Умиротворение

***

      Ночью Кэт обнаружила, что дверь её новой комнаты не закрыта. Вчера её запирали, не давая ей выйти в свет. Но сейчас она была открыта. Кэт выяснила это чисто случайно, просто на всякий случай решив проверить. Она замерла, думая, что ей делать с этим. Выйти? Погулять? Сбежать?       Слишком опасно.       Но просто сидеть она не хотела. В глазах всплывал тот урод, и ей хотелось отомстить. Но без оружия, без ничего, она не могла сделать этого. Даже не знала, где его искать. От бессилия Кэт злобно выдохнула.       Она отошла от двери, ходя по комнате и хватая себя за волосы. Ей надоело торчать здесь весь день. Она искала повод, чтобы выйти наружу, даже если ей запрещено.       К чёрту.       Кэт вышла. Ей не нужен был повод. Достаточно просто её желания.       Коридор был пустым, лишь свет от лампочек в потолке тускло освещал его. В воздухе был холод и тревожная тишина. Кэт не знала, где она и куда ей идти, и шла налево. Ведь чаще всего шаги мимо проходящих звучали оттуда.       Ей казалось, что это не завод, а лабиринт. Столько коридоров, дверей. Кэт, гуляя здесь, обнаружила, что забыла где её комната, какой у нее номер. Она потерялась. Она опасливо оглядывалась, боясь кого нибудь встретить. Но понимала, чтоэто необходимо, чтобы найти дорогу назад.       Кэт прошла в главный цех, где были остатки людей, заканчивающие работу за своими местами. На нее никто необращал внимания, лишь один из Спасителей с вопросом оглянулся на неё. Он не подходил к ней и не говорил, лишь сверля её взглядом.       Кэт увидела выход на улицу. В ее душе моргнула надежда сбежать, но она быстро ее потушила, вспомнив план Аарона. Вызнать как можно больше.       Она ходила по цеху, проходя мимо столов с вещами и едой, встречая усталые взгляды людей, работающих здесь до ночи. Кэт не чувствовала жалости, лишь решимость помочь им в будущем. Спасти от Спасителей.       Пройдя к двери наружу, Кэт вышла. Её никто не останавливал. Даже тот Спаситель просто проигнорировал её. Наверное, боялся последствий, если он её тронет.       Кэт почувствовала обжигающий ночной холод. Прикрывая себя руками, она прошла к забору с проволокой. За ней были десятки ходячих, мертво и скучно блуждающих по территории, или пригвозденных к забору. В их глазах виднелась похожая пустота, что и у жителей этого места. Кэт с усмешкой подумала, что им нечего больше переживать. Всё позади.       Один из Ходячих заметил её и уткнулся в забор перед ней, беспомощно рыча на неё. Кэт отошла на шаг и смотрела в его пустые глаза, гнилые и полные крови зубы. Его кожа была в некоторых местах разодрана и сорвана, как будто его пытали. Резали, как свинью.       Кэт почувствовала мерзкий запах и сделала пару шагов назад, уткнувшись в чьё-то тело. Она резко оглянулась, в испуге, ожидая увидеть Нигана, который появлялся вечно изниоткуда.       Но это был Дэвид. Собственной, мерзкой персоной.       Кэт обдало чувством гнева и ненависти как водой. Она не понимала, почему ненавидит его так сильно. Даже сильнее, чем Нигана, который лично убил её друзей, у нее на глазах. Может, она просто не могла ненавидеть его из-за страха или интереса, и отдувался Дэвид?       Рычание Ходячего сзади заглушилось тяжелым дыханием Кэт и смешком Дэвида. Она отступила на шаг, почти сливаясь с забором — Загулялась, девочка? — он шагнул вперед, разрывая дистанцию и заставляя её отступать к забору. Он видел, как она смотрит на него, с какой ненавистью в глазах, и его это только заводило. — Папочка тебя не спасёт. Он далеко. — Дэвид наклонился, почти дыша в неё.       Кэт не поняла, о чем он говорит. О Нигане? О ее отце?       Она уткнулась спиной в забор, слыша рычание ходячего прямо над ухом. Она чувствовала как он пытается схватить её пальцами через забор, но у него не получалось. Она не обращала на него внимания, её глаза были устремлены на Дэвида.       Тот поднял руку и коснулся её волос, нежно и легко — Так что не испытывай моё терпение. — его голос стал угрожающим. На секунду Кэт оцепенела от страха, беспомощности и незнания, что ей делать. Если Ниган далеко, то ей ничто не поможет.       Но потом она вспомнила лицо Абрахама перед смертью. Как стойко он стоял, смотря смерти прямо в глаза. Как он был силён даже перед своим концом. Его дух был несгибаем.       И Кэт равнялась на него. Его воля и сила всегда вдохновляли её, и сейчас тоже.       Она мгновенно почувствовала прилив гнева, и ударила Дэвида коленом в пах, одним резким движением. Это было нападением на одного из Спасителей, на одного из них, и считалось нарушением. Очень грубым.       Но ей было плевать. Для нее он был просто куском говна.       Дэвид с криком полным боли и злости повалился на колени, хватаясь за свой жалкий хер. Кэт же схватила его за шкирку и прислонила головой к забору и злобно сказала ему в ухо, смотря как Ходячий пытается укусить его за рожу — Ещё раз подойдешь ко мне, и сдохнешь, но не от рук своего ёбаного лидера. — она рывком отпустила его, смотря как Дэвид барахтается на земле. Он не пытался встать, и в конце лишь с недоумением, и даже страхом, смотрел на Кэт.       Она почувствовала глубокое удовлетворение, даже удовольствие. От демонстрации своей силы, характера, его испуганных глаз.       Кэт ушла обратно, искать путь в свою комнату с довольной ухмылкой. Она очень гордилась собой. Тем, что смогла отстоять себя. Но убить его она не решалась. Не сейчас. Это будет зависеть от его дальнейших действий в её сторон.

