Глава 37. Дар

      Дом на Гриммо будто замер: напряжение и тревога сгустили воздух в комнатах настолько, что обитатели особняка Блэков едва ли могли вдохнуть полной грудью.       После происшествия с крестражем девушку перенесли в отдельную спальню на первом этаже и опутали её безвольное тело пеленой сигнальных чар — чтобы успеть среагировать, когда она придёт в себя. Если она придёт в себя.       Рон и Сириус с опаской поглядывали на запертую дверь её комнаты, слоняясь из кухни в гостиную — не столько от безделья, сколько чтобы оказаться рядом и при необходимости помочь Гарри, когда послышится заветный сигнал. Грейнджер остервенело разбирала заброшенные верхние комнаты: смахивала тяжелые слои пыли с мебели и собирала старый хлам в мешки. Ей нужно было двигаться, что-то делать, чем-то занять мозг и тело — чтобы не осталось времени думать о случившемся с Лис.       Поттер же проводил у постели кузины дни и ночи напролёт, то и дело трогая кончиками пальцев прохладный лоб Певерелл или невесомо сжимая её ладонь в своей. Гриффиндорец не пускал к ней друзей и с того злополучного утра даже не обмолвился с ними ни единым словом — он винил их в случившемся, и даже не трудился это скрыть. Однако, несмотря на страх за Лис и трепетное желание поскорее увидеть её в добром здравии — или хотя бы в сознании — юноша не выпускал из ладони волшебной палочки. Потому что Поттер был чертовски напуган, и едва ли смог бы признаться даже самому себе, чего он боялся больше: что Певерелл больше никогда не очнётся или что очнётся чудовищем.       В то утро гриффиндорец проснулся поздно. Он и сам не смог бы сказать, что именно разбудило его: плотные гардины не пускали в спальню солнечный свет, а дом был безмолвен и недвижим. Даже возни и причитаний Кричера, вопреки обыкновению, было не слыхать. Однако, едва открыв глаза, Гарри мигом пришёл в себя, подбираясь и настораживаясь — что-то было не так. Инстинктивно нащупав рукоять палочки в кармане, юноша прислушался и осмотрелся. И едва не вскрикнул от неожиданности — постель Певерелл была пуста.       А спустя несколько мгновений откуда-то сверху послышался громкий взвизг Гермионы.       Не тратя больше времени на раздумья, Поттер рывком поднялся на ноги и бросился на помощь подруге. На лестнице он столкнулся с выскочившим на всех парах из гостиной Роном. — Какого чёрта не сработали сигнальные чары? Ты снял их?! — подрагивающим от напряжения голосом выговорил Уизли, пока они взбегали по скрипучей лестнице. — Я ничего не делал, клянусь! — от волнения Гарри совершенно забыл, что не разговаривал с ним и держал серьезную обиду. — Я понятия не имею, как она смогла незаметно выбраться.       До их слуха снова донёсся голос Грейнджер — только теперь уже тихий и надсадный. Она была на третьем этаже. Юноши, быстро переглянувшись, поспешили туда.       Гермиону они обнаружили в одной из пыльных гостевых спален в конце коридора: она крепко обнимала едва стоящую на ногах Лис и плакала. Певерелл же стояла неподвижно и как-то неловко обвила руками спину подруги в ответ. Обе девушки почти синхронно повернулись на звук их шагов. — Лис! Какого чёрта ты не разбудила меня? Как тебе удалось снять сигнальные чары? — Поттер налетел на кузину, подхватывая на руки и приподнимая её над полом.       Певрелл в ответ слабо, вымученно улыбнулась. — Прости, я как-то не подумала об этом. Просто услышала, как Гермиона где-то далеко напевает себе под, нос и пошла на звук. — Как ты себя чувствуешь? Ты здорово нас напугала, сестренка! — с этими словами гриффиндорец попытался было поставить кузину обратно на пол, но едва он отнял руки, как девушка покачнулась, едва не падая. — Ты еще слишком слаба, я отнесу тебя в постель.       Лис покорилась, не говоря ни слова и устало откидывая голову к его плечу. — Мы думали, ты пролежишь в отключке еще несколько дней минимум, — медленно проговорил Рон, с недоверием вглядываясь в её бледное лицо. — Быстро ты в этот раз!       