Глава 12 // Фотография

14 июля Какое сырое прохладное утро. За окном моросит дождик, туман укутал кроны деревьев плотным покрывалом, и ничто не намекает на то, что в течение дня распогодится. Ксюше, которая, сидя в лобби, греет ладони об огромную керамическую кружку с какао и задумчиво вглядывается сквозь панорамное окно вдаль, не верится, что еще вчера вечером она бегала босая, в одной рубашке, по пыльной проселочной дороге, резвилась в разнотравье, пробовала температуру воды в озере, подставляла лицо ласковым теплым лучам закатного солнца, в задумчивости гуляла по мху в мрачнеющем лесу и искренне, по-детски радовалась жизни. Про камеру и фотографа она забыла напрочь минут через 15. Сергей оказался очень приятным в общении человеком, раскрепостившим девушку на два счета. Она сама предложила ему съемку на природе, подальше от скучного отеля, и парень с энтузиазмом согласился. Помимо техники с собой он привез какие-то легчайшие вещи: Сергей справедливо полагался на опыт, знал, что для такой съемки они окажутся не лишними. Ксюша прихватила из номера широкополую соломенную шляпку, способную при удачном ракурсе полностью скрыть лицо. Плетение соломы на полях было настолько свободным, что солнечные лучи, пробиваясь сквозь него, оставляли на коже под ними выразительную сеточку теней. Можно красиво обыграть. В ход пошел и длинный молочный кружевной сарафан с красивым вырезом сзади: стоило расстегнуть аккуратную пуговичку у основания шеи, как легчайшим движениям плечики спускались до локтей, оголяя лопатки, позвонки, спину целиком. В этом сарафане были сняты потрясающие, как подсказывала девушке интуиция, кадры в поле, в лесу и, самое главное, в воде. Намокнув, и так воздушная ткань приобрела дополнительную прозрачность, высветила смуглую, скрытую под ней кожу, подчеркнула линии и изгибы. Вроде и не совсем ню, а вроде и достаточно откровенно. Куда уж откровеннее… Фотографии должны были выйти сумасшедшими. Втайне Ксюша давно мечтала о подобной съемке, но не хватало нужной смелости, по мере того как ей начало казаться, что она начала поправляться, поумерилось пыла, да и подходящих фотографов на примете не было. Вчера звезды сошлись в одной точке. Как и сказал Юрий Сергеевич, результат стоил того, чтобы проиграть. Что бы он не имел ввиду, к вечеру, ощущая безграничную легкость и благодарность, собственную женственность и привлекательность, она была полностью с ним согласна. Интересно, а Ване понравится? Не может не понравиться! Ваня абсолютно точно будет в восторге! Но она пока не скажет – как-нибудь сделает жениху сюрприз. А ему бы понравилось? А он не увидит. Даже жаль. Мог бы и проявить любопытство, сам ведь её подначил. Не проявит. Вспоминая день вчерашний, Ксения даже не заметила появления отца в компании какого-то незнакомого ей мужчины и маленькой девочки ангельской внешности. Девушка очнулась, лишь когда троица материализовалась прямо перед её носом. Личико в ореоле светлых кудряшек, тонкие ножки в веселых резиновых сапогах в цвет дождевика. Ангелочек! Если бы не бесконечная хитрость в лукавых небесных глазах. — Дочь, знакомься! Это мой однокурсник Дмитрий Петрович и внучка его, Алиса, — начал папа вместо приветствия. — А это моя дочь Ксения. «Лиса Алиса…» Взрослые вежливо кивнули друг другу. — Очень приятно, — произнесла Ксюша бархатным голосом. — Надо же, какая красивая у Вас внучка! — В маму пошла, — не без гордости ответил Дмитрий Петрович, — дочку мою. Вот, обещал свозить ребенка в интересное местечко. Очень уж у вас тут живописно! Жаль только, погода подкачала… — Дочь, ты это – часик проведи с Алисой, нам тут перетереть кое-какие дела надо, — тоном, не терпящим возражений, продолжил отец. — Ритку бы попросил, да она носится с утра как заведенная. Потренируешься заодно, своих же скоро заводить. Хитро улыбнувшись Ксении, которая при упоминании о «своих» совершенно бесконтрольно изменилась в лице, папа взял однокурсника под руку и приглашающим жестом указал в сторону ресторана. «Приехали…» Девушка в задумчивости уставилась на приветливо разглядывающего её ребенка. Что с ней делать, тем более, в такую