Глава 31: Будни в бумажной школе.

Два месяца... Пожалуй (А может, даже и больше, аль меньше), столько времени и был Калеб там, где "лечился". Лечением это, однако, тяжело сказать, ведь, как известно, по-настоящему вылечивается только тот, кто желает этого. Желал Калеб вылечится или нет... Этого нам, пожалуй, неизвестно. А если бы и было известно, то всё равно я бы посчитал лучше умолчать об этом, ибо такое не рассказывают. Как уже и было сказано, "лечился" он там два месяца, находясь под строгим наблюдением врачей и персонала. Некоторые даже говорили, что <<он их самый больной, побитый и "мёртвый" пациент за всё время.>> . Вылечился от наркотиков он, между прочим, очень быстро, особенно для своего случая и, по мнению врачей, даже чересчур быстро с его организмом. Когда они его выписывали и его забирали, то настоятельно, почти что то споря, то моля, просили оставить Калеба ещё на несколько месяцев на лечение. Этого не произошло. Вёл же себя Калеб в больнице... Судя по словам многих, в том числе и тех, с кем он общался (А общался он всего-то с одним человеком, и то, дай бог раз в день!), сначала он был <<Каким-то побитым, нелюдивым и словно труп притащили сюда. Многие новенькие так выглядят, но никто не так, как он.>>, а позже... Позже же стали говорить чуть другое. <<Он стал будто... И людим, и мёртв одновременно. Посмотришь со стороны, вроде жив, а присмотришься... Хоть душу за него отдавай, лишь бы с ним всё в порядке было! Он стал таким... Отстранённым, сухим, порой нам даже казалось, что циничным.>> Забрала же его Саша. Саша же и проведывала его все эти два месяца, около двух раз в неделю. Она приносила ему разное: то еду принесёт, то книгу, то просто приятный разговор с рисунками. Она и часто шутила, причём такие шутки, что порой казались до ужаса глупы, но в состоянии Калеба даже очень и очень смешны. Сейчас же было четвёртое марта. Было раннее, приятное и такое тихое, спокойное утро. Все шли в школу. Никто уже и не рассчитывал на возвращение Калеба. Все слухи о нём давно стихли, перестали существовать и как бы... Упали в пустоту. Но до начала уроков оставалось ещё тридцать минут. Множество учеников только шли по улице, к школе. Некоторые шептались... А шептались они потому, что сзади Саши с Деми, которые подходили к школе, метров в двух от них, шёл Калеб. Одежда его была новая, даже красивая. Всё те же длинные рукава, что и раньше. Шёл он молчаливо, даже сухо и всё время смотря в землю, в асфальт, словно задумавшись о чём-то. Саша и Деми же напротив, шли чуть впереди, постоянно разговаривали о чём-то и наслаждались своей компанией. Но Саша, однако, и не забывала поглядывать назад, на самого Калеба. Когда она смотрела на него, то на пару секунд у неё появлялась такая лёгкая, небольшая улыбка, которая, может, совсем немного, почти незаметно, переходила даже в какую-то апатию. Дошли же до школы они спокойно, даже не встретив никого из своих одноклассников. Ни Циркуль, ни Тавел, ни даже Грейс... В самой же школе всё было так же, как и раньше. Ученики бегали, шумели, шутили и играли. Учителя куда-то поспешно шли и ругали учеников. Не было и Даны, которая была несколько месяцев назад. Калеб, в отличии от Саши с Деми, не сразу пошёл в раздевалку оставлять свои уличные вещи. Он встал посреди коридора и осматривал его. Смотрел на учеников, которые о чём-то болтали. На учителей, проходящих мимо. Но... Смотрел не так пусто, устало, словно в петле, как раньше... Смотрел так, что даже и сам не мог понять как и от чего он так смотрит. Дыхание его не сбивалось больше. Ноги не подкашивались, а дышалось как-то даже слишком легко. Сердце билось по обычному, лёгкие дышали как-то... Даже слишком легко, просто. - Калеб? - спросил чей-то слегка раздражённый, но в это же время до чуть ли не скрытого счастья удивлённый голос. - Ты где, чёрт возьми, был? Калеб повернулся на голос и увидел перед собой Грейс. Она была всё та