Глава 30. Р.А.Б.

      Дом Уизли был непривычно тих, в воздухе витали тревога и напряжение. Даже старые половицы, казалось, поскрипывали теперь как-то зловеще, а завывание закипевшего чайника слышалось тревожной сиреной.       Друзья, по прибытии в Нору, тотчас же принялись за подготовку к поиску крестражей: по их комнатам были разложены карты, заметки, бесчисленные фолианты и свитки, постепенно растущие запасы зелий первой необходимости. В то же время они старались быть осторожными и не раскрывать своих планов перед четой Уизли и прочими членами Ордена — которые периодически наносили визиты родителям Рона. После яростной перепалки с Сириусом и Ремусом, компанию гриффинорцев тоже допустили на совещания. Но там всё больше обсуждали новые исчезновения и налёты Пожирателей, чем разрабатывали план противостояния. Подростки не рассказали остальным про крестражи: после недолгого обсуждения они рассудили, что, если Дамблдор не посвятил Орден Феникса в это, доверив Гарри завершить начатое, то, вероятно, на то были веские причины, и им следовало поступить так же.       Рон целыми днями возился с порт-ключами и его собственной разработкой — артефактами мгновенной темноты, которые у него почему-то постоянно перегревались и в конце концов взрывались, оставляя на лице юноши слой черной копоти — в лучших традициях Симуса Финнигана. Ему частенько помогал Билл, когда наведывался в родительский дом. Казалось, старший Уизли получает от процесса несказанное удовольствие: чертыхаясь и смеясь, он проводил за рабочим столом целые дни — не замечая времени. Хотя, вероятно, это и впрямь было так: ведь за непринуждённой работой и шутливой вознёй с младшим братом он мог отвлекаться от мрачных новостей из внешнего мира, которых с каждым днём становилось всё больше.       Что до Гарри и Гермионы, то они, воспользовавшись помощью близнецов, собирали самое необходимое для побега: раздобыли палатку с заклинанием невидимого расширения, внушительный запас походной еды и даже две запасные палочки, купленные через третьи руки. Они действовали осмотрительно — приобретали вещи украдкой, чтобы не вызвать подозрений.       Лис же всё своё время посвящала попыткам применить активное предсказание — она почти не выпускала фальшивого медальона из рук. Только теперь Гермиона пристально следила за подругой, вынуждая останавливаться, когда та начинала бледнеть и дрожать. Это существенно замедляло процесс, но Грейнджер была непреклонна.       Вот уже две недели Певерелл не могла сдвинуться с мёртвой точки — удержать связь дольше пары мгновений и разглядеть хоть что-нибудь полезное. Лис уговаривала себя не отчаиваться и настойчиво продолжала, хотя терпение девушки уже было на исходе.       В один из вечеров они с Гермионой уже привычно устроились у себя в комнате, и Лис достала из кармана медальон — сжимая его в пальцах и вглядываясь в мутный кристалл. Как и десятки раз до этого, она, следуя указаниям из книги, сосредоточилась на поблескивающих гранях камня, твердо произнося про себя: «Покажи мне». Девушка почувствовала, что её сознание снова затягивает за мерцающую поверхность камня, и все силы бросила на то, чтобы не сорваться с контакта. Обычно на этом всё и заканчивалось.       Однако на сей раз связь вдруг удержалась. Но Лис даже не успела издать радостного возгласа — она уже вышла за пределы собственного разума.       Вокруг было темно, и только перед самыми глазами девушки светилась желтоватая дымка, смутно напоминающая поверхность медальона. Оттуда на Певерелл глядел кто-то, чертовски похожий на Сириуса — только черноволосый и молодой. И от знакомого Лис облика Блэка призрачного юношу отличало большое родимое пятно, расползшееся почти на всю его щёку бесформенной тенью. Измождённый и будто едва живой, он дрожащей рукой бросил тот же самый медальон, что держала сейчас девушка, в каменную чашу с неровными краями. Лис пристально вглядывалась в видение, стараясь запомнить каждую деталь.       