Глава 22

Сэм (по настоятельному совету Лили) дал девочкам ровно один день, когда он будет игнорировать их странные переглядки и шепотки. Но на второй день это не прекратилось. Наоборот, когда они думали, что он не видит, смотрели на него как-то по другому, настороженно что ли. К вечеру терпение Сэма кончилось. Девочки сидели на диване с тарелками Dreyer‘s и делали вид, что смотрят какой-то фильм. На самом деле Лина уже пять минут ковыряла ложкой одно и то же место, а Джоз просто водила взглядом по экрану, не фокусируясь. — Какой вкус? — спросил Сэм, садясь рядом с Линой. — Мята с шоколадной крошкой, — ответила Джози, не глядя на него. — Мозг не отморозили ещё? — Пока на месте, — она выглянула из-за сестры, но тон был какой-то слишком бодрый, наиграный. Сэм переводил взгляд с одной на другую. Лина уставилась в тарелку с таким видом, будто пыталась прожечь дыру. Джози смотрела в телевизор с неестественно пристальным вниманием — Чарльз Ксавьер говорит с каким-то мужчиной в очках про его сына — момент, который она уже видела сто раз. — У вас всё хорошо? — спросил он в лоб. — Ну да, — Лина дёрнула плечом. — А что? — Джози ответила слишком быстро. Слишком громко. Сэм выключил телевизор. В наступившей тишине стало слышно, как в кухне Лили гремит посудой. — Что происходит? — спросил он прямо. — Вы какие-то странные с того момента, как я забрал вас от Мейсона и Мейбел. Лина замерла с ложкой на полпути ко рту. Джози бросила быстрый взгляд на сестру. — Ничего, — сказала Лина, слишком тихо. — Всё нормально, — добавила Джози и тут же отвела глаза. — Ладно... — Сэм просто бездумно смотрел на чёрный экран. Он выдержал паузу. Посмотрел на дочерей по очереди. Те спрятались за ложками и пустыми взглядами в стену. — Я не слепой, — сказал он тихо. — И не глупый. Если что-то случилось — говорите. Джози начала ёрзать. Лина перестала мучить мороженое и уставилась в колени. — Ну вообще-то… — Лина глянула на сестру, ища поддержки или запрета. — Мы знаем, что дядя усыновлён, — выпалила Джози, и слова повисли в воздухе, тяжёлые. Сэм замер обрабатывая информацию. — Что? — выдохнул он наконец. — Карен сказала нам, что он усыновлён, — поправила сестру Лина, и в её голосе прозвучало что-то жёсткое. Сэм закрыл глаза на секунду. Мысленно выругался. Потом открыл и посмотрел на дочерей. — Он знает? — Да, он расстроился, — Лина поджала губы. — Сильно. — Подумал, что мы станем относиться к нему как-то по-другому, — Джоз поджала колени к груди и отставила тарелку с мороженым на журнальный столик. Сэм смотрел на них, пытаясь понять, как глубоко они копнули, что именно Карен сказала, что именно Айден подтвердил или опроверг. И почему, чёрт возьми, он узнаёт об этом от тринадцатилетних детей. Он очень надеялся, что Айден не натворил глупостей. Что с ним всё в порядке. Ну… насколько вообще может быть в порядке такой человек, как его брат. Он глубоко вздохнул. Подумал о том, что Лили сейчас в кухне и, наверное, прислушивается. Подумал о том, что Айден сейчас, наверное, один и накручивает себя. Подумал о том, что Карен — безответственная идиотка, которая даже не представляет, какие раны вскрыла. — Слушайте меня, — сказал он, стараясь говорить ровно. — Сейчас я вам всё объясню. По-настоящему. Не так, как Карен. А потом, если захотите, спросите что угодно. Договорились? Девочки синхронно кивнули. — Карен много чего не знает, — начал Сэм. — Она услышала кусок правды и додумала остальное. Айден никогда не был усыновлён в том смысле, который она имеет в виду. — Мы знаем что он правда твой брат, просто... — Лина замялась. Джози продолжила за сестру: — Больше мы ничего не знаем, дядя он... — Пытался объяснить, но слишком нервничал и мы ну... — Лина махнула руками в воздухе будто это что-то объясняло. — Вообщем очень интересно, но ничего не понятно — выглянула из-за сестры Джози. Сэм даже был слегка расстроен их скудными познаниями. С нуля объяснять сложнее, не понимаешь с чего начать. — Наши родители часто ссорились... чаще, чем мне бы хотелось. — он нервно облизал губы. Он ненавидел говорить о родителях (в основном о матери, отец пробыл в его жизни слишком мало времени, чтобы воспоминания о нём причиняли боль), да и о прошлом до Лили в целом. — После того, как выяснилось, что мама опять беременна, всё