же, что и раньше. Всё та же слегка помятая одежда от бега или спешки с криками, и довольно растрёпанные волосы. Разве что единственное, что было нового в Грейс, - так это стакан кофе, который был уже довольно помят, скорее всего, давно остыл и, судя по виду Грейс, далеко не первый за это утро. Слева от Грейс, совсем рядом, стояла Эмили. На голове у неё была всё та же причёска с кудрями, что и всегда. Выглядела она собранно, немного неуверенно, но, по сравнению со своей подругой, полной сил для работы. Её одежда была не настолько помята, как у Грейс, но и не настолько же чиста и опрятна, как у других. - Тебя почти не отчислили, идиот! - повышенным тоном закричала Грейс, практически срываясь на Калеба. - Хотя... (В этот момент Грейс как-то тихо, сжав кулак, вздохнула) Прости меня. Я, пожалуй... Всё-таки переборщила с тем, что сразу на тебя так накричала. - Да... Ничего, всё нормально, - сухо ответил он, осмотрев коридор вокруг себя ещё раз, прежде чем вернуться бесстрастным взглядом к Грейс. - С ним... Всё нормально? - прошептала Эмили так, что это слышала только и только Грейс. Сама Грейс продолжала смотреть на Калеба. Это не был тот же самый комично-серьёзный взгляд, что раньше. Скорее он был каким-то... Испытывающим, может? Пожалуй, нет... Скорее Грейс смотрела как-то твёрдо, нахмурив брови, и одновременно с этим с каким-то непониманием, неузнаванием. - Так или иначе, - начала она уже куда более серьёзным, почти что деловым голосом. - Где ты был всё это время? Если бы не Саша, то тебя бы давно исключили. - А Циркуль или Тавел? - резко и отрывисто спросил Калеб. Грейс отвела взгляд, всё её тело как-то немного напряглось, а потом тут же неестественно расслабилось со вздохом. Грейс снова посмотрела на Калеба, уже не хмуря брови. Грейс ответила как-то не сразу, сначала молчала, что-то будто обдумывая или забываясь. Смотрела она в это время всё в пол, на какие-то плитки. Брови её всё ещё были сильно нахмурены, а руки сложены за спиной. - Они... - начала Грейс, каким-то слегка даже усталым тоном, нежелающим. Эмили сразу же положила руку на плечо и что-то прошептала, но Грейс никак не отреагировала. - "В порядке", если так можно сказать... Не знаю я, что с ними. И почему ты спрашиваешь, как ты с ними связан, я тоже не знаю. Грейс развернулась и ушла. Ушла такими быстрыми, широкими, даже раздражёнными шагами, что Эмили еле-как в панике успевала за своей подругой. Постепенно шаги стихали, отдалялись, так же как и голос Эмили, а со временем они и вовсе прекратились. - Калеб, - произнёс уже другой мягкий и приятный голос. - Ты идёшь? У нас первый урок классный час как бы. Понимаю, что ты можешь не считать его важным, но опаздывать, думаю, что было бы не очень. Да и... Разъяснять что с тобой было как-то надо. Когда Калеб снова повернулся, то увидел уже перед собой Сашу, которая была так же как и он опрятна одета. Её лицо было немного сконфузившимся, добрым и всё с той же небольшой, мягкой и приятной улыбкой, что и всегда. - А... Да, пойдём, - едва ли не холодно ответил ей Калеб. Саша улыбнулась ещё шире, ярче, взяла Калеба за руку и повела за собой, прямо к кабинету их класса. В кабинете учеников сейчас было немного. Можно сказать, их не было и вовсе. Стояла какая-то такая спокойная, плавная... Даже водяная тишина, что она будто и должна была успокаивать любых вошедших, пока не нарушат тишину. Она была и какой-то до ужаса хрупкой. Любое движение, шёпот и шорох слышались. Калеб, Саша и Деми сели за одним столом. Пускай парта и была рассчитана на двоих, но, притащив ещё один стул, они сидели все втроём. Постепенно класс начинал заполняться. Приходили ученики, кто-то шутил, кто-то разговаривал, а кому-то до такой степени было всё равно, что он просто спал на парте. Когда же прозвенел звонок, - очень звонкий и громкий звонок, - то все ученики уже были в кабинете и занимались чем-то своим. Разве что Грейс с Эмили пришли позже. Но