Часть 3

Это был насыщенный день, в котором имели место быть вылазка в коллектор в поисках продуктов и увлекательная тренировка с оружием. Лео сегодня отдался на полную мощь и заслужил похвалу от мастера Сплинтера, поэтому прямо сейчас он крепко спал, пока ни о чём не тревожась и не рассуждая о чём-то более тяжёлом, чем спарринг с Рафаэлем. С хорошим сном будет много энергии и сил, чтобы двигаться дальше, становиться с каждым днём сильнее, быстрее и искуснее. Поэтому, обнимая подушку, Лео недовольно замычал, когда сквозь сон почувствовал, как его схватили за панцирь и начали трясти. Это ему снится, или это на самом деле были дурацкие проделки братьев? Но кроме этого, маленький мечник услышал что-то странное. Кто-то всхлипывал почти над его ухом и тяжело дышал. Непорядок. Лео открыл глаза и перевернулся на спину. Сначала его взгляд был сонный и недовольный, но в миг сменился на серьёзный и переживающий. — М-м-м… Майки? — спросил он, потирая глаза кулачками. — Лео, пожалуйста… не говори, что… Лео, ты… — задыхаясь от слёз, сбивчиво шептал сидящий на кровати Майки, подрагивая от каждого своего всхлипа. — Эй, эй, тише! — поспешно заговорил Лео, выбираясь из-под одеяла чтобы сесть рядом с младшим братиком. — Тише, Майки, попробуй успокоиться. Помнишь, как нас учил мастер Сплинтер? Сначала Майки особо не понимал, что от него хочет старший, но мало-помалу действительно начал вслушиваться в его слова. — Сядь поудобнее и глубоко дыши. Прислушайся к своему дыханию, сосредоточься на нём, попробуй его выровнять. Вот так… Увидев, что Майки действительно пытается внимать тому, что говорит его брат, Лео одобрительно кивнул. И всё-таки младшему нужна была помощь, ему было слишком тяжело сделать всё как надо. Он действительно переживал. Но теперь, когда Майки немного успокоился, Лео попробовал заговорить с ним: — Что-то случилось? — Н-нет, — подрагивающим голосом ответил он. — То есть, не з-знаю. Мне п-просто приснился такой с-сон… где ты… ты… Его голос начал срываться под конец, глазёнки едва ли сдерживали слёзы. Лео поспешно взял Майки за руки и расположился напротив, глядя ему в глаза. — Тише, Майки! Это был просто сон, я рядом. Всё в порядке. Ну же… Кошмары были неотъемлемой частью жизни маленьких черепашек-ниндзя. Им было тяжело справляться с ужасающими сновидениями в одиночку, поэтому каждый раз кто-то кого-то обязательно будил. Обычно успокоиться получалось быстро, братья могли просто лечь спать рядышком, чтобы больше было не так страшно. Или же напуганный черепашонок бежал к мастеру Сплинтеру, который умел быстро успокоить и уложить спать, давая понять, что рядом с ним бояться точно нечего. Рядом с ним все они чувствовали себя в безопасности. Видимо, сейчас был не тот случай, раз уж Майки решил разбудить именно Лео. Обычно он обращался к Рафу, но не сейчас. — Майки? — тихо позвал его Лео, увидев, что младший уже дышал ровно. Микеланджело поднял глаза на него — разбитые, уставшие, измученные. Что-то внутри маленького мечника треснуло, когда он столкнулся с таким взглядом от улыбчивого и весёлого Майки. Ни для кого не было секретом, что младший братик может быть очень чувствительным и обидчивым, но столкнувшись сейчас с ним в таком состоянии один на один, не зная причину, Лео почувствовал себя в несколько раз слабее. — Что было… в твоём сне? — он запнулся, задавая этот вопрос. — Ты ушёл на долгое время, и так и не вернулся. А наш дом был разрушен, и там было пусто… и холодно… Майки спрятал лицо за ладошками, и Лео поспешно его обнял. — Майки, я никогда от вас не уйду! Мне с вами хорошо, я вас всех очень сильно люблю! Всхлипнув, Микеланджело тихо проговорил: — Я тебя тоже, братишка. Успокаивая младшего брата, Лео едва ли сам не расплакался. В какой ситуации ему пришлось бы уходить от своих братьев и сенсея? Он не мог представить ничего подобного даже через много-много лет, поэтому заставил успокоиться и себя, и Майки. — Это был просто кошмар, понимаешь? Майки слабо кивнул в ответ. — Отлично, теперь давай спать…

