, внутренне отмечая, что не готова услышать то, что сейчас будет сказано.       — Духи и воскрешённые — противоположности, как свет и тьма. Светлая магия, магия Духов, а тёмная, соответственно призывает монстров и призраков. Но на самом деле, источник у них один. Если тьма стабильна, то свет распадается на элементы, то есть на нас, Духов. Я уже предполагала раньше, что, подобно сестрице Серане, может появиться новый Дух — Дух Тьмы. И, если это действительно случится, то он по силе будет равен всем нам вместе взятым. Но теперь я боюсь, что, раз Алинеа так умело пользуется тёмной магией, она собирается получить силу большую, чем просто часть света. И, если мои опасения подтвердятся, то это сулит нам огромные проблемы.       Внутренности Миры будто сжимаются, стоило ей услышать эти слова. Фальтра протягивает ей блокнот, пролистав который, Дух Воды понимает, что подруга сильно смягчила углы в их ситуации. Это не просто огромные проблемы. Это вопрос выживания всего мира.       — Что это вы тут обсуждаете? — раздаётся звонкий голос у дверей, когда в комнату входят Райла и Серана.       Мира поджимает губы, с мольбой поднимая взгляд на Фальтру, чтобы та объяснила ситуацию, ведь сделать это сама она не в силах.       — Алинеа использует тёмную магию, — без лишних слов поясняет Фальтра.       У обеих вошедших мгновенно меняется выражение лиц: сначала на удивлённое, потом на озарённое пониманием и, наконец, на разозлённое.       — А я знала, что она та ещё сука, — едва слышно произносит Серана.       — Что же не сказала тогда? — недовольно фыркает Фальтра.       — Прекратите, пожалуйста, — наконец подаёт голос Мира, странным взглядом обходя всех присутствующих. — Для начала нам надо понять, действительно ли сестра Алинеа задумала что-то ужасное или же мы можем решить этот вопрос мирно.       — Ты серьёзно? — вскакивает Повелительница Растений. — Ты веришь в чистоту её намерений даже после того, что я рассказала тебе?       — Нет. Но я хочу верить в то, что она может сомневаться. И если есть хоть шанс переубедить её, я хочу попробовать.       — Давайте мы просто поищем что-нибудь в её залах? — предложила Райла.       — Так она тебя и пустит, — укоризненно смотрит на неё Фальтра.       — Алинеа уезжала, когда мы с Сераной заходили. А её слуги пусть только попробуют преградить путь.       — Как уехала? — Мира хватается за сердце, сжимая в кулаке ткань длинного рукава. — Я же ведь запретила ей покидать Резиденцию одной!       — Она и не одна, — под общими недоумёнными взглядами произносит Серана, всё это время смотревшая в окно. — Вон, сестрица Зара поехала за ней следом.       — Они точно там раздерутся… — вздыхает Мира, качая головой.       — Тем скорее нам надо уже точно решить, что делать, — Фальтра кивает в сторону Райлы, всё же одобряя её идею с поисками.       — Мы быстро, — та хватает Серану под локоть, вытаскивая её из комнаты.       ***       Пропустили их безо всяких проблем: надрессированные, будто сторожевые собаки, младшие духи Алинеа даже голов поднять не посмели на других Хранительниц, которым вдруг что-то понадобилось в покоях хозяек.       — Что-то странные они. Слишком покорные, — удивлённая их поведением замечает Райла.       — Это только у вас с Мирой слуги чувствуют себя вольготно. Остальные их не жалеют, как вы, — отвечает Серана, при этом хмурясь на очередного служку, скрывшегося в тени. — Хотя нет, ты права. Слишком шуганные, даже в их положении. Интересно, что сестра Алинеа с ними делает.       В покоях Духа Молний было очень темно — плотные длинные занавески зашторены, не пропуская ни кроки солнечного света. Единственным источником освещения оказываются свечи, в своём небольшом количестве. Особо они ни на что не влияют, но хотя бы какие-то очертания предметов видно. Как выразилась Серана, зажигая ещё: «просто, чтобы не убиться». Когда света стало побольше, Духи замечают ещё и педантичную чистоту.       Ни единой пылинки или пятнышка где бы то ни было. Все документы, свитки, отчёты и прочие бумаги аккуратно уложены в огромные стеллажи из тёмного дуба. Немногочисленная однообразная мебель расставлена согласно учениям о принципах гармонии и энергетического равновесия. Да и в целом комнаты не выглядят так, будто в них кто-то живёт. Алинеа явно пользуется своим положением по полной — мало кто ещё в этом мире мог бы позволить себе такое.       Но вместе с этим Райла понимает, что искать здесь хоть что-то компрометирующее — а ведь они даже не знают, что конкретно — будет очень и очень проблематично. Алинеа не дура, а значит, если и имеет что-то связанное с тёмной магией в своих покоях, то точно спрятала это как следует. Серана сосредотачивается на магических эманациях вокруг на случай, если что-то скрыто при помощи сил Духа. В Резиденции это, конечно, занятие непростое, поскольку вокруг в целом слишком много источников магии, но конкретно в этой комнате она ничего не находит. Решают искать вручную: обшаривают ящики стола и комодов, роются в шкафах и среди стеллажей, но так ничего и не находят.       Уже почти смирившись с тем, что они ничего не накопают, Райла простукивает стену возле письменного стола, прислонившись к ней ухом.       — Поверить не могу, что ничего нет, — тяжко вздыхает Серана, присаживаясь рядом.       — Тихо, — вдруг шикает Райла, замирая. — Здесь что-то есть!       Серана тут же подскакивает:       — Что?       — За стеной как будто пусто. Сможешь снести её? — отходит.       