когда они всё-таки пришли, то объявили лишь о какой-то обязательной экскурсии после второго урока в каком-то торговом центре, куда пойдёт весь класс, а после этого снова не ушли, а практически выбежали из кабинета. Были и Циркуль с Тавел. Калеб на них не смотрел. Он всё время смотрел в какую-то одну точку, лишь время от времени поглядывая на Сашу. Этот взгляд его задерживался на ней от силы на секунды две, а потом возвращался к какой-то одной точке. Но смотрел он уже и не так пусто, бессмысленно, как раньше. Смотрел он так же, как и в коридоре. Как-то по-другому, что и сам не мог понять как. Циркуль с Тавел сидели в третьем ряду, на самой задней парте, ни с кем и не контактируя. На парте у них была открытая пачка орео, из которой уже пропало некоторое количество печенья. Циркуль слабо раскачивалась на стуле, её взгляд был как-то и одновременно рассеян, и до ужаса собран на одном конкретном человеке. Всё не могла она увести взгляд от него и неё, но и не могла смотреть подолгу. Тавел же напротив, сидела спокойно, смотря на Циркуль, подперев свой подбородок рукой. Сидели они молча. Так молча, что порой казалось, что тишины здесь и подавно нет, а есть лишь что-то тяжёлое, невысказанное и страшное. Саша же порой смотрела на Циркуль и Тавел. Смотрела недолго, отводя и уводя взгляд в ту же секунду, когда её замечали. В один момент, между прочим, она словно и замешкалась, заробела после такого обмена взглядами. Вся она немного задвигалась, немного сначала привстала, потом села, а потом снова встала, что-то прошептала Калебу с Деми и пошла к Циркуль и Тавел. Когда же она пришла к ним, то у неё на лице была мягкая, лёгкая и непринуждённая, чуть ли не ностальгическая улыбка. - Тавел, - как-то грустно и тихо начала она. - Можешь нас оставить? Мне... Мне надо немного поговорить с Циркуль. Тавел посмотрела сначала на Сашу, потом на Циркуль и, в конце концов, как-то немного устало, сдержанно вздохнула и кивнула, встав и уходя куда-то подальше. Циркуль смотрела на Сашу, всё ещё сидя на стуле и раскачиваясь на нём. Раскачивалась она медленно, не спеша, лишь иногда как-то сильно дёргаясь то вперёд, то назад. Саша села рядом с Циркуль, сложив руки на коленях. Девочка тут же перестала качаться на стуле и смотрела на Сашу. Циркуль смотрела сверху вниз, как-то "высокомерно", но напряжённо. - Знаешь, - начала она именно что меланхоличным тоном, смотря на колени. - Мне... Я всё хотела спросить... Калеб... Калеб-то об этом не говорит, вот и решила спросить тебя об этом, Циркуль. - тут же Саша и как-то замешкалась, заробела снова, опять. - А что... Что между вами двумя произошло...? Просто ведь вы же так... Так хорошо общались раньше...? Почему вы сейчас перестали? Циркуль встала и продолжала смотреть на Сашу сверху вниз, этим "высокомерным" взглядом, но сердце её колотилось, рука немного дрожала, а на лбу будто начинал выступать какой-то небольшой пот. - Не твоё дело, - грубо оборвала Циркуль Сашу, развернулась и просто ушла. Ушла Циркуль куда-то к окну, где была Тавел. Там она и осталась, вместе со своей подругой. Может, что-то прошептала и рассказала, а может, и нет. Этого нам тоже неизвестно. Саша с тихим вздохом, каким-то долгим взглядом проводила Циркуль и смотрела ей в спину ещё некоторое время, даже толком ни о чём и не думая. Она подняла взгляд и посмотрела на парту, где была пачка орео. Она потянулась и достала одно печенье. Это было какое-то поломанное печенье, побитое. Несмотря на внешний вид, Саша всё же съела одно печенье. После, встав, она медленными, какими-то, между прочим, и забывчивыми шагами пошла обратно к Калебу и Циркуль. - Всё хорошо? - слегка обеспокоенно спросил Деми, тут же вставая и помогая своей девушке. - Я... В порядке, - безэмоционально ответила она. Деми с едва ли слышным выдохом помог Саше сесть на стул и тут же обнял её. Калеб же ничего и не сказал. Он просто был отстранён, сух всё это время. Он так