***

      Больше она не выходила из своей комнаты. Назад её провёл Саймон, нашедший в коридоре при обходе. Он довольно агрессивно возмущался тем, что она посмела выйти. Но больше всего злился на то, что её никто не остановил. Что на постах не было людей. Он обшарил её карманы, убедившись, что она ничего не украла.       Саймон закрыл её на ключ. Он был зол и недоволен этой халатностью с чьей то стороны, и пошел смотреть камеры. Он увидел всё: того, кто не закрыл дверь, придурка Курта. То, как она вышла и бродила по коридорам. И, наконец, ту самую сценку с Дэвидом на улице.       Саймон устало выдохнул, проводя рукой по лицу. Эта скотина постоянно делал что-то не так. И этот раз был не исключением.       По возвращению Нигана на следующий день, он доложил ему обо всём. Ниган же в свою очередь сам проверил камеры и глянул, как всё было. Легкая ухмылка не сходила с его лица, когда он увидел, как Кэт поставила козла на место. Но кое-что ей, все-таки, придется усвоить.       Он не торопился к ней, давая ей проснутся, пообедать и придти в себя. Сначала он проведал Дэвида в компании парочки своих ребят и хорошенько отметелил его, что тот не встанет еще неделю с кровати. И уж точно больше не тронет его вещи.       Кэт сидела взаперти долго, сходя с ума от скукоты. Она не знала, лучше это, или выживать одной в лесу. Везде свои плюсы и минусы. Здесь она сытая, в безопасности, но умирает со скуки. И страха за своих друзей. Она хотела помочь им, но как помочь Рику, который не хочет сражаться?       Она могла лишь надеяться на остальных. Она хорошо знала своих людей, и была уверена, что они не сломаются до конца. Они выстоят, победят Нигана, и…       Она услышала, как её дверь открылась. Она вздрогнула, отвернувшись от окна в ту сторону. И увидела его, в проёме, с битой в руках, как обычно.       Кэт почувствовала мурашки по коже. На секунду она испугалась, подумав, что он умеет читать мысли и выяснил все её коварные планы.       Но Ниган не умел читать мысли, к сожалению. Он умел смотреть камеры видеонаблюдения. И поэтому пришёл. Неспеша и молча он прошёлся по комнате, не закрыв её дверь. Кэт глянула наружу, желая сбежать. Но она замерла на месте, следя за ним. Он неспешно подошёл к её кровати, и посмотрел на неё, многозначительно кивнув.       Кэт поняла его без слов. Она отошла от окна, и с трясущимся телом прошла к кровати, садясь на самый край, около него, ощущая его взгляд на себе каждую секунду.       Ниган смотрел на неё сверху вниз несколько секунд, а потом поднял биту и заставил девчонку поднять взгляд, коснувшись Люсилью её челюсти.       Кэт вздрогнула, ощутив мурашки по коже от смущения, страха, и чего то жгучего внутри. Она посмотрела ему в глаза, ожидая чего угодно. Наказания, злости, избиения, очередной холодной камеры. Ниган несколько секунд смотрел на неё холодным взглядом, и опустил биту со словами — У стен есть уши. У заборов тоже. — он дал ей понять, что вкурсе вчерашнего. Кэт почувствовала страх. Она не понимала, злится он или нет. Но его холод давал понять, что он не в добром здравии.       