Часть 2 – Карта выпала и карта эта - Повешенный

      Они смотрели друг на друга. Но ничего не предпринимали. Гермиона не понимала, почему он не направлял на нее палочку. Почему не ударил в ответ. Она ожидала совершенно иной реакции. Однако ее не поступало.       Звук шагов отвлек их от минутного ступора — оба обернули в сторону, откуда он исходил. — Не справляешься, Малфой? — насмешливо говорит голос, приближаясь к темнице. — Так и знал, что у тебя не будет толку справиться даже с этой девчонкой. Конечно, она посильнее, чем тот рыжий кретин.       Грейнджер чувствует, как тело покрывается мурашками. Они что-то сделали с Роном. Неужели он сейчас здесь? Жив ли он? Гермиона понимала, что никто не даст ей ответов на эти вопросы. Оставалось надеяться, что он в порядке, если так вообще можно охарактеризовать ситуацию, в которой они находились.       Набатом в голове стучала мысль о том, что здесь может быть не только Уизли. Кого еще им удалось взять в плен? Что с ними происходило в таком случае? И есть у кого-нибудь из выживших план и силы для борьбы.       Девушка сжала зубы, пытаясь продумать план побега. У нее в запасе пара минут и толика сил, которые вот вот ее покинут из-за голода, обезвоживания и перенесенных травм — это весь ресурс, которым она могла располагать. Единственное, чего было много — ее ненависть. Ее семья не помнит, что у них была дочь, друзья мертвы, а те, что выжили, неизвестно где и в каком состоянии. Орден разбит, министерство пало. Весь магический мир перевернулся. И все это сделал Темный лорд со своими приспешниками. Гермиона пылала ненавистью ко всем причастным, что разрушили этот мир.       И этот гнев горел в ней настолько яростно, что давал сил. Она продолжит бороться или умрет.       Девушка решает воспользоваться образовавшейся заминкой и кидается на Малфоя, стараясь лишить его палочки или возможности твердо стоять на ногах. Она бьет его по колену ногой в результате чего молодой человек опускается на пол, но палочка все еще зажата в его руке. Он шипит от боли. Гермиона чувствует, как он зол и насколько ему больно. В следующую секунду в камеру забегает второй Пожиратель, но Грейнджер не теряется — бьет коленом по лицу Малфоя и пытается забрать его палочку. И ей это удается. Может, она и не будет беспрекословно ее слушаться, но иного пути ней. — Экспеллиармус, — кричит девушка, направляя палочку на второго Пожирателя, которого ей не удается опознать из-за маски.       Гермионе почти удается обезоружить его, но неожиданно горло сжимает будто тисками и дышать становится практически невозможно. Она хватается за шею, но ничего не может поделать — ей нечем дышать. — Глупая, глупая гриффиндорка, — поднимаясь на ноги, говорит Малфой. — Неужели самая умная ведьма нашего поколения не знает, что даже без палочки темный волшебник способен управлять магией.       Глупой она, конечно же, не была. У нее просто не было выбора. Малфой мучал ее недолго, но этого хватило, чтобы при первой же возможности девушка жадно принялась глотала ртом воздух. — Вот же тварь, — прошипел второй Пожиратель, подходя к Гермионе.       Он схватил ее за руку и куда-то потащил. Грейнджер спотыкалась, но ее продолжали волочить за собой. Девушка пыталась отбиться, сопротивлялась, но все бестолку. Она даже хотела закричать, но лишь пискнула, решив, что орать нет никого смысла, ведь те, кто ее услышат, ей не помогут. — Гермиона, это ты, — закричал до боли знакомый голос. Девушка пыталась оглянуться, найти источник звука. И она увидела. Этот голос, рыжие волосы — это точно был Рон.       Зрение восстанавливалось постепенно, но Гермиона смутно различала, что он держится за прутья камеры, в которой был заточен. Грейнджер начала вырываться, пыталась ударить Пожирателя, но все ее метания были напрасны. — Рон, ты жив, Рон, — заорала Гермиона, из глаз которой начали литься слезы. — Рон, я постараюсь сделать все, что только можно. Только живи, слышишь? — Я люблю тебя, знай, — обреченно признался Уизли, в голосе которого читалось отчаяние. — И всегда любил только тебя. Я спасу тебя или сдохну, слышишь?       Слезы обожгли ее лицо, покатившись горячими струями. Гермиона разрыдалась от боли и горечи. Он был жив. Сейчас жив. Но вот шансы выжить. Она не знала насколько они были велики.       