и не посмотрел ни на Циркуль, ни на Тавел. Его взгляд падал лишь время от времени падал на Сашу с Деми, которые обнимались, словно Адам с Евой. После же его взгляд упал на Циркуль вдалеке. Взгляда этого он не мог отвести будто и совсем и навсегда. Всё смотрел и смотрел. Отвёл он его, может, только минуту спустя в лучшем случае. Когда же прозвенел звонок, то все как и всегда начали сразу же выходить из кабинета и идти на следующий урок. Следующий урок был математикой. Шли все по шумным коридорам, как и обычно. Из кабинета с прошлого урока последними вышли Циркуль с Тавел. Шла Циркуль к кабинету математики не то чтобы быстрыми, а скорее рваными, разной длины и скорости шагами. То она шла медленными, незаметными шагами, то срывалась на большие, широкие, длинные и быстрые шаги, постоянно поворачивала то налево, то направо, то шла обратно, откуда и пришла. Дошли они до кабинета самыми последними, когда прозвенел ещё один звонок, обозначающий начало урока. Циркуль и Тавел как обычно заняли свои места. Они были довольно далеко от другой троицы учеников. Урок начался, что не удивительно, совершенно обычно и даже скучно. Все записывали. Все молчали. Стояла такая скучная, тупая и раздражающая тишина, что всё хотелось её как-то нарушить, как-то да испортить... Но возможности всё не было. Ученики выходили и решали разные задачи с примерами. Кто-то успешно - кто-то, абсолютно неудачно. Циркуль с Тавел молча записывали все задачи в тетрадь, как и примеры. Записывали они молча, спокойно и как бы с некоторой тупостью, не вникая в текст совсем и вовсе. Они даже засыпали иногда прямо на ходу, за партой. Как минимум Циркуль уж точно чувствовала некоторую сонливость, если не усталость. - Циркуль, - неожиданно сказала учительница, поворачиваясь ко всему классу. - Выходи к доске. Циркуль резко подняла голову и уставилась на свою учительницу секунды, может, на две. После, словно осознав её просьбу, она раздражённо вздохнула, встала и пошла к доске. По пути она прошла мимо парты Калеба и слегка задела его. Она вздрогнула как-то холодно, до ужаса резко. Когда Циркуль подошла к доске, то задача была простой для неё. Вот только... Решить почему-то она не смогла её. Обычное, а особенно и в последнее время, она решала что угодно по математике легко, быстро. Особенно до... До всех "событий" с Калебом. Во время... Об... Общения с ним. Но конкретно сейчас, в эту секунду и в эту минуту, Циркуль сначала просто стояла и перечитывала задачу по десятку раз. Перечитывала с каким-то таким сконфузившимся, растерянным лицом. Когда же Циркуль начала решать эту задачу, то решала долго, едва ли не половину урока. Некоторые даже раньше неё решили. Стояла такая давящая на грудь и густая... Чуть ли не убивающая тишина. Но всё же Циркуль удалось решить задачу. Она решила её неправильно. Абсолютно неправильно. Не было ни одного примера с верным ответом, ни одной теоремы правильно использованной. Всё было решено на ужасающую F с минусом. Положив мел слегка влажными руками и с чуть заметными дрожащими глазами, Циркуль повернулась и начала возвращаться на своё место, за свою парту к Тавел. Шла она же не мимо Калеба. Шла она где-то слева, прямо у стенки. И села она обратно как-то неестественно, слишком зажато и скованно. Прозвеневший звонок, - громкий и гулкий, - как обычно означал окончание урока. Все, как и всегда, начали собираться, брать портфели. Однако никто не шёл на следующий, третий урок. Все спускались на первый этаж, в гардероб, и начинали переодеваться. Конечно же, все шли и одевались на экскурсию, о которой уже говорила Грейс. Одевался, шёл и Калеб. Он шёл, как и всегда за этот день, медленно, смотря вниз, словно вечно что-то думая, не видя других. Всё вокруг него было как будто серо, даже и другим людям, которые просто были рядом с ним, всё казалось именно такого цвета и настроения. Калеб шёл (Если уж и не плёлся!) сзади Саши и Деми. Он не слушал их разговоров, редко отвечал на вопросы или какие-то ещё слова, если его не заставляли или они не "будили" его самого. - << Как ОНИ могут жить после ТАКОГО? - думал Калеб. - А если и может, то как? Неужели... Им... Нет, ей... Неужели ей настолько всё равно?