Дух кивает, активируя свои силы, а потом просто раздвигает стену. Камни, из которых она состоит, расходятся в стороны, будто Серана открыла дверь.       За стеной оказывается ещё одна комната, не имеющая дверей — лишь люк на потолке. Вот здесь и царит настоящий хаос: множество книг и бумаг, большая половина из которых растерзана в клочья, валяются то тут, то там, амулеты и талисманы — даже несколько изобретений Аниты, которые она считала потерянными — также раскиданы.       Они едва успевают удивиться, как вдруг из противоположного угла доносится истошный птичий крик, а после прямо на них стремглав вылетает вороний скелет. Продолжая неистово орать, он вылетает в коридоры.       — Некромантия! — одновременно выдыхают Райла с Сераной.       На поимку птицы решили время не тратить, она всё равно не вылетит за пределы Резиденции, а доказательств вины Алинеа и ту предостаточно. Среди уцелевших записей оказались многочисленные описания ритуалов тёмных магов и жертвоприношений, пособий и учений, практикумов по использованию проклятых чар и призыву и подчинению тварей потусторонних. Некоторые даже будто бы по памяти были записаны самой Алинеа — Серана узнала её подчерк.       Но самым настораживающим оказалось описание ритуала по Вознесению. Вариантов записей о нём оказалось больше прочих, с многочисленными заметками. Стало ясно одно — Алинеа явно готовит этот ритуал, результатом которого станет поглощение ею всей тёмной энергии, которая только может быть в мире. Их сестра и соратница планирует стать Духом Тьмы, целенаправленно готовясь к этому уже не один год: ритуал требует огромных материальных и магических затрат, но, судя по её же записям, практически всё она уже получила.       Райла спрятала несколько заметок себе в потайной карман на рукаве.       — Нужно быстрее рассказать об этом всем!       Но стоило им покинуть потайную комнату, как путь преграждают младшие духи Алинеа. Они молчат, загораживая собой проход, в упор смотря на Духов.       — В сторону! — рычит Райла.       — Госпожа велела не выпускать никого, кто вошёл, пока она сама не вернётся, — спокойно отвечает один из служителей. Лица каждого из них скрыты одинаковыми серебряными масками, а потому разобрать, кто говорит, невозможно.       — Если не пропустишь, то тебе твоя госпожа доброй бабушкой покажется, — скрещивает руки на груди Серана.       — Согласно пункту 4.3 внутреннего протокола любой, кто оказывает сопротивление, подлежит уничтожению, — всё тот же спокойный голос.       Райла с Сераной переглядываются, тотчас взывая к магии. Слуги Алинеа обнажают короткие мечи, до того покоившиеся на их поясах. Райла призывает своё духовное оружие — лук, похожий на тот, который у неё был когда-то ещё на службе у графа, но теперь вместо стрел у неё её же магические сгустки. Серана не отстаёт, концентрируя энергию на кончиках пальцев:       — Последнее предупреждение! Отойдите! — скалится она, чувствуя, что сзади них оказались ещё несколько служителей Госпожи Бурь. Видимо спустились через тот люк в потайной комнате.       На этот раз отвечает ей только скрежет лезвия да эманации сил младших духов. Она тяжко вздыхает, будто морально подготавливается, а потом резко вскидывает руку, впечатывая одного из преградивших им путь в стену колонной, вмиг выросшей из пола — благослови тех, кто решил построить их Резиденцию именно из камня. Второй слуга был насквозь проткнут молниеносной стрелой Райлы.       Оказавшиеся сзади младшие духи атакуют при помощи мечей и электричества, но Серана успевает укрыть их обеих каменным щитом, отскакивая. Застрелив ещё двоих, Райла вдруг вскрикивает:       — Осторожно!       Едва успевая понять, что происходит, Серана ставит ещё один щит прямо перед собой, но тот вмиг оказывается разрушен тёмным дымом.       Эти мрази тоже используют тёмную магию!       — Сестра, не будь милосердной с ними, — заключает Серана, понимая, что все присутствующие здесь младшие духи на самом деле являются тёмными магами. Интересных же слуг набрала Алинеа, ничего не скажешь!       Устранив ещё двоих, Райла вжимается спиной в стену, оказавшись зажатой несколькими врагами сразу, достаёт охотничий нож. Но он ей не пригождается — младшие духи оказываются залитыми водой, а следом покрываются толстой коркой льда, лишённые способности двигаться.       Переведя взгляд на вход в покои, Райла видит, что к ним на помощь пришли Фальтра с Мирой и, видимо, только что прибывшая Марелина, чьё выражение лица тоже не предвещает ничего хорошего. Фальтра связывает оставшихся врагов лозами, а после Марелина резко пронзает их ледяными шипами.       Ещё несколько минут назад покои Духа Молний были идеально чистыми. Сейчас же они усеяны трупами и залиты кровью.       — Вы ей рассказали? — спрашивает Серана, кивая на Марелину.       — Да.       — Взгляни! — Райла протягивает найденные записи Фальтре.       Та почти минуту бегает глазами по написанному, с каждой секундой бледнея всё сильнее. Судорожно выдыхает:       — Срочно собирайте своих младших духов. Нам нужно как можно скорее отправиться за Алинеа и остановить её!       ***       Беркут раздражённо фырчит, стоит Заре вновь потянуть его за поводья, заставляя тормозить. Боевому коню, преодолевшему многие тысячи миль, не по душе медленно красться, но он повинуется хозяйке.       