***

Порой Микеланджело сам себя ненавидел за то, что такие моменты почему-то оставались в его памяти. Они были просто детьми, и Лео наверняка не помнит всех тех странных переживаний младшего братишки, не осознавал тогда вес своих слов и обещаний. Ему было тяжело сердиться, но в глубине души всё равно было больно. Два месяца прошло, и от Лео ни слуху ни духу. Да, он понимает, почему тому пришлось уйти, но за время его отсутствия в голове раз за разом всплывали эти моменты из детства. И раз за разом он вспоминал те слова, которые сказал ему Лео перед своим уходом, звучавшие дрожащим голосом на грани срыва. «Вы мне очень нужны, но я не могу…». «Чёрт, ты действительно подумал, что мы сможем справиться без тебя?! Так вот что, наш гиперответственный лидер — ты ушёл, а наше логово разрушила Караи! И я остался совсем один, а ты об этом даже не узнаешь!». Майки сидел на краю выбоины в стене тоннеля. Периодически через него проезжали поезда, не давая одинокой черепашке полностью успокоиться, но со временем он начал к этому привыкать. Под боком мурлыкал Кланк, всё тело невероятно болело, и у него просто не было сил для того, чтобы двигаться дальше. А ещё здесь было действительно холодно. Поэтому, оказавшись в одиночестве, неизвестно где, не зная, где его оставшаяся семья и живы ли они, Майки сильно злился на Лео. Возможно, сейчас он был даже хуже Рафа. «Это всё для блага семьи, да? Всё для нас? А что ты сейчас скажешь, мистер я-не-достаточно-идеален?! Это правда стоило того?!». Морально убивал тот факт, что Майки даже не может прокричаться по этому поводу. Футы могли быть поблизости, перепроверять, погиб ли черепаха Микеланджело, чтобы доложить об этом госпоже Караи. Госпожа Караи, леди Шреддер… Тьфу. Нет. Майки не мог винить в этом всём Лео. Он не мог его винить в том, что именно он проявил инициативу пойти навстречу Караи, когда она в этом нуждалась. Не мог винить в том, что он вёл себя, как придурок, после финальной битвы со Шреддером. Не мог винить его в том, что он ушёл тренироваться к другому сенсею в дальние края. Не мог винить в том, что оставил их одних. Майки знал, что Лео вернётся. Он обязательно придёт за ними, разыщет их, и всё снова будет хорошо. Если бы всё было действительно так плохо, как кажется сейчас паникующей натуре Микеланджело, Лео ни за что не оставил бы их. Смахивая слёзы, будто пытаясь скрыть свои эмоции от Кланка, за которого он сейчас нёс ответственность, Майки лёг на бок и накрылся газетой, сжавшись в комочек. Но единственное, что по-настоящему давало тепло — это Кланк, расположившийся рядышком. В отличие от своего хозяина, рыжий котёнок был сыт, и имел силы для того, чтобы согревать и успокаивающе мурлыкать. Кажется, здесь было не так уж и холодно…

***

— …проснись! Майки! Майки приглушённо взвизгнул, резко поднявшись с места. Среди прочих, ещё одним преимуществом того, что они с братьями сейчас спали рядом, являлось то, что они могут тебя разбудить, когда тебе снится какой-то кошмар. И тут же успокоить, что всё уже позади. Черепашка-весельчак, который сейчас, впрочем, не выглядел весело, бегло осмотрелся по сторонам, словно вспоминая, где он находится. Словно хотел убедиться, что всё на самом деле хорошо. Что всё наладилось. Он почувствовал ком в горле. Кругом холодные металлические трубы, опорные балки, лестницы, и теперь всё это им пришлось называть домом. Здесь не было абсолютно ничего, благодаря чему Майки мог бы назвать это место домом. Но по крайней мере, рядом были все его братья и отец, все были живы, целы, здоровы… И именно в этот момент спать на куче тряпок, разорванных одеял и подушек, но зато рядом с братьями, казалось самым лучшим, что с ним случалось за последнее время. Рядом друг с другом, под старыми пледами, им действительно было тепло. В какой-то момент взгляд сфокусировался на… Лео, который сидел рядом и держал руку на плече Майки. Кажется, это он пробудил его от кошмара. — Всё хорошо? — спросил Лео тихо, чтобы не разбудить крепко спящего с другой стороны Дона. Да, после того, что ему пришлось на скорую руку сооружать подобие системы безопасности, Донни действительно нужно было хорошо отдохнуть. Но