Глава 45. Новая глава

      Порой у Поттера складывалось впечатление, что ему тайно помогают какие-то высшие силы. Может, почившие родители, а может, и сам Мерлин. Так или иначе, когда их многочисленная компания и на сей раз добралась до Блэк-холла совершенно невредимыми, Гарри вскинул уставший взгляд в расцветающее рассветом небо и одними губами прошептал: «Спасибо».        Блэк, нервно посмеиваясь, объявил, что после такой ночки сон к нему точно не придет, и громогласно крикнул Кричера, требуя подать себе кофе. Подростки же, борясь с зевотой и сонно слипавшимися глазами, нестройной гурьбой поплелись наверх. Гарри и Рон, впрочем, то и дело подозрительно поглядывали на Драко — но отчего-то воздержались от едких комментариев. Вероятно, причиной тому послужило то, как крепко и трепетно слизеринец держал за руку Лис, не отпуская её от себя ни на шаг с того момента, как они покинули школу.       Весь путь от Хогвартса до Гриммо 12 Малфой прижимал её к себе, стараясь согнать с лица глупую счастливую улыбку. В те несколько часов, что они стремительно летели над бесконечным, темневшим внизу лесом и недвижимыми, словно необитаемыми полями Шотландии, Драко не обращал внимания ни на холодный ветер, ни на противно оседавшую на коже морось с облаков — весь его мир сузился до ощущения её рук, невесомо обвивших его торс, и острого подбородка, уютно примостившегося на его плече. — На втором этаже больше нет свободных спален, кроме наших — в остальных мы собрали старый хлам. Зато на третьем Гермиона успела прибрать целых три комнаты, так что у тебя будет роскошный выбор, где остановиться, — вырвал слизеринца из задумчивости нежный голос Певерелл. — Стоит отметить, что Гермиона очень надеется увидеть свою соседку по комнате в нашей спальне, — смешливо бросила Грейнджер, сходя с лестницы и бросая лукавый взгляд на подругу.       Певерелл в ответ скорчила ей рожу и потянула Драко следом за собой наверх. Юноша расслабленно улыбался, позволяя Лис вести себя. В душе слизеринца тепло расползалось счастье. — Ну, собственно, выбирай. Не думаю, что между этими тремя спальнями есть большая разница, но тем не менее... — девушка не успела договорить — Малфой, быстро глянув вниз и удостоверившись, что что Поттер ушел спать и не прожигает бдительным взглядом его спину, притянул её к себе и поцеловал.       Лис обвила его руками и притянула ближе к себе. — Я думал, что потеряю тебя навсегда, — Малфой оторвался от её губ и вжался носом в висок, крепко сжимая Певерелл в объятиях. — Я была в этом уверена, знаешь ли. Если бы не ребята, мы бы уже догорали с тобой где-то среди старого хлама, — Лис отстранилась от него и ласково заглянула в лицо, словно заново изучая. — Спасибо, что спас нас. Представить себе не могу, чего тебе стоило ударить в спину своим, но я рада, что ты выбрал нас. — Тебя, Певерелл. Я выбрал тебя. И всегда буду выбирать только тебя.       Девушка улыбнулась и прижалась лбом к его плечу. — Я тебя люблю, Драко.       Сердце слизеринца сделало кульбит в груди и сладко сжалось от восторга. Это был первый раз, когда она сказала ему это. Лис тоже любит его!       Он счастливо засмеялся и подхватил девушку на руки, следуя в ближайшую к ним комнату. Обстановка здесь была довольно непримечательной: широкая кровать под тяжелым пологом, платяной шкаф вдоль стены, письменный стол-бюро с множеством ящиков и полочек, да глубокое кресло подле него.       Драко опустил Лис на постель и снова поцеловал. — Останься со мной сегодня. Не хочу тебя отпускать, — он просяще заглянул Лис в лицо и провел рукой по нежной щеке. — Ты что, Гермиона меня убьет назавтра, — засмеялась девушка. — А меня убьет Поттер, — усмехнулся Малфой, звонко чмокнув её в самый кончик носа, — хотя он, возможно, даже не станет дожидаться завтрашнего дня.       