>> Все собрались, впрочем, довольно быстро. Так быстро, что даже могло показаться, что кто-то из учеников уже вышел на улицу и пошёл на экскурсию сам... Или же просто пошёл домой. Но, как бы то ни было, никто и не ушёл. Грейс проверила и пересчитала всех несколько раз. Она, конечно, и даже потом, по дороге и на самой экскурсии, постоянно считала и пересчитывала всех учеников. Нервно и очень-очень быстро быстро пересчитывала. Когда же все собрались и были явно собраны, то все и пошли на саму экскурсию, в торговый центр, под опекой двух учителей из школы и, собственно, самой Грейс, которая довольно часто ругалась и срывалась на особенно шумных учеников. Шли до торгового центра они недолго. Так недолго, что будто и минуты не прошло, хотя на деле, конечно, всё было совершенно наоборот. Торговый центр это был тот же, где и когда-то гуляли Циркуль, Тавел и Калеб. При виде его Циркуль сразу поморщилась, как-то отвела взгляд и фыркнула. Тавел, увидя реакцию своей подруги, мягко, но твёрдо положила руку ей на плечо. - Ты в порядке? - настойчиво спросила она. - Ты чуть ли не весь день на взводе. Особенно после того как услышала, что... - Не твоё дело! - отрезала Циркуль, откидывая руку Тавел и начав идти с удвоенной скоростью, чем раньше. В самом торговом центре ничего так и не поменялось. Всё так же как и в прошлый раз было много людей. Всё так же как и в прошлый раз был шум, гам и отсутствие хоть чего-то, напоминающего тишину. Весь класс остановили сначала недалеко от входа и снова начали повторять инструкции как вести себя, а также что будет на этой экскурсии. Все слушали "внимательно", "не отвлекаясь". Калеб стоял рядом с Сашей, которая, в свою очередь, стояла возле Деми, держась с ним за руки. Калеб искоса, из подлобья посмотрел на них твоих, своим уже привычным бесстрастным взглядом. Саша, заметив это, ответила ему лишь небольшой, мягкой улыбкой и взглядом, а после повернулась обратно к учителям и Грейс. Экскурсия началась по-обычному, неинтересно, скучно, тупо, уныло... Даже бессмысленно. Как минимум всё это было для Калеба очень чутко, очень понятно. Но и совершенно неважно. Он ни доли внимания не обращал внимания на эту экскурсию. Всё время его взгляд был как-то рассеян, он был словно разлетевшимся. Гулял он своим взглядом по магазинам, по людям вокруг, по одноклассникам и всему прочему, что можно было только найти в этом торговом центре. Блуждал он так до тех пор, пока класс не остановился. А точнее не остановился, а пришёл к какому-то, в какой-то магазин. В магазин одежды. Этот магазин по началу Калебу даже не показался знакомым и хоть немного интересным. Он всё так же как и всё остальное его проигнорировал, пошёл дальше своим рассеянным, сухим и... Немного даже пустым взглядом. Циркуль с Тавел, так же как и весь класс, тоже пошли в этот магазин, смотрели сначала одежду. По-началу им этот магазин показался ещё даже менее знакомым, известным, чем Калебу. Они просто ходили и смотрели, выбирали одежду. Циркуль рассматривала и брала её с какой-то такой ненужностью, бессмысленностью и раздражением, словно всё она уже давно поняла... Нет, не так. Словно что-то у неё было такое, от чего всё это, - будь то экскурсия или одежда, - всё это так раздражало её! Тавел же выбирала одежду спокойно, размеренно. Она осматривала её, крутила, даже примеряла и смотрела на себе. Порой она бросала короткие, незаметные взгляды на Циркуль, но ничего и не делала. В один момент, совершенно даже обычный момент... Циркуль проходила мимо очередной одежды. Самой обычной одежды. Всё с тем же раздражением, что и раньше. Но, каким-то случайным, неудачным взглядом она повернулась и увидела... Костюм