Гарри бросил на него сердитый взгляд, но ничего не сказал. А затем осторожно понёс кузину обратно к лестнице. — Что ты там видела? — лицо Гермионы, несмотря на размазанные слёзы и неверящую улыбку, выдавало тревогу. — Ты так нас напугала! Знаешь, я даже подумала на секунду, что частичка души Реддла вселилась в тебя, ведь твои глаза… Они стали вдруг такими страшными.       Певерелл с явным усилием подняла голову и обратила на подругу чуть затуманенный взгляд. — Это было чертовски страшно. Оно сначала сопротивлялось — я увидела руки, тянущиеся ко мне из пустоты, из-под граней камня. Он душил меня. Я чувствовала хватку на своем горле, это было ужасно, — голос сорвался, но Лис откашлялась и продолжила: — А потом я подумала о том, что это всё ненастоящее. Что он лишь фантом, и не может причинить мне вреда. И тогда я заставила его пустить меня, показать. И у меня получилось! — она снова нерешительно улыбнулась. — Я словно связалась с другими крестражами, заглянула и в них. Теперь я знаю, что мы ищем. — Это всё потом, сейчас тебе нужно отдыхать, — Гарри с нежностью глядел на кузину — кажется, уже совершенно забыв о том, что не больше получаса назад всерьёз её опасался. — Ну уж нет, мы и так потеряли уйму времени, — голос Певерелл вдруг перестал быть вялым и уставшим. В тоне девушки проскочили раздражённые нотки. — Нам нужно как можно скорее начинать поиски и наверстать упущенное! — Но Лис, ты только пришла в себя, тебе нужно восстановиться! — Поттер заглянул в карие глаза, под которыми залегли глубокие синяки. — Ты выглядишь паршиво и, думаю, чувствуешь себя не лучше сейчас. — Нет, я в порядке. Я уверена. Давайте, живее, несите меня в постель и начнём!       Рон потянул Гермиону за рукав, заставляя её на несколько шагов отстать от товарища. — Тебе не кажется, что она ведет себя странно? — он озадаченно глядел на подругу, едва заметно нахмурившись и поджав губы. — Словно механическая кукла. Будто она даже не обрадовалась, что всё благополучно закончилось и что она осталась жива. Будто не рада снова видеть Гарри и нас. Да и на вопрос про чары она так и не ответила. Как ей удалось их обойти? — Хотела бы я сказать, что всё в порядке, — вторя ему, так же тихо отозвалась Грейнджер, — но я тоже думаю об этом. Она слаба и вымотана, это факт. Но Лис и впрямь ведёт себя чертовски странно, — она замолчала на мгновение, но затем словно заставила себя продолжить: — Впрочем, может быть, это просто шок. Не каждый день, знаешь ли, доведётся заглянуть в душу Волдеморта. Одному Мерлину известно, что было бы со мной, окажись я на её месте. — Думаешь, не опасно оставлять его с ней наедине? — Рон недоверчиво покосился на осторожно ступающего по лестнице Поттера. — Ты ведь заметила сейчас, что она не удивилась, когда ты сказала ей про чёрные глаза? Как будто то было в порядке вещей, и она знала, что это за чертовщина.       Гермиона только судорожно выдохнула в ответ и стремительно зашагала вслед за удаляющимися друзьями. *** — Их осталось четыре, — Лис отрешённо глядела в окно, игнорируя напряжённо изучающих её взглядами товарищей. — Я не видела, что это, потому что будто бы была этими предметами. Но видела, что вокруг. Вместе с медальоном и уже уничтоженными крестражами выходит семь. Тёмный Лорд разорвал свою душу буквально на горох, — она хмыкнула. — Ты говорила про золото, хранилище и маледиктуса. И еще ты говорила «я», — Гермиона настороженно смотрела на подругу, ожидая пояснения. Они успели настроить разных теорий, и девушке нетерпелось наконец услышать, куда же они направятся в своих поисках. — Да, сначала я увидела огромные кучи галлеонов — там была просто прорва денег. Едва ли у отца есть столько налички на всех его счетах вместе взятых, сколько я увидела в одной лишь той комнате. Это было похоже на банковскую ячейку: я помню огромную дверь с таким дурацким штурвалом — как обычно ставят в банках, — Лис нахмурилась. — Не могу припомнить ничего конкретного — ни фамильных гербов, ни портретов. Оно может быть где угодно. — Но раз ты говоришь, что это были галлеоны, значит, круг поиска сужается до Магической Британии, — подал голос Рон, — а у нас тут только один банк.       