Повелительница Пламени прислушивается, недовольно сводя брови. Она не согласна с решением Миры ждать, пока Алинеа оступится ещё раз. Интуиция, да и просто ненависть к любому проявлению тёмной магии подсказывает, что та уже давно свернула на кривую дорожку пути тьмы. Но раз сёстрам нужны доказательства, Зара добудет их сама, не смыкая глаз следя за Алинеа.       Потому стоило той нарушить запрет сестры Миры и выехать в одиночку за пределы Резиденции, Зара тут же последовала за ней, держась на некотором отдалении, чтобы Алинеа не заметила её, но, и чтобы самой не упустить её из виду. Всего через полчаса слежки к Алинеа присоединились её младшие духи, в достаточно немалом количестве — видимо она собрала почти всех своих слуг. Подозрительно.       Таким составом они двинулись дальше — к Древнему лесу. Что могло понадобиться там Духу Молний? Духу, может, и ничего, а вот для тёмного мага это настоящий храм. В Древнем лесу сосредоточена магия тьмы в таком количестве, что младшим духам там, как правило, становится плохо от её концентрации. Там же обычно возникают самые сильные магические аномалии. Неизвестно, почему именно здесь, а может, прошлые поколения Духов и были в курсе, но нынешнее понятия не имеют.       К концу дня на горизонте появляется тёмно-зелёная стена того самого злосчастного леса, как вдруг Алинеа тормозит. Судя по замешательству её младших духов, те этого не ожидали. Зара также натягивает поводья Беркута, посильнее натягивая капюшон на рыжие волосы. Но остановка продлилась недолго: Алинеа что-то недолго говорит, а после слуги продолжают путь уже без неё. Дух остаётся на месте.       Подождав ещё некоторое время, Зара смиряется — по-видимому, её всё же заметили. Ну и хорошо, что эта тварь может противопоставить Богу войны? Зара просто убьёт её прямо сейчас, а дальше небеса пусть решают, как быть. Подъехав ближе, Зара спускается с Беркута, одновременно с этим обнажая меч. Алинеа, всё это время с прямой спиной смотревшая на удаляющуюся процессию, также спешивается, поворачиваясь к Заре.       Обе молчат некоторое время, глядя в упор друг на друга, Зара с отвращением, а Алинеа — оценивая. Наконец, последняя размыкает тонкие губы:       — Знаешь, не смотря на все обстоятельства, я рада тебя видеть.       — Да ну? — саркастически ухмыляется Зара, заранее вставая в боевую стойку.       — Опусти оружие, я не хочу с тобой сражаться.       — За то хочу я.       Алинеа наигранно вздыхает, качая головой, будто пародируя движения Миры.       — Тогда я буду кратка. Я знаю, что твой отец был из тёмных магов.       Ухмылка тут же исчезает с лица Зары:       — Откуда? — угрожающе шипит она.       — У меня свои источники. Не перебивай. Так вот, — Алинеа поднимает взгляд на алеющее небо за спиной Зары. — он состоял в одном из сильнейших культов некромантов, пока Духи не разогнали их. Но также я знаю, что его дар перешёл и тебе. Не перебивай, говорю. Узнав это, я была крайне удивлена.       Она выдерживает драматическую паузу, разводя руки.       — Такой талант овладел силой Духа! Я впечатлена. Напоминает меня.       Зара покрепче перехватывает меч, готовая к удару. Но переливающиеся из серого в лиловый цвет глаза напротив блестят неподдельным восхищением.        — Я также, как и ты, могу повелевать обоими видами магии, что редкость столь же огромная, что и затмение небесного светила. Ты сильный воин и сильнейший Дух. А ещё можешь стать непобедимой Госпожой Тьмы, наравне со мной. Но ты отчего-то отвергаешь такой дар! А ведь именно из-за Духов когда-то погибла твоя семья.       Это было последней каплей для Зары. Рывок вперёд, и вот её меч уже со звоном сталкивается с оружием Алинеа. Их лица так близко друг к другу, но Дух Молний продолжает улыбаться.       — Моя семья умерла из-за мудака, который бросил нас! Ради чёрной магии он оставил меня, маму, сестру! Во всём что случилось виноват он и твари вроде тебя! — каждое её слово сопровождается новым ударом.       — Но ты такая же тварь, как и я. Твоя жажда битвы, клокочущая ненависть, едва сдерживаемая ярость — это всё та самая тварь, что живёт в тебе и требует кровавой жертвы. Не говори, что ты не получала удовольствий сжигая своих односельчан или кроша черепа монстров и бандитов.       Не смотря на разгар битвы, Алинеа продолжает улыбаться и говорить спокойно, будто бы ей вообще не нужно дышать. В то же время Зара всё больше и больше выходит из себя.       — Я делаю это во благо мира!       — Да не смеши.       В момент Алинеа отскакивает от удара сверху, теряет равновесие, отлетая дальше, чем планировала и ещё некоторое время катится кубарем. Почти сразу же вскакивает на ноги, выплёвывая изо рта траву вперемешку с землёй. Выражение лица её мгновенно меняется с расслабленно-насмешливого на озлобленное:       — Ну всё, мне надоело, — цедит она сквозь сжатые губы.       В то же мгновение вены на её руках и шее приобретают ярко лиловый оттенок. Зара, заметив это, в долгу не остаётся, мгновенно призывая огонь к себе, выпуская шар пламени в сторону Алинеа и, пока та пытается уклониться, заходит к ней со стороны. Но вопреки ожиданиям, шар цели не достигает, по пути вдруг начиная искриться, и затухает.       Эта сука затушила её огонь своим электричеством!       Вновь звенит сталь, но на этот раз клинок Алинеа покрыт густой тенью. От соприкосновения, эта тень перебирается на меч Зары. Она покрывает лезвие тонкой сетью трещин. Мгновение — и фамильный меч рассыпается в труху.       — Ты!..       