горничной. Всё тот же, что она помнила и заставляла одеть Тавел. Она посмотрела на этот костюм. На эту одежду. Смотрела, может, секунду. Циркуль взяла этот костюм в руки, подняла его на свой уровень взгляд и посмотрела на этот костюм пугающе, жутко... Даже как маньяк. После этого Циркуль уронила костюм и ушла, Мимо этого места прошёл и Калеб. Он просто прошёл. Может, он видел этот костюм, а может, и не видел. А если и видел, то он в любом случае сам решил пройти мимо. Впрочем, Тавел тоже прошла мимо этого места и костюма. Но она не прошла совсем мимо, как Калеб. Она остановилась, увидела этот костюм... Подняла его с пола и посмотрела с какой-то тоскующей ностальгией, словно по каким-то тем старым временам, которые она и сама уже едва помнит. Последующая часть экскурсии прошла на этом же, третьем этаже. Прошла она спокойно, без чего-либо такого, что можно было бы или нужно было бы рассказать. Совершенно обычная экскурсия обычного класса. Весь класс, к этому моменту, когда экскурсия уже подходила к концу, пошла к лифтам. Лифтов всего было три. В два из них идеально, почти точь-в-точь впихнулись все ученики... Кроме Калеба и Циркуль. Места, может, и было, чтобы впустить всего-то двух людей и поехать вниз, но... - Слушай, Грейс... - робко и тихо прошептала Саша на ухо старосты. - Может... А может... Стоит, чтобы они одни поехали...? Есть же третий лифт... Да и, может, обсудят всё как-то... Грейс повернулась и посмотрел на Сашу. Какое-то время она просто смотрела, пока не устало вздохнула и молча кивнула. Саша, ответив лишь улыбкой, - своей обычной и счастливой улыбкой, - нажала на кнопку и лифт их поехал вниз. - <<И вправду... - думала Грейс, смотря на оставшихся Циркуль и Калеба. - А что с ними? Что между этими двумя произошло...>> Циркуль и Калеб остались одни. Оба лифта уехали. Циркуль сначала раздражённо вздохнула, а после... После она словила на себе короткий, совершенно незаметный, но какой-то до жути холодный, именно что проверяющий или выдерживающий взгляд. Калеб, ничего не говоря, просто нажал на кнопку вызова лифта и ждал его. Циркуль стояла поодаль. Когда же лифт приехал, то они оба зашли в него. Циркуль встала возле панели с этажами, нажала на кнопку первого этажа и осталась стоять там, смотря куда-то в пол, поднимая взгляд лишь на зеркало, на саму себя. Калеб же стоял напротив Циркуль. Первое время он также лишь смотрел вниз, куда-то даже ни в одну точку, а просто... Куда-то. Тишина между ними была такой... Такой до беспамятства сухой, глубокой, тоскливой и даже пустой... Такую тишину можно было бы даже сравнить с бездной! Бездной, в которой что-то когда-то было, но в которой нет уже ничего... Совсем ничего! - Калеб... - робко, стыдливо даже для самой себя начала Циркуль. Её голос звучал скорее надломно. - Ты... - Заткнись! - тут же вскрикнул Калеб. Но это не было не от гнева или ярости... А от чего-то такого всё ещё сухого, холодного. Калеб одним большим шагом сократил дистанцию и прижал Циркуль прямо к той же панели, возле которой она и стояла. К той же стене. Он стоял над ней, чуть ли не возвышался. У Циркуль расширились глаза, зрачки... Она одним своим побитым, еле видящим глазом всё смотрела вокруг и пыталась увидеть хоть что-то. Но была лишь та самая бездна. Её руки дрожали, потели, сердце колотилось так, что даже Калеб мог его услышать. - Это ты... Это ты виновата! - продолжал Калеб из себя, но в то же время и не из себя. - Это... Вы... Вы двое в этом виноваты, да! Нет, трое...! Всё это... Если бы... Если бы не вы, то у меня бы сейчас была... Нормальная жизнь, да! Голос Калеба словно сам дрожал, был надломлен. Но он совсем и не плакал. Даже слезинки и не проронил. И тут Калеб резко замолк, схватив Циркуль за воротник. Он просто стоял и смотрел сверху (Ничего и не делая) на Циркуль, которая как-то незаметно для себя же спускалась всё ниже и ниже на пол. Она продолжала смотреть на Калеба, но