Гермиона подняла брови, удивлённо хмыкнув. — Что? Если я получал Троллей за эссе в школе, это не значит, что я тупой, — мгновенно насупился Уизли. — Отлично, значит, первый из оставшихся крестражей в Гринготсе, — Гарри от волнения стал мерить шагами комнату, словно мыслями был уже где-то на полпути к заветной добыче. — Но как мы найдём именно ту ячейку, в которой спрятан крестраж? Этот банк просто невероятно огромен — я был там с Хагридом, и мы не меньше четверти часа потратили только на то, чтобы домчаться до нужного нам сейфа на вагонетке! — Нам нужно будет всё как следует обдумать. Вероятно, нам придётся схватить кого-нибудь из Пожирателей и как следует допросить. Или я попытаюсь снова заглянуть в медальон и на сей раз добраться до сознания самого Тёмного Лорда. Посмотрим, насколько он силён в окклюменции, — смешливо протянула Певерелл, и в чертах девушки на мгновение мелькнуло что-то хищное. — Это исключено! Ты больше и на милю не подойдешь к крестражам — я не позволю! — тотчас вскинулся Поттер, подлетая к кузине и заставляя её обратить на себя затуманенный взгляд. — Это мы ещё посмотрим, — неопределённо махнула рукой Лис, и, не давая Гарри продолжить раздражённую тираду, быстро добавила: — второй крестраж в Хогвартсе. — Что?! — Поттер, казалось, враз растерял весь запас раздражения — теперь он, вытаращив глаза, шокированно глядел на кузину. — Ты уверена?! — Абсолютно. Это тоже было огромное хранилище, но только вместо денег там был старый хлам: сломанная мебель, гобелены, обрывки пергаментов. И ещё я увидела сваленные в углу флаги факультетов. Так что, да: я уверена. Более того, я почти не сомневаюсь, что мы говорим сейчас о Выручай-комнате. За полтора года в школе я не так уж хорошо изучила замок, но всё же ни разу не видела ничего подобного. — Да, это должна быть она, — Гермиона от волнения теребила край футболки, уже почти прорвав его насквозь. — Я слышала, что её используют как склад старых вещей, ведь она буквально бесконечно огромна! — И это паршиво, — вновь мрачно отозвался Рон. — Искать в бесконечно огромной комнате с хламом то, не знаю что, звучит как загадка со звездочкой. Ведь мы понятия не имеем, что это за предмет, и... — Я услышу его, — воодушевлённо перебил его Гарри, — медальон говорил со мной на парселтанге. Мы просто будем идти и слушать. У нас получится — должно получиться!       Уизли недоверчиво усмехнулся, но в его взгляде промелькнуло нечто похожее на оживление. Гермиона, поддавшись восторженному порыву, сжала локоть друга подрагивающими пальцами. Рон сперва кинул на неё вопросительный взгляд, но, заметив раскрасневшееся от волнения лицо девушки, осторожно накрыл её руку своей.       Одна только Певерелл, казалось, не разделяла всеобщего ажиотажа. Девушка по-прежнему со скучающим видом глядела в окно — словно беседа, которую они вели, была не только малозначима для неё, но и ещё и чертовски скучна. — Мы знаем уже два из четырех — это просто поразительно! Я и подумать не могла, что мы так продвинемся в один миг! — взволнованно проговорила Грейнджер. — Но это еще не всё, — Лис, повернулась к подруге. — Следующим был маледиктус. — Почему ты уверена, что это был маледиктус, а не просто большая змея? — Гарри подсел к кузине на кровать. — Ты ведь сказала, что не видела крестражей со стороны. — Верно, — Лис насмешливо склонила голову, — но я словно была внутри неё — на несколько мгновений стала просто чертовски огромной змеёй. Я чувствовала её сознание рядом со своим, слышала мысли, испытывала эмоции вместе с ней. И это было человеческое сознание и человеческие мысли, Гарри. Она радовалась, что ползла питаться плотью. Не хочу думать, чьей. — Где она была? — Понятия не имею. То ли подвал, то ли подземелья. Рядом никого не было, ни единой души. — Какая-то жуть, — Гермиона передернула плечами и поёжилась. — Тебе было страшно? — Нет, отчего же. Я бы даже сказала, что это было весьма приятно. Ведь я ползла