Зара не успевает выругаться, когда её атакуют снова с усиленной прытью. Защищается, отступая и злясь всё больше и больше, ощущая давно позабытое чувство бессилия. Алинеа успевает несколько раз её ранить, прежде чем жгучая ненависть затмевает остатки разума Зары.       Что происходит дальше она просто не понимает, действуя будто загнанное животное на инстинктах.       А потом удары, до того градом осыпающие её, вдруг резко утихают.       Пелена спадает с глаз и Зара смотрит на свои руки, обагрённые кровью, а после поднимает взгляд на Алинеа, скрюченную чуть поодаль:       — А говоришь, что ты не такая. Но стоило тебя чуть-чуть прижучить, как сразу прибегаешь к силе тварей, — вновь усмехается она. — Но хватит пока что. Если вдруг передумаешь, то до утра буду ждать тебя.       С последними словами вокруг Алинеа разрастается плотный чёрный дым. Когда же он развеивается, Дух Молний уже скрывается верхом на лошади.       Нужно догнать её, но сил Зары едва хватает, чтобы устоять на ногах. Она сильно ранена, но самое страшное далеко не это. Только что, чтобы защититься, она неосознанно использовала магию тьмы. Ту самую магию, которую всем своим сердцем ненавидит и от которой отреклась ещё много лет назад. Как? Как?!       Всё же Зара не выдерживает, падая на колени. В плечо что-то утыкается — то подошёл Беркут, проверить состояние хозяйки. Дух крепко сжимает его длинную гриву. Нужно найти огонь, не магический, но естественный, чтобы залечить раны, а после вернуться на охоту за отступницей.       Где-то рядом должна быть деревня… Да, туда. Люди помогут. Должны помочь. Хранители столько раз спасали жизнь, так могут ли они надеяться на ответную помощь?       Тяжело дыша, она взваливается на Беркута, покорно пригнувшегося, чтобы ей было легче. Руки всё ещё трясутся, а картина перед глазами плывёт, в голове набатом остаётся только один вопрос.       Действительно то была магия Духов, когда она выжгла свою деревню, или Зара сама того не желая использовала силы тьмы?       Алинеа была избранницей прошлого Духа Молний, так могла ли и Дух Огня выбрать себе Зару из-за тёмного наследия? А что, если на самом деле она и сама до этого пользовалась колдовством, и все оскорбления в её сторону были заслуженными? Что, если от родовой силы не уйти, и все события рано или поздно приведут тебя к тому, что уготовано Небесами?       Беркут перебирает копытами, вышагивая осторожно, чувствует, как безвольно покачивается тело хозяйки на нём. Он сам понимает, куда им нужно — взращённый специально для богини войны, знает её лучше, чем кто бы то ни было из ныне живущих. Она же едва ощутимо сжимает чёрную гриву, на задворках сознания радуясь, что у неё есть хоть он.       Стоит Беркуту остановиться, как Зара приходит в себя, будто бы весь путь до того была без сознания. Глупо моргает, оглядываясь по сторонам. И в правду, Беркут привёз её в ту самую деревеньку. Чуть слышно вздохнув, Дух соскальзывает с седла, вдруг замечая, что все люди попрятались по домам — лишь макушка любопытного ребёнка проскочила на миг в окошке рядом, как его тут же притягивает взрослая рука.       Из дома неподалёку выходит мужчина. Густые брови сведены, а глаза неотрывно смотрят на Духа так, будто она лично только что вырезала всё его семейное древо.       — Почему вы прячетесь? — задаёт вопрос Зара настолько хриплым голосом, что сама смущается от этого.       — Госпожа, мы ни в коем случае не хотим оскорбить вас, — начинает мужчина, видимо, староста этой деревни, — но мы видели, что произошло только что в полях. Вы и ваша сестра использовали тёмную магию.       — Откуда вам знать? — сводит брови Зара.       — Не думайте, что сможете провести нас. Мы и наши предки столетиями живём возле Древнего леса и каждый из нас своими глазами видел тьму во многих её проявлениях. Если вы и впрямь не желаете нам зла, то, прошу вас, уезжайте отсюда, да поскорее. Оставьте в покое простых людей.       — Прежде всего я Дух. И для меня это не пустой звук, не возможность пировать на страданиях людей. Я обменяла свою жизнь на вашу защиту, а вы теперь меня гоните? — Зара начинает вскипать, чувствуя, как запёкшаяся кровь на её губах болезненно рвётся. — Мне нужно всего лишь немного огня, чтобы восстановить силы, и я уйду.       Мужчина лишь качает головой. Они не дадут Заре ничего — понимает она. Не потому, что жадны или жестоки. Они просто боятся её, бояться, что, насытившись, она припомнит им каждый миг неуважения.       — Зара! — слышится сзади голос, уже порядком надоевший за последние полвека.       Дух оборачивается, видя, своих сестёр и их младших служителей. Кажется, они собрали вообще всех, кого смогли — даже слуги Зары стоят где-то за спинами Хранительниц. Мира подбегает к ней, хватая за руки, с тревогой заглядывая в глаза:       — Ты сразилась с ней? Что случилось? Как сильно ты ранена? — в её голосе слышится искреннее беспокойство, заставившее Зару задуматься — а правда ли среди Духов невозможны близкие отношения? Или в это убеждение всегда верила лишь она сама?       — Я… — Зара поворачивается, желая взглянуть на мужчину, с которым говорила до этого, но его и след простыл. — Мы действительно сразились.       — И как оно? — со страхом и в то же время неподдельным интересом спрашивает Фальтра.       — Она очень сильна, — кивает Зара, — но сказала, что будет ждать ме… нас. Где-то в Древнем лесу она готовит обряд и времени у нас только до рассвета.       — Анита! — подзывает Мира. — Отправь отряд своих найти, где Алинеа и её слуги.       