Глава 18. Вечеринка Слизнорта (Часть 2/3)

      В зале были расставлены круглые столики на четверых, покрытые белыми скатертями. Между ними сновали переодетые в официантов студенты, разнося напитки и закуски. Тихо играл джаз. В покоях Слизнорта царила атмосфера оживших страниц старых волшебных хроник.       Лис и Драко сидели вдвоём — к счастью, Поттер и Грейнджер устроились отдельно, с двумя старшекурсниками-гриффиндорцами. Поттер изредка косился в их сторону, но Певерелл, казалось, не обращала на него внимания. — Шампанского? — вдруг раздался за их спинами смущенный голос Лонгботтома.       Малфой обернулся. Белый жилет на животе Невилла разошелся — кажется, тот до сих пор не освоил заклинания для трансфигурации одежды. Пухлые щеки вмиг загорелись почти лихорадочным румянцем — он явно отчаянно желал провалиться сквозь землю, едва увидел, кто именно сидел сейчас за столом перед ним. — Да, спасибо, — Драко сам снял с подноса бокалы. Он слишком долго знал Лонгботтома, чтобы доверить ему такое ответственное задание. Не хотелось, чтобы вечер начался с того, что их с Лис окатят шампанским с ног до головы.       Невилл удивленно ахнул, опасливо поглядывая на него исподлобья. И тотчас поспешил ретироваться, то и дело кидая ошарашенные взгляды на слизеринца. — Теперь я вижу, что у тебя, оказывается, прекрасное воспитание и манеры. Не понимаю, зачем ты так искусно прятал их всё это время, — смешливо протянула Лис, принимая у него из рук напиток. — Берёг для особенного случая. Как видишь, помогло сохранить элемент сюрприза, — Драко уже успел почувствовать себя почти непринужденно — с Певерелл ему оказалось неожиданно свободно и легко.       Она рассмеялась в ответ и отсалютовала ему бокалом. — Тогда за вечер неожиданных открытий! — И за очаровательную открывательницу, — галантно подхватил юноша, учтиво склоняя голову.       Малфой и сам не заметил, как их поначалу вполне светская и степенная беседа постепенно разгорелась и заискрилась — спустя не больше четверти часа он уже взахлёб рассказывал Лис всякую всячину, которая только приходила ему на ум, пересыпая её весьма остроумными шутками и каламбурами. Драко чувствовал себя на вершине мира, глядя, как она хохочет, запрокидывая голову, и как весело блестят большие карие глаза. Его сердце трепетало от счастья и беззаветного, почти детского восторга.       Они болтали обо всём: как забавно выглядел Слизнорт в своем парадном костюме, который, по их предположению, видал еще Мерлина и Моргану; как какой-то когтевранец на прошлой неделе на спор надел заколдованные доспехи из коридора на третьем этаже, а затем не мог совладать с ними и отчаянно гремел на весь Хогвартс, пока его и его непутевых друзей не застукал Филч; о предстоящих каникулах и о странном выборе закусок, которые сегодня предлагали приглашенным — всё же драконий фарш и жабьи печени показались им чересчур экстравагантными!       Когда профессор объявил танцы, и несколько пар нерешительно направились в центр зала, Малфой даже не раздумывал. — Потанцуем? — С удовольствием.       Играла плавная композиция — наверняка, что-то чертовски старое и несовременное, но Драко едва ли успел как следует об этом задуматься: он чуть не подавился вдохом, когда его ладонь коснулась ее талии. Платье Певерелл открывалось глубоким вырезом на спине, и он неожиданно для себя почувствовал ее гладкую кожу под пальцами. Сердце упало куда-то вниз, сладко замирая и трепеща.       Он сильнее сжал ее руку и прикрыл глаза. Отчаянно хотелось, чтобы этот вечер не заканчивался никогда.       Когда мелодия стихла, а парам уже начали аплодировать, Лис украдкой шепнула ему в самое ухо: — Немного душно, правда? Не хочешь выйти на воздух?       В комнатах и вправду было весьма жарко от пламени плавающих в воздухе свеч.       Тихий шепот прошелся по коже словно волна магии — он едва не застонал. Мерлин, так близко. — Кажется, я видел дверь на балкон, — голос предательски дрогнул, и Драко спешно кашлянул, поспешив вернуть себе невозмутимый вид. — Пойдем.       Выход наружу и впрямь обнаружился довольно быстро — прямо за серыми от многолетней пыли занавесками. На ходу Малфой прихватил с подноса зазевавшегося Криви ещё шампанского.       Свежий воздух тут же обдал их лица прохладой, и Лис вздохнула с облегчением. На балкон были предусмотрительно наложены Согревающие чары, поэтому декабрьский мороз не обжигал, лишь слегка доносясь из-под полога магии невесомыми дуновениями. Где-то внизу мерцали факелы, на башнях поблескивал иней, а из-за прикрытой двери в зал доносились приглушённые звуки музыки и голосов.       Певерелл подошла к перилам и теперь задумчиво смотрела куда-то за горизонт, в непроглядную темноту зимних сумерек. Драко встал рядом с ней, облокотившись о холодную кладку балюстрады, и задумчиво потягивал шампанское. Он всё ещё смутно чувствовал тепло её тела на своих ладонях, и оно будто перетекало прямиком в его грудную клетку, мягко согревая.       Лис первой нарушила молчание. — Расскажи мне про школу. Про вас с Гарри. Он упоминал, что ваши отношения всегда были довольно напряженными.       