есть вместе с ней. И была зверски голодной, — Лис флегматично хмыкнула, и Грейнджер посмотрела на подругу в недоумении — пытаясь понять, серьезно ли она говорит или, как обычно, шутит. — Нет, я не иронизирую, — Певерелл заметила её взгляд и посмотрела в ответ прямо и серьезно. — Это Нагайна, — Поттер задумчиво оглядел друзей, — я уверен. — Маледиктусы очень редки, поэтому это единственный возможный вариант, — отозвался Уизли. — Чарли рассказывал, что в их питомнике есть несколько экземпляров, но это последние на всём свете, потому что Министерство уже давно нашло способ обратить Кровное проклятие на ранних стадиях. — Допустим, что так, — голос Гермионы подрагивал от волнения. — Но что означало «я»? Ты имела в виду, что была змеей? — Нет, просто в конце я увидела себя. Со стороны. Глазами Гарри, — девушка окинула взглядом ошарашенные лица друзей и вдруг усмехнулась. — Он и есть последний крестраж. — Этого не может быть! — Грейнджер подлетела к Лис и тряхнула её за плечи. Та ватной куклой качнулась вслед за движением, но никак не отреагировала. — Что ты несёшь, Лис?! Да приди же ты уже в себя! Это не может быть правдой!       Поттер с ужасом осматривал своё тело, словно пытаясь осознать, что всё это время у него был сосед, притом весьма мерзкий и опасный. После всего произошедшего причин не поверить кузине на слово он не видел. Юноша тихо пробормотал — едва слышно за криками Гермионы: — Это значит, что он во мне? Как же его вытащить?! — Я не знаю, Гарри, — Певерелл смотрела мимо неистовствующей подруги, которая не прекращала отчаянно её трясти. Голова Лис болталась в такт рывкам тонких пальцев, и это выглядело презабавно. Однако никто не засмеялся. — Но я знаю, что ты будешь в порядке.       Руки Гермионы моментально остановились, и та в отчаянии заглянула Лис в лицо. — Что? — сорванный шёпот вышел почти свистящим. — Я не рассказывала вам, потому что не знала, как это может быть связано, — девушка внезапно замялась. — Мне было видение — давно, ещё Хогвартсе, — что я не переживу этой войны. Потому что должна буду пожертвовать собой ради Гарри. Чтобы он выжил и победил. Поэтому я знаю, что даже после того, что мы сейчас выяснили, с ним всё будет хорошо. Не бойся, Гарри, тебе ничего не грозит.       Грейнджер шокированно отступила, закрывая рот ладонью. В на несколько секунд комнате воцарилась мёртвая тишина. — Я пока не могу понять, как именно всё произойдет, но чувствую, что мы на верном пути, — она снова окинула взглядом изумленно молчавших друзей, которые смотрели на неё сейчас во все глаза. — Что за дерьмо ты несешь, Лис? — Поттер отмер и в два шага подскочил к кузине, так же как и Гермиона только что, уцепляясь за её за плечи и сильно встряхивая. — Я не дам тебе пожертвовать собой! Ни ради меня, ни ради кого-то ещё! — О нет, Гарри, не думаю, что у тебя есть выбор. Так нужно сделать, понимаешь? Это единственный выход. Поверь мне, прошу тебя, — Лис, игнорируя его крик и настойчиво трясущие её руки, смотрела в ответ спокойно и почти ласково.       Раздалась звонкая пощёчина. Голова Певерелл отлетела к спинке кровати, глухо ударяясь о неё затылком. — Замолчи! Не смей так говорить, чёрт тебя дери! — Поттер в отчаянии схватился за волосы и сжал голову руками. — Этого не будет!       Девушка не ответила. Она приложила ладонь к пострадавшей щеке и удивленно повернулась к кузену. — Лис?       Ответа не последовало — Певерелл шокированно глядела на юношу. В её карих глазах быстро собирались слёзы. — Лис, прости, я не хотел! — Гарри снова с силой сжал голову руками. — Но ты не должна так говорить. Прости, я не хотел! — Почему ты меня ударил?       