молчала. Калеб смотрел так... Так, что казалось, что целые часы для Циркуль прошли. Такие какие-то долгие, невозможные часы, которые ей самой не нравились... И тут же лифт остановился. Двери его открылись. Там, снаружи, уже стояли все одноклассники. Кто-то - спиной. А кто-то, как Саша или Грейс, смотрели на всю эту картину прямо, без отводов взгляда... Калеб, как только лифт пришёл, почти сразу же грубо, быстро отпустил Циркуль и она едва ли не упала на пол, а всё её дыхание прекратилось. Калеб, выйдя из лифта, сразу пошёл мимо и прочь всех, толкая и расталкивая всех подряд. Никто толком за ним и не шёл, не бежал. Даже Саша лишь проводила его каким-то таким поникшим взглядом, сжав одну руку в кулак не более, чем как через силу. Впрочем, все вскоре и в школу вернулись. Уроки продолжились по-обычному. Разве что Калеб... Ни с кем не контактировал. Он ни с кем и не разговаривал. Даже от Саши с Деми постоянно будто убегал, уходил всё время и отовсюда, отовсех. Перед одним из уроков... Ближе уже к концу дня, где-то на перемене, Циркуль и Тавел шли на урок. Совершенно обычно шли. Ничего, казалось бы, произойти и не должно было... Они зашли в класс. Там не было людей. Всё было тихо. Но как-то... Тут была,видите ли, не просто та тишина, которая непривычная для шумного места, и которая кажется и приятной, и давящей... Но она была и такой, что всё её хотелось убрать, как-то нарушить. Она не была пустой. Она скорее резала слух так, что это было до агонии больно. Циркуль прошла чуть дальше, уже собираясь уже сесть на своё место... Она посмотрела на Калеба. На Калеба, который просто сидел за одной из парт и смотрел на Циркуль. Он смотрел так как-то... Тихо, незаметно, но в то же время ужасно, отвратительно для Циркуль. Она же смотрела... Ох, она смотрела ещё хуже, чем Калебовская сухость, холодность! Она смотрела так как-то... Ностальгически, словно припоминая всё, что было раньше, могло быть и должно было случиться. Словно всё это как-то разом пронеслось у неё всё в голове. И как-то... И как-то даже отвратно ей стало! Так отвратно, так омерзительно от этих мыслей, от этих взглядов... Что Циркуль развернулась и побежала прочь, совсем прочь из кабинета. Она бежала по школьным коридорам, пробегая и сталкиваясь со всеми подряд. Завернёт налево... Так и заблудиться. Она будто и совсем забыла как школа выглядит! Хотя сегодня же идеально её помнила... Циркуль продолжала бежать, да так, что у неё лёгкие горели, сжимались и перемалывались. Всё бежала и бежала она. До тех пор, пока не остановилась. Она внезапно остановилось, что лёгкие дышать перестало. Дыхание перехватило. Она шла дальше... Просто шла и всё. Шла медленно, опираясь на стену. Шла она по пустому, до петли тихому коридору... И шла так, шатаясь, падая. Один раз она и вправду упала. Упала и просто смотрела. Смотрела прямо, куда-то. - <<Нет... - едва ли не истерически думала она. - Я... Я не хочу, правда... Я не хочу быть одна... Только не опять, только не к ней, не к нему, никуда, прошу...!>> И Циркуль не заплакала... Её просто вырвало на пол. После, даже не разбираясь, Циркуль опять встала и побежала. Побежала она прочь из школы, почти сразу добежав до выхода. И бежала... Бежала она дальше! Всё не могла остановиться. Горели и горели её лёгкие... Ей было всё равно. Бежала она даже и не знает куда, не знает как и откуда... И прибежала, остановилась она возле одного дома. Старого, словно и заброшенного частного дома, который уже продаётся. Здесь, возле этого дома, было... Как-то гнетуще, по-старому, "идеальному" тихо. Циркуль прибежала к тому дому, где жила раньше со своей матерью. Она медленно, робко и вся дрожа, подошла к двери к воротам. Она открыла дверь. Удивительно, что она не была заперта. Пройдя дальше и закрыв за собой дверь, она оказалась на территории дома. Здесь всё было точно так же, как и оставила она с Калебом... Совершенно пусто. Циркуль пошла дальше