Повелительница Ветров кивает, уходя.       — Надо тебя вылечить, — качает головой Дух Воды, за руку утаскивая Зару за собой. *** Алинеа сидит в палатке, прикладывая холодную чашу с вином к опухшей щеке. Она недооценила свою сестру, когда вступала с ней в бой — и это восхищало. Ещё никто после её становления Духом не мог дать нормальный отпор Алинеа, но бой с Зарой окончился ничьей. Без опыта, просто на наследственности, она смогла выпустить столь агрессивную тьму. Если бы девочка не была настолько шокирована, то наверняка смогла бы добить её, но увы. И всё же, ранены они обе, но у Алинеа есть возможность восстановиться почти мгновенно, не тратя силы на то, чтобы как последний дурак, ловить молнию с небес. — Госпожа, всё почти готово, — один из тёмных магов, которых она взяла под своё крыло, склоняется в поклоне. Алинеа сдвигается, садясь поудобнее, на тонких губах подведённых тёмной помадой, играет улыбка. Чаша оставлена чуть поодаль, а вино в ней так и не удостоилось внимания. — Подойди поближе, — шепчет она. Маг не поднимает головы, боясь смотреть на неё, зная, что будет дальше, но подходит. — Как твоё имя? — Этого недостойного зовут Бальтазар, госпожа. — О чём ты грезишь? — её голос наполнен приторной сладостью, Алинеа очень любит чувствовать страх нижестоящих.       — Только о служении госпоже, — его голос дрожит. Она улыбается шире, бледные длинные пальцы ложатся на макушку парня, зарываются в его вьющиеся мягкие волосы, пока Бальтазара начинает трясти всё сильнее. — Госпожа, пожалуйста! — взвывает он, но уже поздно. Он бледнеет, щёки впадают, а глаза постепенно темнеют и закатываются. И всё это время от него по руке Алинеа проходит поток его жизненной силы, который она впитывает. Ещё один дар от тьмы — поглощение чужой жизни для восстановления своей. Он ей редко пригождается, но, в один из особо скучных дней, Алинеа сделала открытие: если поглотить слишком много чужой жизни, то пьянеешь лучше, чем от вина. С того момента слуги у неё стали пропадать регулярно. Но сейчас одного мага ей мало — Зара прошлась по ней очень хорошо. А потому она выходит из палаты, подзывая ещё четверых. Троих, чтобы восстановиться до конца, а последнего, чтобы убрался после. И её нисколько не смущает шорох ветра в листве рядом — её сёстры могут наслаждаться представлением сколько хотят, времени у них всё равно осталось немного. Закончив с регенерацией, Алинеа довольно подплывает к постройке в центре новообразованного поля. В центре леса её подчинённые построили специальную площадку для ритуала, вырубив и выкорчевав множество древнейших растений. Сейчас же здесь возвышаются две башни из обсидиана с острыми верхушками — своеобразные врата, между которыми должна концентрироваться магия тьмы. Маги носятся вокруг этих столбов, выкрашивая их кровью своих товарищей. Ещё один проводник для усиления эффекта. Алинеа смотрит на небо, начавшее розоветь. Пора. Вздыхает о том, что Зара не оценила её щедрое предложение по достоинству. Впрочем, её гениальность всегда находили неправильной. Разрезает свою ладонь, почерневшей кровью вырисовывает строку рун, активирующих заклятье. Сегодня, наконец, всё закончится. И в своей победе она не сомневается ни секунды. *** Зара глядит на горизонт. Солнца ещё нет, но облака посветлели, приобрели лиловые оттенки, отгоняющие черноту ночи. Времени осталось совсем мало. За ночь сёстры смогли призвать ещё некоторых младших духов, что были на заданиях, а сама Зара восстановилась после поединка. Не до конца — огня, что был привезён для неё, оказалось недостаточно, но сражаться она уже может. И тем не менее, Дух ощущает себя той самой мерзкой устрицей, которую вытряхнули из её раковины. Непреднамеренно, но Зара использовала магию тьмы. Она так сильно ненавидела своего отца, разрушившего жизнь их семьи, что не заметила, как стала похожа на него. Как он злился на факт обмана о ведьмовстве, так и она огнём выжигала магов тьмы, даже если те в жизни никому не вредили. Если был хоть малейший шанс, что человек опасен — не важно, сейчас или в будущем — Зара убивала его, придавала огненной каре всю его семью. Если так подумать, то она сгубила едва ли меньше невинных жизней, чем её отец или Алинеа, в тщетных попытках загладить вину перед душами матери и сестры. — Зара, нам пора, — Мира подходит к ней, сочувственно оглядывая осунувшееся лицо. — Как ты? Дух Огня смотрит на неё, понимая, что кроме Алинеа, лишь она ещё знает о её прошлом. Не всё, вероятно, Зара тщательно скрывала свою гниль, но ведь… О призраках Мира никому больше не рассказала, даже помогла в какой-то степени. Взгляд вновь метнулся к горизонту. Быть может, будь у них чуть больше времени, Зара бы позволила грязным, горьким словам соскользнуть с языка, быть может, она бы рассказала обо всём — об отце, о невинных жертвах, о словах Алинеа и о том, как Зара ранила её. Но времени всё ещё слишком мало. — Я не подведу, — прокашлявшись, Зара встаёт, но голос всё равно её немного подводит. Замечая, что Мира стала ещё грустнее от её вида, расправляет плечи. — Мне лучше. Как остальные? Какой план? — Анита сказала, что у них какая-то конструкция в центре площадки. Мы решили, что прежде всего необходимо её разломать, — Мира взяла сестру под локоть, ведя к остальным Духам. — Младшие духи возьмут на себя магов. Ты, я, Марелина и Анита отвлекаем Алинеа, остальные должны как раз-таки сломать эту… — Вероятнее всего, мы умрём