Малфой усмехнулся. — Это было довольно глупо. Думаю, мы с Поттером сражались за звание самого едкого засранца в Хоге. Он хамил мне, я загорался и хамил в ответ. Или я хамил первым — тут всё было от случая к случаю. Однажды я подстроил, чтобы он опоздал на урок Трансфигурации, заколдовав его расписание, а он в ответ высыпал мне за шиворот банку сушеных докси. Никогда еще я так быстро не раздевался.       Певерелл улыбнулась и хитро поглядела на слизеринца из-под ресниц. — Удивительно! По версии Гарри, зачинщиком всегда был ты. — Что ж, должен признаться, что я нарывался первым чаще. Соотношение было примерно… хм-м… думаю, девять случаев из десяти. Может, чуть больше, но не намного.       Девушка расхохоталась, запрокинув голову. Она стояла совсем рядом с ним — волосы спадали на обнаженные плечи, рука с бокалом покоилась на перилах. Драко невольно залюбовался. Однако спустя секунду Лис едва заметно сжалась и поёжилась — сильный порыв ветра с озера не смог сдержать даже полог чар. — Тебе холодно, — не дожидаясь ответа, он быстро снял пиджак и накинул ей на плечи.       Певерелл от удивления даже закашлялась. — Спасибо. Ты подозрительно хорошо себя ведёшь сегодня, Малфой. У тебя температура? — Шампанское ударило в голову, не иначе, — он улыбнулся и поднял бокал, салютуя ей.       Лис прищурилась и отпила из своего.       Глаза девушки блестели в полумраке, и у Драко внутри все сладко сжалось. — Ты очень красивая, — он, кажется, хотел сказать что-то другое, но слова сами сорвались с губ.       Певерелл в ответ лишь мягко усмехнулась, склоняя голову.       И он сорвался: наспех отставив на перила остатки шампанского, Малфой быстро склонился к ее губам — обхватывая ладонями лицо и притягивая Лис ближе к себе. Она ответила сразу.       Дыхание сбилось почти мгновенно, а руки самовольно спустились вниз, оглаживая ее плечи. — Постой, нас могут увидеть, — Певерелл вдруг опасливо поглядела за стекло, где шумела вечеринка. — Думаю, Гарри или профессор будут не в восторге, застав нас здесь. — Ты права, — он позволил ей отстраниться, смущенно отступая на шаг и пряча руки в карманы. — Я повел себя как идиот. — Давай лучше вернемся к остальным? — Я ведь тебе не нравлюсь, да? — зачем он вообще сказал это сейчас? Малфой почувствовал, как его щеки стремительно загораются от стыда. Он вёл себя как сопливый хаффлпафец. — Я не то хотел сказать, забудь. — Нравишься, — Лис поглядывала на него смешливо. — Пожалуй, даже очень нравишься, Драко. — Что? — он неверяще замер, глядя на нее во все глаза. Тоже, наверняка, весьма по-идиотски. — Ты же не думал, что я позволяю себя целовать каждому встречному? — Вуду позволила, — Малфой был готов побиться головой о каменную стену, когда понял, что только что сказал. Но назад дороги не было.       Вопреки его опасениям, девушка лишь рассмеялась: — Ты следишь за мной? — Постоянно, — Драко всё ещё оторопело улыбался от её признания — сердце снова заполошно билось, мешая связно думать. — Но ты же и сам понимаешь, что всё не так просто, — Певерелл неожиданно отбросила шутливый тон и снова посерьезнела. — Ты все еще Пожиратель Смерти. А я — кузина Гарри. Это может не закончиться ничем хорошим для нас обоих.       То, как легко и буднично она произнесла слова «Пожиратель Смерти», поразило юношу до глубины души, и от неожиданности он громко усмехнулся. — Я понимаю и ничего от тебя не требую, Лис, — Малфой сам не ожидал, что наконец сможет вот так запросто назвать её по имени. В груди разошлось приятное тепло. — Просто я не знаю, что мне делать. Я едва могу дышать, когда ты проходишь мимо меня в коридоре, не заметив. Я не могу заставить себя не думать о тебе. Тем более после того как я узнал, каково это — целовать тебя, держать тебя в своих руках.       Откровения лились из него будто сами по себе: он слишком давно сдерживал эти свои мысли и переживания, так что теперь они, завидев небольшую брешь в его выдержке, неистово рвались наружу. Слизеринец слышал надлом в своем голосе, но решил, что уже глупо беспокоиться о таких мелочах.       Певерелл, казалось, немного опешила от этого потока, но старалась не подавать виду. — Что ты предлагаешь? — Я не знаю. Возможно, я хочу знать, что ты не оттолкнёшь меня, если я не смогу сдержаться и захочу подойти ближе, коснуться. Сказать, как прекрасно ты выглядишь. Клянусь не лезть к тебе с поцелуями на глазах у Поттера, — он изобразил усмешку, но наверняка вышло криво. — Ну, хорошо, — девушка выглядела удивленной и сбитой с толку, но явно старалась скрыть свое замешательство. — Это был очень странный разговор, Драко. — Тогда предлагаю завершить его. Можно заняться чем-то более весёлым в этот прекрасный вечер. Например, я был бы не прочь пригласить тебя на еще один танец, если ты позволишь. — Позволю, — Лис посмотрела на него исподлобья, а её губы снова тронула улыбка. — Держи, внутри он мне не понадобится, — она сняла и протянула ему пиджак, направляясь к двери.       Одеваясь, Драко почувствовал, что теперь его одежда неуловимо пахнет ею, и от этого на душе слизеринца сладко потеплело.