погоду, она ума не могла приложить. Их отель, если уж начистоту, не предназначен для досуга с детьми. В своем собственном она этой оплошности уж точно не допустит. Ну, что ей предложить? Бассейн? Финскую сауну? SPA? Смешно! — Хочешь какао? — спросила Ксения, заметив Алисин «голодный» взгляд в ее кружку, на дне которой еще плескался ароматный напиток. Девочка энергично закивала головой, явно обрадовавшись заманчивому предложению. Ну какой же ребенок не любит какао? Ксюша обрадовалась не меньше: за распитием напитка вместе с его ожиданием они скостят минут двадцать точно. Подозвав проходящего мимо официанта, она сделала заказ, до кучи попросив добавить к нему шоколадный эклер. Глаза девочки вспыхнули огнем предвкушения, стоило «доброй тете» произнести заветную фразу. Беспокойно оглянувшись по сторонам в поисках подмоги, девушка заметила за барной стойкой знакомую спину. Врач! Странно, как это он успел пройти незамеченным? Три минуты назад на этом месте его точно не было! — Подождешь меня тут минутку? — заговорщицким тоном спросила Ксения Алису. — Я отлучусь вон к тому дяде и сразу к тебе. Какао сейчас принесут. Хочешь, возьми пока телефон, поиграй. Быстрым движением разблокировав смартфон, Ксюша открыла папку с играми и протянула ребенку. Девчушка снова закивала. Да уж, она была немногословна, что не говори. Приняв самый смиренный вид, доверчиво протянула ручку и взяла гаджет. Ксения еще раз настороженно взглянула на Алису: взгляд хитрый, молчит, покорно соглашается на всё, ей предложенное, – что-то тут явно нечисто! Но вот что? Чего ждать от этой малышки, было непонятно совершенно. — Я быстро. Никуда не убегай! Спустя 10 секунд Ксения материализовалась за спиной интересующего ее объекта и произнесла гробовым голосом: — Юрий Сергеевич, найдется ли в Вашей светлой голове парочка гениальных идей насчет того, чем в этом скучнейшем месте можно развлечь маленькую девочку? Под любопытным взглядом бармена Юра медленно повернул голову. Ее мрачный полушепот прозвучал прямо над ухом, внезапно вызвав целый табун мурашек, побежавших по позвонкам вниз. Пришла к нему за советом, значит? Что ж – он тронут оказанным доверием. Врач прекрасно знал, о какой девочке речь – заметил их пару минут назад, заметил озадаченное выражение Ксюшиного лица, – но отказать себе в возможности немного подколоть свою подопечную просто не смог. — Вы разве вчера недостаточно развлеклись? Я думал, Вам впечатлений на неделю хватит. — Очень смешно, Юрий Сергеевич, — отрезала девушка, не двигаясь с места. — Я о том голубоглазом ангелочке за столиком по диагонали. Без понятия, что с ней целый час делать. Никогда не имела дел с детьми. Юра оглядел лобби и с тревогой в глазах уставился на Ксюшу: — О каком ангелочке, Ксения? Никого не вижу. Вы в порядке? Не лихорадит? Завгородняя похолодела и резко обернулась. Неужели за эту единственную минуту Алиса успела куда-то сбежать? Просила же смирно сидеть и дожидаться! Нет… Девочка сидела на прежнем месте и явно никуда не торопилась. Официант как раз принес ей какао и эклер, она явно успела прихлебнуть и теперь довольно «улыбалась» посетителям своими «какао-усами». К врачу Ксения разворачивалась с такой «миной», что Юра на какую-то долю секунды почувствовал укол совести – ощущение, которое немедленно испарилось, изгнанное внутренним весельем: — Я пошутил, как видите. Хотел посмотреть на реакцию. Не бойтесь, Ксения, это всего лишь ребенок. Он Вас не съест. К тому же, прекрасная возможность проверить себя. — В смысле? — напряглась она. — Ну вдруг Вы когда-нибудь решитесь своих завести, — продолжал веселиться врач. — Когда Вас будет накрывать чёрное отчаяние, помните – они растут и становятся взрослыми. Всего-то лет двадцать подождать… — Мне не надо двадцать, мне всего лишь час… А вообще… Вы на что-то намекаете, Юрий Сергеевич? — прищурилась девушка. — На что? — эхом отозвался врач. На его лице появилось любопытство: он ни на что не намекает, но ход её мыслей очень интересен. Ксюша грозно сверкнула глазами, на пару сантиметров сокращая пространство: — Мне 23. Вы хотите сказать, я фактически еще ребёнок?