сегодня, — вдруг замечает Зара, прерывая Миру. Та только вздыхает: — Мы Духи. Так или иначе, но мы должны умереть во благо человечества, не важно, сегодня или днём позже. Зара долго смотрит её в глаза, будто выискивает там что-то. Потом медленно кивает. Пламя внутри неё, что уже почти потухло, с надеждой разгорается вновь. Они — Хранительницы мира. Да, несовершенны, да, эгоистичны и иногда неразумны. Но свой долг они исполнят, несмотря ни на что. *** В Древнем лесу неспокойно. Он всегда был сосредоточением тёмной силы, но сегодня это усилилось в сто крат. А означать это могло лишь одно — Алинеа уже начала свой ритуал. Духи, и истинные, и младшие, чувствуют давление в воздухе, оседавшее в их лёгких. Тьма отвергает их, гонит прочь. Серана ругается себе под нос, Анита хмурится, Фальтра до боли сжимает челюсти. И лишь Зара не замечает этого давления, с укором совести отмечая, что энергия тьмы узнаёт и принимает её. Вскоре остальные отстают от неё — расходятся вокруг площади, где проводится ритуал, окружая её со всех сторон. Зара же, верхом на Беркуте, выезжает прямо в центр будущего поля боя. — Ты всё же приехала, — Алинеа стоит к ней спиной, руками в воздухе вырисовывая символы, что остаются тлеть вокруг неё лилово-багряной дымкой. — Да вот только не так, как я того просила. Наконец она разворачивается и у Зары сбивается дыхание на пару мгновений. Алинеа, и без того болезненно-бледная всю жизнь, вдруг цветом сравнялась с первым снегом. Но глазницы, губы и вены, напротив, почернели, будто бы она обмазалась углём. То была тёмная магия, постепенно заполнявшая её тело, будто сосуд. Даже белки глаз потемнели, отчего различить, куда же смотрит бывший Дух невозможно. Всё это выглядит нестерпимо болезненно, но Алинеа стоит с прямой спиной и даже улыбается. — Ты просто сказала прийти, и вот я здесь. Чем же ты недовольна? — Зара слезает с коня, после ударяет его по крупе, чтобы тот ушёл. Даже если она скоро умрёт, ей бы хотелось, чтобы Беркут выжил. — Может быть тем, что ты и других сестёр с собой взяла? — хмыкает Алинеа, мгновенно взмахивая рукой в сторону — тут же раздался приглушённый вскрик. Зара сжимает зубы, прикрывая глаза. Было наивно полагать, что Алинеа их не заметит. — Знаешь, я дам тебе шанс оправдаться, — растягивая гласные вдруг мурчит Алинеа, довольно улыбаясь. — Убей их прямо сейчас, и я поверю в твою искренность. Внутри Духа Огня вспыхивает ярость, такая отчётливая, что застилает глаза. Эта сука даже не воспринимает их как реальную угрозу, играется и потешается над ними. Безусловно, она сильна, как и её слуги, но у Духов существенное численное преимущество, как минимум. Набрав воздух в грудь, Зара улыбается в ответ: — А знаешь, я и правда докажу свою искренность прямо сейчас. Только убивать буду тебя. Одновременно с этим же со всех сторон послышались обнажающиеся мечи и шепот заклинаний — началось. Духи, до того бывшие в засаде, показались. Началась суматоха — кажется, Алинеа не сказала своим прислужникам, что их ждёт, отчего те становились лёгкой мишенью, непонимающие что происходит и откуда сыпется град ударов. Младшие духи действуют весьма примитивно, толпой разделываясь с достаточно небольшим количеством пусть и сильных, но дезориентированных противников. В дополнение к этому, Анита, на своих крыльях ветра, сверху раскинула несколько своих амулетов, блокирующих использование тёмных сил. Зара же, не давая Алинеа вклиниться в общий бой, тут же прыгает на неё, с усилием разрубая новым мечом воздух. Та лишь отскакивает несколько раз, прежде чем упирается спиной к одной из колонн и, вновь расплываясь в улыбке, будто происходящее вокруг не более, чем детская забава, расправляет плечи. Колонна начинает гудеть, источая вокруг чёрную дымку. Алинеа же, вопреки силе амулетов, призывает тьму, разбивая те в осколки. — От прикосновений к колонне она становится сильнее! — кричит приближающаяся Фальтра. Сзади колонны приземляется Анита, выпуская сильный толчок воздуха, чтобы отцепить Алинеа от источника силы. Лишь теперь Зара видит, кого Алинеа ранила — изо рта Аниты стекает тонкая струйка крови, а рубашка сбоку тлеет от тёмного заклятия. Мира и Марелина взбираются к ним, с разных сторон стараясь атаковать Алинеа, но та ставит перед собой магические щиты. Зара злится — на Алинеа, на себя, на весь мир. Она потеряла контроль над своими эмоциями и действиями ещё при поединке с Алинеа, всё никак не приходя в себя. Сейчас ей стало только хуже, любые их атаки Алинеа просто блокирует, ни на шаг не отходя от колонны и всё продолжая улыбаться. Фальтра с Райлой и Сераной тем временем вьются у второй колонный, стараясь сломать её, но безуспешно. За спину к ним заходит один из магов тьмы, планируя нанести удар Фальтре в спину. На него отвлекается Анита, отталкивая того заклинанием. Алинеа, замечая это, резко разворачивается от атак Миры и Марелины, отчего те едва не попадают друг по другу, и выпускает чёрную стрелу в Аниту. Та вдруг замирает, оступаясь и падая на бок, — её тело пронзено на сквозь. Алинеа хохочет, обезумевшая, — они и вправду не могут помешать её плану. Марелина ругается, стараясь вновь её атаковать, но защита Алинеа, подпитанная силой колонны, лишь крепчает. Шум боя лишь нарастает. Зара, будто в оцепенении, оборачивается вокруг себя, отмечая каждое окровавленное тело, распластавшееся на земле. И пусть смертные называли её богиней войны, но она никогда таковой не являлась. Да, она теряла