Глава 38. Свадьба в Норе

      Навязчивое внимание Астории и выходка Нотта почти безраздельно занимали мысли Драко в последнее время, так что он едва ли вспоминал про грядущую войну и Тёмного Лорда. Однако его хозяин внезапно напомнил о себе сам — прибыв в один из вечеров без предупреждения в мэнор и созвав ближний круг для очередного совещания. Малфой понятия не имел, где пропадал Волдеморт в последние пару месяцев — от него не было ни вестей, ни вызовов, ни новых приказов.       Теперь же, сидя в полутёмной гостиной родного дома, в напряжённом молчании собравшихся на зов Пожирателей, слизеринец снова чувствовал позабытые им было липкий страх и подступающую к горлу тревогу. — Друзья мои, — неспешно начал Лорд, когда последние из приглашённых в спешке заняли свои места за столом, — у меня для вас есть отличные новости: во-первых, мне удалось склонить на нашу сторону нескольких влиятельных людей в Министерстве магии, которые теперь стали моими верными соратниками. Кроме того, в нашей власти теперь не только само Министерство, но и Аврорат.       За столом раздались воодушевленные шепотки. Но Волдеморт остановил радостное волнение рукой, призывая продолжить внимать ему. В быстро воцарившейся тишине владыка продолжил: — Это позволит нам действовать решительно и открыто — авроры больше не станут нам помехой. И мы в скором времени сможем покончить с Поттером и сопротивлением. Они в меньшинстве и почти беззащитны.       Новый поток восхищённых восклицаний он не прерывал, с хищным удовольствием оглядывая радостные лица собравшихся. — Мой Лорд, но как мы найдём мальчишку? Никто не видел его после побега из школы, — Беллатриса оскалилась, демонстрируя гнилые зубы, и заискивающе посмотрела на хозяина.       Тот, казалось, ждал именно этого вопроса, потому что змеиные черты желтоватого лица вмиг наполнились неподдельным торжеством. Он растянул тонкий рот в подобии улыбки и смерил свою верную соратницу снисходительным взглядом. — Об этом я как раз и намеревался сообщить вам сегодня. Наш друг Северус, — тут он веско указал глазами на место подле себя, где восседал бывший декан Слизерина, — сообщил мне, что совсем скоро все члены сопротивления, и, я уверен, Поттер, соберутся для празднования некоего события, — Волдеморт снова плотоядно улыбнулся и окинул взглядом своих слуг. — А именно женитьбы одного их них на его замечательной избраннице.       За столом прокатилось глумливое улюлюканье.       Драко замер, стараясь унять бешено застучавшее сердце. Только не это. Ведь там будет Лис. — Нам известно место и время: Северусу удалось убедить одного из приглашённых в необходимости поделиться с нами этой важной информацией, — Лорд едва заметно похлопал Снейпа по спине, но тот словно не обратил внимания, продолжая сидеть ровно и чинно, дерзким взглядом сканируя обратившиеся к нему лица. —Это произойдет через три дня, в доме хорошо известных вам Артура и Молли Уизли. Он защищен магией и мощным пологом скрывающих чар, но Северус отлично знает его местонахождение и без труда покажет нам. Верно, Северус?       Мужчина сухо кивнул. — Замечательно. Всё складывается просто замечательно, друзья мои! И я надеюсь, что вы не подведёте меня в этот раз. Однако, должен предупредить, что на это задание я отправлю лишь самых опытных и верных мне — ведь цена ошибки будет как никогда велика. Мы не можем упустить мальчишку на этот раз. — Мой Лорд, могу ли я вызваться добровольцем? Я бы хотел доказать Вам свою преданность. Я не подведу, — слова вырвались будто сами по себе, Драко не дал себе времени обдумать последствия. Он должен быть там — чтобы защитить её. Чтобы помочь ей бежать — чего бы ему это ни стоило. Пусть Волдеморт хоть запытает его до смерти после — плевать. Он должен хотя бы попытаться спасти Лис.       