Внезапно юноша вскинул на неё взгляд, заглядывая прямо в глаза. Певерелл вздрогнула от неожиданности, но как следует испугаться не успела: таинственный фантом в ту же секунду неловко пошатнулся и повалился навзничь, растворяясь в желтой дымке.       К горлу резко подступила тошнота, мешая вдохнуть — и Лис почувствовала, что, подобно увиденному юноше, тоже падает назад, а перед глазами у неё стремительно темнеет. Краем уплывающего сознания она уловила крик Гермионы. А в следующий миг —отключилась.       Этот обморок не был похож на тот, что приключился с ней в Выручай-комнате: Певерелл будто спала и видела яркий сон. Снова была та лужайка, залитая солнцем, их дом в Аризоне. И бабушка, всё так же стоявшая у крыльца, как и в прошлый раз, и задумчиво смотревшая вдаль, на заходящее за горизонт солнце. — Так значит, у меня всё-таки есть Дар, Ба? — Лис подошла к женщине, беря её за руку — как всегда делала в детстве. — Ты, кажется, и сама уже знаешь ответ на этот вопрос, Лис, — серьезные голубые глаза ласково посмотрели на девушку, а теплые пальцы чуть сжали её ладонь в ответном жесте. — Но этого не может быть! К тому же, я понятия не имею, как им пользоваться. Что если у меня не получится? — Магия сама подскажет тебе. Ты сильная волшебница, лисёнок. Держи силы под контролем, но не противься им. И тогда всё обязательно получится. — Мне бы так хотелось, чтобы ты была рядом и научила меня, Ба. Мне так тебя не хватает, — на глаза, против воли девушки, наворачивались слёзы. Лис ненавидела плакать. — Я всегда рядом, лисёнок. Вот тут, — женщина прижала их сжатые руки к груди Лис, напротив сердца. И мягко улыбнулась девушке. — К тому же, у тебя есть Гарри и твои друзья, которые направят тебя, если ты почувствуешь, что сбиваешься с пути. Кстати, тебе пора возвращаться к ним.       Певерелл кивнула и попыталась улыбнуться, сглатывая набегающие слёзы. — Я люблю тебя, Ба.       В следующую секунду в лёгкие шквалом хлынул воздух — словно Лис не дышала уже сотню лет. Девушка удивленно ахнула — и открыла глаза. ***       Очнулась она на диване в гостиной, под пледом, пахнущим камфорой и травами. Едва открыв глаза и сфокусировав взгляд, Певерелл почувствовала рвотные позывы. Спустя секунду её вывернуло наизнанку — к счастью, Гермиона успела быстро наколдовать кособокий таз.       Голова раскалывалась, а мучительные спазмы не прекращались, забирая у девушки все силы.       Вокруг дивана собрались все нынешние обитатели Норы. И почему-то Сириус Блэк. — Лис, что случилось? — голос Гермионы подрагивал от волнения.       Певерелл попыталась ответить, но снова почувствовала подступающую рвоту. На этот раз первым спохватился Гарри, вовремя подоспев к кузине с уже знакомым тазом. — У неё истощение, — встревоженно воскликнула миссис Уизли. — Девочке нужен сейчас покой. Но вы, юная леди, — она сердито указала пальцем на Гермиону, — расскажете мне во всех подробностях о том, что привело её к этому самому истощению. Все на кухню, живо!       Женщина укрыла Лис пледом, а затем поднесла к её губам флакон с Восстанавливающим зельем. После чего щелчком пальцев погасила лампу, ясно давая понять, что посещение болеющей на сегодня окончено. — Гарри, стой, — хрипло прошептала Лис, пытаясь подняться. — Подойди.       Юноша послушно вернулся, опускаясь на пол рядом с ней и тревожно заглядывая в бледное лицо. — У меня получилось, я увидела его, — Певерелл закашлялась, и кузен быстро протянул ей стоящий рядом стакан с водой. — Спасибо. Он был похож на Сириуса, Гарри. Только с большущей родинкой на щеке. Темные волосы, молодой — может, едва старше нас, — голос Лис сипел, то и дело срываясь на хрип, но она упрямо продолжала: ведь надо было рассказать как можно скорее, пока она не забыла!       