Ниган взял один из стульев и сел перед ней, как в их первый разговор «по душам». Как это было вчера… или позавчера… Кэт уже заблудилась во времени, особенно трудно было думать под этим пронзительным взглядом, не обещающим жалости.       Ниган ткнул биту в пол между ними, как угрозу. — С Дэвидом ты не поделила ночнушку? Снова? — Ниган ждал её ответа, составляя пазл в голове: её синяк на скуле. То, что было ночью. Дэвид, несомненно, положил глаз на эту малютку. И уже получил за это. — Да. — ответила Кэт, опуская хмурые глаза. Синяк от его вчерашнего удара всё ещё болел. — И что он хочет от тебя? Тебя? — Ниган усмехнулся. Ему было мерзко от этой мысли, ведь девчонка была совсем ребенком, как считал Ниган. Кэт же его незнанием успешно пользовалась. — Да. — снова ответила она, расслабляя брови. Её взгляд стал усталым, а голос тихим. Ниган сжал биту в руке. От злости. Но не на нее, а на Дэвида. Захотелось снова ударить его, но уже Люсилью.       Ниган еще минуту молча смотрел на Кэт, его лицо было напряженным и недовольным. Он нервно трогал рукоять биты, и Кэт чувствовала себя неловко, не в своей тарелке. Она аккуратно посмотрела на Нигана, боясь его гнева. — Видишь, что происходит? — наконец его голос, слишком спокойный для его злобного взгляда, пронзил тишину. — Что происходит с слабыми? Или с теми, кто выглядит слабо. Их используют. Донимают. Хищники окружают их, чтобы сожрать. — Ниган хищно улыбнулся. Он смотрел на Кэт, видя, как она хмурится и анализирует его слова. — Это происходит здесь с теми, кто не под моей защитой. Как ты. — Ниган поднял руку и коснулся её скулы, где был синяк. Кэт почувствовала боль и холод его перчатки. Она вздрогнула, закрывая глаза и замирая. — Но ты можешь быть под моей защитой. Ты знаешь, что должна сказать. — его голос перешёл на шепот, более интимный, чем его касание. — И тогда никто… никто не тронет тебя. Даже не подумает. Не посмотрит в твою сторону. Даже Дэвид… — Ниган сделал паузу, видя как его слова осознанием проникают в ее душу.              Она медленно открыла глаза, смотря на него с искоркой легкой надежды и усталости в глазах. Его это удовлетворяло. Он получал удовольствие видеть, как она ломается внутри и сдаётся ему.       Он убрал руку. — Но если ты решишь остаться на своём месте… что-ж, может, один раз ты ещё сможешь дать отпор. — Ниган усмехнулся, оглядывая её хрупкое тело. — Но Дэвид когда-нибудь доберётся до тебя. И меня рядом не будет. Может, это будет не он вовсе… здесь много, поверь, много кто хочет откусить от тебя. — Ниган посмеялся, ему даже захотелось увидеть, как она будет проходить это испытание в одиночку, пока не приползёт к нему на коленях в мольбе о защите. — Но никто не посмеет, если ты будешь моя. Ты уже моя. Но тебе нужно это принять. — Ниган поднялся. Медленно, его лицо снова стало угрожающим. Она чувствовала себя в ловушке, в безысходности. С одной стороны был Дэвид и остальные, а с другой предательство друзей, её самой сути, тем, кем она была.       Ниган поднял биту, ткнув ей в грудь девчонки, и тихо спросил — Назови своё имя. — спросил он с угрозой, готовясь кинуть её в самый ад этого места, если она ответит неверно.       Кэт со слезами смотрела на него, её трясло, но она быстро успокоилась, отвечая ему — Ниган…

