Глава 44. Секреты Выручай-Комнаты

Они аппарировали на окраину Хогсмида, приземлившись прямиком напротив входа в "Кабанью голову". Был уже поздний вечер, и улицы деревеньки обезлюдели и стихли, будто забывшись глубоким, но тревожным сном. Над дверьми кабаков и лавок тускло светили мутные фонари. — Как-то тихо, — прошептал Ремус, затравленно оглядывая тёмные окна домов и неспешно раскачивающиеся заросли кустов, обрамлявшие берег шустрой речки неподалёку от них. — Что-то здесь не так. Друзья нервно переглянулись — Люпин был прав: в воздухе, несмотря на покой и сонливость, отчего-то неуловимо чудилось напряжение. Спустя мгновение тишину разрезал резкий свист Сигнальных чар, а откуда-то с площади послышался быстро приближающийся топот нескольких дюжин ног. — Нам надо уходить! Под столы — живо! — Сириус первым кинулся вглубь веранды Кабаньей головы, где бесформенными истуканами громоздились на массивных столах перевёрнутые стулья и лавки, из-под которых грязными полотнищами свисали до самого пола вытертые и засаленные скатерти. Остальные поспешили следом. Поттер болезненно поглядывал на крёстного, расторопно пробираясь за друзьями под завалы мебели: несмотря на устроенный юношей сегодня скандал, Блэк упрямо нанёс на их руки руну жертвы — начертив символ обычными чёрными чернилами на коже, чуть повыше запястья. Они так и не смогли найти хоть сколько-нибудь внятного пояснения, как именно активируются эти чары, поэтому решили начать с самого незамысловатого и очевидного. Гарри, как и все остальные, очень сильно сомневался, что эта магия работает именно так — лишь поэтому гриффиндорец в конце концов и сдался, нехотя подставляя конечность для рисунка. Лис же держалась бесстрастно и старалась не подавать виду, что знает больше остальных. Так было лучше для всех — в этом Певерелл была твёрдо убеждена. Поэтому теперь, заметив обеспокоенный взгляд Гарри, она лишь нервно поджала губы и подтолкнула кузена в плечо — чтобы не зевал и скорее лез под полог грязной ткани. Патрули не заставили себя долго ждать: вскоре воздух пронзили их глумливые крики и улюлюканье, а вечерний сумрак наполнился светом множества зажегшихся Люмосов, становясь похожим на пылающее белесым заревом пламя магического костра. Друзья напряжённо сжимали палочки в ладонях, тесно набившись под самый дальний из занавешенных столов. Они уже едва ли верили, что схватки придётся избежать: до их слуха доносились скрип отодвигаемой мебели и шорох грубо поднимаемых скатертей — Пожиратели подбирались всё ближе. Однако внезапно чары завизжали снова — на сей раз вдалеке, откуда-то со стороны площади. Шаги стремительно загрохотали в противоположном направлении, и через пару минут в Кабаньей голове всё снова стихло. Подростки и двое мужчин вопросительно переглянулись. Рон пришёл в себя раньше остальных: приподняв засаленную ткань, юноша быстро убедился, что они остались одни, и ловко выбрался из-под истуканского сооружения. — Мы совсем рядом с проходом до Хогвартса, — тихо проговорил он, кивая куда-то в уходящий за угол переулок. — Я знаю дорогу. Лис хотела было возразить — ведь, на её памяти, школа находилась совершенно в другой стороне. Однако остальные были совершенно уверены в плане Уизли и безропотно последовали за ним в указанном направлении — так что Певерелл не стала перечить. В молчании, прерываемом только их сбивавшимся от быстрого хода дыханием, компания добралась до тяжёлой решётчатой двери, ведущей куда-то в высокие, с человеческий рост, заросли травы. Сверху над колышущимся полем и впрямь виднелся шпиль Часовой башни Хогвартса. Рон толкнул дверь и тихо выругался себе под нос — она была накрепко заперта перекинутыми через прутья цепями. Цепи уныло звякнули — словно вторя его восклицанию. — Вот же дерьмо! — прошипел себе под нос Ремус и вдруг, забывшись, в сердцах пнул решётку ногой. Жалобный скрип наполнил близлежащий переулок и, казалось, эхом прокатился по пустынным улицам, отражаясь от каменных стен домов и мощёных дорожек. — Какого дьявола ты творишь?! — замахал на друга руками Блэк, опасливо оглядываясь по сторонам. Откуда-то сзади снова послышался дробный звук отстукивающих по мостовой каблуков. — Сюда, Поттер! — донёсся до их слуха суровый, властный шёпот откуда-то из темноты. Никто из них не успел как следует разглядеть говорившего, прежде чем послушно кинуться на зов — выбора лучше у них всё равно не намечалось. От двери вглубь дома вёл узкий коридор, тускло освещённый единственным магическим светильником. Но Лис всё же смогла разглядеть лицо их спасителя — и тотчас же перехватила запястье Гарри, привлекая его внимание. Однако её кузен уже и сам во все глаза уставился на мужчину, вскинув от удивления брови. Заметив их реакцию, хозяин