вроде улеглось, но потом... — Сэм не знал как подобрать слова, ситуация была до абсурда глупой. — Отец решил, что раз мы с Айденом не похожи на него, то мама... — Можно ли вообще обсуждать такое со своими детьми? — Он решил что бабушка ему изменяла? — возмутилась Джози. — Джоз. — Лина шикнула на сестру. — Ему просто нужен был повод уйти, — сказал он. — Мама осталась одна. Я пытался помогать, но мне было пятнадцать. Я сам был ребёнком, а Айден родился слабым, ему требовался уход, которого у матери не было ни сил, ни денег обеспечить. Он помолчал, машинально начал отбивать ритм ногой. — Ей сказали, что так будет лучше. Что Айден попадёт в хорошую семью, которая сможет о нём позаботиться. И она… она согласилась. — И попал? — голос Джози прозвучал тихо. Сэм помолчал дольше, чем следовало. — Не сразу. Он… он прошёл через семьи, не одну. Я не знаю сколько, да и вообще хоть немного подробностей. Он не рассказывает. После смерти мамы мне передали его документы, сообщили, где он. — Он был в М? — догадалась Лина. — Да, он жил с приёмной матерью Беллой и... — в мыслях на мгновение проскочил монолог Лили о двуличии и странностях Беллы, Сэм сразу пожалел что упомянул её имя. А если он ещё и упомянет Уэстли, то девочки будут спрашивать про него не только у Сэма, а он не настолько придурок, чтобы не заметить страной реакции брата на этого человека. — И общался с Мейсоном, Мейбел и Бенкаром. — Его зовут Итан. — ну конечно именно Джози будет отстаивать этого паренька, в этом плане она была чертовски похожа на своего дядю. — Хорошо, Итан. В общем из-за этого я не хотел забирать Айдена сразу, как узнал о нём. Не хотел вырывать его из привычной жизни, отрывать от друзей. Мы с Лили даже думали переехать ближе к М, чтобы он мог их видеть. — Судя по тому, что мы в К, что-то пошло не так. — И ты не скажешь нам что, да? — Лина опять устраивалась в свою тарелку с уже почти растаявшим мороженным. — Я до сих пор не знаю всех деталей. Но Айдену стало плохо. Очень. И Белла… она не справлялась. Или не хотела справляться. Мы не знали, что происходит ещё пару недель, но приехали сразу как смогли после того, как нам позвонил Мейсон. — Мейсон позвонил? — удивилась Джоз. — Мейсон и Мейбел знали многое, — сказал Сэм. — Иногда мне кажется, они знали даже больше, чем я. — Айден пробыл у нас два года. — И как вам было...первое время? — Лина начала колупать лак на ногтях. — Сейчас я надеюсь всё хорошо, но тогда...было трудно. — Ты правда запрещал ему видеться с Мейсоном и Мейбел? — спросила Джози, и в её голосе прозвучало что-то новое, похожее на обиду. — Он… он говорил про какой-то запрет во время одного из ужинов. Сэм помолчал, потом медленно кивнул. — Да, — сказал он. — И я до сих пор не уверен, что поступил правильно. — Но почему? — Джози это почти выкрикнула. — Они же его друзья! Он без них… — Я знаю, — перебил Сэм. — Знаю, но тогда, после того, что случилось в М, Айден был… — он запнулся, подбирая слово. — Он был не в себе: почти не ел и не спал, боялся темноты, его трясло. А я не знал, что делать. Мне сказали — нужно оградить его от всего, что могло напоминать о том, что там произошло. Сэм не переставал думать о том, что тогда Айден был тенью. Бледный, дрожащий, с пустыми глазами. И плевать он хотел на Беллу и её отговорки — он знал, что его брат был ребёнком, которого снова сломали. — Кто сказал? — спросила Лина. — Врачи. И Белла. И… я сам себе сказал. Я решил, что так будет лучше. Он провёл рукой по лицу. — Я ошибся, а когда это понял было поздно Айден настоял на эмансипации. — На чём? — переспросила Лина. — На праве жить отдельно. Он сказал, что не хочет быть обузой. — Сэм усмехнулся, но усмешка вышла горькой. — Я пытался отговорить, но он упёрся, да и он всё равно приезжает раз в неделю. И я… я рад, что хотя бы так. Лина потянулась и обняла отца. Джози прижалась с другой стороны. Сэм обнял их обеих, чувствуя, как что-то тёплое разливается в груди. Из кухни показалась Лили. Она опиралась плечом о дверной косяк и смотрела на них — на эту картину, на троих, сжавшихся на диване. — Всё хорошо? — спросила она тихо. — Да, — поспешно ответила Лина. — Мы уже идём спать. — Мы что? — повернулась к сестре Джоз, но запротестовать не успела, Лина схватила сестру за руку и потянула за собой на верх.