«Гениальные выводы! Нет, не на это. Ну какой же ты ребенок?»

В памяти мгновенно всплыл клуб, – она хватает его за руку и ведет на танцпол, не сводит глаз, между ними жалкие сантиметры, увлекает за собой из толпы в какой-то укромный уголок, дальше туман, наваждение, черт знает что, черт знает как он остановился – отголоски тех, вроде бы уже почти забытых, стёршихся ощущений прокатились по телу волной, врача внезапно бросило в жар. «Какой же ты ребенок...?». Реакция, которой его мозг и нутро за эти две недели еще не выдавали. Разные выдавали, но он держал их под контролем, был способен управлять собой, своими мыслями. Она стоит слишком близко, так же беспардонно близко – в этом причина. Каждый раз, когда они нарушают личное пространство друг друга, в нем начинается борьба с прошлым и с самим собой. Каждый раз эти волны всё мощнее и мощнее!

«Что за!?»

— Заметьте, не я это сказал... — усмехнулся он, на несколько секунд отворачиваясь и делая глоток чая, — пауза, нужна пауза! — По идее, Вы должны без труда вспомнить, что было интересно Вам самим в этом возрасте. Мамины туфли и помада? Сводите её к себе, покажите сундук с сокровищами. И дело с концом. Ну или в прятки сыграйте. Но я бы на Вашем месте не стал. — Тётя Ксюша, — прямо за её спиной внезапно раздался тоненький голосок, — а почему у Вас такой странный ник? Вам другой надо! Давайте я новый придумаю! Театр абсурда какой-то.

«Что-что?»

Двое взрослых людей одновременно опустили глаза вниз – туда, откуда только что послышался детский лепет. «Блин! Зачем ты вообще свалилась на мою голову?» — Алисочка, а ты что, какао допила уже? Пойдем вместе допьём, а потом я тебе кое-что интересное покажу... — пролепетала Ксения, метнув в Юру испуганный взгляд. Еще секунда, и вот уже она спешит ретироваться к столику, аккуратно подталкивая девочку вперед. «Господи...» — Всегда пожалуйста. Обращайтесь, — бросил ей вслед врач, медленно погружаясь в прежнее состояние задумчивости. Этой Алисочке хорошо если шесть лет есть. Откуда в ее голове такие выражения? Театр абсурда… Смысл этой фразы только взрослому может быть ясен, никак не ребенку… Повторила за кем-то услышанное? Или… Или?

«театр_абсурда; teatr_absurda; teatr.absurda» «… … …»

Идеально описывает её жизнь. Ну нет! Он не станет проверять свою догадку. Его в этот «театр» не приглашали, билетика не предлагали.