Юноша увидел отчаянный вгляд матери и отвернулся. На отца он даже не посмотрел. — Я ценю твое рвение, Драко, но на этот вынужден отказать. В этой вылазке моим верным соратникам придется столкнуться с силами сопротивления в полном составе, и битва будет непростой. И, хоть я не нахожу их серьезными соперниками, это может стать опасным. Мы не должны недооценивать врага, ведь подобные ошибки могут стоить нам очень дорого. Туда отправятся лишь самые опытные из вас. Отряд должен быть небольшим — чтобы пробраться как можно более незаметно, и никто не смог увидеть вас и предупредить их. Мне не важно, сможете ли вы убить их всех. Главное — приведите мне Поттера и его друзей.       Сердце Драко, казалось, остановилось, когда он услышал слова хозяина. Этого не может быть. Он не может просто сидеть и ждать, пока полоумная Белла или какой-нибудь Долохов убьют её и принесут в мэнор тело. Этого не случится. Он должен был предупредить её.       Тёмный Лорд всё ещё говорил что-то с шипящим присвистом, выбирал из собравшихся тех, кто достоин выполнить его новое задание. Но Малфой уже не слушал. В его ушах стучала кровь от напряжения, пока он лихорадочно обдумывал, как сообщить Лис. Если сову перехватят Пожиратели, то ему конец — как и его семье. Но иного выхода он не видел.       Слизеринец не сразу понял, что собрание окончено. Лишь краем глаза уловил, как сидящие за столом стали неспешно подниматься, но мозг отказывался реагировать на это. Он по-прежнему напряженно глядел перед собой — почти забыв, где сейчас находится.       В чувство его привела твёрдая рука отца, схватившая его сзади за пиджак и сильно потянувшая вверх. Он послушно поднялся, переводя взгляд на Люциуса. Тот смотрел строго, и Драко явно разглядел в его глазах предупреждение. Вырвавшись из хватки цепких пальцев, он встал и стремительно вышел из гостиной, почти бегом направляясь в свою комнату.       Едва войдя, он тотчас бросился на кровать, закрывая голову руками и утыкаясь лицом в покрывало. Его колотила дрожь, а внутри снова разрасталась пустота. Он не мог обречь свою семью на смерть. Но и не мог подписать смертный приговор Лис. Его снова разрывало между долгом семье и пожирающей его изнутри любовью к Певерелл.       Драко пролежал долго, стараясь упорядочить мысли и унять трясшееся будто в лихорадке тело. Когда он наконец решился и поднялся с постели, за окном уже сгущались сумерки. Шум внизу совсем стих — кажется, все гости мэнора, включая Тёмного Лорда, наконец отбыли.       Юноша подозвал пергамент и перо, медленно опустился за стол.       «Ты запретила называть тебя в письмах по имени, поэтому — Любимая, — Малфой неуверенно улыбнулся собственной смелости, и на секунду паника и страх словно отступили. — Тебе ни в коем случае нельзя на свадьбу в дом Уизли через три дня. Они знают. Они будут там».       Он не подписался. Быстро вложил письмо в конверт и направился уже было к сидящему в клетке Ноксу, как вдруг в комнату вихрем влетел Люциус. Не говоря ни слова, мужчина стремительно приблизился к сыну и вырвал письмо из его руки. Развернул бумагу и пробежал глазами по строчкам, кривясь в отвращении. В следующую секунду пергамент вспыхнул в его руке. — Ублюдок! — старший Малфой уже занес было руку, чтобы влепить Драко пощёчину, но тот вдруг ударил первым, не успев обдумать или сдержать порыв. Он накинулся на отца — по-маггловски, изо всех сил молотя кулаками по твёрдому телу родителя. Тот, не ожидав такой дерзости, успел лишь охнуть от боли. Однако в следующую секунду слизеринец уже отлетел к окну, сильно ударяясь спиной о подоконник. — Ты, маленький недоносок, чуть не погубил нас всех! Идиот! — Люциус выхватил палочку и связал Драко заклинанием, пока тот не успел подняться. — Я убью тебя, молокосос! Кем ты себя возомнил?! — с этими словами он подлетел к сыну и изо всех сил пнул его в живот. Юноша резко выдохнул от боли и съёжился. Положение было безвыходным. — Ты уже достал меня со своей чёртовой шлюхой! Носишься за ней как малолетний придурок, хотя она чхать на тебя хотела! А ты жертвуешь семьёй, подставляешь нас всех! Ты знаешь, что было бы, если бы Он узнал? — мужчина поднял его с пола заклинанием, и теперь леветировал за собой к выходу из комнаты. — Он бы пытал тебя, меня и мать. А потом убил бы нас всех на глазах друг у друга. Ты забыл, на чьей ты стороне? Ты забыл, кому служишь?! Какой же ты недалекий идиот!       