Певерелл тихо рассмеялась и откинулась на подушках. — Знаешь, шутки шутками, но я вообще спать хочу, — она вдруг широко зевнула и потянулась. — Я не буду даже начинать описывать, чего хочу я, — Драко легко поглаживал её по груди, животу, оставлял легкие поцелуи на скулах, шее и подбородке. — Мне надо сходить в душ и смыть с себя сажу и копоть. Тебе, между прочим, тоже. И кстати, у тебя нет вещей, чтобы переодеться. Не думаю, что будет хорошей идеей разгуливать по дому в полном пожирательском костюме, — тон девушки внезапно стал деловым. — Не в полном, маску-то я выкинул, — смешливо протянул слизеринец, снова склоняясь к её губам. — Кстати, зря. Она могла бы нам пригодиться потом. Ну, ничего, — Лис отпихнула юношу от себя и ловко слезла с кровати, проигнорировав недовольное цоканье Малфоя. — Душевая должна быть за одной из дверей в конце коридора, я на третий этаж редко захожу, поэтому точнее не подскажу. Но, думаю, там разберешься. Тебе принести поесть? — Я не голоден. Но не отказался бы от того, чтобы снова попробовать тебя, — он хитро улыбнулся на возмущенное восклицание девушки, которая, показав ему средний палец, тотчас выпорхнула из комнаты, плотно прикрывая за собой дверь.       Драко откинулся на спину и счастливо улыбнулся. Когда он шел сегодня в этот рейд, до смерти напуганный, что Певерелл могут снова схватить и на сей раз уже убить, то и представить себе не мог, что в ту же ночь будет засыпать с ней.       Внезапно, словно гром среди ясного неба, он вспомнил про свою планируемую помолвку с Асторией. Надо было рассказать Лис, пока не поздно. Чтобы у него был шанс объяснить ей всё — тогда она, возможно, сможет его простить. Иначе потом может рассказать чертов Тео, и там уж Драко не отвертится — Певерелл перестанет ему верить.       Слизеринец судорожно сел на кровати, обхватывая голову руками. Мысли суетливо заметались в его голове, наперебой подсказывая варианты, как лучше будет преподнести Лис такой неприятный сюрприз. Однако, на взгляд юноши, все эти варианты до одного были жалкими и чрезвычайно паршивыми: ситуация, с какой стороны ни взгляни, выглядела нелепо. Драко думал о том, что, будь он на месте Лис теперь, то чертовски обиделся бы — если бы, например, Певерелл была сейчас тайно обручена с Вудом или Ноттом и морочила ему голову признаниями в любви.       Лис больше не подпустит его к себе ни на шаг. Что он мог сказать ей? Что всё это лишь глупое стечение обстоятельств и давление отца? Даже в его собственной голове это звучало жалко и совершенно по-идиотски.       Юноша вскочил с кровати, нервно прошёлся по комнате.       Выбора у него, в конце концов, всё равно не было. Он ни за что не стал бы лгать ей —только не ей.       Из коридора послышались лёгкие шаги, заставляя его сердце тревожно замереть. Драко с силой сжал кулаки, стараясь взять себя в руки и успокоиться. Ведь он теперь будет жить в одном доме с ней — и найдёт способ вымолить прощение.       Тем временем, в дверях снова появилась Певерелл, протягивая юноше небольшую стопку одежды. — На. Гарри согласился снабдить тебя самым необходимым. Не переживай, вещи новые — это я ему дарила на Рождество и День Рождения, а этот дурачина не носит, бережет. Говорит, мол, дорого. Зато тебе отдал, не задумываясь. Вот странный человек, ей-богу.       Малфой медленно приблизился к ней и, перехватив из рук девушки подношение, притянул её к себе. — Лис, нам надо поговорить.       Певерелл подозрительно прищурилась, оглядывая его закушенную губу и серьёзно глядевшие на неё из-под ресниц глаза. — Хорошо, говори. Кстати, сразу предупрежу: я не смогу остаться с тобой сегодня — не хочу оставлять Герм одну. Когда я выходила сейчас, мне показалось, что она плакала. — Без проблем, — вопреки своим словам, Драко всё же ощутил слабый укол разочарования. Но нервное напряжение помешало ему по-настоящему расстроиться. — Тем более, что после того, что я собираюсь тебе рассказать, ты вряд ли захочешь остаться, — прозвучало жалобно, и Малфой едва заметно скривился от осознания, что снова ведет себя как трусливый слабак. — Ты меня пугаешь, — Лис нахмурилась шагнув ближе к нему и ласково проведя ладонью по щеке.       Затем девушка подошла к окну и ловко взобралась на подоконник — всем своим видом показывая, что готова слушать.       Драко приблизился почти вплотную и заглянул ей в глаза. Ему хотелось, чтобы Певерелл видела, что он ничего не пытается скрыть, солгать ей. Поэтому, несмотря на жгучее желание отвернуться, чтобы не наблюдать как её взгляд перестанет быть таким ласковым как теперь, слизеринец начал рассказ, упрямо не отводя глаз.       