***

Ваня объявился в отеле внезапно. О намерении заехать он её не предупреждал. Влетев в лобби, парень, не оглядываясь по сторонам, направился прямиком к лифтам, на ходу свободной рукой доставая телефон. Во второй он держал букетик роз. — Ваня! — окликнула жениха Ксюша удивленно. Она заметила его лишь благодаря тому, что уже две минуты убивала время за рассматриванием гостей, терпеливо ожидая, когда Алиса справится с эклером. Иван вздрогнул, развернулся и уставился на девушку. Уже спустя мгновение он держал путь к их столику. Девушка поднялась к нему на встречу. — Блин, Ксюша, вот умеешь ты сюрприз обломать! — улыбнулся он, протягивая ей букет. — Мне сегодня на работу только к 16 часам, решил заскочить к тебе по пути. А ты меня спалила. А это кто? — кивнул парень в сторону белокурого ангелочка. Пара встала метрах в трех от столика, и Ксения понизила голос до шепота. — Ты очень вовремя. Папа попросил за внучкой друга приглядеть часок. Но у него где часок, там все три. Поможешь? Беспечность на Ванином лице сменилась озадаченностью: — Я? Не, навряд ли… Я буквально на 15 минут, больше времени нет. Да и чем я могу помочь? — Ну придумай что-нибудь, Вань! Видишь, погода какая! Даже не погулять с ней. А здесь у нас детям скука смертная, — Ксюша умоляющим взглядом смотрела на молчащего парня, в глазах которого начал отчетливо проявляться испуг. Он молчал с полминуты, думая. — Я не знаю, что предложить… Никаких идей, солнышко. Правда. Никогда не приходилось нянькаться с детишками. Я, бывает, и себя-то ребенком чувствую время от времени… «И я…» — Ясно, — выдохнула она. — Кажется, к детям мы с тобой еще не готовы. Лицо Ивана вытянулось: — Малыш, какие дети? Ты что!? Я еще погулять хочу! Да и ты, уверен, тоже… — А ты разве еще не нагулялся? — Я не в этом смысле! Нам надо привыкнуть к семейной жизни, отель поднимать, и так забот будет выше крыши. Я это хотел сказать. Рано. Я что-то пока морально не готов к такой ответственности… Девушка кивнула, давая понять, что понимает его позицию. Да, сейчас рано. Она абсолютно с ним согласна – и про «привыкнуть», и про «отель». Но если в его понимании сейчас «рано», значит ли это, что когда-нибудь всё-таки наступит «самое время»? Что означает «Не готов к такой ответственности»? А когда будет готов? Будет ли вообще? Вся его жизнь – это работа и тусовки, бесконечные друзья, веселье. Нужно же понимать, что придет момент – и тусовки придется принести в жертву семье. А что значит – принести в жертву? Речи о «жертвах» быть не может – это жизнь, это осознанный выбор, ему должно захотеться это сделать, без всяких торгов с собой. А если в ближайшие лет десять желания взять на себя ответственность не прибавится? Что тогда? Ей придется ждать, когда он созреет? И папа уже своими разговорами про внуков всю плешь проел. Ваня взглянул на часы, на Ксюшу, на девчушку, открыл приложение с авто-траффиком. — Знаешь, я, пожалуй, поеду. А то дороги «краснеют». Давай, не скучай тут! У меня сегодня вечером деловая встреча, скорее всего, засидимся допоздна. Клиент почти готов, осталось его споить маленько, и контракт наш. Так что меня не жди, — Ваня всматривался в ее расстроенное лицо, трактуя его выражение как-то на свой лад. — Расслабься, малыш. Мультики ей поставь на планшете. — Да, поезжай. Пока, — она потянулась на цыпочках и коснулась губами щеки. Колючая. Не брился, что ли? Почему? Где был? Немой вопрос в ее глазах парень считал правильно: — Решил отрастить трехдневную щетину. Должно прикольно выглядеть! Всё, пока! Ксюша задумчиво провожала его взглядом, не чувствуя сразу нескольких на себе. Дети… Кажется, они с Ваней смотрят в разные стороны. Почему она видит это только сейчас? Он правда решил отрастить щетину или по каким-то причинам не смог побриться? С щетиной она вообще его не помнит – всегда гладкие скулы и подбородок… Какая-то мешанина мыслей в звенящей голове. Виски пульсируют… «Ты просто цепляешься, ищешь аргументы…» Развернувшись на 180 градусов, Ксения натянула на себя приветливую улыбку и подошла к явно заскучавшей Алисе. — А пойдем ко мне в гости? Я тебе свой сундук с сокровищами покажу. Сделаем из тебя настоящую принцессу! Ты же хочешь быть принцессой?