Поттер замер. — В смысле «почему»? — раздражённо вклинился в разговор Уизли, отвечая вместо друга. — Потому что ты зашла слишком далеко! Это уже давно перестало быть нормальным, и теперь, признаться честно, до чёртиков меня пугает. Держу пари, что ты прекрасно знаешь, что с тобой происходит, просто за каким-то Мерлином ломаешь перед нами комедию. Хватит уже этих игр, Певерелл! — его голос поднялся до высоких, истеричных нот. — Каких игр, Рон?! — Лис смотрела почти жалобно, её взгляд перестал быть стеклянным и пустым. Теперь в нём плескались растерянность и обида. — Почему ты меня ударил? —повторила она, снова обращаясь к замершему в нерешительности кузену. — Постойте! — Гермиона снова подошла к кровати подруги и опустилась на край. — Ты помнишь, что сейчас было? — Ну да, я рассказывала вам о том, что видела. Очень странно: я будто слышала себя со стороны. Хотя это говорила точно я, я знаю, — Лис нахмурилась. — Мне было так спокойно, — она снова потрогала щёку. — А сейчас меня словно вытащили из воды. Стало так громко и так больно… — Я думаю, у тебя все еще стресс и шок, Певерелл. Давай-ка ты полежишь тут немного, а мы пока спустимся в кухню и раздобудем что-нибудь на обед. Тебе надо поесть, — Гермиона встала и махнула Гарри и Рону рукой к выходу, чтобы следовали за ней. — Если не сможешь заснуть, мы придем через полчаса и заберем тебя обедать. Договорились? — Договорились… — голос Лис звучал нерешительно, но она вдруг нервно усмехнулась, — думаю, лучше с вами согласиться, чем снова получить по лицу. К тому же, мне срочно нужно в уборную.       Гарри бросился было к ней, но Грейнджер остановила его строгим взглядом. Юноша вздохнул и нехотя направился вслед за подругой. Им многое предстояло обсудить. *** — Что за дерьмо только что произошло? — Рон нервно расхаживал по большой кухне поместья Блэков, насупив брови и скрестив руки на груди. — Какого дьявола она устраивает эти спектакли?! — Это не спектакли, Рон. Я думаю, произошло то, чего она боялась, — Гермиона смотрела перед собой, сосредоточенно обдумывая произошедшее. — Та самая родовая магия забирает её сознание, когда она использует её. Лис больше нельзя обращаться к Дару, — она вновь взволнованно затеребила пальцами футболку, на кромке которой уже зияла дыра. — Сейчас её привела в чувство пощечина Гарри. Это было необходимо, хватит себя винить! — девушка ткнула пальцем в болезненно скривившегося Поттера, привлекая его внимание. — Считай, ты спас её сейчас! — Что мы наделали? — Гарри раскачивался на стуле, в упор глядя на Гермиону, но словно не замечая её. — Это всё наша вина. Мы уговорили Лис пойти на это. И теперь она не в себе! — Никто её не уговаривал, она сама согласилась! — голос Рона сорвался на возмущенный взвизг. — Я, конечно, понимаю, что она твоя кузина Гарри, и что ты любишь её, но она меня пугает! Это не нормально. Она ненормальная! — Немедленно закрой рот, Рональд! — Грейнджер начинала не на шутку злиться. — Лис не виновата в том, что произошло, и, более того, она предупреждала нас. Это мы убедили её, что всё будет в порядке. — Но вот только ни хрена теперь не в порядке! Она превратилась в какую-то пугающую срань! — лицо Уизли налилось краской, а ноздри юноши раздувались. — Замолчи, Рон! — прикрикнул Гарри на друга, сжимая руки в кулаки. — Не смей так говорить о моей сестре! — Она тебе даже не сестра, если на то пошло! — юноша словно выплескивал в злость всё то напряжение, что копилось в нём эти дни. — Она вообще тебе никто! Свалилась из ниоткуда, начала творить какой-то лютый кошмар. Да, она пытается помочь. Да, хрен с ним, она и впрямь помогла, но вы видели эти её черные глаза тогда? А выражение её лица, когда она без предисловий и за здорово живешь заявила, что Гарри должен умереть? И что она, такая вся классная и незаменимая, готова умереть вместо него, потому что какие-то сраные голоса в голове сказали ей об этом?! Может, она помогает нам убить Лорда сейчас, чтобы самой занять его место? Она чокнутая и становится с каждым разом все сильне… — закончить свою яростную отповедь Рон не успел, потому что ему в скулу прилетел кулак Поттера.       Уизли без колебаний отпихнул друга и ударил в ответ, метя в глаз. Но тот успел увернуться, тотчас же хватая со стола тяжелую чугунную сковородку — в которой Гермиона собиралась было жарить яичницу. Однако ударить не успел: сковородка вылетела из руки, гулко ударяясь о стену. Грейнджер направляла на них палочку, шумно и надсадно дыша. — Прекратите вы оба! Немедленно! — её голос звучал глухо и непривычно опасно. — Живо отошли друг от друга, иначе пожалеете. Ну же!       