Не прекращая своей гневной тирады, Люциус направлялся к широкой лестнице, ведущей в подвал, таща Драко за собой. Тот краем глаза увидел бледное и испуганное лицо матери в дверном проёме. Но она не сказала ни слова: лишь прикрыла рот рукой и наблюдала за разыгрывающейся сценой с вытаращенными от ужаса глазами.       Наконец они добрались до подземной части мэнора, где располагались несколько камер за толстыми магическими решётками. Старший Малфой закинул Драко в ближайшую из них, и юноша повалился навзничь, больно ударившись затылком. — Ты будешь сидеть здесь, чёртово отродье, пока всё не закончится. Потом, может быть, я позволю тебе выйти. Мать тебе не поможет — можешь не рассчитывать! Иначе она сама сядет в соседнюю клетку рядом с тобой!       Отец освободил его от пут, после чего скрипучая решётка захлопнулась, и по ней прошла рябь запирающих чар, отрезая Драко путь к спасению. — И я надеюсь, что когда ты выйдешь отсюда, вся дурь из твоей чёртовой бестолковой башки останется в этой клетке!       Зло выплюнув последние слова, мужчина быстро удалился по коридору. Сверху хлопнула тяжелая дверь, после чего в подземелье воцарилась тишина. — Блядь! — Драко, игнорируя боль во всём теле, перевернулся на живот и изо всех сил ударил кулаком по холодной кладке пола. — Блядь! Блядь!       Он загнанно и поверхностно дышал, стараясь унять подступающую истерику.       Всё было кончено. ***       Переливающийся огнями свадебный шатёр, раскинувшийся на заднем дворе дома Уизли, был наполнен радостными голосами и запахами медовухи, жареного мяса и свежих пионов. Воздух дрожал от смеха и музыки. То тут, то там то и дело раздавались хлопки вылетавших из бутылок шампанского пробок.       Гарри — под Оборотным зельем, которое наградило его на сегодняшний вечер длинными русыми волосами и веснушками — сидел вместе с Гермионой и Лис ближе к краю шатра, за столом для друзей семьи. Он казался расслабленным, даже смеялся — впервые за долгое время. Однако чужие, бледно-голубые глаза беспрерывно сканировали зал в поисках потенциальной угрозы, а руки с длинными узловатыми пальцами не переставали нервно перебирать разложенные перед юношей серебряные приборы.       Гермиона задумчиво глядела в бокал, наблюдая, как бесчисленные пузырьки стремительно поднимаются вверх. Гриффиндорка тоже выглядела вполне довольной происходящим и вовсе не напряжённой — если бы не её ладонь, весь вечер не отрывавшаяся от небольшой бисерной сумочки, висевшей на её плече.       Лис же, хоть и выглядела всё ещё несколько измождённой и вымотанной после произошедшего, в этот день беззаботно и счастливо хохотала с друзьями, искренне наслаждаясь вечером. На душе девушки было поразительно легко и отрадно.       Впервые за долгое время друзья видели что-то кроме пыльных стен Блэк-холла и старых фолиантов, и теперь словно вспоминали, каково это — вот так сидеть посреди шумной вечеринки и предаваться неспешной беседе.       Они много раз разговаривали о случившемся с Лис и внезапном самовольстве её родовой магии. Но спустя некоторое время подобные разговоры сошли на нет: Певерелл выглядела и вела себя как обычно, её глаза были живыми и осмысленными — и друзья спокойно выдохнули, посчитав этот инцидент исчерпанным. Все, кроме Рона. Уизли порой недоверчиво рассматривал подругу исподлобья, словно ожидая, когда она снова потеряет контроль над собственным сознанием. Он отчего-то по-прежнему ей не доверял.       "Если магия снова попытается взять верх, я скажу вам, — пообещала им Лис ещё в тот день, когда очнулась. — Клянусь. Что бы ни происходило, я остаюсь собой — отдаю отчет своим словам и действиям. Поэтому если я буду знать, что вы ждёте от меня, я сразу скажу вам. Не переживайте".       Гарри тогда кивнул. Гермиона тоже. Рон же только мрачно промолчал.       