***

«Что у нее с лицом? Что он опять ей наговорил?»

Юра, на глазах которого происходил этот тихий разговор будущих мужа и жены, склонив голову, озадаченно уставился в свою чашку, на дне которой плавало несколько развернувшихся чаинок. Это была уже третья. Знал бы, что здесь задержится, чайник бы себе заказал. Просидев так пару минут, врач выпрямил спину, расправил плечи, взгляд побежал по помещению: народ собирался. Ему нужно подумать – в тишине и покое, там, где никто его не достанет. В номере. — Александр, сделайте мне жасминовый чай с собой, пожалуйста! А лучше – попросите доставить в 305-й чайник. Бармен кивнул. По напряжению, исходившему от посетителя, он чуял, что увиденное пару минут назад по не очень ясным для самого Саши причинам врачу не шибко понравилось. По тому, как Юрий Сергеевич оглядел помещение и по просьбе доставить чайник чая в номер догадывался, что он не намерен повторять прошлых ошибок, представляя всем мимо проходящим возможность отвлекать его от размышлений. Он уже постепенно в них уходил, взгляд становился рассеянным. Юра соскочил со стула и в задумчивости отправился к себе. Если сейчас кто-то его окликнет, он сделает вид, что оглох на оба уха. Проходя мимо 301-ого, врач услышал звонкий тоненький голосок: Алиса спрашивала «тётю Ксюшу», можно ли открыть помаду. Ответа «тети Ксюши» он не расслышал, но понял – снова прислушалась к его совету. Что ж, он надеется, она не жалеет. Спустя буквально 5 минут официант доставил в 305-й заказ, Юра закрыл дверь, отключил звук телефона, достал блокнот и окончательно погрузился в свои мысли – догадки были не новы, но раз за разом он находил им подтверждение. Значит, из ранга «догадок» все эти измышления пора переводить в ранг «утверждений», – доказательств он собрал более, чем достаточно, пусть пока сама Ксения и не спешила делиться наболевшим. Проговорить всё еще раз в своей голове по пунктам и суммировать. • !!! Пункт №1. Серьезный разлад в отношениях с женихом. Радости в связи со свадьбой не видно. Перманентно испорченное настроение, слезы, все эмоции на лице. Лепит её под себя, не считается с чувствами, с желаниями, ставит под сомнение ее слова, принижает этим, «выходит сухим из воды». Иван ведет себя странно. Подозревает его в изменах? Юля: «Она какая-то потухшая. Такое ощущение, что её не под венец, а на заклание ведут. Разве это нормально? Так не расколешь же, она сразу в себе замыкается! Рыдала вон вчера опять из-за мужика своего! Сама себя убеждает в том, что у нее паранойя! Свечку не держала – значит и не было ничего. Ванечка ее этот вечно сухим из воды, походу, выходит». Уверенности в жизненном выборе нет. Вполне возможно – давление отца. «За» – длительные отношения, статус замужней девушки, собственный отель, планы Л.Г. • Пункт №2. Страх не оправдать ожиданий отца – виден по прикладываемым ею усилиям и реакциям на его комментарии на её счет => • Пункт №3. Чувство собственной бесполезности. Отец не дает ей никак себя проявить в отеле, не дает возможности попробовать себя, скуп на заслуженную похвалу, ставит под сомнение будущее ее отеля и ее способность к управлению им. • Пункт №4. Страх одиночества. Переедание – как сигнал об этом. Психология заболевания булимией имеет прямую взаимосвязь с боязнью быть