Гриффиндорец потрясенно смотрел на неё, сжав ослабевшую ладонь девушки в своей. — Не может быть! Лис, это же просто потрясающе! Ты умница! — едва сказав это, он снова наткнулся взглядом на бледное лицо кузины и тотчас сник, — я поговорю с Сириусом. Попрошу у него старые колдографии Блэков или что-то вроде того, может, ты сможешь его узнать того, о ком было видение. Я всё сделаю, Лис, не переживай. А тебе надо отдыхать, ладно?       Певерелл слабо улыбнулась и послушно закрыла глаза, стараясь подавить новый приступ, который уже закручивался где-то в районе желудка и явно норовил отправить зелье обратно. — Ты лучше всех, сестренка, — Поттер поднялся. — Спи. Мы поговорим, когда наберешься сил, идёт?       После чего тихонько вышел в сторону кухни, откуда уже слышался звенящий от гнева голос Молли.       Лис проводила кузена взглядом и почти тотчас же провалилась в сон. ***       В кухне пахло яблочным пирогом, который они ели за ужином, и свежей мятой — но даже витающие в воздухе уютные запахи не могли разогнать напряжения. Молли Уизли выжидающе смотрела на сидящих за столом Гермиону и Рона, шумно дыша и уперев руки в бока. Когда из гостиной вышел Гарри, женщина глазами указала ему присоединиться к друзьям. А затем, едва сдерживая голос от перехода на крик, сердито начала: — Надеюсь, вы понимаете, что не встанете из-за этого стола, пока не дадите мне внятных объяснений о том, что произошло?! — Лис хотела проверить, передался ли ей дар предвидения, который встречается в их семье, — неуверенно начала Гермиона, съеживаясь под пытливым взглядом миссис Уизли. — Мы полагали, что такая вероятность есть, и это было бы полезно на войне. Но я следила за ней, всё было под контролем. — Под контролем?! — тотчас же вскинулась Молли. — Она едва дышит от истощения! Вы хоть представляете, сколько энергии тратит подобная магия? Ваша бестолковая подружка могла умереть, если вы не в курсе!       Затем она тяжело вздохнула и отвернулась к плите, обтирая глаза. Рон исподтишка переглянулся с Гарри и получил от него едва заметный кивок. В конце концов, они даже не соврали.       Повисшее между ними напряжённое молчание первым нарушил Блэк — он тихонько кашлянул, привлекая внимание Молли, и неуверенно объявил: — Ну, раз все остались живы, а мое присутствие не потребовалось, я думаю, мне пора.       Гарри вызвал крестного по камину, когда Лис упала — потому что перед тем, как потерять сознание, Лис, по словам Гермионы, едва слышно позвала Сириуса по имени. Теперь Поттер понимал, почему. И им с крёстным нужно было поговорить. — Подожди, — поспешно сказал юноша, поднимаясь и быстро подходя ближе, — есть разговор. Я тебя провожу.       Сириус подозрительно прищурился, но кивнул.       Игнорируя недовольный взгляд Молли, они молча направились в прихожую и вышли на крыльцо. На бескрайнее поле вокруг Норы уже опускались сумерки, сопровождаемые стрекотом первых цикад.       Гарри не знал, с чего начать. Но вдруг ясно как день осознал, что помощь Блэка чертовски пригодилась бы им в поисках крестражей — Сириус был взрослее и опытнее. К тому же, он не считал Поттера за ребёнка, и не стал бы препятствовать их миссии. Поэтому гриффиндорец решил рассказать ему всё: и про крестражи, и про фальшивый медальон, и про его двойника с родимым пятном.       Он молча кивнул мужчине в сторону ограды, где была небольшая покосившаяся скамейка, и, не оборачиваясь, направился к ней.       Говорили долго. Когда Гарри наконец закончил свой сбивчивый рассказ, солнце уже полностью село за горизонт, а в небе сквозь невесомые облака бледно проглядывали первые звезды. — И она увидела тебя, Сириус. Или кого-то очень на тебя похожего, с большим пятном на щеке, — он пытливо посмотрел на крёстного, который в одной руке держал медальон, а другой — поднес к глазам записку. — Тот человек и есть Р.А.Б. Я уверен в этом.       Блэк поднял глаза на племянника и усмехнулся. — Родимое пятно, говоришь? Молодой, страшно похожий на меня? — он откинулся на спинку скамейки и задумчиво посмотрел вверх. — Тогда твоя догадка верна. Это и есть Р.