дома лишь презрительно хмыкнул себе под нос и повёл гостей вглубь своего жилища, тяжело ступая по скрипучим полам. Остальные, с секунду помедлив, двинулись следом. Рон украдкой дёрнул друга за рукав. — Ты видел его? Вот дерьмо, Гарри, на секунду я подумал… — Что это Дамблдор. Да, я тоже, — Поттер подозрительно всматривался в широкую спину впереди себя. Полутёмный коридор вывел их в небольшую комнату с низким потолком и выбеленными стенами, на одной из которых висел портрет молодой женщины — нарисованное лицо было тонким и болезненно худым, с неестественно отливающей серым кожей. — Наивные глупцы! Зачем вас сюда принесло? Вы хоть представляете, насколько это опасно? — старый дом, казалось, не был привычен к столь зычным раскатам грозного голоса — его стены словно содрогнулись от восклицания мужчины. Хозяин жилища, верно, не был доволен их появлением, потому что лицо его выражало крайнюю степень раздражения и недружелюбия. — Вы Аберфорт Дамблдор? Брат Дамблдора? — Поттер глядел на мужчину с дерзким прищуром, вовсе не испугавшись его гневного тона. Тот промолчал, но красноречиво закатил глаза — словно ответ был и без того очевиден. — Нам нужно попасть в Хогвартс, сегодня же, — настойчиво продолжал гриффиндорец, — Дамблдор поручил нам одно дело. — Да неужели, — саркастично усмехнулся Аберфорт, картинно всплеснув руками. — Хорошее дело? Лёгкое? — Мы охотимся за крестражами, — юноша, казалось, старательно игнорировал язвительный тон Дамблдора, — и думаем, что один из них находится в замке. Нам нужна Ваша помощь. — Мой брат не поручал вам этого. Это настоящее самоубийство! Сделай одолжение, мальчик: иди домой, поживи ещё немного. — Дамблдор поручил нам это… — упрямо продолжил Гарри, но Аберфорт грубо прервал его. — А с чего ты вообще взял, что Дамблдору можно доверять? За всё время, что ты знал его, он хоть раз упоминал моё имя? Говорил про неё? — мужчина указал стаканом на портрет тонкой девушки. Ремус и Сириус вскинулись, норовя возразить, но Аберфорт даже не смотрел в их сторону, вперив тяжелый взгляд в одного лишь Поттера. Юноша оторопело отступил на шаг. — Зачем ему... — Хранить секреты? Это ты мне скажи, — Дамблдор скрестил руки на груди, наблюдая за сменяющимися на лице юноше эмоциями с чем-то наподобие мрачного торжества. — Я верил ему. — Это слова мальчишки — который гоняется за крестражем по словам человека, который даже не сказал ему, с чего начать. Ты лжёшь! Не мне — это не важно. Но и себе самому. Так поступают только глупцы. Ты вовсе не показался мне глупцом, Гарри Поттер. — Мы уничтожили почти все, осталось только три, — не сдавался юноша. — За последние сутки Пожиратели усилили контроль над всей Магической Британией — вон, даже к нам приставили отряд вервольфов. Вы навели шуму своей выходкой в Гринготтсе несколько дней назад — не думайте, что это прошло бесследно. В Хогвартсе тоже неспокойно: защитный купол пока охраняет школу, но если Тёмному Лорду придёт в голову взять её штурмом, то та горстка профессоров, что сейчас заперты там, не имея возможности безопасно выбраться, не сможет вас защитить. У него много сторонников, Поттер. Так много, что ты даже представить себе не можешь, насколько неравны теперь силы. — Но что Вы предлагаете? Сдаться? Когда мы подобрались уже так близко? — вмешался Блэк. — Я ничего не предлагаю, просто стараюсь воззвать к слабому голосу разума, который в вас, возможно, ещё остался. Вас только что чуть не схватили, и, хвала Мерлину, что на сей раз вы отделались лишь легким испугом. — Нам нужно попасть в школу, — Ремус отделился от стены, на которую всё это время опирался, и двинулся к Гарри, словно давая тому визуальное преимущество в споре с Аберфортом. — Мальчик знает, что делает, а мы защитим его. Дамблдор в ответ лишь устало махнул рукой и выругался себе под нос. Затем подошел к портрету девушки и о чём-то шепотом её попросил. Та меланхолично кивнула, после чего рама портрета открылась, являя их взору проход в длинный коридор. — Делайте что знаете, я не нанимался в няньки для кучки слабоумных идиотов. Хотите в Хогвартс — милости прошу. Видимо, слова моего великого братца значат для вас гораздо больше, чем здравый смысл, — с этими словами он быстро вышел куда-то в дальние комнаты, не удостоив их больше ни единым взглядом. — Этого хода не было на нашей карте, Сириус, — задумчиво протянул Люпин, с любопытством заглядывая вглубь каменных сводов. — Тогда самое время нанести его туда, — Блэк хулигански улыбнулся старому другу и, подтянувшись на руках, первым пробрался в проход. Остальные потянулись следом. Коридор был узким и тёмным, так что им пришлось следовать друг за другом и почти наощупь. Этот проход явно давно не использовался — с потолка пыльными мотками