Часть 1 – Победа Темного Лорда

      Это начало конца — именно эта фраза заполнила ее мысли. Тело жгло огнем от нестерпимой боли. Сознание не хотело верить в то, что случилось. Слезы лились непроизвольно и, казалось, что она не могла дышать из-за кома в горле. Семь лет жизни пронеслись перед ее глазами за считанные секунды. Сегодня у нее забрали то, без чего она просто не представляла своей жизни. Человека, который был одним из самых близких. Того, кого она готова была спасти ценой собственной жизни, но не смогла. Он мертв.       Гермиона не верила своим глазам. Его бездыханное тело лежало посреди школьного двора. Гарри не двигался. Гриффиндорка не могла отвести взгляд — она надеялась, что он притворяется и сейчас встанет.       Этого не произошло. Ни через минуту, ни через пять. Волдеморт праздновал победу, сокрушался в своих речах, требовал примкнуть к нему. Это нисколько ее не трогало. Все его слова воспринимались Гермионой как белый шум — девушка даже не пыталась слушать. Ее будто парализовало — пальцы не слушались, ноги тоже. Все было кончено. Для нее, для них и для Ордена. Нимфадора мертва, Грюм и Люпин тоже. Дамблдора нет уже давно, а Минерва стоит рядом с ними и плачет, не имея сил продолжить борьбу. Гермиона не могла даже кричать, слезы просто лились из ее глаз.       Джинни рыдала навзрыд, орала и пыталась вырваться из цепких рук Рона, потому что хотела подбежать к телу Гарри. К телу, рядом с которым стоял его убийца.       Секунда, и Джинни, наступив каблуком на ногу Рону, вырывается из его цепкой хватки. Девушка спотыкается, но быстро поднимается, несмотря на то, что руки начинают кровить.       Вторая. Она бежит к бездыханному телу парня. Даже палочки нет в ее руках — она осталась где-то около ног Рона. Уизли совершенно беззащитна. Ей уже все равно.       Третья. В Джинни летит Авада. Волдеморт не прощает ошибок, и ему абсолютно все равно на их горе. Он улыбается, не скрытая удовольствия от картины, которая предстанет пред ним.       Гриффиндорка падает замертво. Падает рядом с Гарри — в последнюю секунду девушка успевает коснуться его руки своей. Это отрезвляет мгновенно. Гермиона подрывается и уже в следующий момент ответная Авада летит в Темного лорда. Но он будто ожидает этого, поэтому умело отражает заклинание, продолжая улыбаться. Гермиона никогда не думала, что может кого-то так ненавидеть — настолько яростно и беспощадно. — Пытаешься меня убить, грязнокровка, — голос сочится насмешкой, но ей плевать — в жилах кипит гнев. Смерть теперь ей не страшна, ведь терять уже нечего. Либо победа, либо смерть — и никак иначе. — Твои друзья пытались, и где они сейчас? Ты будешь там же. — Круцио, — орет гриффиндорка, доставая нож, который брала на всякий случай, даже не думая, что он действительно пригодится.       Она слышит, как сзади кто-то также орет заклинание. Это Рон. Она узнала его голос сразу. Возможно за ними пошли и другие, но Гермиона этого не знала. Она не отводила взгляд от Темного лорда.       Казалось, что прошла секунда, но она решила все. — Остолбеней, — кричит девушка и попадает заклятием в Волдеморта. — Экспеллиармус.       Палочка падает из рук Темного лорда, но Гермиона не успевает вымолвить и слова, как чувствует, что в нее попало заклинание. Она отлетает от мага на приличное расстояние и ударяется головой о каменную плиту. Подняться ей помогает Минерва, которая в тоже время пытается отбиться от летящих в них заклинаний.       Голова начинает кружиться, и гриффиндорка чувствует едва ощутимую боль. Гермиона пытается идти, но ее шатает, а защищаться от летящий заклинаний становится все тяжелее. К ней подбегает Молли, пытаясь увести с поля боя, но девушка противится. Она не может позволить себе сдаться. Сдаться сейчас — предать их всех. Тех, кого она так любила, кем дорожила и кто был ее семьей. Последним, что у нее осталось.       Грейнджер пересиливает себя, сильнее сжимает в руках палочку и из последних сил кричит: — Авада Кедавра.       Ее магия и магия Темного лорда соединяются воедино, но у девушки нет сил сдерживать удар. Она стоит до последнего, но ноги перестают держать ее хрупкое тело. Она оседает на холодную землю, продолжая сжимать палочку в руках. Перед глазами все плывет. Буквально через секунду она чувствует, как нестерпимая боль окутывает все тело. Гермиона понимает, что словила заклинание. В последний момент гриффиндорка швыряет нож, но она не успевает увидеть — попал ли он в цель. Сознание ее покидает.       

