Глава IV «Тени Солнца»

Холодный металл трапа вздрагивал под тяжёлыми шагами Штефана. Он сошел с шаттла в мертвую, застывшую тишину ангара станции. Воздух пах ржавеющей сталью, озоном и вековой пылью, оседающей на языке неприятным вяжущим ощущением. Аварийное освещение отбрасывало зыбкие красные пятна на изъеденные коррозией стены. Ученый крепче сжал цевьё автомата, ощущая под пальцами шершавость пластиковой поверхности. Сердце тяжело колотилось, гулко отдаваясь в висках в такт назойливому нескончаемому фоновому гулу, что теперь будто бы жил где-то внутри него самого. Он сделал несколько осторожных шагов вперед, взглядом "сканируя" пространство. Ангар был огромен и практически пуст, словно сгнивший череп давно мертвого исполинского зверя. Тут и там были разбросаны силуэты брошенной техники, груза и даже некоторых обломков самой станции, по всей видимости притянутые сюда кем-то. И тут из-за груды хлама, вышли они... Сначала тени отделились от тьмы, чтобы потом обрести форму. Человеческие тела. Их было шестеро. Они не спешили, двигаясь с уверенной и зловещей синхронностью. Облачены в рваные балахоны поверх фрагментов имперской брони, лица скрыты грубо сработанными масками, напоминавшими стилизованные змеиные черепа. В руках такой организованной группы был, на удивление, чересчур нестройный арсенал. Карабины очень разных моделей как основное оружие, монтировки, длинные ножи с изогнутыми клинками. Но больше всего Штефана поразили их глаза, видимые в прорезях масок. Они светились тусклым, болезненно-желтым светом, тем же самым, коим пульсировал в маячке на тифоне резонансный камень, оставленный приспешниками Вайса. Один из них, повыше ростом, с позвякивающими амулетами на шее, выступил вперед. Его голос был глухим и объёмным. Многоголосным, будто говорили несколько человек разом. — Звезды не лгут, осколок. Ты пришел, как и было предначертано. — Говорил культист, не сводя жёлтых глаз с молодого человека. — Вы, наверное, ошиблись. Я не то, что вы ищете. — Штефан отступил на шаг, подняв автомат. — Отойдите, или я буду стрелять. — Ты — носитель. — Продолжал культист, не обращая внимания на оружие. Его желтые глаза будто заглядывали учёному в самую душу. — Ты коснулся частицы Трона. Ты впустил в себя Её эхо. Это сделало тебя ключом... И нашей добычей. — Какие звезды? Какой частицы? — Выкрикнул Штефан, чувствуя, как страх сменяется вспышкой гнева. Его новая сила вновь отозвалась смутным теплом в груди. — Что бред вы несёте?! — Желтый Король видит с-с-сквозь ткань времен. — Заговорил другой культист женским голосом, шипящим и мягким. — Его змеи ползут по линиям с-с-судьбы. Мы видели падение черного обломка. Видели мерцание короны в пус-с-стоте. Видели... Тебя. С-с-слитого с-с-с ее с-с-светом. Твое прибытие с-с-сюда было запис-с-сано в хоралах звездной пес-с-сни еще до того, как твой отец мечтал о нас-с-следнике. От этих слов по спине Штефана пробежал ледяной холод. Это было не просто преследование. Это была охота, план, которой всегда шел на множество шагов впереди его. Они не искали его. Они знали наперед, где он окажется. — Корона выбрала не того. — Прошипел первый культист. — Ее сила должна питать Господина, а не тлеть в грудной клетке мальчишки, бегущего от своей судьбы. Отдай то, что тебе не принадлежит. Добровольно... Или мы вырежем это из твоего сердца. Штефан не ответил... Грохот выстрела оглушительно разорвал тишину ангара. Пуля ударила в стену далеко за спиной главаря культистов. Штефан промахнулся из-за ощутимой дрожи в его руках. Но этого "ответа" было достаточно. Культисты пришли в движение. Единовременно, словно цельный организм. Они