А.Б. Или Регулус Арктурус Блэк, если тебе угодно. — Как? Ты знаешь его? — Поттер вскинулся, во все глаза глядя на невозмутимое лицо мужчины. — Разумеется, я знаю собственного брата, — невесело усмехнулся Сириус — Он был Пожирателем, в Ближнем кругу, одним из Его любимчиков. Тогда Тёмный Лорд ещё был молод, и его последователи были ему скорее сторонниками, чем слугами. Но Регулус исчез — никто так и не нашел ни единого следа. Не скажу, что я был сильно расстроен, ведь наши отношения всегда были, — тут он снова хмыкнул, — напряженными. Но факт остается фактом: в последние шестнадцать лет его никто не видел.       Гарри, воодушевившись было неожиданной находкой, теперь снова сник, разочарованный рассказом крёстного: от исчезнувшего Р.А.Б. было мало толку. Юноша уперся локтями в колени, задумчиво изучая песок под ногами. — И, вероятно, он забрал крестраж с собой. Уничтожил ли он его?       Сириус похлопал Поттера по плечу. — Мне кажется, Гарри, что пока рано вешать нос. Комната Регулуса стояла нетронутой со дня его исчезновения. Даже я за три года в отчем доме ни разу не поднимался туда. Не было нужды. Но сейчас, я думаю, пришла пора покопаться в старых нафталинах моей родни. — Точно, ты же можешь обыскать его комнату! — Гарри снова нерешительно улыбался новому проблеску надежды. — Нет, Гарри, не я. Мы. Мы с тобой и с твоими друзьями перероем комнату Регулуса и весь чертов Гриммо. Но боюсь, для этого вам придется перебраться ко мне — там Мерлин знает сколько кладовых и тайников, набитых всяким хламом.       Не в силах усидеть на месте от волнения, юноша вскочил на ноги. Но тотчас же замер и воскликнул: — Но Сириус, как же миссис Уизли? Ведь когда мы с Роном уговаривали её разрешить перебраться к тебе две недели назад, она закатила страшный скандал. — Молли я беру на себя, — мужчина поднялся вслед за крестником и, приобняв того за плечи, мягко подтолкнул в сторону дома. — Веришь или нет, я умею убеждать женщин. — Меринова борода, Сириус, я не думаю, что хочу знать об этом больше, чем ты уже сказал.       Блэк расхохотался и пихнул его в плечо. ***       В кухне было тихо — миссис Уизли отпаивала заплаканную Гермиону чаем с ромашкой, а Рон мрачно ковырял в тарелке яблочный пирог.       Сириус что-то тихонько шепнул Молли на ухо, украдкой показывая в сторону крыльца. Та нахмурилась, но последовала за ним.       Гарри же подсел к друзьям, склоняясь к ним почти вплотную: — Как только Лис придёт в себя и поправится, мы переезжаем к Сириусу. Он узнал, кто такой Р.А.Б: это его брат Регулус. И в Блэк-холле могут быть следы настоящего крестража. Мы напали на след!       Он вкратце пересказал им давешний разговор с крёстным. Оба слушали молча, но глаза подростков засветились кипучим энтузиазмом — наконец-то их поиски вышли из тупика, и теперь у них в руках была хоть какая-то нить, которая могла привести их к крестражу. — Нет, ни за что! Нет, Блэк, даже не думай! После того, что они сегодня устроили, я глаз с них не спущу!       Молли влетела в кухню рыжим ураганом, снова сердито глядя на сидящую за столом компанию. — Марш спать! — её лицо раскраснелось, а массивная грудь тяжело вздымалась. — И чтобы больше никаких глупостей.       Рон и Гермиона тотчас же поспешили наверх — спорить с разъярённой миссис Уизли было себе дороже. Особенно после сегодняшнего скандала. Гарри же незаметно свернул в гостиную, где спала Лис.       Кинув грустный взгляд на изможденное лицо кузины, он сдёрнул с соседнего кресла пушистый плед и завернулся в него, устраиваясь на полу подле ложа девушки.       Рука Лис свесилась с края её импровизированной постели, и в голубоватом свете луны выглядело как-то беспомощно и особенно трогательно. Юноша трепетно коснулся её холодных пальцев, чуть сжимая их в своей ладони. Затем вздохнул и повернулся на бок, стараясь устроиться поудобнее. Он сам не заметил, как вскоре заснул.