Певерелл решила не рассказывать пока друзьям о своем неожиданном рандеву с собственным сознанием. Очнувшись тогда в спальне, девушка ощутила странное жжение на шее сзади. Она спешно подошла к зеркалу — всё ещё с опаской поглядывая на отражающиеся в нём собственные глаза. Но они оставались вполне привычными: с тёмно-коричневой радужкой и небольшим чёрным зрачком — что порядком успокоило Лис.       Она наколдовала небольшое зеркальце и, отодвинув волосы, пытливым взглядом изучила саднящий участок шеи. Почти под самыми волосами, ближе к затылку, обнаружилась небольшая выжженная на коже руна — Певерелл никогда не видела такой прежде. Маленький, едва заметный рисунок являл собой хитросплетение линий и чёрточек, посреди которых красовалась крошечная молния.       Вдоволь изучить приобретенный знак ей не удалось: на лестнице послышались торопливые шаги друзей, и девушке пришлось спешно поправить волосы и залезть обратно в кровать — словно она и не вставала оттуда. На душе у Лис было спокойно и радостно: она защитила кузена — Гарри был теперь в безопасности. Однако ни ему, ни Гермионе с Роном до поры до времени об этом было лучше не знать. Так будет лучше для всех — в этом Лис отчего-то не сомневалась.       Поэтому сейчас Певерелл беспечно улыбалась друзьям, покачивая ногой в босоножке на высоком каблуке и чуть двигая плечами в такт гремящей музыке. — Слушай, это шампанское неплохое, — протянул Гарри, когда зачарованная бутылка в очередной раз подлетела к его плечу и склонилась, наполняя опустевшую было ёмкость. — Миссис Уизли говорила, что все напитки для сегодняшнего вечера привезли из Франции. Отец Флёр настоял, — Лис заглянула с свой бокал, словно ища в нём подтверждение своим словам. — Всё-таки эти французы жуткие снобы, — Гермиона расслабленно откинулась на спинку стула. — Как же сегодня хорошо! — Я всё равно чувствую себя не в своей тарелке: не могу перестать думать о том, что сидя здесь и беспечно веселясь, мы становимся просто чертовски легкой мишенью для Них, — Поттер оставил в покое приборы и теперь теребил в пальцах ножку бокала. — У нас есть с собой палочки, — Грейнджер помахала перед его носом своей бисерной сумочкой. — К тому же, мы надели на шею порт-ключи на Гриммо, как и все члены Ордена. А прочие гости Пожирателям вряд ли нужны.       Вторя словам подруги, Певерелл молча отставила ногу из-под стола и чуть приподняла подол, демонстрируя кузену заложенную за тонкую подвязку у самого бедра палочку. — Неотразимы и непобедимы! — лукаво усмехнулась она в ответ на его сконфуженно округлившиеся глаза. — Чёрт, Лис, я всё никак не могу привыкнуть, что ты выросла и больше не такая нежная девчушка, какой я тебя помню в детстве, — Поттер нервно прокашлялся и, протянув руку, натянул подол обратно, прикрывая обнажившуюся кожу девушки. — Нас увидят и будут думать, что мы ненормальное семейство, где практикуют инцест! — Но ведь почти никто не знает, что ты здесь. И уж тем более они не знают меня. Поэтому мы можем делать всё, что посчитаем нужным. Осудить нас могут только Уизли. На счет Гермионы я не переживаю, она привычна к моим отвратительным выходкам.       Грейнджер в ответ засмеялась, тыкая подругу в бок. — Ну вот, теперь меня тошнит от твоих ужасных намеков, — подхватывая шутку, протянул Гарри, — ты умеешь испортить аппетит! — О, какие мы нежные! А ведь я только разогревалась! — Лис вдруг хитро посмотрела на юношу и толкнула языком щёку изнутри. Один раз, второй. И звонко рассмеялась, когда Гарри, поперхнувшись шампанским, выплюнул новый глоток напитка на неё и прыснувшую Гермиону. — Ну нет, ты не можешь! Даже для тебя это слишком грязно и низко! Фу-у, Лис, это просто кошмар! — Гарри залился краской и смотрел на хохочущую кузину почти в ужасе. — Гермиона, а ты чего улыбаешься? По-моему, ты слишком сильно поддалась дурному примеру моей развратной сестрицы!       