покинутым. «Нередко булимия развивается у людей, которые опасаются остаться в одиночестве, однако не могут стать частью общества из-за ошибочного ощущения своей бесполезности». Плюс аккаунт в Instagram – желание общения с «обычными людьми», поиск поддержки и позитивных эмоций, поиск себя, стремление показать свои способности. @teatr_absurda (или вариации написания). Сам ник намекает на подсознательное восприятие происходящего вокруг себя. Личность скрывает. Вопрос: насколько тяжело воспринимается хейт и зависть со стороны отдельных подписчиков? • Пункт №5. Мать! В каких они отношениях? Ни Ксения, ни Лев ни разу о ней не упоминали. Ссора? Сознательное ограничение от общения? Холодные отношения? Детские травмы? Бросила? Умерла? • Пункт №6. Комплексы, связанные с весом. Комплексы, связанные с чувством бесполезности, которое навязывает отец. Комплексы, связанные с собственным образом жизни? 1.Аккаунт закрыт, спрятан даже от друзей. 2.Не раскрывает в нем свою личность. Итог: проблемы с самооценкой; повышенная тревожность; бегство от проблем, навязчивых мыслей и стресса через обращение к еде, алкоголю и траве; неустойчивое прихоэмоциональное состояние. Да. Кажется, он ничего не упустил. Собрал по крупицам всё то, что вспыхивало и гасло «лампочками» в его голове, все мысли – озарявшие, ускользавшие, беспокойные, навязчивые, не додуманные. Рассыпающиеся карточным домиком, испуганно бросавшиеся в рассыпную, сбитые чужим вторжением. Врач даже не заметил, как комнату начал окутывать вечерний сумрак. За окном так и шел дождь, так что приветливое закатное солнце не заглянуло, как обычно, в гости на прощание, мир раньше времени погружался в густую темноту. Никем не потревоженный, он провел над размышлениями и их фиксацией больше трех часов. Мозг кипел, виски сдавливало, нещадно клонило в сон, веки смыкались, но главное – вот он, результат, на этих исписанных, исчёркнутых вдоль и поперек листах, в чистовом варианте. Предмет его профессиональной гордости и, кажется, причина его же сдавленной грудной клетки. Там, внутри, щемило, кто-то словно взял сердце в тиски и не собирался ослаблять нажим. Она казалась такой лёгкой тогда, в клубе... Ошибка каждого врача, будь то терапевт или психолог – принимать проблемы своих клиентов слишком близко, принимать их как свои. За годы практики он научился дистанцироваться, абстрагироваться, ведь так и самому недолго сгореть. Кажется, он горит. Но спроси с него Лев за обещанные пункты, Юра ответит за свои слова. За каждое. . . . Врач подумал о том, чтобы вздремнуть хотя бы 20 минут: нужно сбросить с себя этот тяжелый груз – хотя время не самое удачное для сна, вечерняя дрема как правило заканчивается тяжелой, полной какой-то бессвязной каши, головой. Но тут в дверь постучали. Мысленно проклиная стоящего в коридоре, он скатился с кровати, добрел до двери, распахнул – и столкнулся нос к носу с переминавшимся с ноги на ногу белл-боем. — Юрий Сергеевич, Вам тут доставка. От курьера велено передать лично в руки.

«Доставка? От кого? Фамилия моя. Странно…»

— Да, спасибо. Забрав из рук парня увесистый конверт размера A3, Юра отправился назад к нагретому местечку, на ходу машинально включая свет, вскрывая клапан, запуская пальцы внутрь и ухватывая ими содержимое.