Микеланджело не мог так просто врать в глаза старшему брату. «Всё нихрена не хорошо, Лео». Видимо, на лице Майки всё было написано, раз уж сам Лео заметно сконфузился, всего на пару секунд, но этого уже было достаточно для того, чтобы Микеланджело мысленно аплодировал своему выражению лица. И, наверное, проницательности братишки. — Мы можем поговорить, — шёпотом продолжил лидер, — прямо сейчас. Если ты хочешь. О. Это и вправду звучало как отличная идея. Задумавшись всего на несколько секунд, Майки кивнул, и, пока поднимался с места вместе с Лео, обратил внимание на то, что Раф повернулся к нему лицом и недовольно замычал, после чего приоткрыл глаза. — Хо-хо. Значит, Лео только вернулся, а вы двое уже собираетесь сплетничать? Лео улыбнулся, скрестив руки на груди, и смотрел на Рафа, пытаясь выглядеть надменным, но не в силах подавить тепло, которое поблёскивало в его глазах. Майки тихо усмехнулся. — А ты что, ревнуешь? — спросил он. — Твоё счастье, что нет, — пробурчал Раф и снова закрыл глаза, придвинувшись ближе к спящему Дону. — Всё тот же Раф, — тихо заключил Лео, видимо, обращаясь к самому себе. И ухмылка тут же сползла с лица Микеланджело. Нет, он уж точно не собирается делать вид, что всё в порядке. Не в этот раз. Ничего не говоря, Майки направился в сторону от братьев, с неприязнью топая ногами по холодному металлическому мостику. Он слышал, как Лео отправился за ним, но всё ещё ничего не говорил. А что ему нужно было говорить? Рассказывать о своём очередном кошмаре, в котором и так понятно что произошло? Рассказывать о том, как он злился на Лео, когда того не было рядом? О том, каким ничтожным и слабым он себя чувствовал, глядя на то, как Караи и её слуги с лёгкостью рушат их дом? Как ему было страшно? Уткнувшись пластроном в перила, Майки облокотился о них и шумно выдохнул, опустив голову. Воссоединение оказалось более проблематичным, чем он себе представлял. Не хотелось давить на Лео, зная, как он переживал последнюю схватку со Шреддером, как ему было тревожно перед отправлением в Японию, как он, должно быть, был в ужасе, когда пришёл домой и увидел пустое, разрушенное убежище. Но… — Майки, ты сам не свой. В чём дело? Майки зажмурился и покачал головой. Он не мог молчать. — «В чём дело»? Это ты меня спрашиваешь? Караи ворвалась в наш дом, разрушила его, и нам пришлось разделиться! Мы не смогли ничего сделать, а тебя не было рядом с нами! Может, Лео сейчас смотрел на него с невероятным чувством вины, но плевать. Майки только и хотел, чтобы скорлупа их лидера окончательно треснула, и он действительно наконец поделился бы тем, что чувствует. Что-то в том, что он вернулся, спас их, нашёл жильё и припасы, казалось неправильным. Будто это была какая-то фигурка из золота, а не его брат. Лео некоторое время молчал. Было слышно, как его дыхание периодически сбивалось. Собирался с мыслями. — Майки. Я знаю, это было тяжело, но я бы не оставил вас на произвол судьбы. Я знал, что вы выживете, что вы справитесь, и я не ошибся. — А если бы мы не справились? — спросил Микеланджело приглушённым голосом, повернувшись лицом к Лео. — Это не пра… — Хватит! Майки смотрел на него со страхом, с отчаянием, но упорно старался спрятать это за злобой. Лео выглядел совершенно растерянным. Был ли он готов к тому, что по возвращению ему придётся собирать по кусочкам свои взаимоотношения с самым младшим из братьев? Мечник пытался выровнять своё дыхание и старался говорить максимально осторожно, чтобы не накалять обстановку ещё больше. — Я знаю, что вы со всем справитесь. Я всегда верил в вас. Снова этот голос лидера, который просто пытается поддержать и сгладить углы. Майки поморщился. — Неужели тебе совсем не было страшно? Ты просто… ты ушёл вникуда, и перед этим ты сам мне говорил что не хочешь это делать, а теперь… Его глаза предательски заполнились слезами. Теперь при всём желании он не мог выглядеть раздражённым. — Т-ты ведь наш брат, — тихо сказал Майки, снова отвернувшись. — Ты мог бы хоть один раз поделиться, что у тебя в голове? Около минуты он чувствовал, как Лео внимательно