медленным шагом, хромая на левую ногу. Она подошла к входной двери в дом, открыла её и прошла через порог, закрыв её за собой. Здесь всё было точно так же, как и раньше... А может, даже хуже. Воздух в этом доме был каким-то душным, грязным, не дающим дышать. Пахло здесь не столько запёкшейся кровью (Этим, безусловно, тоже пахло!), но и... Чем-то таким немного резким, слегка ядовитым и пустым. Именно таким был запах в этом доме. Сам же вид дома, в том числе и комнаты в нём... Были все в пыли, грязными, пахнущими чем-то резким и отвратным, словно алкоголем. Где-то лежали объедки еды, которых раньше-то и не было вовсе. Где-то просто какая-то грязная, неприятная и вязкая жидкость, в которую было страшно наступить. Но Циркуль пошла дальше. Всё так е медленно, как и раньше. Иногда она как бы случайно наступала на те объекты, жидкость и грязь, что были в доме. Она повернула и зашла в свою комнату. Кровать её была идеально застелена, чиста и хороша. Матрас был мягкий, удобный. Одеяло тёплое, меховое. Циркуль подошла и упала на эту кровать, и одеяло с простынёй сразу же как-то перемешались, запутались друг в друге. Циркуль смотрела на потолок. Такой белый, совершенно без пятен потолок... - <<Господи... - думала она. - Разве же... Нет... Почему я это сделала? Почему... Почему я ещё и её в это втянула? За что? Что... Что такого мне сделали они, что я решила жизнь им испортить, уничтожить. Нет... Нет, нет...! Это... Это бред какой-то. Полный, бессмысленный бред. Всё это так...>> Циркуль внезапно, спрыгнув с кровати, встала и смотрела в стену. Секунду, всего секунду. Она пошла. Быстро, уверенно... И как-то по-детскому страшась пошла. Она вышла из комнаты. Повернула. Пошла дальше и вышла на кухню. Дневной... Нет, не дневной, а абсолютно серый, пустой, но д о слепоты яркий свет пробирался на кухню. - Это всё бред! - закричала она на весь дом, ударяя по шкафу! - Бред, полнейший бред! - повторяла она. Циркуль продолжала всё бить... Избивать и выкидывать в окно! Посуду она била на месте, прямо в доме, порой едва ли не раня саму себя. Она всё била, крушила и ломала. Выкидывала в окно, разбивая их. Вытаскивала ящики из столешницы и кидала их куда-то в сторону, на грязный пол. Она открыла очередной, очередной ящик...! И там, среди всего, - вилок, ложек или чего-либо ещё... Она увидела немного ржавый, грязный и даже... Слегка красный нож. Циркуль достала его из ящика, занесла над собой и...! Тут же её кто-то схватил сзади, за плечи и не отпускал. Как бы она ни билась, чтобы не кричала, но эта хватка всё не отпускала и не отпускала её! - Успокойся уже! - сердито, громко сказал женский голос. Циркуль, вздрогнув, уронила нож на пол. Взгляд её стал таким стеклянными, таким хрупким... Она просто стояла и смотрела вникуда. В какую-то пустоту, бездну. Стояла и смотрела. В один момент ноги её подкасились, сдались и она упала. Некоторые слёзы пошли по её щекам. - Тавел... - дрожащим голосом начала она. - Это же... Это же мы тогда мою мать убили... Еву... Да, мы её убили... Я... Я всё ещё помню как он убежал, прибежал с ножом и резал ей горло... Я же всё это помню... Циркуль на секунду остановилась. Она сделала глоток воздуха и продолжила. - Никуда она не пропала без вести... Это мы её убили. И на этом дворе тоже она захоронена. Прямо там, под землёй, на этом участке. И... Ведь самого же Калеба... Я убила... Не мы, Тав... Только я. Циркуль замолкла. Она продолжила просто сидеть. Изредка у неё выдавался тихий всхлип или слёзы. Но по большей части она всё продолжала сидеть в объятиях Тавел, совсем ничего не делая. Сама же Тавел даже и не думала отпускать её. Она просто обнимала Циркуль, гладила по волосам, но ничего и не говорила. Порой казалось, что она всё хочет что-то сказать, открывает рот, делает глубокий вдох... Но молчит. И просто продолжает обнимать в этом грязном, душном доме, пропитанным каким-то таким едким, кровавым и старым запахом.