рассыпались, двигаясь с нечеловеческой ловкостью, укрываясь за обломками и мусором ангара. Желтые вспышки карабинов прочертили воздух. Штефан бросился к укрытию, нырнув за опрокинутый погрузчик. Свист пуль, ударяющихся о металл, звон осколков и вспышки ярко-желтого света заставили бы любого вжаться в самый темный угол любого укрытия. Ученый стрелял короткими очередями, не выглядывая из-за позиции и вовсе не целясь, в надежде зацепить хоть кого-нибудь. Они окружали его. Их движения были неестественно скоординированы, будто ими управлял один разум. Астроном видел, как один из них, не обращая внимания на огонь, почти по прямой устремился в его сторону. Монтировка в его руке была занесена для удара. Штефан резко развернулся, упав на спину и всадил в него остатки всей обоймы. Тело дернулось назад и упало замертво, а жёлтый свет в его глазах медленно потух. В этот момент, Накамура заметил силуэт, шедший прямо позади убитого, тенью наваливающийся прямо на астронома. Штефан перевалился на бок. И ещё раз... Торопливо вывернув ногу, он присел на одно колено, бросив пустой автомат и выхватывая пистолет Вайса. Культист рванул в сторону ученого, сорвавшись, словно цепной пёс. В его руке блеснул нож. Направив ствол на противника, мужчина нажал на спусковой крючок. Пусто. Осознание того, что последнюю пулю выпустил Вайс ещё тогда, на корабле, пришло слишком поздно... Острая, жгучая боль пронзила бок, чуть ниже ребер. Он вскрикнул, отшатнулся. Взгляд упал на рукоять ритуального кинжала, торчащего из его тела. Культист, вонзивший его, стоял в метре, его маска исказилась подобием улыбки. — Видишь? Судьбу не обманешь. — Прохрипел он. Боль была оглушающей. Штефан чуть согнулся, оставаясь на одном колене. Револьвер выскользнул из ослабевших пальцев. Мир поплыл. Он слышал приближающиеся шаги, чувствовал на себе множественные взгляды жёлтых глаз. Гнев отступил, оставив лишь леденящее душу отчаяние. Он подумал об Аиде, одинокой и беззащитной на шаттле, что скорее всего попадёт в руки этих отвратительных гештальтов. После он вспомнил золотую женщину, чей голос звучал в его видении. Но у него не было сил даже разозлиться. Он проиграл... И тут, совершенно внезапно, в ангаре загремели новые выстрелы. Частые, точные, сокрушительные. Звук был другим. Явно не принадлежавшим ни одному из карабинов культистов. Один из змеев, получив пулю точно в голову, дёрнул ей назад и, моментально обмякнув, рухнул сначала на колени, а после упал на живот, перестав подавать признаки жизни. С балок потолка сверху и из вентиляционных шахт по бокам, словно из самой тьмы, на тросах спустились новые фигуры. Их было четверо. Их броня была матово-черной, без опознавательных знаков, шлемы с зеркальными визорами отражали тусклый аварийный свет. В их руках были компактные, но смертоносные штурмовые винтовки неизвестной модели, извергавшие короткие прицельные очереди. Культисты, застигнутые врасплох, обратились к новой угрозе. Желтые вспышки их оружия скрестились с трассерами пришельцев. Бой обратился в настоящий хаос. Новые бойцы мастерски использовали окружающую среду. Они, подавив численное преимущество тактикой и внезапностью, приступили к лобовой стычке с врагом. Штефан, прижимая ладонь к ране, смотрел, как один за другим падают культисты. Один из новоприбывших бойцов, раненый в ногу, рухнул за укрытие, продолжая отстреливаться. Другой был сражен в упор очередью из карабина прямо в грудь. Его броня моментом напиталась кровавой влагой, а тело безжизненно откинулось назад, в болевом шоке не издав ни звука. Последний культист, тот самый главарь, с ревом бросился на бойца в центре