***

Сэм вошёл в спальню, тихо прикрывая дверь: — Они спят. — Хорошо, а теперь милый. Расскажи, что происходит и почему к странному поведению девочек добавилось твоё. — Лили отложила книгу и посмотрела на мужа. Он сел на край кровати, не раздеваясь. — У тебя нога опять дёргается, — сказала она, садясь рядом и кладя руку ему на спину. — Твоя сестра сказала им, что Айден усыновлён, — наконец выдавил Сэм. Лили молчала несколько секунд. Потом глубоко выдохнула. — Я с ней поговорю. — Бесполезно, — усмехнулся Сэм. — Может быть, но я всё равно попробую. — Теперь они всё знают, я объяснил им, как было на самом деле. Лили нахмурилась: — Всё? — Не совсем, но большую часть. — Завтра поговоришь с Айденом, — сказала она. — А сейчас — спать. Сэм лёг, но не сразу закрыл глаза. Перед тем, как уснуть, он подумал о матери. О том, что она никогда не видела своих внучек, о том, что она умерла, так и не узнав, стал ли Айден счастлив, о том, что он, Сэм, до сих пор не уверен, что смог дать брату то, что та хотела. Он часто пытался забыть о тех временах, он думал, что если будет заботиться об Айдене достаточно, то все его прошлые "ошибки" исчезнут. Что Айдену станет лучше и больше ситуация девяносто шестого не повторится. И как же он, блядь, надеялся что прав. Но вспоминая события лета кажется, что всё хорошо не будет никогда.