близких и отнимала чужие жизни, но никогда не участвовала в настоящих битвах, где обезличенные солдаты отдают жизни за своих хозяев. Как младшие духи уверены в правоте и намерениях их господ, так и маги сражались не просто так точно. Но и те, и другие истекают сейчас кровью, как Анита, или и вовсе уже погибли. Она ведь уже почти одолела Алинеа один раз! Но теперь та стала сильнее, а Зара всё ещё ранена — есть ли хоть шанс, что их план изначально не был просто отчаянным самоубийством? Хоть шанс, что мир будет спасён от сумасшедшей Хранительницы? Нет. Нет, пока и Зара не станет сильнее прежнего. Зара поднимает меч, но направляет его не на Алинеа. Острый кончик клинка взмывает прямо к небу, указывая на восходящее солнце. Она перестала молиться Духам с тех пор, как увидела свою маму, привязанную к костру. Но есть всё ещё одно божество в этом мире, которое может помочь даже ей, Духу. — Я никогда не просила у вас ничего, — подняв очи к облакам, тихо шепчет она. — Но сейчас я обращаюсь к вам, Небеса. Вы породили нас, так помогите же исполнить своё предназначение. Пускай я во многом была не права, позвольте помочь людям в этот раз. Ничего не происходит несколько мгновений. Алинеа, отвлёкшись от сражения с Мирой, вдруг замирает, недоумённо глядя на Зару. На миг кажется, что она снова пришла в себя: — Ты что удумала?.. — кривит губы, готовясь напасть уже на неё, но Мира сбивает её с ног волной. Солнце всходит ещё немного выше, вдруг становясь неестественно ярким и большим. Духи черпают свою силу из природных источников их стихий, а что есть огонь более сильный, нежели само небесное светило? В миг Зара оказывается поглощена столпом света, ослепляющим всех вокруг. Небеса ответили ей. Она смогла! У неё получилось! Раны, полученные в бою, пропадают, а на смену им приходит какое-то очень светлое, лёгкое и незнакомое ощущение в груди. Ей даже кажется, будто она стала ещё больше, чем была до того. А вместе с этими ощущениями, пришла уверенность. Уверенность в том, что ещё не всё потеряно. Уверенность, что Аниту можно спасти. Уверенность, что сегодня падёт только Алинеа. Действия Зары становятся быстрее её мыслей, но она чувствует, что не одна — сёстры-Духи будто тоже ожили. Даже Анита, с трудом, но поднимается на колени, исцеляя свои раны. Зара слышит грохот — то наконец пала одна из колонн под натиском Сераны и Фальтры. Слышит предсмертные хрипы последних магов тьмы и слышит крики Алинеа, проклинающей их всех. Внутренний раздор отходит на второй план, едкие голоса в голове затихают, остаётся только одно — удары, один за другим, Зара осыпает ими Алинеа, пока та старательно обороняется. Бывший Дух Молний харкает кровью, а вместе с той кровью выходит и энергия электричества, сама суть Хранительницы ранит её, отрекаясь от хозяйки, нарушившей порядок природы. Теперь ей приходится полагаться только на силу тьмы. Но и та, необузданная, противится ей, не желая покоряться слабой человеческой оболочке. Алинеа оступается и хрипит, падая на одно колено, когда и вторая колонна с треском заваливается на бок. Теперь она остаётся один на один с бушующей внутри неё тьмой. Когда Зара медленно подходит к ней, Алинеа будто бы ничего не видит. Быть может её взор и вправду затуманен болью или осознанием произошедшего. Она так упивалась своим преимуществом, игралась с Духами, будто бы кошка мышами, и вдруг всё так резко переменилось. Зара взмахивает мечом, но не бьёт, замирает в нерешительности. Оборачивается на сестёр, видит, как Фальтра помогает исцелиться Аните, видит раненых и мёртвых младших духов. Сомнения в ней тут же исчезают, будто бы их никогда и не было — Зара отрубает голову Алинеа. Чёрная кровь оросила примятую траву, на лице Алинеа так и осталось непонимающее выражение. Голова откатилась в сторону, а тело её завалилось на бок. Всё закончилось. Но стоит Заре сделать несколько шагов назад, как тёмная энергия, которую призывала Алинеа, вдруг заискрилась, разрастаясь от трупа. Зара отступает ещё немного, тут же призывая свои силы для обороны, но те не отзываются — внутри неё впервые за многие годы тишина. В изумлении она вновь оборачивается к другим Духам, но замечает на их лицах то же выражение, что и у себя, пока Фальтра не открыла рот: — Энергия тьмы, она… рассеивается? — в неверии уставилась на чёрное облако, постепенно обращающееся в прозрачную дымку. — А вместе с ней и наши силы, — качает головой Мира. — Почему это?! — Серана злится, не прекращая попытки призвать магию, пока на её руки не опускаются тёплые ладони Миры, вдруг покрывшиеся сетью морщин. Серана поднимает голову, видя постаревшую хранительницу, но та всё также улыбается ей. — Тьма изгнана из мира, — произносит Зара, осознавая, что ей больше не по силам поднять меч. — А значит и мы больше ему не нужны. Теперь не будет ни магических аномалий, ни призраков и монстров. — Мы умрём? — шепотом спрашивает Марелина, пытаясь вытереть слёзы. — Нет, — успокаивает её Фальтра, сама ощущая, как Райла обнимает её сзади. — Нам всем сейчас где-то лет восемьдесят, так что, я думаю, пару годков у нас ещё осталось в запасе. *** «… в мире всегда должно быть равновесие. Мы не знаем, сами ли небеса следят за этим, либо же сам мир, подобно огромному организму, где всё взаимосвязано, регулирует это. Но факт: стоило тьме покинуть его, как и Духи-Хранительницы, оказались сняты с должностей и лишены сил. Вопреки мнению, что они должны были погибнуть, Духи просто вернулись