XVI. Свидание

      Просыпается Люмин не от звона будильника и даже не из-за того, что на почве недосыпа ей приснился очередной кошмар, а просто потому, что спать больше не хочется. Солнечный свет проникает сквозь неплотно задёрнутые шторы, ласково щекочет щёки, и Люмин жмурится, переворачиваясь на другой бок. Из приоткрытого окна доносится шум улицы, часы на прикроватной тумбочке показывают половину десятого утра. Левая сторона кровати предсказуемо пуста: Венти всегда просыпается рано, с первыми лучами солнца, и ему, в отличие от Люмин, для этого даже будильник не нужен.       Она уже и не помнит, когда могла себе позволить проснуться позже семи утра. Кажется, это первый раз за последние несколько месяцев, если не считать воскресенья, но даже тогда ей не всегда удавалось понежиться в кровати столько, сколько душе угодно. Домашние дела, подготовка к парам и прочие ждущие своего часа дела, — всё это за шесть рабочих дней никуда не исчезало и откладывалось на единственный выходной.       Разглядывая флуоресцентные звёздочки на потолке спальни, Люмин вдруг вспоминает одну очень важную вещь: семестр закончился вчера вместе с последним успешно сданным экзаменом, и теперь она свободна от учёбы на целых полтора месяца. Никаких пар, никаких ранних подъёмов. Идеально.       Несмотря на то, что идея не вставать с кровати до самого вечера кажется слишком заманчивой, Люмин понимает, что не сможет потратить на безделье такой прекрасный день. Успеет ещё отлежаться, послезавтра, кажется, как раз ливень обещают. К тому же, на сегодня у них с Венти совершенно другие планы. Поэтому Люмин выпутывается из одеяла, переодевается из пижамы в домашние шорты и футболку и первым делом плетётся в ванную, чтобы привести себя в порядок, а уже оттуда на кухню. Венти и в самом деле оказывается там, так что поиски надолго не затягиваются.       — Доброе утро, — он подходит ближе и ласково, почти целомудренно целует её в щёку. — Я не знал, когда ты проснёшься, поэтому ждал, чтобы позавтракать вместе. В последнее время нам это редко удавалось.       — Доброе, — улыбается Люмин в ответ. В груди у неё почти болезненно колет от внезапно нахлынувшего чувства щемящей нежности. Они с Венти живут вместе уже полтора года, а встречаются почти три, с тех пор, как познакомились в университете и поняли, что нравятся друг другу. Это не было любовью с первого взгляда, потому что в такие глупости Люмин не верит, им пришлось пройти через многое и многое понять и переосмыслить, но спустя столько времени чувства стали только крепче. Люмин по-прежнему радует Венти его любимым яблочными пирожными по воскресеньям, а Венти привык выражать свою любовь комплиментами посреди разговора, милыми подарками без повода и внезапными объятиями. Пусть их жизнь не отличается разнообразием, их всё устраивает — главное, что они могут находиться рядом друг с другом и жить так, как им хочется.       После завтрака они собираются, Люмин надевает любимое белое платье и приводит в порядок растрёпанные волосы, попутно уворачиваясь от рук Венти, который так и норовит заключить её в объятия или пощекотать при каждом удобном случае. Спустя полчаса они всё же выбираются на улицу, где Венти берёт Люмин за руку, переплетая их пальцы в крепкий замок, и идут в кофейню, приютившуюся на углу улицы между двумя стеклянными высотками. Люмин нравится это место. Здесь царит по-домашнему уютная атмосфера, всегда звучит приятная музыка и кофе, к слову, подают просто восхитительный. А ещё готовят эклеры с вишнёвой начинкой, вкуснее которых она в жизни не пробовала.       Потом они идут к машине, чтобы добраться до городского парка развлечений, где Люмин не была с прошлого лета, а Венти и того дольше. Им обоим за двадцать, но любовь к аттракционам — это то, что мало зависит от возраста. Первым делом Люмин тянет Венти на колесо обозрения, затем на американские горки и всякие карусели, от которых начинает кружиться голова, но её это не останавливает: она слишком долго была поглощена исключительно учёбой и подработками, чтобы зацикливаться на подобных мелочах.       