Часть 1

ГЛАВА I. Где всё началось Королевство Элерия редко видело тихие дни. Вечные туманы, бесконечные споры знати, угрозы с северных границ — всё это давило на столицу, как тяжёлое облако перед бурей. Но в тот день утро было необычно ясным, как будто сама судьба решила подарить последний тёплый луч света перед тем, как забрать всё. Принцесса Ариэлла Верентейн не знала, что именно этот день изменит её — тихо, незаметно, но бесповоротно. I. Спасение Она ехала верхом через лес у северных стен. Это был её единственный способ вырваться из удушающего этикета и постоянного присутствия советников. Лес был её тайным убежищем — местом, где она могла хоть на миг забыть, что её жизнь расписана заранее. Когда её лошадь испугалась резкого звука в кустах и встала на дыбы, Ариэлла потеряла равновесие. Земля стремительно приблизилась — слишком быстро. Но удара не последовало. Чьи-то сильные руки подхватили её, остановив падение. Она открыла глаза — и впервые увидела его. Арвен Рейвуд. Молодой рыцарь гвардии, недавно назначенный в личную охрану принцессы. Его глаза — тёмно-серые, как гроза — смотрели на неё не так, как привыкла Ариэлла. Не с почтением. Не со страхом. Не с восхищением перед титулом. Он смотрел… как человек на человека. — Вы не ранены? — спросил он ровно, хотя дыхание выдавалось тяжёлым. Он успел подбежать, рискуя собой. — Нет, — выдохнула принцесса, всё ещё не веря, что лежит в его руках. — Благодарю… Арвен. Он едва заметно напрягся, когда она произнесла его имя. Никто из титулованных особ никогда не говорил его так мягко. Придворные стражники подбежали, но Ариэлла подняла руку: — Всё в порядке. Она повернулась к Арвену: — Вы спасли меня. — Это мой долг, — тихо сказал он. Но она видела: он говорит не только про долг. И именно в тот момент между ними родилось что-то, что должны были задушить ещё в зародыше — но не успели. II. Путь, который нельзя было пройти После этого дня Ариэлла ловила себя на том, что ищет Арвена взглядом в каждом коридоре. Он ходил мягко, почти бесшумно, всегда чуть позади неё — как тень, но тень, которая согревает. Он никогда не нарушал правил: всегда держал дистанцию, всегда говорил официально. Но в его глазах… была искра. Едва заметная, но ярче любого факела. Она видела её каждый раз, когда случайно встречала его взгляд. — Арвен, всё ли спокойно у западной башни? — Да, Ваше Высочество. Но за этими холодными словами стояло нечто другое, не высказанное. Одной весенней ночью, возвращаясь в замок после позднего совета, Ариэлла заметила, что Арвен едва держится на ногах — его рука была ранена, кровь пропитывала рукав. — Арвен! — она впервые нарушила расстояние и коснулась его запястья. — Кто это сделал? Он отвернулся, будто боялся, что одно её прикосновение разрушит его самообладание. — Нападение у северного входа. Пара убийц. Я не должен был позволить им так близко подойти к замку. — Но вы живы, — прошептала она. — И это главное. Он поднял глаза. И мир, казалось, остановился. Её пальцы всё ещё лежали на его руке. Арвен закрыл глаза на мгновение — как будто собирая остатки воли. — Не делайте этого, принцесса. — Чего? — Не будьте со мной добры. Я… не выдержу. Эти слова пронзили её сердце так же остро, как клинок. III. Тишина перед бурей Слухи о скором приезде принца Касреля, Аластара, уже расходились по дворцу. Слуги шептались. Советники нервничали. Столица готовилась к браку, которого никто не хотел. Ариэлла видела, как Арвен становится всё хмурее. Он был рядом на всех собраниях, на всех прогулках, на всех встречах с послами. Он видел, как её жизнь исчезает из-под её ног. Однажды вечером она стояла у балкона, глядя на огни города, и услышала его шаги. — Ваше Высочество… — Арвен, — перебила она. — Мы не будем сейчас говорить формально. Я слишком устала быть принцессой. Он молчал. Она повернулась к нему лицом. — Ты ведь знаешь, что меня не спрашивают, хочу ли я этого брака? Он отвёл взгляд к земле. — Это… долг королевской крови. — А что если мой долг — это разбитая жизнь? — горько усмехнулась она. — Что если мир, который мы пытаемся сохранить, рухнет всё равно? Он поднял глаза. И в них впервые была не сдержанность — а ярость. Чистая, честная, человеческая. — Если бы у меня была власть, — сказал он тихо, но твёрдо, — я бы спас вас из этой клетки. — Но ты не можешь, — она шагнула ближе. — Так же, как и я. Между ними было меньше ладони расстояния. Но пройти его — означало обречь себя на гибель. Ариэлла подняла руку… и почти коснулась его лица. Арвен закрыл глаза — и резко отступил. — Простите. — За что? — За то, что позволил себе мечтать. Она сделала шаг к нему. — А если… я тоже мечтаю? Он рванулся назад, как будто её слова были огнём. — Ариэлла… — голос сломался. — Мы оба погибнем, если продолжим.