изучает его взглядом. Возможно, он ждал, когда они снова столкнутся взглядами, но Майки этого не хотел. Он лишь надеялся, что его слова прозвучали не как истеричный черепаший бред. А даже если так, он просто надеялся, что Лео прислушается к нему. Поймёт его просьбу. И хоть немного будет вести себя не как ответственный лидер, а как брат, с которым он рос бок о бок. Лео тяжело вздохнул. — Мне правда, — медленно и неуверенно начал он, — было страшно. Майки тут же повернулся к старшему, но теперь тот смотрел в никуда, устроившись рядом с младшим. — И тогда, когда я уходил. И тогда, когда я вернулся. Я боялся, что когда я вернусь, вы не сможете меня принять. Я правда нуждался в тех тренировках в Японии, чтобы во многом разобраться. Чтобы я снова мог быть самим собой. Но когда мастер сказал мне, что вам грозит опасность… Его ладони сжались в кулаки. Теперь в глазах Майки было лишь сочувствие к Лео. И он почувствовал себя немного лучше, осознав, что Лео действительно пришёл в себя. — Я просто боялся, что все эти тренировки окажутся зря. Ведь… я ушёл, чтобы снова быть рядом с вами. Майки всерьёз задумался. — То есть, — заговорил он, — ты не думал о том, чтобы остаться там? Лео посмотрел на него ошарашенными глазами. «Выходит, — с печальной ухмылкой подумал Майки, — я тебя подловил, братишка?». — Ну а что? — тут же продолжил он. — В Японии наверняка красиво, ты мог тренироваться сутками напролёт, ты там находил ответы на те вопросы, которые тебя волновали… Почему ты не… — Прекрати, Майки. Майки вздрогнул. Нет, это звучало не со злобой или раздражением, это было чем-то на грани отчаяния. Будто Лео сейчас стоял на краю пропасти и был готов свалиться туда. Младший тут же виновато потупил взгляд и положил ладонь на плечо старшего, почувствовав под своими пальцами след от шрама. Теперь им обоим было не по себе. — Прости, — сказал Майки. — Может, это было глупо, но я правда боялся, что ты не вернёшься. Может даже не из-за того, что ты мог бы этого хотеть. — Майки, — который раз Лео произносит его имя? — я не смог бы. Я бы… я бы вернулся к вам, несмотря ни на что. Где бы я ни оказался, я бы всё равно вернулся к вам. Он мягко взял Майки за плечи и слегка сжал их. — Понимаешь? Мне нигде и никогда не будет так хорошо, как рядом с вами. Ты, Раф, Донни, мастер Сплинтер… моя жизнь просто не имеет смысла без вас. Микеланджело поспешно протёр глаза кулаком. — Тогда почему ты раньше отдалялся от нас? Я знаю, что сейчас ты правда мыслишь по-другому, тебе теперь намного лучше и вообще всё супер, но… почему тогда всё пошло наперекосяк? По крайней мере, теперь они могли разговаривать спокойно. Возможно, Лео было не очень приятно говорить об этом, вспоминать тот период, когда он срывался на всех вокруг, до того самого момента, когда его нервы окончательно не сдали. Майки, впрочем, тоже было неприятно вспоминать об этом, но ему не хотелось больше допускать такого. — Потому что я злился на себя, — да, Лео говорил максимально честно. — Я винил себя за то, что мы едва не погибли на корабле Шреддера. Я почувствовал, что должен быть в ответе за всех вас и не допускать того, чтобы мы снова провалились. И если это происходило, я считал, что я один в ответе за это. Что только я один виноват. Лео закрыл глаза, медленно вдохнул и выдохнул, будто пытаясь очистить свои мысли. Майки отвёл взгляд в сторону. «И он всё это время жил с этим? Я… даже не знаю, как мы могли бы помочь, если бы знали об этом. Это был действительно тупик». — Но ведь сейчас, — Майки слегка улыбнулся, — ты понимаешь, что это не так, да? — Да, — Лео улыбнулся в ответ, от чего на душе Майки стало невероятно тепло. — Мастер Старейший довольно… жёстко преподал мне урок. И тогда я понял, что жизнь воина невозможна без поражений. — Круто, — сказал Майки, устроившись под боком задумчивого брата. — Значит, ты теперь не будешь убегать от нас в свои бесконечные размышления и тяжёлые тренировки? Лео приобнял Майки. — Не буду. Обещаю. — Спасибо, — голос младшего дрогнул, — что вернулся к нам, Лео. Мечник тихо засмеялся, прижимая Майки ближе к себе.