свисала паутина, порой полностью перекрывая путь. Рон и Лис то и дело гадливо вскрикивали, когда видели очередной жирный комок паучьих тенет. Наконец в ярком свете Люмосов показалась массивная дверь. — Интересно, однако, куда нас привело, — Ремус толкнул тяжёлую створку. Та, с мерзким скрипом и словно нехотя, поддалась. — Не может быть! — хором воскликнули мужчины, когда перед их взором предстала Выручай-комната — да ещё и принявшая именно то обличье, которое им было необходимо: на сколько хватало глаз, пространство было завалено старым хламом, возвышавшимся на много футов ввысь, местами даже достигая высоченных сводов каменного потолка. — Да уж, доставочка по адресу произошла, — усмехнулся Сириус и обернулся к Люпину. — Думаю, нам с тобой следует охранять входы в комнату. Ты оставайся здесь, а я пойду к главным дверям — на случай, если нагрянут незваные гости. А плотва пусть пока поищет то, за чем мы пожаловали, — сказав это, Блэк огляделся и, быстро сориентировавшись, двинулся куда-то вглубь стеллажей. — Предлагаю разделиться. Ты можешь услышать его, а я — узнать место, которое видела тогда в медальоне. Так получится быстрее, — Лис окинула взглядом несметные количества ожидавшего их хлама и тяжело вздохнула. Поттер открыл было рот, чтобы что-то ей ответить, но внезапно тихо вскрикнул и осел на пол, обеими ладонями обхватывая лоб. — Что, Гарри?! Что?! — Люпин подскочил к юноше, разворачивая его перекошенное от боли лицо к себе. — Он знает, что мы здесь. Он видит меня, — сдавленно просипел гриффиндорец. — Какого чёрта ты не держишь ментальный барьер, как тебя учил Снейп?! — Ремус в сердцах пнул валявшийся неподалеку ржавый кубок. — Нам надо убираться отсюда, и как можно скорее! — Я не успел среагировать. Чёрт, вот же дерьмо! — Если уйдём сейчас, то уже не сможем вернуться. Нам надо скорее приниматься за поиски — ведь, как ни крути, школа под куполом, и Пожиратели сюда так быстро не попадут. Давайте же, живее! — Гермиона первой бросилась к ближайшим стеллажам, утаскивая за собой зазевавшуюся было Лис. — Что ж, её правда, — Люпин помог Гарри встать и подтолкнул их с Роном в противоположную от девушек сторону. — И поторопитесь же, Мерлин вас дери! — Боюсь, что если нас здесь кто и задерёт, то это уж точно будет не Мерлин, — нервно хохотнул Рон, а затем поспешил за другом к высокой кипе каких-то старых свитков и карт. Времени у них и впрямь было чертовски мало. *** За несколько часов поисков подростки, казалось, успели наткнуться на все виды рассохшейся от времени рухляди и старья — от длинных платьев с рваными рюшами до коллекции зародышей магических животных, плавающих в Сохраняющем растворе. Однако ни единого следа крестража так и не попалось им на глаза. Кроме того, дело порядком осложнялось тем, что друзья не имели ни малейшего понятия, что именно они ищут, а переборка всей Выручай-комнаты грозила затянуться на многие месяцы — если не годы. Спустя некоторое время, проведенное за бесплодными поисками, боевой дух гриффиндорцев стал заметно угасать. Первой сдалась Певерелл, устало опускаясь на перевёрнутый вверх дном котёл: — Не знаю, как ты — а я больше не могу. Почти невозможно дышать в этой пыли, у меня уже нос болит, — сердито пожаловалась она Гермионе. Грейнджер тяжело вздохнула и тоже устроилась отдохнуть — рядом как раз отыскалась подходящая для этого кособокая тумба. — Он должен быть где-то здесь. Это точно была Выручай-комната, я уверена! — Лис нервно теребила завязки на юбке, словно стараясь справиться с распиравшим её возмущением. — Но я и подумать не могла, что она такая огромная. Рон был пра: это всё равно что искать одну иголку в тысяче стогов сена. Нам не управиться за день — да даже за неделю! — Так, Певерелл. Не смей падать духом! Мы найдем его — и сегодня же! Выбора у нас всё равно нет. Нужно лишь немного терпения и… — Гермиону прервал громкий стук, раздавшийся откуда-то из дальнего конца комнаты. Она в замешательстве вскинула глаза на подругу и, встретив прищуренный взгляд тёмных глаз, решительно поспешила на звук. Лис бросилась следом. Гарри и Рон уже были там — они затаились за шкафом, набитым какими-то мутными склянками. Юноши сделали им знак молчать и пригнуться. Гермиона и Лис, стараясь ступать неслышно, осторожно подобрались ближе. И замерли. Прямо перед гриффиндорцами выстроились несколько высоких фигур в масках, а из распахнутых дверей резного шкафа за их спинами продолжали появляться всё новые и новые Пожиратели Смерти. Незваные гости не издавали ни звука — видимо, воспользовавшись Заглушающими чарами: значит, они знали, что Поттер и его друзья были здесь. И пришли именно за ними. — Чего же вы ждете? — едва слышно прошептала Лис, сжимая в руке палочку. — Гермиона, иди