***

      Весь день Кэт провела в оформлении себя как Спасителя. На автомате, с пустотой в душе она ходила туда-сюда занимаясь глупой бюрократией. Ей дали новую одежду, работу, и комнату, но получше. Заставили начать с самых низов — уборка и кухня. Кэт не хотела никакой карьерной лестницы, о которой вещал Ниган. Она не хотела ничего, кроме спокойствия и спасения своих друзей.       Но ради них она держалась, впитывая каждую крупицу информации, которая бы пригодилась им. Она не знала, сколько продержится их битва, но была готова принять её. Кэт не ныла. Она делала свою работу, монотонную, а местами мерзкую. Терпела взгляды Спасителей, которые смотрели на неё косо и свысока. Ниган обещал ей защиту, но защиты она не видела.       Они насмехались над ней, толкали её. Напоминали её место здесь.       Она всё ещё была жертвой здесь, а они хищниками. Изменились лишь условия игры.       После окончания дня Кэт вышла на улицу, погулять и подышать воздухом. Ей было разрешено. Никто не командовал ей, кроме бригадира, не следил за каждым её шагом. Как сказал Дуайт, комендантский час на неё не распространяется, и она может гулять, когда захочет.       Кэт была рада побыть в одиночестве. В спокойствии. Подальше от гула моторов и шума людского. Кэт посмотрела за темное пространство далеко за забором. Она вспомнила, как кромсала ходячих, чтобы успокоиться.       Девчонка сжала нож в руке. Она хотела этого, ей это было нужно. Но как выйти?       Кэт решила предпринять попытку. Она пошла к главным воротам, и встретила одного Спасителя, что дежурил с оружием в руках. Он увидел Кэт и наклонил голову, узнав в ней новенькую. — Чего тебе, малая? — это обращение грубо резануло слух. Кэт злобно нахмурилась, но стерпела это. — Хочу выйти на часик. — она старалась держать свой голос ровным, но не получалось. Мужчина, чернокожий и суровый, коротко оглядел её и хмыкнул — Приказано тебя не выпускать. Проваливай.       Кэт нахмурилась. Не выпускать её? Это было логично. Она же не прошла проверку, может сбежать… Кэт закатила глаза и развернулась. Ей было плевать. Она найдёт способ вылезти отсюда.       Она обошла Святилище и где-то в темноте разорвала проволоку, проскользнув наружу. Она оцарапала кожу на плече, и под рубашкой возникли капли крови. Это лишь прибавило ей решимости идти дальше, в самую глубь леса, за добычей.

***

      Всю ночь она пробыла в лесу. Её небольшой нож и рука были в крови. Все её тело за пару часов полностью обагрилось кровью. Кэт чувствовала спокойное умиротворение, лишая остатков жизни этих бродячих монстров с пустыми глазами. Кэт была беспощадна в этом, но сильно выдыхалась. Иногда она прислонялась к дереву, чтобы задуматься о жизни, друзьях, её ситуации.       Кровавые лица Гленна и Абрахама всплывали в голове образами, и Кэт начала путать реальность с фантазией. Она видела в ходячих лица своих друзей, казалось, что она сходит с ума.       В одном из ходячих ей привиделся Ниган. Бородатый, худощавый ходячий, схвативший её за плечи и желающий вгрызться в её шею. Кэт грубо повалилась с ним на землю, перевернулась, и ударила его ножом в голову со всей злостью, что у нее была накоплена на Нигана.       Этот человек, разрушивший жизнь её друзьям. Мэгги, которая умерла вслед за остальными, вместе с ребенком. Остальные, кому приходится жить под этим давлением и рабством. Ниган называл это «спасением», «системой», которая работала. Но это было не так. Он и обманывал себя, и остальных.       Но самое худшее, что он пытался обмануть и её. Заставить её верить в какой-то бред про силу и власть. И Кэт начинала верить, от отчаяния, безысходности и желания измениться.       Кэт продолжала наносить удар за ударом в голову ходячего, со всей злостью, тяжело дыша. Она била, пока рука не заболела, пока его голова не превратилась в месиво, смешавшись с землей.       Только тогда Кэт отступила. Рука онемела, она не могла даже выпустить нож из рук. Кэт тяжело дышала и тряслась, но чувствовала облегчение. То самое спокойствие в душе, которое всегда испытывала при этой своеобразной медитации.       Она повалилась на землю, тяжело дыша. В такой позе она уснула, проведя в лесу всю ночь. И ни один ходячий, прошедший мимо, не тронул её, ведь она была вся в их крови.