10 июля 1996

Сэм уже неделю наблюдал за Айденом и его друзьями (он до конца не уверен какие у них взаимоотношения. По словам Беллы это его друзья, но дружеские взаимоотношения у него только с девушкой (кажется, Мейбел), с парнем очень на неё похожим они постоянно о чём-то спорят. А с рыжим наоборот идут слишком близко. И конечно Айден не девушка, так что Сэму не о чём беспокоиться, но что-то странное всё равно маячило на затворках сознания. Белла говорила, что рыжий странный, но пока он таким не казался, да у него слегка нестандартная внешность, но вся компания так или иначе как-то выделяется). Каждый раз он не решался подойти. Что он скажет? «Привет, я твой брат, которого ты не знал»? И конечно как Лили могла упустить возможность и не подшушить над ним, по поводу того, что со стороны он наверно выглядит странно. Но ему не хватает смелости, чтобы поговорить с братом, он кажется счастливым и без него, так зачем ему вмешиваться и всё портить? Он плохо знал их имена. Рыжего, кажется, звали Бенкар. Кудрявого — Джесон. Девушку — Хейзел. Айден называл их как-то иначе, но Сэм никак не мог запомнить. Вот уже несколько дней он просто наблюдал. Слушал, как они смеются. Как Джейсон и Бенкар вечно спорят о чём-то, а Хейзел закатывает глаза и затыкает их обоих. Как Айден улыбается — той улыбкой, которой Сэм никогда больше не видел. Как по расписанию примерно на середине одних и тех же размышлений. Из-за угла вышли, хотя скорее выбежали Грейсон, кажется, и рыжий кричащий на другом языке. За ними, смеясь, шёл Айден и нёс две сумки, рядом шла девушка и также несла две похожие сумки. Она что-то сказала, из-за чего кудрявый резко остановился, развернулся, и рыжий налетел на него. Они повалились на землю и начали драться, Сэм уже хотел вмешаться, но Айден и Хейзел, наверное начавшие смеяться ещё больше, его остановили. Вскоре два парня перестали пытаться...чтобы они не делали и просто растянулись на траве, рыжий что-то сказал Грейсону и тот сел. Айден не переставая улыбаться закатил глаза и протянул руку сначала первому пареньку помогая ему встать, а потом рыжему и передал ему сумку. Рыжий наклонился к Айдену и что-то прошептал ему на ухо, от чего он как-то странно замер. Паренёк тоже что-то сказал своей сестре забирая сумку, но та и бровью не повела, просто кивнула в сторону леса. Они уже пару раз туда ходили, но почему-то именно в этот раз Сэм решил чуть погодя пойти за ними. Он сам не знает что это было, может обеспокоенное лицо брата заставило его? В один момент они пропали из виду, и тут за спиной Сэма что-то хрустнуло, когда он повернулся прямо перед ним блестел нож... НОЖ? Какого, блядь, чёрта. Сэм на его памяти ещё никогда так не удивлялся. Он поднял руки, пытаясь всем видом показать, что не собирается навредить...рыжему. Видимо это и имела ввиду Белла, когда говорила, что он странный. Но зато теперь он мог рассмотреть паренька. Слева на губе к него был шрам. Сэм предположил, что это из-за пирсинга, ибо его у парня было много. На брови? Под ней? В общем, над бровью был маленький шарик и шип, а снизу шип и шарик. На переносице тоже были два шарика. Средней длины волосы были собраны в хвостик, так что разные проколы ушей тоже были видны. Глаза были голубыми. На парне вроде как были старые, явно больше его размера джинсы, футболка с какой-то надписью, скорее всего название какой-то группы (извините, когда перед вашим лицом нож, слегка проблематично оценивать стиль его владельца), зато на руках у него точно были чёрные перчатки без пальцев. — Что тебе от нас нужно? — встав перед девушкой и Айденом, спросил Мейсон (нет, как-то по другому его звали). И вот его у Сэма получилось рассмотреть получше. У паренька в носу было какое-то красивое кольцо. Волосы были кудрявыми, короче, чем у рыжего, но всё равно ниже ушей. Они как и глаза были древесной гаммы, но пара кудрей в районе чёлки были светлыми. А одежда у него