Внезапно их шутливую перепалку прервало сдержанное покашливание. — Вуд! — Поттер мигом вскочил с места и подлетел к бывшему капитану команды Гриффиндора, протягивая ему руку. — Здравствуйте, дамы, — галантно склонил голову Оливер и подозрительно уставился на Гарри под чужой личиной. Однако спустя пару мгновений он догадался и тепло ему улыбнулся. — Добрый вечер, замечательный господин, — Певерелл обернулась, заглядывая Вуду в лицо снизу вверх. — Где ты пропадал весь вечер? Мы уж думали, что ты так и не подойдёшь поздороваться. — Дожидался, пока концентрация шампанского в моей крови будет достаточной, чтобы решиться, — он произнес это как шутку, но Лис подумала вдруг, что, вероятно, не так уж и сильно тот и соврал. Всё же в последний раз они говорили при не самых приятных для Оливера обстоятельствах. — Присоединишься к нам? — Гарри, не дожидаясь ответа, уже любезно подталкивал Вуда к стулу рядом с собой. — Вообще, я подошёл, чтобы украсть твою кузину для танца, — Оливер смотрел Лис в глаза и едва заметно улыбался. На щеках юноши проступили уже такие знакомые Певерелл трогательные ямочки. — Ох, так это конечно, вообще не вопрос! — Поттер, в два шага подлетев к девушке, теперь так же любезно вытаскивал стул из под неё — чтобы та поскорее вставала. — Лис надо развеяться в мужском внимании, а то застой на романтическом поприще сдвигает ей мозги набекрень! — гриффиндорец явно мстил Певерелл за смутившую его выходку. — Ах ты сопляк! — она послушно поднялась и, обойдя стул, легко отвесила Гарри подзатыльник. Тот в ответ пихнул её в бок. — Хорошо, Оливер Вуд, раз меня выгоняют из дружеского круга, я с радостью потанцую с тобой.       Лис приняла его руку и последовала вслед за Вудом на середину шатра, где уже плавно двигались несколько танцующих пар. — Ты прекрасно выглядишь, — Оливер не отрывал взгляда от её лица, глядя восхищенно, но всё же чуть грустно. — Впрочем, как и всегда. — Спасибо, — Певерелл почувствовала, что решительно не хочет продолжать разговор в том же ключе, поэтому резко сменила тему: — тебя уже сделали основным вратарём, или я всё ещё танцую с запасным вариантом?       Вуд тихо рассмеялся. — Ты танцуешь с самым что ни на есть номером один, Лис. Мой дебют был две недели назад — даже в Пророке про меня написали! — Вот же чёрт, как я могла пропустить такое? Кажется, я уже достигла того возраста, когда пора начинать выписывать газеты!       Оливер улыбнулся её шутке и вдруг отступил на шаг, прокручивая девушку под рукой. Он собирался сказать что-то ещё, но неожиданно воздух наполнился пронзительным воем сигнальных чар. Лис вцепилась в край пиджака Вуда, привлекая его к себе, и, стараясь перекричать неистовствующую сирену, громко выкрикнула почти в самое его ухо: — Палочка с собой?!       Оливер спешно зашарил руками по карманам, после чего растерянно покачал головой. Певерелл, не медля больше ни секунды, сорвала с шеи подвеску с порт-ключом и всунула в руку юноши, активируя. Но, прежде чем артефакт успел сработать, её отбросило от Вуда облаком чёрного дыма, ворвавшемся через крышу шатра. До слуха девушки донесся вскрик Вуда, который, впрочем, тут же прервался хлопком. Он успел.       Лис потянулась было за палочкой, но её грубо подхватили сзади под локти, рывком ставя на ноги. Нужно было освободить руки — чтобы оттолкнуть нападавшего и добраться до оружия. Пожиратель держал крепко, больно заламывая руки назад и приставив палочку к горлу, и Певерелл сделала единственное, что пришло на ум: изо всех сил вонзила тонкий каблук босоножки в мысок его ботинка. Тот вскрикнул и на мгновение ослабил хватку, чем девушка и воспользовалась — собрав все силы, оттолкнула замешкавшегося мужчину, и, развернувшись, отбросила его к стене взмахом руки. Затем она выхватила палочку, собираясь трансгрессировать, но внезапно подумала о друзьях: выбрались ли они? Успели ли активировать порт-ключи? Лис быстро обернулась, сканируя глазами пронизанное вспышками заклятий пространство, но не увидела ни Гарри, ни Рона, ни Гермионы. Лишь несколько незнакомых ей людей отчаянно сражались с незваными гостями, да Аластар Грюм, медленно отступая к стене, неистово метал проклятия в бесчисленные движущиеся мишени в масках.       Облегчённо выдохнув, девушка уже взмахнула было палочкой, чтобы поскорей убраться отсюда, когда вдруг почувствовала острый тычок заклинания в спину.       Затем всё померкло — она потеряла сознание.