***

      Утро Святилища было омрачено известием, что девчонка пропала. Она не пришла на работу. В комнате её не было. На территории святилища её никто не видел. Саймон искал везде, спрашивал всех, и узнал, что ночью она неудачно пыталась выйти через ворота.       С этим мрачным известием он пришёл к Нигану.       Тихая волна начала подниматься где-то в глубине его души. Злость? Нет. Это было похоже на горькое разочарование, приправленное обещанием расплаты. Он поверил в неё, дал ей шанс, дал ей частичку себя и обещал власть. Но она сбежала при первой же возможности. Ниган не приказывал искать её. Он оставил всё как есть, собираясь лишь наведаться в Александрию через пару дней. Дать ей и её друзьям почувствовать, как наступит буря.       Через пару часов Кэт достигла ворот Святилища. Уставшая, окровавленная, её по началу приняли за ходячего и выстрелили перед ногами, случайно промахнувшись издалека. Она остановилась, испугавшись. Кэт и не думала о том, как мрачно она сейчас выглядит, сбивая с толку выживших.       То, что она остановилась, дало им понять, что перед ними был человек.       Девчонку впустили внутрь, узнав в ней Кэт. — Че за хуйня с тобой стряслась? — спросил один из Спасителей у ворот. Он усмехнулся, но в следующую секунду нахмурился и спросил, словно очнувшись — Ты укушена? — он взялся за пистолет, увидев её злобный взгляд и раздраженный ответ — Нет. Отъебись. — она хотела пройти мимо, но второй Спаситель остановил её — Эй, ты никуда не пойдёшь. Тебя обыскались, дура. Жди здесь. — мужчина достал рацию и доложил Саймону, что девчонку нашли.       Кэт устало вздохнула. Она закрыла глаза, чувствуя тошноту от голода и слабость в теле. Она всё ещё держала ножик в руках.       Через пару минут, может, десять, пришел Ниган. Не Саймон… а Ниган. Он неторопливо шёл к ним, с битой на плече, пока не остановился, оценивающе смотря на беглянку. Его взгляд был холодным. Кэт узнавала этот взгляд, не сулящий ничего хорошего. — Где нашли? — спросил он, не смотря на своих людей, а только ей в глаза, пустые и бездонные. — Здесь… она сама пришла. — неуверенно ответил Спаситель, удостоившись взгляда Нигана. Он хмыкнул и через секунду кивнул девчонке — За мной. — он опустил биту, махнув ей в воздухе, и развернулся. Кэт плелась за ним, с грустью осознавая, что ещё не скоро поест и отмоется от крови.