Юноши, всё ещё злобно косясь друг на друга, разошлись по разным углам. Гарри снова устроился на стуле у окна, а Рон устало прислонился к стене. — Значит так. Сейчас мы будем обедать. Лис нужно восстановить силы и поесть. Не смей, Рональд, иначе я тебя прокляну! — она предупредительно вскинула руку с палочкой в сторону подорвавшегося было с места Уизли. — Лис сейчас тяжело. И мы должны быть рядом и поддерживать её, а также следить, чтобы она оставалась собой. Если она не будет больше обращаться к родовой магии — а этого нам больше не потребуется, — то никакой проблемы возникнуть не должно. Её с детства учили держать силы под контролем, и я уверена, что она справится. Если мы будем видеть, что Лис теряет контроль — обратимся к её родителям, и они помогут. Мистер Певерелл явно знает об этом больше нашего, — девушка прищурилась, окидывая взглядом притихших парней. — Вы все уяснили? Рон? — Да, все уяснили, — Уизли по-прежнему раздражённо сопел, но всё же послушно вскинул руки в примирительном жесте. — Больше ни одного дурного слова о ней. Но, чтобы вы знали, — не удержался он, мстительно глядя на Гарри, — она мне не нравится. — Да и пошел ты! — хмуро отозвался Поттер со своего стула. — Вот и славно, — заключила Гермиона, опуская палочку. — А теперь за дело: помогите мне нарезать овощи и бекон. ***       Вернувшись в спальню, Лис с трудом взобралась на высокую постель — силы были на исходе, а к горлу уже привычным мутным комом подступала тошнота. Девушка сжала ноющие виски пальцами и и стала нервно раскачивалась взад-вперед — в попытке сбросить напряжение и привести мысли в порядок. Однако с каждой минутой многоголосый шум в голове лишь нарастал, а по венам зудящим холодом расползался ужас: один из крестражей был в Гарри, и это пугало девушку почти до икоты.       Певерелл снова и снова перебирала все известные ей теперь факты, но они никак не желали складываться в сколько-нибудь целостную и логичную картинку. Во-первых, Лис была уверена, что ей придется пожертвовать собой ради жизни Гарри, но она понятия не имела, как и когда; во-вторых, в Поттере находилась частичка души Тёмного Лорда, которую необходимо было уничтожить — однако возможно ли это было без вреда для самого Гарри, Лис тоже не знала; и в-третьих, согласно Пророчеству, только её кузен мог убить Волдеморта, так что ему было необходимо мало того, что остаться в живых, так ещё и избавиться к тому времени от крестража внутри себя.       Лис в отчаянии откинулась на подушки и зажмурила глаза. Перед закрытыми веками тотчас же всплыл образ Ба из последнего видения — и её слова о том, что магия может помочь, подсказать верный путь. Что если и впрямь попробовать положиться на Дар? Ведь что как не предвидение способно приоткрыть завесу будущего и дать ответы на столь важные сейчас вопросы? Озарившая девушку идея была совершенно безумной и, возможно, даже глупой. Но Певерелл отчаянно ухватилась за неё, ощущая что-то сродни смутному проблеску надежды.       Снова сев на кровати, Лис глубоко вдохнула и заставила себя сосредоточиться. Затем она закрыла глаза и тихонько произнесла — изо всех сил мысленно взывая к магии внутри себя: — Подскажи мне, как спасти его. Направь меня. Покажи мне.       