предупреди Ремуса, только тихо. Они пока не знают, что мы знаем о них, — заметив, что Грейнджер не двигается с места, расширившимися от ужаса глазами глядя на Пожирателей, Певерелл легонько ткнула её в бок, привлекая внимание. — Герм, ну же! Та тревожно посмотрела на подругу, но послушно последовала в сторону прохода, из которого они только что пришли. — Вы оба, помогите мне, а затем бегите, — склонилась она к Гарри и Рону. — Нам надо уничтожить шкаф как можно скорее, пока здесь их ещё не так много. Дождавшись ответного кивка от обоих юношей, Лис резко поднялась в полный рост, появляясь из своего укрытия. — Бомбарда максимум! — её заклятие попало в цель, мгновенно разрывая верхнюю часть шкафа на крупные щепки. Из облака пыли раздался взбешённый взвизг Беллатрисы. — Инсендио! — Бомбарда максимум! От шкафа осталась лишь пылающая груда раскуроченных обломков. Трое друзей кинулись прочь, не дожидаясь, пока атакованные ими маги придут в себя после первого шока. Лис, удирая по узкому проходу между шкафами, внезапно поймала себя на том, что не чувствует ни страха, ни паники. Вместо этого все её мысли были заняты лишь тем, что в уничтоженном шкафу в ту секунду мог оказаться Драко. И что она убила его. Сердце девушки болезненно сжалось. Однако как следует испугаться за Малфоя ей помешал визгливый окрик Беллатрисы: — Это та сука! Это точно она! — яростно кричала та. — Я убью тебя, крошка Оливия! Я зашью тебе твой сладкий ротик и выколю глазки! Певерелл нервно оглянулась: из-за стеллажей мелькали, казалось, бесчисленные полы черных плащей, а раздающийся за её спиной топот принадлежал, должно быть, небольшой армии. Их же было всего шестеро — и то если считать Сириуса, который караулил за дверьми комнаты. Дело грозило обернуться катастрофой. Впереди показались воинственные лица Ремуса и Гермионы, занявших боевые стойки и выставивших поблескивающие в пляшущем свете факелов щиты. Лучшим для них решением сейчас было бежать обратно в Хогсмид по проходу Аберфорта, а оттуда вместе с Дамблдором аппарировать обратно на Гриммо. Кажется, Люпин думал точно так же: едва завидев приближающихся подростков, он быстро кивнул им себе за спину — на зияющий темнотой проход. До спасительного хода оставалось не больше сотни футов, когда за её спиной раздался удивлённый возглас Рона: — Эй, куда ты? Это было адресовано Поттеру — тот, казалось, совершенно позабыв о погоне, со всех ног бежал в противоположную от выхода сторону. — Чёрт! — Лис бросилась за кузеном. Судя по приглушённым ругательствам и быстрому топоту, остальные последовали за ней. Певерелл обернулась: Пожиратели были уже близко, и теперь Рон с Ремусом отчаянно отбивались от летящих им в спину заклинаний. Гермионы не было видно — наверное, девушка бросилась в соседний от них проход. Дела их были чертовски плохи, а время — упущено. Теперь не оставалось ничего иного, кроме как попробовать улизнуть через главный вход, где их ждал Блэк. Шансы выбраться из школы без боя беспощадно стремились к нулю. Между тем Поттер вдруг свернул в узкий проход между нагроможденной старой мебелью, скрываясь из виду. Лис, удостоверившись, что она оторвалась от Пожирателей достаточно, чтобы те её не заметили, быстро заскочила следом. Гарри отрешённо разглядывал полки над своей головой, что-то неслышно бормоча себе под нос. Гриффиндорец, казалось, не волновался ни о погоне, ни о спасении друзей — будто в трансе, он зачарованным взглядом водил по сторонам и, судя по настороженной позе, усиленно к чему-то прислушивался. Лис хотела было прикрикнуть на кузена или даже отвесить тому подзатыльник — чтобы привести его в чувство. Но внезапно взгляд девушки натолкнулся на кучу хлама в углу, у самой стены: на разбитых ржавых доспехах, прикрытые разъеденными плесенью пергаментами, покоились потёртые и выцветшие флаги факультетов Хогвартса. И Певерелл наконец поняла: это было то самое место. Крестраж был где-то здесь, и он звал Поттера к себе. — Наверху, Гарри, я видела комнату словно сверху! — Поттер услышал её, послушно переводя глаза наверх. Мимо по проходу пробежали Уизли и Люпин — не заметив их с Поттером. Певерелл поспешно взмахнула палочкой, наводя перед собой завесу из Маскирующих, Скрывающих и Отводящих взгляд чар — она без разбору кидала в воздух все подходящие заклинания, которые только приходили ей на ум, и отчаянно молилась Мерлину, чтобы Пожиратели тоже их не заметили. Несколько секунд спустя за толстой завесой магии пробежали пять фигур в масках. Следом за ними — ещё трое. К счастью, они были слишком заняты погоней — так что гриффиндорцы остались незамеченными. Вскоре грохочущие по каменным плитам шаги совсем стихли, и Лис выдохнула, поворачиваясь к кузену. Поттер держал в руках чёрную