«На ощупь что-то плотное…»

Пальцы потянули «что-то плотное» наружу, он перевел уставший взгляд вниз, и рука замерла на полпути. Сонливость как рукой сняло! Стопка матовых фотографий, первоклассная печать… Верхняя – на озере, съемка с боку. Мокрая ткань тонкого белого платья прилипла к стройному девичьему телу, высветила кожу, окутала ноги, подчеркнула плавные изгибы, прозрачно намекнула и оставила бескрайний простор для фантазий. Сумерки. Модель обнимает себя руками, отвернулась от камеры и смотрит вдаль, по голой коже бегут капли воды и мурашки. Бросило в жар. Шарахнуло током. Окатило ледяной водой. Ударило в голову, сбило с ног, обездвижило. Юра замер посреди комнаты с этим конвертом в руках, не решаясь хоть краем глаза взглянуть на остальное. Или, может, все-таки..? Это выше его сил! Медленно и очень осторожно все же сдвинул верхнее фото в сторону, и взгляд тут же выхватил на следующем обнаженные лопатки, шейные позвонки: Ксения запустила обе руки в волосы и подняла их в импровизированный высокий «хвост», оголяя изящную шею, ровную, скульптурную спину. Остальное скрывала высокая трава: художник заставлял зрителя додумывать, мысленно дорисовывать, включать воображение... Вновь перевёл глаза на верхнюю... Это... В своих слегка подрагивающих пальцах он держит сейчас чертов шедевр… Это лучше самых «живых» и ярких образов, представляемых им накануне. В тех самых местах, которые он бы сам предложил. Они снимали на природе…

«Очнись!»

Судорожный шумный вдох в звенящей тишине. Резким движением засунул фотографии внутрь, закрыл клапан и бросил конверт на стол. Отошёл подальше, к окну, пытаясь отвлечься на происходящее во внешнем мире. Он его манил, притягивал... Врач чувствовал нарастающее беспокойство, мыслями постоянно возвращаясь к пухлому желтому прямоугольнику с размашистым почерком выведенной в правом нижнем углу фамилией: «Симонов Ю.С.».

«Серега, мать твою! Ты в своем уме!?!?»

Схватив телефон, Юра собрался набрать друга и спросить, какого хрена!? Какого лешего тот без предупреждения шлет ему фотографии, не предназначающиеся для его глаз!? Но взгляд зацепился за иконку, возвещающую о входящем сообщении. Трехчасовой давности. 16:02 От кого: Серега: Друг, выслал печать на твое имя. Что-то ступил вчера и не спросил у Ксении фамилию. Передай. 19:30 Кому: Серега: Признайся, ты сделал это специально. 19:36 От кого: Серега: Конечно!))) Посмотрел хоть? 19:38 Кому: Серега: Можно и так сказать. Случайно. Не видел твоего сообщения. 19:41 От кого: Серега: Хватай эту нимфу и беги, пока не поздно.

«Ха-ха… Смешно.»