Пожиратель вытащил девушку из подземелий и поволок по поместью. Гермиона все еще пыталась воспротивиться, но силы были неравны. Поместье казалось темным и мрачным, а картины, что висели в коридорах пренебрежительно морщились и грубили ей. — Еще не поняла, — толкнув Гермиону на пол, рявкнул мужчина. — Тебе не спастись. И никто тебе не поможет. Ты подохнешь, как и положено такому отребью. А вот твой дружок, этот предатель крови, будет жить. Надо же беречь чистокровных, ведь их осталось так мало. О, ему уготована участь, которую он и должен был воплотить пока не спутался с такой грязью. — Ублюдок, — выплюнула в лицо Пожирателя Грейнджер. — Вы умоетесь в собственной крови. — Сомневаюсь, что ты сможешь воплотить свою угрозу в жизнь, грязнокровка, — притянув девушку к себе ближе и схватив рукой за челюсть, прошипел в лицо пленницы мужчина.       Было ли Гермиона страшно? Да. Она переживала страх и ужас у себя внутри. Но ее взгляд был прикован к нему, она даже не моргала. Пожиратель же лишь ухмылялся. А после повел ее туда, куда вознамеривался изначально. И как только они оказались там, Гермиона опешила.       Во главе огромного стола сидел он. Тот, кого она недавно пыталась убить, — Темный лорд. Рядом с ним сидели Малфои, а также Эйвери, Гойл, Мальсибер и Родольфус Лестрейндж. Остальных она не могла опознать, так как они были в масках. При виде нее темный волшебник встал и громко произнес: — А вот и она, подружка мальчика, который все же умер. Изъявила желание вновь попытаться меня убить? — Она больная, мой Повелитель, — заявил Пожиратель, что привел ее. — Избила младшего Малфой, забрала у него палочку и чуть не напала на меня. — Вот как, — произнес Волдеморт, поворачиваясь лицом к Пожирателям. — Чего же нам сделать с этой грязнокровкой, может, ты знаешь, Корбан? — Убить? — предложил Пожиратель, которого теперь она могла опознать. Это был Яксли. — Так убей, чего же ты ее притащил, — заявил Волдеморт, наблюдая за действиями Пожирателя.       Гермиона похолодела, руки вспотели от страха, а сама девушка сжалась от мысли о смерти, которая сейчас практически дышала ей в затылок. Яксли не потребовалось и секунды, дабы обдумать это предложение. Грейнджер знала, что именно для этого ее сюда и вели. Пожиратель толкнул девушку на пол, направляя в нее палочку.       Грейнджер не готова была сейчас попрощаться с жизнью, не готова была сдаться и принять такую участь. И ей ничего не оставалось, кроме как бороться. Поэтому Гермиона пнула Яксли по ногам, а после вскочила и попыталась убежать из огромного темного зала.       Ее надежда умерла, как только тело взвилось в воздух и повисло в нескольких метрах от пола. Она была обездвижена. — Такая борьба за жизнь, — произнес Волдеморт, а голос его сочился ядом и насмешкой. — За такую жалкую и ничтожную жизнь. Что ж, сегодня ты не умрешь. Но будешь молить меня о смерти, когда поймешь, какую участь я тебе уготовил.       Неожиданно в зал зашел еще один пожиратель и, даже не взглянув в ее сторону, проследовал к свободному месту у стола. — О, Драко, ты как раз вовремя, — воодушевленно заявил темный волшебник. — Ты и займешься подружкой Поттера. Вы вроде как раз не успели поквитаться за школьные годы. Думаю, ты будешь крайне рад. — Да, Повелитель, как прикажете, — совершенно ровным и абсолютно безразличным голосом ответил Малфой. — Что мне необходимо сделать с ней? Убить? — Нет, мы ее не убьем, — по голосу Волдеморта было понятно, что он доволен тем, что придумал для нее. И Гермионе это не предвещало ровным счетом ничего хорошого. — Это же подружка Поттера, золотая девочка, как там говорили, самая умная волшебница своего поколения. Она будет каждый день напоминать мне о моей победе, о могуществе чистой крови и темной магии. Отвези ее в Мунго, пускай целители хорошенько над ней поработают. А ты наблюдай и, когда придет время, забери у нее магию и передай мне вместе с ее телом. — Будет исполнено, мой Повелитель.       Гермиону сковал ужас. Она никогда не слышала о том, что кто-то мог забрать чью-то магию. Если такое и есть, то это сущий кошмар. Обладая такими знаниями, Волдеморт действительно мог стать непобедимым. И даже одна мысль об этом была ужасна, а такая реальность, просто отвратительна. Проводили ли они такую манипуляцию с кем-то еще? Или она первая?        Кого еще подвергнут такой процедуре? Что они планируют сделать с Роном? Где остальные и какую участь уготовили им? Продолжается ли борьбы и кто находится в оппозиции?              В голове роились мысли, раздирая ее изнутри. Она не могла даже пошевелиться, только думать. Что ж, ее ум, единственное, что у нее осталось.       Карты разложены. Время пошло.