шкатулку, задумчиво поглядывая на переливчато поблёскивающее оттуда содержимое. Это была тиара — явно очень редкая и дорогая, с венчавшим её крупным сапфиром, озорно мерцавшем в полумраке их убежища. — Это оно? — Лис не помнила, чтобы её голос так сильно дрожал когда-либо прежде. — Да, я его слышу. Он говорит со мной на парселтанге. Думает, что я — это Лорд. — Вот идиот, — несмотря на паршивость ситуации, в которой они оказались, Певерелл вдруг почувствовала, что ей чертовски смешно. Гарри слабо улыбнулся ей в ответ и вдруг, словно очнувшись, нервно заозирался по сторонам. — Где остальные?! — Отвлекают на себя Пожирателей. Спрячь тиару, у меня нет с собой клыка — моя сумка осталась у Ремуса. Не потеряй! — Сколько их? — юноша завернул украшение в кусок какой-то пыльной ткани, валявшейся на ближайшей к нему полке, и спешно спрятал его за пазуху. — Не меньше дюжины, а может, даже больше. Нам надо добраться до парадной двери, где Сириус. К той, что ведет в Хогсмид, уже не пройти. — Хорошо, идём. Только тихо. — Не учи ученого, Поттер, — ей это показалось до чёртиков похоже на то, что говорил обычно Драко, и Лис снова нервно усмехнулась. Оба подростка, держа палочки наизготовку, осторожно направились вдоль по проходу, по которому только что ушли Ремус и Рон. Со всех сторон слышались вскрики и грохот, однако на их с Гарри пути, казалось, не было ни души. Спасительнай выход уже маячил на горизонте, хоть до него и было ещё чертовски далеко. Там тоже вовсю шла схватка — заклятия сталкивались в воздухе и отбивались о выставленные щиты. Значит, Пожиратели успели добраться и до Сириуса. — Как думаешь, все живы? — голос юноши сорвался. — Поттер, беги лучше быстрее, да смотри под ноги, чтобы не упасть! Давай ещё заплачь! — прозвучало зло, но Певерелл в сердцах бросила это скорее от отчаяния. Потому что она снова вспомнила про Драко, и сердце девушки больно сжалось в груди. Однако гриффиндорец всё-таки упал — отшатнувшись от огромной огненной змеи, внезапно преградившей им с Лис путь. Пламя быстро распространилось, отрезая подросткам путь к отступлению. Из-за покосившегося стеллажа вышли сразу семеро фигур в масках. Во главе с Беллатрисой Лестрендж. — Так-так-так… Глядите-ка, кто попался нам в сети! Гарри Поттер и его славная подружка-шлюшка, с которой мы так и не поиграли. Ну ничего, крошка Оливия, на сей раз ты так легко не отделаешься. Я выколю тебе твои волшебные глазки, и больше ты не сможешь заколдовать меня, чертова стерва! — к концу реплики голос женщины сорвался на гневный визг. Сзади послышались торопливые шаги. Лис обернулась и тут же тихо выругалась себе под нос: к ним быстро приближались двое Пожирателей, которые грубо тащили за собой сопротивляющихся Рона и Гермиону. Силы были неравны, а их положение — просто отвратительным. Певерелл понятия не имела, что теперь можно было бы предпринять. Она могла бы невербальными чарами откинуть нескольких из них, а затем атаковать Беллу — но вряд ли бы это помогло. С Грейнджер и Уизли под прицелом палочек и заломленными назад руками, пространства для манёвра у них с Поттером почти не было. Пожиратели это понимали и оттого не спешили начинать схватку, неспешно разглядывая свою добычу. Пламя лениво расползалось вокруг них, но Лестрейндж сдерживала его, не давая подобраться совсем близко. — Ну же, ребятишки, не делайте глупостей. Вы проиграли, поэтому остаётся только сдаться. И заодно отдать мне то, за чем вы пришли сюда, — Беллатриса, казалась, наслаждалась их беспомощностью — женщина пританцовывала на месте и хищно улыбалась. — Тем более, если вы дёрнетесь, то ваших друзей тотчас же убьют, правда, мальчики? — она кинула кокетливый взгляд на держащих подростков магов. Лис и Гарри быстро переглянулись. Поттер сжал палочку в ладони, словно намереваясь рискнуть, но затем бросил короткий взгляд куда-то далеко вперёд, к высоким дверям Выручай-комнаты — откуда доносился гневный голос Сириуса, — и рвано выдохнул. Один его неверный шаг мог стоить жизни Блэку — и юноша он не стал испытывать судьбу. — Бросьте палочки и встаньте на колени! — кажется, Лестрейндж надоело ждать. Она уже открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но внезапно среди тёмных фигур в масках промелькнула зелёная вспышка. Одна, затем сразу — ещё две. Беллатриса обернулась в замешательстве, вскинув палочку. И Лис, не раздумывая, ударила ей в спину заклинанием, сбивая с ног. Затем, мысленно собрав все силы, отбросила Рона и Гермиону далеко к стене, пока не охваченной огнём. Вместе с подростками об пол ударились и державшие их Пожиратели, которых Певерелл быстро вырубила одного за другим. Гарри тем временем ловко отбивал летящие в кузину заклинания, прикрыв её собой. — Лис, бегите! — донеслось до них