к своей человеческой природе, состарившись на свой истинный возраст, даже те, кто перед обращением успел погибнуть, либо же был смертельно ранен. Точно не известно, почему именно так, но моя лидирующая теория такова — им просто вернули то, что изначально должно было принадлежать им. Если бы магии не существовало изначально, то они бы и не оказались в ситуациях, когда лишились жизни. Быть может, если существуют ещё и другие миры — копии нашего, но в котором никогда и не было магии, каждый из Духов прожил бы обычную человеческую жизнь, не расставаясь с близкими?..» Морщинистая рука нежно вытирает перо, откладывая его в сторону и закрывая чернильницу. Фальтра откидывается на спинку кресла, прикрывая уставшие глаза. С того момента, как они вновь стали людьми, прошло почти пять лет. Они с Райлой обосновались на окраине небольшого городка, где открыли бесплатную школу для детей, и жили за счёт того, что в благодарность приносили родители их учеников. Сама Фальтра возобновила вместе с тем написание научных трудов на тему Духов и магии, но теперь уже не для того, чтобы люди осознавали происходящее, а для того, чтобы не забывали о временах, когда в мире были живые боги. Фальтра с тоской вздыхает, вспоминая спокойные дни, когда они уже стали Духами, но, когда ещё Алинеа не была предательницей для них. Отмечает, что скучает по Мире и Аните — за долгие годы совместной работы они подружились. Мира ушла первой. Добрая и понимающая Мира оказалась поражена болезнью, которой часто страдали девушки в весенних домах. Эта болезнь скосила её всего за пять месяцев — её похороны оказались последним днём, когда все оставшиеся Духи встречались вместе. После того раза, все разъехались и лишь Анита пару раз в своих путешествиях навещала Фальтру с Райлой. Сама же бывший Дух Ветра продолжала свои работы с механизмами, нацеленными теперь на более приземлённые нужды, а также набирала учеников. Фальтра давно с ней не виделась, но из писем знает — Анита вернулась в город, где когда-то жила со своим учителем и там обучает свои юные таланты, лишь иногда жалуясь на ослабевшие ноги и отчаянную нехватку ощущения полёта. Фальтра улыбается, вспоминая некогда бойкую девчушку, которая очень редко унывала и постоянно сновала туда-сюда со своими железками. Про остальных она знает очень мало. Марелина, сразу же после похорон Миры, попрощалась со всеми, а после уехала на север, вернулась к брату в племя и больше весточек не посылала. Быть может, что и её уже нет в этом мире. Но Фальтра была искренне за неё рада — Марелина оказалась единственной из них, кто мог состариться в кругу семьи. Как будто бы она никогда и не была Духом… Если брать Серану, которая, на её взгляд, отлично проявила себя в бою против Алинеа, то она ещё долго оставалась бойкой. Будто бы незримый обратный отсчёт, что вдруг появился над всеми ними, заставил её помолодеть, пускай не телом, но душой. Удивив всех, она вдруг решила получить образование, окончив престижный университет в столице, сдавая все экзамены наравне с обычными учениками, и тем самым став первой женщиной, которая окончила этот университет. В последствии Серана стала одной из представителей Совета, что заправляет южным континентом. Фальтра поднимается с кресла, направляясь к небольшому окошку, где на подоконнике стоял в маленьком горшке пожухлый цветок. Качает головой — просила же Райлу его полить вчера! — а потом сама наполняет небольшую леечку водой из бочки на кухне, возвращаясь в свой кабинет и, по совместительству, гостиную. Они все были рады, когда магия ушла. Все почувствовали свободу и жизнь — наконец-то, спустя столько лет! Все, кроме Зары. В тот день она ушла — убежала — от них, не сказав ни слова, и не объявилась ни через день, ни через неделю, ни через месяц. Бывшие Духи даже решили было, что она уже погибла, как вдруг получили письма от неё. Именно Зара нашла бездыханно тело Миры в запустелом особняке — был ли тот домом Миры, когда та ещё была простой девушкой? Кто знает. Но Зара сама выкопала для неё могилу, сама сколотила гроб и собрала всех их. В тот день Фальтра впервые увидела, как Зара плачет. Забавно, ведь до этого, она думала, будто Зара вообще не умеет плакать. Потом она снова пропала. Анита, приезжавшая пару раз, рассказывала, что она всё никак не может смириться, мол, до сих пор ищет хоть каплю магии в этом мире — они с Зарой пересекались пару раз в путешествиях. Зара объезжала все бывшие сильные магические центры, выискивала тёмных магов и всё ещё пыталась вернуть свои силы. Среди них всех лишь она одна не смирилась и не обрадовалась положению вещей, не желая отпускать прошлое. Лишь недавно она осела в городе, недалеко от места службы Сераны — ха, а ведь раньше они не могли выносить друг друга — и открыла свою небольшую винодельню. Об этом Фальтра узнала, когда Райла в один вечер вернулась домой с бутылкой хорошего вина и небольшой запиской — Зара отправила каждой из живых Духов по бутылочке, когда настала пора поминать Миру. От мыслей, пусть грустных, но очень тёплых, Фальтру отвлекает звонкий ребячий смех за окном. Улыбаясь, она спешит к дверям, встречая Райлу и учеников, вернувшихся с небольшой прогулки между занятиями. Её тут же обвивает со всех сторон детская кутерьма, радостно о чём-то щебечущая. И среди всего этого родные руки, вмиг оказавшиеся на её талии. Фальтра фырчит тихонько: «не при детях же». Но Райла просто слишком соскучилась по ней, прижимаясь ближе.