была явно по размеру. Длинные, коричневые шорты, футболка с странным рисунком, и кожанка. — Зачем вы за нами следили? — прошмыгнула под рукой брата, девушка. У неё была странная будто рваная стрижка, из-за чего прическа выглядела объёмной, светлые и розовые пряди, и кольцо в носу как у брата. Лили бы понравилось, как сочетаются её короткие джинсовые шорты и топ с длинными, воздушными рукавами. И тут Сэм понял, что слишком долго молчал. — Я не хотел вам навредить, просто... — ну молодец Сэм, отличный способ познакомиться с братом. — Меня зовут Сэм Уилсон и я... — он не смотрел на Айдена, да и смысл? Эта фамилия всё равно ему ничего не даст. — Уилсон? — неожиданно спросил Айден. — Да? Послушайте, чтобы вы там не подумали, — он всё же посмотрел на брата. У его Ай-Ди было два прокола на нижней губе. Зелёные пряди на такой-же рваной, но короткой причёске как у Мейбел. Рваные, широкие джинсы и потертый пояс. Большая чёрная футболка и рубашка. — Что тебе нужно? — Айден смотрел прямо на него, руки были сжаты в кулаки. — Ты его знаешь? — возмутился нерыжий (когда-нибудь Сэм запомнит его имя). — Я... — Айден начал жевать губу. — Кажется, это мой брат. Теперь была очередь удивляться пареньку и рыжему. Сэм переводил взгляд с брата на нож. — Может, мы успокоимся и поговорим без лезвия у моей шеи? Рыжий и не думал отступать, пока Айден не кивнул и не взял рыжего за руку. — Идём. — Мы всё ещё в тебе не уверены, — прищурился паренёк. — Мейс, не неси чушь, — закатила глаза девушка и пошла в ту же сторону, где уже пропала макушка рыжего. Они дошли до какой-то полянки с бревнами. — Зачем ты здесь? — спросил Айден. — Я даже не знаю, как объяснить... — Сэм зажал руки между колен. — Попытайся, — впервые подал голос рыжий. — Наша мать умерла пару месяцев назад... И все твои документы отдали мне. — Это не объясняет почему ты тут, — Айден смотрел куда-то вдаль и слегка стучал ногой по земле. — Я хотел тебя найти, ты мой брат. Я люблю тебя. — Ты меня даже не знаешь. — Сэму показалось, что голос брата дрогнул. — Я присматривал за тобой до того как тебя... — Это сколько? Пару месяцев? — сверлил его взглядом паренёк. — Мейс, — девушка шикнула на брата. — Что ты от меня хочешь? — перевёл взгляд на круг из камней Айден. — Шанс стать семьёй. У Айдена на лице пробежала целая череда эмоций, удивление, сомнение, грусть. Его руки задрожали, он не смотрел на Сэма, но было очевидно, что в его глазах застыли слёзы. Когда спустя час тяжёлого диалога Сэм скрылся за деревьями, он наконец выдохнул. Руки дрожали. Он сделал несколько шагов вперёд, опёрся о ствол и закрыл глаза. Тот день положил начало их взаимоотношениям, но ни Айден, ни Сэм никогда его не вспоминали. И если после того как они поговорили, уходя он слышал как его брат начал плакать, что ж... Они об этом не говорят.

Май 2006

Ночью Сэм проснулся от того, что телефон завибрировал на тумбочке. Он потянулся, посмотрел на экран. Сообщение от Айдена: С девочками всё нормально? "В час ночи," — подумал Сэм. — "Он не спит. Опять."

Да. Всё хорошо. Они любят тебя.

Ответ пришёл не сразу. Сэм уже начал думать, что Айден уснул, положив телефон рядом, или, что передумал писать. Но через три минуты экран засветился снова. Я тоже их люблю. Прости за всё и спасибо. Спокойной ночи Сэм долго смотрел на экран. На слово «спасибо». Айден говорил им это слишком часто, особенно в первые месяцы после переезда. За ужин. За чистую постель. За то, что они просто сидели рядом и смотрели телевизор. Сэм хотел написать что-то ещё. Что-то важное. Что-то, что Айдену нужно услышать. Но все слова казались слишком маленькими. Поэтому он написал только:

Не за что. Спи.

И отключил телефон. В комнате было тихо. Лили повернулась к нему и обняла, уткнувшись носом в плечо. Где-то за окном шумел ночной город — все эти машины, голоса, чьи-то чужие жизни. Сэм закрыл глаза и попытался уснуть. У него получилось не сразу.