из гущи фигур в плащах. Драко. Сердце Лис радостно замерло, едва она услышала его голос: он жив, он успел выбраться из того злополучного шкафа! Однако восторг девушки угас так же быстро, как только что вспыхнул: Пожиратели, кажется, забыв про них с Поттером, теперь сосредоточили всё внимание на Малфое, метая в него одно заклятье за другим. По большей части, это были убивающие заклятья. — Драко, бежим! — Лис выставила перед ним щит, но вряд ли это сильно помогло — силы были чертовски неравны. Гермиона и Рон, воспользовавшись заминкой среди нападавших, со всех ног кинулись назад по проходу — единственному пути, не отрезанному огнём. Они всё еще могли попасть к коридору в Хогсмид. Гарри же настойчиво тянул кузину за рукав, стараясь утащить вслед за друзьями. Но Лис не могла бросить Малфоя — это было бы для него концом. Поэтому она не сомневалась, когда развернулась к Поттеру и строго отчеканила: — Беги, оставь меня! Тот подчинился — хотя Певерелл не была уверена, что это сработает, ведь чарам Империуса Гарри каким-то образом мог противиться. Видимо, родовая магия была сильнее Империуса. Либо сознание Поттера просто не подвергало сомнению услышанное от кузины — ведь он доверял ей как себе самому. Склонность к спонтанным размышлениям всегда была её слабостью — и, вероятно, её главным бичом. Потому что, едва додумав мысль о Гарри, Лис рухнула на пол, скривившись от прошившей тело боли. На неё направляла палочку Беллатриса, лицо которой выражало крайнюю степень бешенства: глаза выкатились из орбит и налились кровью, а рот нервно приоткрывался в почти зверином оскале. Это было невыносимо. Кости словно дробили и выворачивали из суставов, а кожу — жгли огнём. Лис хватала ртом воздух, впившись в свои плечи руками, но едва ли это хоть сколько-нибудь помогало. Она не могла вдохнуть, не могла закричать — тело не слушалось, сжавшись и будто задеревенев. Певерелл отчаянно хотелось потерять сознание, забыться — но сознание не спешило подкидывать ей такого щедрого подарка. — Лис! — голос Малфоя донёсся до её слуха будто через плотную пелену. Звук её собственного имени подействовал как чудесное заклинание — боль моментально отступила, оставляя после себя лишь крупную, судорожную дрожь. — Так это был ты, маленький ублюдок! Ты знал её! Ты предал нас! — Лестрейндж тяжело поднималась с пола, попутно отбивая заклятия Драко — казалось, без единого усилия. — Я убью тебя, мерзавец! Но сначала я на твоих глазах распотрошу эту мелкую суку! Певерелл подобралась на полу, стараясь незаметно встать. Впрочем, она могла и вовсе не таиться: оставшиеся Пожиратели глядели только на Беллу, жадно ожидая, пока та накажет племянника. Про Лис они и не вспомнили — видимо, посчитав её поверженной. Хотя, признаться честно, она и впрямь чувствовала себя чертовски поверженной — тело едва слушалось и отзывалось фантомный болью на каждое, даже крошечное, движение. Драко был выше тётки. За маской не было видно лица, но Певерелл отчего-то казалось, что его глаза сейчас прищурены от гнева, а губы — плотно сжаты. Слизеринец не боялся — его рука твёрдо, без трепета, посылала в Беллу убивающие проклятия — одно за другим, не сбавляя ритма. Лестрендж отбивалась сноровисто и легко — она была прекрасной колдуньей и, к тому же, чертовски сильной. Гораздо сильнее и опытнее Малфоя. Движения Беллы были выверены и безупречны: казалось, что ещё пара мгновений — и Драко будет убит очередным её метким ударом. Но случилось непредвиденное: новая палочка Беллатрисы дала осечку — заклятие соскочило, едва не ударив в саму Пожирательницу. Женщина вскрикнула и отшатнулась. И Драко моментально воспользовался шансом: в ту же секунду до боли знакомый Лис голос отчеканил "Авада Кедавра". Наблюдавшие за схваткой сторонники Тёмного Лорда неверяще замерли. Лис показалось, что даже время остановилось на пару мгновений: пока Белла, нетвёрдо отступив на шаг, как-то беззащитно и почти трогательно завалилась навзничь, подняв вокруг себя белесый вихрь вековой пыли. Однако в реальность их резко вернул оглушительный рёв Адского пламени — едва тело женщины коснулось земли, как огненная змея, широко раскрыв бездонную пасть, ринулась к оцепеневшим волшебникам, больше не сдерживаемая волей Беллатрисы. Огонь тут же пожрал двух мужчин — кажется, одним из них был уже так хорошо знакомый Лис Роули. Остальные Пожиратели бросились прочь, выставив щиты против норовящего поглотить их пламени. Драко быстро подхватил Лис на руки и побежал к тому же проходу между стеллажами, где пару минут назад исчезли Рон и Гермиона. Певерелл быстро призвала свою палочку — как раз за мгновение до того, как её успел бы коснуться огонь. Пожар распространялся невероятно быстро: старые шкафы, доспехи, книги, гобелены