Однако ничего не произошло. Из кухни всё так же доносились обрывки ожесточённого спора друзей, на стене тихо отстукивали лунные часы, а рассохшиеся пословицы старого дома жалобно поскрипывали где-то в коридоре. Певерелл разочарованно выдохнула и открыла глаза. — Впрочем, это изначально было бесперспективным, — раздосадовано прошептала она себе под нос и поднялась с кровати. Голова закружилась от слабости, но девушка, игнорируя приступ дурноты, подошла к окну и опустилась на широкий подоконник. Ей вдруг до чёртиков захотелось вдохнуть свежего воздуха, пройтись по улицам летнего Лондона. И, почему-то, увидеть Драко. Она тихонько усмехнулась себе под нос. Слизеринец был таким растерянным и сбитым с толку тогда, в Хогвартсе. Но явно счастлив снова увидеть её: серые глаза радостно блестели из-под маски Пожирателя, а едва она освободила его и поцеловала, как на лице юноши отразился такой детский восторг, что это было почти трогательно. Впрочем, не почти — это действительно было чертовски трогательно. Где он теперь? Чем занят сейчас? Вероятно, выполняет очередное поручение Волдеморта или готовится в новый рейд. А может, тоже думает о ней. Интересно, вспоминал ли он о Лис в последние месяцы?       Певерелл, грустно улыбнувшись своим мыслям, отвернулась от нагретой солнцем брусчатки за пыльным окном и посмотрела на своё отражение в большом зеркале напротив. Лицо было бледным и изможденным, плечи сгорблены, а глаза заметно ввалились от усталости. На подбородке виднелся едва заметный бордовый след— видимо, у неё снова шла кровь от применения ментальных чар. Да уж, сказочная красотка. Как о такой не вспомнить.       Однако досада от собственного жалкого облика в следующий же миг отступила на второй план: Лис заглянула в свои глаза в отражении. И едва не вскрикнула: те стали быстро менять свой облик, наполняясь непроглядной чернотой. — Что за…?       Договорить она не успела. Внезапно накатившая слабость ударила в грудь, заставляя девушку сдавленно выдохнуть и судорожно схватиться за подоконник. Затем Певерелл снова потеряла сознание.       На сей раз не было ни тёплой лужайки, ни родного дома, ни Ба. Лис стояла в непроглядной темноте — ни по сторонам, ни сверху, ни даже под её ногами не было ничего, кроме плотного чёрного тумана.       «Как будто я в артефакте мгновенной темноты Рона», — некстати подумалось Певерелл, и она нервно хмыкнула.       Появляться из темноты никто не спешил — Лис была здесь одна. С минуту она пыталась вглядеться в зияющий мрак, но всё было тщетно. Тогда Певерелл решилась сделать шаг вперед. Один, затем ещё и ещё.       Она не знала, сколько шла так, вслепую, зачем-то вытянув руки перед собой и поминутно оглядываясь. Но пейзаж вокруг не менялся ни на йоту: всё тот же густой туман, всё та же гулкая пустота. — Где я? — голос Лис не разошелся эхом, а словно раздался в её собственной голове. — Ты в обмороке, Певерелл, — неожиданно прозвучало в ответ.       Это был её собственный голос — и в нём без труда угадывалась насмешка. — Какого Мерлина происходит? Кто ты? — девушка вдруг почувствовала, что начинает злиться. — Я — это ты, Лис. Ты обратилась к своему сознанию, к своему Дару. И он отозвался. — Нихера себе, — она остановилась и нахмурилась. — А впрочем, это не так важно. Ты поможешь мне? — Помогу тебе с чем? — Не валяй дурака, сама же сказала, что ты это я, а значит, понимаешь, о чём речь: как спасти Гарри? Как именно я должна пожертвовать собой, чтобы он остался жив и победил Тёмного Лорда? — Люблю это в нас: сразу к делу, без лишних предисловий, — отозвался голос. — К сожалению, даже дар предвидения бессилен в точности предсказать грядущее, так как оно ещё не определено. Однако, среди множества всех вероятностей развития событий, одно остается бесспорным и неизбежным: Гарри Поттер будет поражен смертельным проклятьем. Но, как ты знаешь, лишь он может убить Темного Лорда, поэтому, чтобы победить, ему необходимо выжить. — Как уничтожить крестраж внутри него? — Я не знаю, Лис. Не забывай, ты говоришь с собственным сознанием: не зная ответа на вопрос, ты не найдешь его тут. — Отлично, что ты можешь мне рассказать в таком случае? Зачем я здесь? — Чтобы получить ключ, который есть внутри тебя. И чтобы сотворить высшую магию, не доступную извне: лишь честно ответив своему сознанию, ты можешь получить желаемое. — Ответив на что? — Ты готова отдать свою жизнь за жизнь Гарри Поттера? Готова пожертвовать своей душой? — Да, — Певерелл не думала ни секунды — она уже давно всё решила и теперь точно знала ответ.       Едва произнеся это короткое слово, Лис резко открыла глаза.