всей группы. Тот, моментом отреагировав, встретил его не выстрелом, а ударом. В его руках, со звучным свистом напоминающим вой морозного ветра, явился изогнутый вверх клинок из чистого белого света. Одним движением он рассек и монтировку, и горло нападавшего. Голова мертвым грузом рухнула на холодный стальной пол, а следом, медленно опустив руку, опрокинулось и тело. Желтый свет в глазах культиста погас. Тишина вернулась, теперь отягощенная запахом сгоревшего пороха и крови. Один из бойцов нырнул за укрытие к раненому товарищу. Тот, что с клинком, сначала осмотрел площадь вокруг, добивая раненых стенающих от боли культистов безжалостными уколами сияющего оружия в грудь. Мечник, повернулся к Штефану. Ученый немного отполз назад, безуспешно пытаясь скрыться от взора неизвестных. Боец снял респиратор и поднял защитные очки, оставив их на лбу шлема. Под ними оказалось суровое, иссеченное шрамами лицо мужчины лет сорока. Глаза были холодно-серыми, как сталь, и невероятно усталыми. Он медленно подошел, его взгляд скользнул по ране Штефана, а следом и по лицу, полному боли и явного непонимания. — Можешь встать? — Голос был низким, без эмоций, но и без какой-либо враждебности. — Кто... Вы? — С трудом выдавил Штефан. — Помощь... — Мужчина присел на корточки, его взгляд принялся самостоятельно оценивать состояние молодого человека. — Рана не смертельна, если её обработать. Но сначала ответь. Ты Штефан Накамура? Астроном кивнул, не находя слов. Силы все больше покидали его. — Хорошо. Значит таро не соглало... — Мужчина жестом подозвал одного из своих. Тот достал уже распотрошенную аптечку. — Меня зовут Каин. Мы — "Агенты Солнца". — Агенты... Чего? — Прошептал Штефан, пока боец начинал обрабатывать его рану, вводя ему какой-то препарат, что, через пару секунд, начал снимать боль и принес некоторое облегчение. — Организация, которой не существует. — Каин огляделся по сторонам, его лицо оставалось все таким же холодным. — Мы служим не Империи, не бюрократам, не адмиралам, вроде твоего отца. Мы служим лично ей. Великой Императрице. — Но... Как же... Вайс сказал... — Штефан смотрел на него, разрываясь сомнениями. — Вайс был червем в плодах Её великого творения. — Голос Каина стал жестче. — Да, тело Императрицы пропало. Но её дух, её сознание, её сила. Эти части проявляются по всей системе. В осколках. Она не мертва. Она... Ждет нужного момента там, куда пальцы короля дотянуться не могут. Пока её враги, что отравили её двор, пытаются извратить её творения, мы — давим их, следуя видениям, что несёт нам Она. — Императрица... Бросила Империю? — С ощутимым недоверием прохрипел учёный, что отразилось в нахмурившихся глазах бойца. — Империя... Империя ослепла слишком давно. Она сгнила изнутри, ею правят жадные до власти и богатств марионетки культа, коих её Величество, в работе над людским домом и общим счастьем, заметила слишком поздно. — Несколько брезгливо проговорил мужчина. — Под осколками вы подразумеваете ту корону? — Осторожно спросил астроном. — Так значит это корона... — В его голосе читалось удивление. Боец, обрабатывающий раны, не произнеся ни звука внезапно поднял голову с таким же явным удивлением, однако, словив на себе глаза командира, тут же вернулся к своей работе. — Да... Это оно. Позже расскажешь об этом по подробнее. — Х.... Хорошо, но... Как вы узнали, что я буду здесь? Как вас не заметили? — С трудом переваривая поступающую информацию, продолжал насыпать вопросами Накамура. — Культисты сказали про предсказания звезд... — Желтый Король не единственный, кто умеет читать будущее в пении светил. У Императрицы был... Есть дар. Она видела , что не видели мы. Перед своим падением она оставила нам инструмент, сквозь который несет нам истину. Звездные карты, если угодно, таро. В них мы узрели направление, намеки, образы. Самые опытные лицезреют настоящие видения. Например, твое появление здесь, на "Ковчеге". Мы шли по этим следам. Пусть и чуть не опоздали... — Значит... Всё это было... Неизбежным? — В голосе Штефана прозвучала горечь. — Судьба — это река с множеством русел, Накамура. — Каин встал, его фигура заслонила аварийное красное светило отразившись ореолом вокруг бойца. — Желтому Королю нужно лишь одно русло и он отчаянно пытается загнать всех в него. Императрица же следует течению. Она дала тебе выбор тогда, в видении? Дала его и нам, указав путь сюда. Ты сам избрал свой путь, когда не отдал корону Вайсу. Когда выжил. Когда пошел навстречу опасности, чтобы защитить то, что тебе дорого. Это не предопределенность. Это... Потенциал, если тебе так будет проще. И теперь ты часть этой войны. Боец закончил перевязку. Боль окончательно притупилась, сменившись тяжелой, гудящей слабостью. Каин протянул Штефану руку. — Встань. На "Ковчеге" есть то, что тебе нужно. Информация. Убежище. Возможность научиться контролировать то, что теперь живет в тебе. И возможно... — Его взгляд стал более пронзительным. — Даже инструменты, чтобы помочь дорогим тебе. После этих слов в Штефане что-то дрогнуло. Надежда. Острая и болезненная, словно лезвие скальпеля, освобождающее тело от опухолей. — Аида... — Выдавил из себя учёный, обернувшись назад, хватаясь обеспокоенным взглядом за уже остывший тифон. — Реплика значит... Мы заберем её. На нашей базе есть нужное оборудование. — Каин повернулся, давая указания своим людям. — Но сначала нужно уйти из ангара. Эти ублюдки мертвы, но на станции могут быть другие. И их хозяева уже знают об изменениях в плане. Просто наблюдать за твоим уходом они не будут. Штефан, опираясь на предложенную руку, поднялся. Он осмотрелся, окидывая взглядом произошедшее. На тела культистов. На агентов. На тифон. "Путь в никуда", — как сказал умирающий Вайс, оказался нелепой страшилкой. Его дорога тянулась гораздо дальше. Во мрачные тени, среди которых идёт настоящая война, о которой он, до недавнего времени, даже не подозревал. — Ладно. — Хрипло сказал Штефан, подбирая свой автомат. — Я последую за вами... Каин коротко кивнул, его серые глаза оценивающе скользнули по фигуре учёного. — Не держись за это железяку. — Боец жестом указал на имперский автомат в руках Штефана. Он повернулся к одному из своих, тому, что перевязывал раненого товарища. — Леший, дай ему "Соловья". Он все равно не в том состоянии, чтобы держать что-то потяжелее. Боец по прозвищу "Леший", на миг отвлекаясь от работы, выбросил из-за спины компактный штурмовой пистолет в матово-чёрном корпусе. Штефан поймал оружие на лету. Оно было неожиданно лёгким, эргономичным, будто созданным для его ладони. В груди слабо отозвалось тихое одобрение. Странное ощущение... — Благодарю. — Пробормотал он, положив на пол автомат, что держал другой рукой. — Спасибо позже скажешь. Если выживешь. — Каин повернулся к своим людям. — Бойцы, доклад. Условия. — Пуля навылет, кость цела. Могу двигаться, но бегать не буду. — Хрипло ответил раненый боец, которому обрабатывали ногу. — Принял. Мы эвакуируемся. Точка сбора — Узел "Гамма" в медицинском секторе. Маршрут через коридоры технического обслуживания. — Каин взглянул на Штефана. — Твой груз на шаттле? — Да. Она... Сильно повреждена. Без сознания. — Быстро втянувшись в общий командный настрой, отчитался Накамура. — Мы заберём. Леший, занимайся репликой и заодно подбери