и даже, казалось, сами каменные стены — всё вокруг них пылало и ревело, извергая высокие всплески искр. Драко на бегу сорвал с себя маску, кидая её куда-то в сторону. А в следующий миг перед ними обрушилась огромная груда горящего хлама, преграждая путь. Малфой едва успел затормозить, чуть было не потеряв равновесие и не уронив Лис. Певерелл попыталась было разогнать языки пламени, но Адский огонь почти не поддавался никакому колдовству. Это была очень сильная магия, контролировать которую мог только сотворивший её маг. Девушка громко выругалась и отчаянно посмотрела на Драко. Пути к спасению не было, вокруг них всё горело. — Я люблю тебя, — глухо прошептал юноша и прижал её к себе. Лис в ответ обвила его руками, утыкаясь в плечо. Внезапно Певерелл почувствовала, как её с силой тянет куда-то вверх — и уже через мгновение она оказалась сидящей на метле, за спиной Рона. Рядом на старых Чистометах летели Гермиона и Гарри — за плечи Поттера судорожно ухватился ладонями Драко. Лицо слизеринца выдавало крайнюю степень шока. Певерелл нервно расхохоталась, увидев округлившиеся серые глаза. Внутри неё всё гулко звенело от облегчения и счастья. *** Их с Поттером метла с жалобным треском ударилась о стену, сбрасывая обоих юношей на каменный пол. Вслед за ними о преграду ударилась метла Грейнджер — девушка вскрикнула и тоже повалилась вниз. Однако грязнокровке повезло куда больше: она приземлилась прямиком на распластавшегося Поттера, заставив того сдавленно захрипеть от боли и выругаться сквозь зубы. Малфой не смог сдержать нервного смешка. Он всё ещё не мог поверить, что они с Лис спаслись. Драко уже успел попрощаться с жизнью, стоя в полыхающем зареве. Уизли ловко развернулся в футе от них, придерживая рукой Певерелл за своей спиной. — Гарри, я же говорил тебе, что лучше летаю. Не понимаю, почему именно тебя взяли тогда в команду? — его голос сильно дрожал. Но Малфой едва услышал его: он во все глаза глядел на Лис. Тёмные локоны растрепались, а лицо её было бледным как мел. Тонкая ткань кофты прожжена на плече. Глаза всё ещё трогательно расширены от недавнего испуга. Как же он успел соскучиться по ней! Игнорируя резкую боль в ушибленной спине, Драко поспешил подняться — ему хотелось поскорее обнять Певерелл. Но едва слизеринец оказался на ногах, как его в ту же секунду бесцеремонно и грубо толкнули к стене. В горло остро уперлась чужая палочка, а перед глазами возникло перерезанное шрамом лицо их бывшего профессора Защиты от тёмных искусств. — Назови хотя бы одну причину, почему я не должен убить тебя прямо сейчас. — Ремус, стой, он спас нас! — Драко и представить себе не мог, что Грейнджер будет его защищать. Однако мужчина, казалось, не слышал её, продолжая вжимать юношу в стену. Внезапно его перехватили со спины чьи-то руки, заставляя отступить. — Рем, довольно! Раз плотва говорит, что он на нашей стороне и спас их, не нужно его кошмарить. Люпин, всё ещё зло глядя на Малфоя, послушно отошел на пару шагов и нервно скинул с себя руки Блэка. Затем, пошатываясь, приблизился к Поттеру и крепко обнял его. — Чёрт, Гарри, вы здорово нас напугали. Мы думали, что вы все уже мертвы. Когда мы закончили с Пожирателями, в этой чертовой комнате уже всё пылало. Грейнджер тем временем подбежала к Лис и судорожно прижалась к ней, зарываясь лицом в растрепанные и чуть опаленные на концах волосы. Певерелл обвила подругу руками, и вдруг ее плечи затряслись от рыданий. Лицо Гермионы тоже исказилось, а из глаз потекли слезы. Девушки, сжимая друг друга в объятиях, осели на пол, почти синхронно всхлипывая. — Ну дела! — Уизли смотрел на них растерянно, уперев руки в бока. — Сначала чуть не сгорели, а теперь потонем. Когда этот чёртов день уже закончится?! Малфой усмехнулся, силясь прийти в себя от шока. И привалился спиной к стене, садясь на корточки и обхватывая голову руками. Он чуть не умер и чуть не потерял её. До безумия хотелось прижать сейчас Лис к себе, чтобы убедиться, что это не сон, и что они действительно спаслись. Что она живая и невредимая, рядом с ним. Он кинул взгляд на по-прежнему сидевших в обнимку девушек и усмехнулся сам себе. Похоже, надо встать в очередь. К нему подошел Поттер и опустился рядом, смотря перед собой — где только что закрылись и растворились в стене двери Выручай-комнаты, за которыми сейчас бушевало пламя. — Спасибо, Малфой, — произнес он надсадно и тихо. — Это тебе спасибо, Поттер, — неловко усмехнулся Драко, почему-то избегая смотреть на гриффиндорца, — что не бросил меня в огне. — Она бы мне не простила, — улыбнулся вдруг тот. — А так бы непременно бросил. — Врёшь, герой. — Вру, — отозвался Поттер, всё ещё улыбаясь, и прикрыл глаза. Драко откинул голову на прохладную кладку стены и снова