***

      Гермиона открыла глаза и вздрогнула — она ничего не видела. Тело ломило нещадно, но она была жива. Или ей так казалось. Девушка сидела на холодном каменном полу, а в воздухе чувствовалась сырость. Гриффиндорка продрогла насквозь, руки не слушались, но она все же попыталась прощупать пространство.       Вокруг нее, как ей показалось, была пустота. Только пол и стены. — Какая же ты жалкая, — раздалось где-то рядом, от чего девушка подскочила в страхе. — Можешь не пытаться, отсюда тебе уже не выбраться.       Этот голос насмехался над ней. Злорадствовал. Но Гермиона не могла узнать его носителя, потому что не видела. Слезы подступили к глазам, но она не давала им выхода — те, кто ее видели, не должны были наблюдать, как ей плохо и тяжело. Ком в горле не удавалось сглотнуть, а глаза так и не прозрели. — Идите к черту, — выплюнула гриффиндорка, подтягивая колени к грудки, чтобы постараться хоть немного согреться. — Зря ты так, тебя больше некому спасти, — выплюнул собеседник, издавая звук, похожий на клацанье по железным прутьям. — У тебя даже нет шансов защитить себя самостоятельно. Я могу сделать с тобой все, что угодно. И никто не придет к тебе на помощь.       Гермиона верила. У нее не было сил даже встать, не то что драться. Ей хотелось закутаться во что-нибудь теплое и уснуть. И держалась она из последних сил.       Девушка услышала звук открывающегося замка и сжалась. Чьи-то громкие шаги были оглушающими, набатом в голове стучало сердце. Незнакомец преодолел расстояние меж ними в считанные секунды, а Гермиона просто сжалась, понимая, что спрятаться ей негде. Ее резко подняли на ноги агрессивным рывком. — Сейчас я покажу тебе, как выглядит новый мир для таких как ты, — шепнул ей на ухо мужчина, держа хрупкую женскую шею в своих руках. Он приподнял ее, наблюдая за хриплыми вдохами, которые она пыталась сделать, а после прижал всем телом к стенам каменной тюрьмы.       Гермиона задыхалась, болтала ногами и пыталась отбиться, однако сил в руках было недостаточно. И она сдалась. Повисла безжизненной куклой. Только тогда ее отпустили. Грейнджер рухнула на жесткий пол, но вместо того, чтобы отползти подальше, просто осталась лежат там, куда упала. Ей не убежать от него сейчас — она прекрасно это понимала. Оставалось только питать надежду, что когда-нибудь ей удастся воспротивиться своему мучителю. А сейчас у нее не было сил — тело не имело физической возможности сопротивляться. — Хватит, — приказал другой голос, более грозный и властный. — У тебя будет возможность поиздеваться над ней потом, не запачкав мне всю камеру. — Думаешь, что можешь мной командовать, Малфой? — сказал мучитель, а у Гермионы все сжалось внутри. Она была в поместье Малфоев, точнее, в их темнице.       Грейнджер знала, что младший Малфой принял метку и воевал на стороне Темного лорда, но сейчас война окончена. Он наверное занимает какое-то важное место в армии Волдеморта. Кто бы мог подумать, что школьный хулиган, который задирал их, станет жестоким убийцей. — Еще одно слово, Сивый, и ты окажешься на ее месте, — рыкнул Малфой, а девушка услышала, как ее клетка закрывается и она остается один на один с темнотой и холодом.       Гриффиндорка не знала, что ее ждет, но отчетливо понимала, что бездействовать нельзя. Никто не будет долго держать ее в темнице — более того, она была уверена, что для нее уже уготована жестокая расправа на потеху публике. Она дала себе немного времени на передышку, но отступать, нет, она бы не посмела. Гермиона сделает все, чтобы смерть Гарри была не напрасна. Лишь на несколько минут девушка позволила себе быть слабой и тихонечко заплакала. Она позволила себе эти минуты скорби по тем, кого любила.       

***

      Гермиона не знала, сколько времени прошло с того момента, как к ней наведывались в прошлый раз. Казалось, что несколько часов, но подтвердить это или опровергнуть она не могла. Обшарив всю камеру, гриффиндорка нашла какой-то жалкий камешек и не могла разжать руку, чтобы отпустить его. Просто продолжала сжимать его острые края в своих руках.       Звук открывающегося замка неожиданно разрезал давящую тишину. Зрение немного приходило в норму, но до конца еще не восстановилось, поэтому она видела свет и силуэты предметов. Дверь открывал высокий мужчина в темной мантии, а на лице его была маска Пожирателя смерти. В руках у него было что-то наподобие подноса. Сердце пропустило удар, но Гермиона попыталась не показывать, что внутри ей все же было страшно. — Поешь, — сказал мужчина, опуская поднос с едой на пол около девушки. — Не хочу, чтобы ты умерла раньше времени от голода.       Голос звучал холодно и грубо, но она могла его узнать. Это был Малфой. Драко Малфой. Тот, кто ненавидел ее всю свою сознательную жизнь. Гермиона подумала о том, что кормит он ее неспроста. Они что-то задумали, и она определенно точно не хотела бы проверять что.       Он стоит какое-то время около нее, будто ожидая реакции. А после разворачивается и собирается уходить. Лучше момента и придумать сложно, поэтому Гермиона поднимается на ноги и набрасывается на него сзади, пытаясь перерезать ему горло. Ей удается поранить его, потому что спустя какое-то время ее руки пачкаются в липкой и горячей крови. Однако Малфою удается оттолкнуть ее от себя. Он поворачивается, смотрит в ее сторону и ничего не делает. В его руках палочка, а он просто смотрит, потирая рукой рану.