тело Бэтэра. Часть банды здесь, но их главные силы или на подходе, или уже ждут нас глубже на станции. Теперь мы играем наперегонки. Я веду авангард. Леший — центр с грузом. Рысь... — Он кивнул раненому. — Ты в арьергарде с Накамурой. Держите дистанцию, но не отставайте. Любой контакт — устранение. Если загремят выстрелы, прорываемся к цели на максимальной скорости, игнорируя потери. Вопросы? Вопросов не было. Бойцы двигались с обречённой чёткостью людей, давно привыкших к подобным приказам. Леший, высокий и худощавый боец, направился к тифону. Через минуту он вынес тело Аиды, парящее в слабом голубоватом свечении портативного грави-резонансного устройства. Ученый подобное оборудование видел впервые. Вид её обездвиженной формы, торчащих проводов и потёков засохшего оксиданта снова сжал Штефану сердце ледяной рукой. Подойдя к трупу товарища, боец осторожно положил рядом с репликой и его тело. — Двигаемся. — Скомандовал Каин, и группа тронулась в сторону огромных ржавых ворот ангара, ведущих в тёмные недра Ковчега. Их путь лежал через лабиринт служебных тоннелей. Воздух здесь был ещё более спёртым, пропитанным запахом плесени, машинного масла и чего-то кислого, химического. Аварийные светильники мигали с хаотичным интервалом, отбрасывая прыгающие тени. Рысь, прихрамывая, шёл позади Штефана, его винтовка постоянно сканировала темноту позади. Штефан пытался сосредоточиться на шагах, на звуках, на ощущении холодного металла пистолета в руке. Но мысли возвращались к словам Каина. Организация, которой нет, что служат Ей. Видения. Это звучало как безумие. Не меньше, чем бред культистов о Жёлтом Короле и звездах. Но эти люди только что спасли ему жизнь. Главное, что они работали против его врагов. Их холодная уверенность была убедительнее любых слов. — Не зажимайся. — Внезапно сказал Рысь, не оборачиваясь. — Страх парализует. Злость слепит. Дыши ровно. Смотри по сторонам. Слушай. Штефан кивнул, хотя боец этого не видел. Он попытался следовать совету. Шаг. Вдох. Скрип его туфли по решётчатому полу. Шум вентиляции где-то слева. Тишина... Слишком спокойная тишина. Каин впереди поднял сжатый кулак. Группа замерла. Он прислушался, затем жестом указал на развилку впереди. Правый туннель уходил вниз, левый поднимался вверх, к маркировке "Сектор C-7". Каин выбрал левый. Они прошли ещё метров двадцать, когда из правого туннеля донёсся звук. Не шаги. Не голос. Мягкий, скользящий шелест, будто по металлу ползло что-то большое и чешуйчатое. Штефан почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Внутренний гул, вечный спутник после поглощения осколка, на мгновение усилился, смешиваясь с отвратительной песнью клокотания чего-то глубинного, превратившись в тревожное предупреждение. Каин тоже услышал. Его рука мгновенно вытянулась вперёд, являя уже знакомый Накамуре меч из белого света. — Ускоряемся. — Тихо, но чётко приказал он. — До медицинского сектора три минуты хода. Не оглядываться. Они почти побежали. Леший, с грузом, двигался удивительно проворно. Рысь, стиснув зубы, старался игнорировать боль. Шелест позади участился, превратился в отчётливое шуршание множества тел. И тут же из туннеля позади, из той самой тьмы, что яро следовала за ними, выплеснулась волна мелких, быстрых теней. Это были не люди. Формы размером с крупную собаку, двигавшиеся на множестве щупалец-плавников. Их тела, сливающиеся с тенью, казались вылепленными из самой тьмы и ржавчины. В центре каждой формы тускло мерцала одинокая жёлтая точка, напоминающее глаз. "Шепчущие", — мелькнула в голове Штефана странная, чужая мысль. "Разведчики Змея", "Чистильщики". — Контакт пять