посмотрел на Лис. Он не знал, что будет делать дальше, куда пойдет. Что скажет отцу и Лорду. Слизеринец не мог вернуться в мэнор после того, что сделал. Из Выручай-комнаты больше никто не спасся, поэтому пусть его лучше считают погибшим. Это будет ударом для матери, но так они с отцом будут в безопасности. Драко же будет скрываться. Хотя пока он не имел ни малейшего понятия, где и как именно. Словно вторя его мыслям, гриффиндорец вдруг негромко спросил: — Что с тобой будет теперь? — Я не знаю, Поттер. Думаю, подамся в бега. Меня посчитают погибшим, поэтому вряд ли будут сильно искать. — Но если найдут, то убьют, — донёсся до них хрипловатый голос Блэка. — Бегут и скрываются только предатели, тебя даже не станут допрашивать. — Значит, такова моя судьба, — Патетически изрек Малфой. Он не знал, что еще можно ответить. Вариантов у него и впрямь было немного. — Ты можешь остаться с нами, — Драко чуть не крякнул, когда услышал это предложение гриффиндурка. — Пока всё не кончится, будем скрываться вместе. Ведь, технически, мы тоже в бегах. — А поумнее ты ничего придумать не мог? — подал голос Люпин. — Тащить Пожирателя в свое убежище — это ведь именно то, чего нам сейчас не хватало. Слышал бы тебя твой отец. — Рем, не забывай, они ещё дети — Пожиратели или нет. Все они ещё плотва несмышленая. — Сириус, казалось, был голосом сострадания в тандеме этих двух мужчин. И Драко он пока что нравился несравнимо больше мрачного Ремуса. — И ты туда же. Ну давай, давай. Веди его к себе домой. Прихвати ещё пару беглых каторжников, чтобы тебя точно пристукнули ночью, пока ты спишь в своей колыбельке. Блэк, вопреки грубому тону друга, расхохотался. — Рем, я ведь и сам беглый каторжник. И ты двенадцать лет считал меня предателем и еще кем похуже, чем Пожиратели. — Не начинай свою волынку, Сириус, уже в печёнках сидит. Я уже извинялся, и не раз. Откуда мне было знать? Ты же не прислал мне из Азкабана цветной открытки с пояснением. Драко улыбнулся их перепалке. В его окружении так не разговаривали — тепло и по-свойски даже в перебранках. — Если мальчик захочет, пусть идет с нами. Он спас Гарри, Рем. И за одно это я готов отдать за него свою волчью жизнь. Поттер, тоже с усталой улыбкой наблюдавший за мужчинами, снова повернулся к Малфою. — Так что, пойдёшь? — Я был бы рад. У меня свои веские причины, ты же знаешь. — Вот чёрт, об этом я не подумал, — Драко с удивлением отметил, как гриффиндорец залился краской и отвёл взгляд. Сириус снова густо расхохотался, подходя к крестнику и легонько толкая его в плечо. — Не рассказывай это Ремусу, Гарри, а то скандал закрутится в новый оборот. — Не рассказывать что? — Люпин с интересом переводил взгляд со ставшего почти пунцовым лица Поттера на Сириуса и обратно. — Не говори ему, — хитро посмотрев на Драко, бросил Блэк и подмигнул слизеринцу. — Хочу увидеть его лицо, когда он сам догадается. Ремус в ответ только устало махнул рукой. А затем строго произнес, словно враз переключившись и собравшись: — Нам надо выбираться отсюда. И предупредить Минерву и других учителей, чтобы тоже отправлялись в укрытие. Школа небезопасна, и Тёмный Лорд может нагрянуть в любой момент, — он повернулся к расположившимся у стены подросткам и Блэку. — Каминная сеть сейчас не надёжна, перемещение могут перехватить. Поэтому давайте думать, как убраться отсюда непойманными. — В прошлый раз мы сбегали на мётлах из Хогсмида, — подала голос Гермиона, по-прежнему сидевшая рядом с притихшей Певерелл,— но сейчас там патруль и сигнальные чары. Все ходы из Хогвартса наверняка контролируются, а аппарировать из-под барьера нельзя. — Зато из-под барьера можно улететь. Конечно, не самое безопасное решение сейчас, но вряд ли кто-то догадается, что мы отправимся в путешествие именно сегодня, — Сириус поднялся на ноги и поправил куртку. — Давайте скорее, не будем терять времени. У нас его и так не шибко много. Подростки завозились, вставая и приводя в порядок одежду. Драко наконец подошел к ней. Помог подняться и тут же взял за руку, крепко сжимая её ладонь в своей. Лис ласково улыбнулась в ответ и переплела свои пальцы с его. Люпин, заметив это, возмущенно задохнулся: — Ну, теперь понятно. Молодец, девочка, умеешь выбирать, — вопреки сердитому тону, что-то в голосе оборотня выдавало тёплую насмешку. Девушка в ответ только слабо улыбнулась. Малфой всё ещё не мог поверить, что теперь будет с ней каждый день. Жить с Лис. Просыпаться каждое утро и видеть её, касаться, говорить с ней. И ему было совершенно плевать, что только что по его вине погибло не меньше дюжины Пожирателей. Что он своими руками убил собственную тётку. Спустя столько времени у него наконец появился шанс сделать выбор, на чьей стороне быть. И он его сделал.