Затем настаёт черёд Венти решать, куда им пойти дальше — он выбирает водный аттракцион, и, вдоволь наплескавшись, как дитя малое, спешит к тиру. Глаза у него так и сверкают. Во время учёбы в школе Венти посещал секцию стрельбы из лука, добился отличных результатов и даже занимал призовые места на национальных соревнованиях, и пусть с поступлением в университет это превратилось, скорее, в хобби, навык он не растерял.       Главный приз Венти, конечно же, выигрывает без особого труда.       — Держи, — вручает он Люмин разноцветного плюшевого единорога с таким выражением лица, словно выиграл как минимум лотерею на миллион долларов. — Смешной он какой-то, но зато какой большой!       — Это точно, — смеётся Люмин, прижимая к себе игрушку. — Поставлю его в гостиной.       Спустя какое-то время время им всё же требуется передышка, и Люмин тянет Венти, который, кажется, готов обойти все аттракционы по второму кругу, к ближайшей лавочке. Он покупает им обоим мороженое, и они бредут по широким аллеям парка, минуя киоски с едой, сувенирами и многочисленные стойки велопроката.       — Ой, смотри! — замирает Люмин перед магазинчиком со всяким барахлом, которое обычно выпрашивают у родителей маленькие дети. Там она покупает два ободка, один, с двумя блестящими звёздочками на пружинках забирает себе, а второй — бирюзовый, такой же сверкающий, но украшенный ангельскими крылышками, надевает на голову Венти. Он даже не сопротивляется — знает, что своего она в любом случае добьётся, и покорно склоняется ниже, позволяя нацепить на себя украшение.       Люмин отстраняется, окидывает оценивающим взглядом, а после коротко целует и стряхивает с воротника его рубашки переливающиеся блёстки.       — Тебе идёт.       Потом они гуляют, взявшись за руки, спускаются на городскую набережную, где в столь солнечный день народу так же много, как и в парке, фотографируются, вновь покупают мороженое и даже заглядывают на выставку тропических бабочек. Спустя несколько часов прогулки у Люмин начинают болеть ноги, и она жалеет о том, что удобным кроссовкам предпочла едва разношенные босоножки. Венти предлагает поехать домой, но она отрицательно качает головой и просто стягивает обувь с ног, опуская босые стопы на нагревшийся за день асфальт. Венти удивленно моргает, но уже в следующую секунду повторяет за ней, и Люмин вновь ощущает, как сердце за рёбрами пропускает удар, а щёки трогает едва заметный румянец.       Что бы ни случилось, он всегда готов поддержать её даже в таких мелочах.       Они идут босиком по залитой солнцем улице, смеются, неотрывно смотрят друг на друга и совершенно не волнуются о том, как выглядят со стороны. Какая разница, что о них подумают случайные прохожие, чьи лица сотрутся из памяти через несколько секунд? Это не имеет значения. Важно лишь то, что они есть друг у друга — молодые, свободные и влюблённые.       — Хочу, чтобы этот день не заканчивался, — вздыхает Люмин, когда они возвращаются к оставленной на стоянке машине. На небе ни облачка, и первые лучи закатного солнца окрашивают мир в красно-оранжевый.       Удивительно, но время пролетело как один миг. Они с Венти давно не ходили на свидания, потому что на это просто не оставалось времени, разве что заказывали пиццу или роллы да устраивали посиделки дома, и сегодня, когда им наконец-то удалось выбраться куда-то аж на целый день, Люмин чувствует себя по-настоящему счастливой.       — Пусть заканчивается, — пожимает плечами Венти. — Впереди у нас будет ещё много-много таких дней, вот увидишь. Хочешь, поедем завтра в океанариум?       Люмин в ответ только кивает, улыбаясь. Конечно, она хочет. Но не только по той причине, что обожает всё, связанное с морем, а ещё и потому, что рядом с ней будет человек, которого она любит всем своим сердцем.