***

19:25 От кого: Сергей: Ксения, как и обещано, отправляю ссылку на облачный диск. Пароль: gnedoy54321. Внутри две папки: в одной 20 фотографий в обработке, в другой – весь фотосет в формате jpeg и RAW. Спасибо за сотрудничество, с Вами было классно работать. Обращайтесь, если вдруг захотите повторить!)) Хорошего вечера! Ксюша, весь вечер потратившая на наведение порядка после учиненного ангелочком Алисой погрома, выбросившая пару превращенных в мессиво помад от Tom Ford и потому злая, как тысяча чертей, замерла со смартфоном в руке. Фотографии! Как быстро! Нет, он вчера говорил, что двадцать обработает за день, но она особо не верила. Схватив планшет, девушка бросилась на кровать, открыла ссылку, диски, папку с обработкой и спустя пару мгновений замерла в остолбенении. «Ведь это же не я… Он что-то напутал, другая модель! Изящная, грациозная… Какая-то неземная красота… Разве у меня такая фигура? Не такая… Да нет – вот поле, вот лес, мох, вот озеро… Лицо… Он отобрал для обработки, очень деликатной, между прочим, десять фото с лицом… Это я..? Боже, как… Красиво! Восторг!!!» 19:43 Кому: Сергей: Сергей, огромное спасибо, фотографии невероятные! Я в восторге! Обязательно обращусь к Вам снова! 19:49 От кого: Сергей: Буду ждать) Кстати, забыл сказать, что эти же 20 фото я отправил Вам с курьером, в печати. Они у Симонова. Уж извините, забыл вчера узнать у Вас Вашу фамилию, второпях написать с вопросом не догадался. Заберите у него при встрече. Еще раз спасибо за сотрудничество. «У Симонова???» Она не успела полностью осознать эту мысль: резкий стук в дверь отвлек. Вздрогнув, Ксюша захлопнула планшет, подскочила с кровати и побежала открывать. На пороге стоял врач. С конвертом в руке. Смотрел он скорее куда-то выше её плеча, не в глаза. — Кхм, Ксения, Сергей Вам просил передать, — пробормотал он, стараясь придать лицу выражение полнейшего равнодушия и беспечности. Выходило так себе, особенно на фоне этого бормотания. — Решил почему-то действовать через меня… Девушка взяла в руки протянутый конверт. Тяжелый. И… Открытый! — Вы что, это… видели? — округлила она глаза, пытаясь унять внезапно охватившее ее волнение. По телу пошла горячая волна, вторая, третья… Кипяток ударил в голову. Что? Он? Видел? Исходящее от Юрия Сергеевича напряжение ощущалось за версту. — Да. Верхнее фото. — «Ну, почти...». — К сожалению, очень несвоевременно прочел от Сергея сообщение, что конверт адресован Вам. На нем – моя фамилия, — Юра искоса наблюдал за меняющимся выражением ее лица. Её смущение проступало стремительно розовеющими щеками, опущенными ресницами, сведенными бровями, дыхание участилось, став шумнее. — Я же врач. Вам лучше не знать, Ксения, что я видел в своей жизни. — И… Как Вам? — дерзко спросила Ксюша, вскидывая на него глаза. В этот момент она проклинала себя за свою детскую реакцию. Ну видел и видел. Подумаешь! — Фотография прекрасная. Такую не стыдно не то что в инстаграм выложить, такую не стыдно отправить на какой-нибудь конкурс. Но это уж Вам с фотографом решать. Хорошего вечера. Дверь 305-ого давно хлопнула, а она так и стояла в дверном проеме как вкопанная. Понимание, что он видел, знатно щекотало нервы. Значит, только верхнее фото? Правду сказал? Руки мелко дрожали, конверт в них ходил ходуном. Что там, на верхней? Плотно прикрыв дверь, заперев её на замок, девушка чуть ли не на цыпочках, крадучись, проследовала к стоящему в дальнем углу включенному торшеру, и, повернувшись спиной ко всему миру, словно пряча от него нечто сокровенное, медленно достала пачку фотографий. Верхняя – на озере… В наполовину расстегнутом сверху донизу промокшем сарафане. Одна из самых пристойных по сравнению с остальными. Но в эти секунды, внимательно разглядывая каждую черточку, малейшие детали, она казалась себе на этом фото нагой… «Значит, ему понравилось…»

***

Понравилось? Откровенно сказать, у врача эти образы на подкорке мозга отпечатались: увековечились в памяти дерзкими линиями, запретными ощущениями, записались неблекнущими красками. Въелись. Вклеились. Намертво. . . Этой ночью он снова бежал, бежал со всех ног от чего-то или кого-то, преследовавшего его по пятам. Он бежал, ускорялся, бежал, уже зная, что не убежит. Зная, что нечто неминуемо настигнет, обрушится цунами, собьет с ног, поглотит, утопит в своих бушующих волнах. Осознавая, что там, во сне, он с радостью оставит свою борьбу. Что Юра вряд ли осознавал, так это то, что нечто уже просочилось в него водой. Наяву.