***

      Кэт прошла в его кабинет, и как было приказано, устало села на стул перед столом. Ниган не торопился, как обычно, наливая ей воды в стакан. Он поставил его на стол перед ней, но не отпускал, смотря на неё — Нельзя. — только после этих тихих слов он медленно отпустил стакан, разворачиваясь и обходя стол, садясь на своё кресло.       Он закинул ноги на стол, его бита была в его руках.       Кэт смотрела лишь на стакан с водой, пустыми глазами. На секунду ей захотелось ослушаться его и выпить воды, как будто испытывая его терпение и свои возможности. Но она не стала.       Ниган молчал несколько минут, просто осматривая каждый уголок и каплю крови на её лице. Он пытался понять, зачем она ушла ночью, и почему вернулась вся в крови. Всё, что он понял — она точно ушла убивать ходячих. Не людей же… — Знаешь, я был бы рад услышать хоть что-то. — Ниган предложил ей самой рассказать свою версию. — Я дал тебе свободу, а ты в первую же возможность сваливаешь по трубам, как хренов Марио, и возвращаешься вся в крови, как будто дракона завалила. — Ниган вовсе не смеялся, но в его словах был сарказм. Кэт уже привыкла, что он общается таким образом. И не расслаблялась ни на секунду. — Так что спрошу еще раз. Хочешь что нибудь сказать? — Ниган замолчал, ожидая, даже требуя, ответа. Бита в его руке угрожающе скрипнула под давлением его руки.       Кэт медленно подняла на него глаза, встретившись с его злым и вопросительным взглядом. Она молчала минуту, пока спокойно не ответила — Я ушла расслабиться. — она драла пальцем заусенец, нервничая. Она не знала, почему нервничает. Под его взглядом она всегда тряслась, как котенок. Но страха она сейчас не испытывала. — Расслабиться… убивая ходячих? — Ниган сузил глаза, анализируя её. — Тебе это прёт? — он усмехнулся. Когда Кэт кивнула, он посмотрел на неё по новому.       Значит, она не сбежала, а ушла временно, и самое главное — вернулась, добровольно, когда могла сбежать. Но что более интересным было то, что она сейчас ему сказала.       Кэт продолжила, спустя паузу — Я чувствую облегчение… умиротворение, когда убиваю их. — тихо сказала Кэт, завороженно смотря куда то мимо стола. Она будто снова ощущала это чувство. То, как проходила боль в груди после очередного выплеска злости и эмоций.       Ниган слушал ее, затаив дыхание. От прежнего, горького разочарования не осталось и следа. Лишь жгучий интерес к этой необычной девчонке. Он убрал ноги со стола и поднялся с кресла. Кэт вздрогнула, услышав стук биты о стол, легкий, чисто опереться.       Ниган обошел стол и встал рядом с ней, смотря сверху вниз если не с признанием, то уважением. — Я знаю, какого это. — тихо сказал он, хмурясь, предаваясь воспоминаниям и чувствам. Кэт моргнула, посмотрев на него с недоумением. Она думала, что он наоборот, не поймёт её. — Когда убиваешь… чувствуешь, как возвращаешь себе контроль. Та самая власть, к которой ты тянешься. — Ниган медленно опустился на корточки перед ней, заглядывая ей в глаза, проникая все глубже с каждым словом. Кэт с трепетом смотрела на него, не веря, что он может понимать её.       Тот факт, что у них есть что то общее, вызывал смешанные чувства.       Ниган коснулся её окровавленной руки. Жидкость уже засохла, стала коркой, новой кожей. — Я покажу тебе, как преувеличить это спокойствие. Это жжение в груди пройдёт навсегда. — он говорил тихо, и в конце улыбнулся, с предвкушением веселья. Он был уверен, что она справится. Пройдет этот путь до конца. Вместе с ним.       На глаза Кэт навернулись слёзы. Она чувствовала бурю противоречия внутри, слепой надежды. Он обещал ей нечто большее, чем силу. Он обещал ей покой. Внутренний.       Обещал, что вся боль уйдет, хотя причина этой боли была и в нём тоже.       Кэт тяжело дышала, не зная, что ему ответить. Она колебалась, сжав руку в кулак и не отвечая на его касание. Ей не хотелось отдаваться ему без остатка. Она должна была бороться ради друзей, ради Мэгги и Абрахама.       Ниган не ждал ответа. Ему было достаточно её слёз и лица, полного смятения и осознания. Ниган поднялся, медленно, коснувшись губами её лба. Его горячее касание обожгло её, Кэт вздрогнула, замирая. Даже дыхание остановилось, осталось лишь жгучее чувство на лбу.       Нигану было плевать, что она была вся в крови. Она пахла будущим, которое он построит вместе с ней. Построит для неё. Он видел в ней теперь гораздо больше, чем раньше, и ни за что не упустит этого шанса преобразить её под себя.       Он видел, что она испытывает нечто похожее. Её и не нужно было уговаривать. Это было идеально. — Отдохни. Завтра мы начнем твое обучение. — тихо шепнул он ей в лоб, и поднялся, пододвигая к ней стакан с водой, давая своё разрешение.