часов! — Крикнул Рысь и открыл огонь. Трассирующие очереди прошили первую волну существ. Они взрывались ядовитыми брызгами тёмной слизи, но из туннеля их выползало всё больше. Шелест превратился в оглушительный гул. — Бегом! — Рёв Каина перекрыл все звуки. Он не стал разворачиваться, а просто указал клинком вперёд, по направлению к светящемуся вдали люку с маркировкой красного креста. — Леший, прорывайся! Мы прикроем! Группа распалась. Боец с грузом рванул вперёд, почти не снижая скорости. Каин, Рысь и Штефан развернулись, заняв позиции у устья тоннеля. Существа накатывали волной. — Экономь патроны! Стреляй прямо в скопления! — Бросил Рысь Штефану, продолжая косить тварей точными короткими очередями. Штефан поднял "Соловья". Его рука всё ещё дрожала, но теперь дрожь была от адреналина, а не от страха. Он прицелился в гущу ползущих теней и нажал на спуск. Оружие отозвалось лёгкой, почти невесомой отдачей. Каждый выстрел был удивительно точен. Существа рассыпались, но их было слишком много. Каин вступил в дело. Его клинок взвился в темноте ослепительной дугой. Каждым взмахом он расчищал пространство, его движения были сдержаны и смертоносны. От белого клинка волной исходила песнь, напоминающая плотный морозный ветер, что собою рассекал всё, попадающееся на пути. Очередное движение белого лезвия заставляло тварей взрываться с тихим шипящим хлопком, но, с каждой секундой, понемногу круг сжимался. — Рысь, граната! Закрой проход! — скомандовал Каин. Раненый боец одной рукой выдернул из разгрузки цилиндр, зубами вырвал чеку и швырнул его в устье тоннеля. Раздался оглушительный грохот. Пламя и дым на миг заполнили проход, обрушив часть обшивки потолка. — Отходим! — Каин рванул назад, чуть ли не подхватив под руку истекающего потом Штефана и толкая его вперед. — Беги! Они побежали, обгоняемые гулом обрушения и визгом раненых существ. Впереди уже был виден открытый Лешим люк в медицинский сектор. Свет в конце этого тоннеля казался неестественно ярким и чистым, словно врата самого рая. Последние метры они преодолели в отчаянном спринте. Каин втолкнул Штефана внутрь, следом впрыгнул Рысь, а за ним уже и сам командир. Леший с силой дёрнул рычаг, и массивная гермодверь с грохотом захлопнулась, отсекая погоню. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием гештальтов. Штефан прислонился к холодной стене, пытаясь отдышаться. Они были в небольшом предбаннике, ярко освещённом люминесцентными лампами. Перед ними была ещё одна дверь, бронированная. Каин, не тратя времени, поднёс к двери амулет на своей шее, который выглядел как простой стальной диск с выгравированным стилизованным солнцем. Раздался мягкий щелчок, и двери разошлись. За ними открылся вид не на разрушенную больничную палату, а на обширное, хорошо организованное убежище. Это был ангар поменьше, превращённый в укреплённую базу. Вдоль стен стояли ряды стоек с оборудованием, мониторами, картами звёздной системы. В центре располагалась зона отдыха с койками и столом. В дальнем углу была оборудована импровизированная операционная с хирургическим столом и рядами медицинских и технических инструментов. Там уже возились Леший и ещё два гештальта в простой форме, подключая Аиду к диагностическим приборам. "Агенты Солнца", — вновь повторил эту фразу в своей голове Штефан. Он был в их логове, затаившееся прямо в сердце мёртвой станции. Каин обернулся к Накамуре. На его суровом лице на миг промелькнуло что-то, отдалённо напоминающее облегчение. — Добро пожаловать на передовую, резонатор. — Он махнул рукой вглубь убежища. — Теперь отдохни. Потом переговорим и после начнётся настоящая работа...