История получилась короткой. Да и рассказывать ему, по сути, было нечего: лишь про слова отца, про настойчивость Гринграсса, и про попытку Люциуса сосватать у Тадеуша Певерелла саму Лис.       Лицо девушки оставалось непроницаемым, а под конец собранной и словно отрепетированной речи Малфоя — хотя он даже примерно не представлял, что скажет ей, — Певерелл и вовсе отвернулась, откидывая голову на прохладное стекло.       В спальне повисла напряжённая тишина. — Лис, прости. Я знаю, извинения тут совершенно бесполезны, но я понятия не имею, как исправить то, что сделал. Я не обвиняю отца, ведь он хочет сделать так, как будет лучше для семьи и поместья. И не обвиняю Гринграссов — я никогда не говорил ни Астории, ни Рудольфу, что не хочу жениться. Что тоже подло, если так посудить. Но мне плевать. Я лишь хочу, чтобы ты знала: единственное, что в этой фальшивой и мерзкой истории настоящего — это мои чувства к тебе. И я готов отказаться от всего, если ты согласишься быть со мной, выйти за меня. Или даже не если не захочешь быть моей женой — просто будь рядом. Лис, пожалуйста, — юноша сжал руки в кулаки, стараясь унять дрожь. В груди разрасталось чувство потери. Он рушил всё собственными руками, но это было необходимо — Лис должна была знать и самостоятельно принять решение, простить или нет. Малфой молил высшие силы, Мерлина и Моргану, чтобы простила. — А почему сразу не сказал? Когда меня привели тогда в мэнор, например. У тебя было довольно времени на небольшой разговор, — Драко вдруг почему-то показалось, что Перевелл изо всех сил старается сдержать улыбку. Или, может, рыдания — на душе у слизеринца больно кольнуло. — Честно? Забыл. Я тогда забыл вообще про всё, даже про то, что ты в плену у нас. Утром меня чуть удар не хватил, когда я осознал, что потратил все время, что у нас было, не придумав, как тебя спасти. Даже не подумав об этом.       Лис в ответ лишь коротко усмехнулась.       Юноше неожиданно захотелось узнать, как она смогла заколдовать его тогда. И Беллатрису. До сих пор он почти не находил времени задуматься об этом всерьёз.       Девушка вдруг молча спрыгнула с подоконника и направилась к двери. — Куда ты? Лис, постой! — Драко кинулся за ней, перехватывая поперек груди и прижимая к себе. — Я прошу тебя, Певерелл, не уходи сейчас. Я не смогу так. Я подонок, просто конченный урод и сволочь. Я знаю это. Но я не лжец. С кем угодно — да, но не с тобой. Я клянусь говорить тебе всегда лишь правду!       Внезапно Лис прыснула и звонко расхохоталась. — А вот это мы запишем и запомним. Как там было: «подонок, конченный урод и сволочь»? Не знала, что у тебя такая низкая самооценка, Малфой, — смешливо протянула она, окидывая юношу лукавым взглядом.       Слизеринец оторопело отошел на шаг, вглядываясь в искрящиеся смехом глаза. — Лис? — его губы тоже стали растягиваться в улыбке. «Наверняка идиотской», — отстраненно подумал он про себя. — Драко, неужели ты думал, что мой отец не рассказал мне про письмо о помолвке? Они с мамой уже третье письмо подряд настойчиво требуют объяснений. И еще папа упомянул, как именно то письмо было сформулировано.       Юноша заинтересованно поднял бровь. — А ты не знаешь? — Лис снова тихо рассмеялась. — Тебя рекламировали как горячий пирожок — ограниченное предложение! — она хмыкнула и задумчиво почесала нос, словно припоминая точную формулировку, — что-то вроде: «У нас есть достойная и очень заинтересованная кандидатка, с которой уже подписан договор, но Ваша дочь в случае согласия будет в приоритете», — девушка вдруг смешливо хрюкнула, явно пытаясь сдержать рвущийся наружу смех, но не совладала с собой и снова расхохоталась, с трудом произнося: — папа тогда ещё сказал: «Как будто канадский фермер мне выставочного порося втридорога впаривает!».       Малфой застыл почти в ужасе — он чувствовал, как его щёки стремительно заливает краска. — Вот же чёрт, отец… — наблюдая за хохочущей Лис, Драко невольно улыбнулся. Его разрывали чувства: облегчение, бешеная радость оттого, что она знала, и ещё колкий стыд за какую-то коммивояжерскую красноречивость Люциуса.       Отсмеявшись, Лис устало опустилась на кровать и раскинулась на тяжелом бархатном покрывале, переводя дух.       Слизеринец медленно подошел и лёг рядом, почему-то не решаясь дотронуться до неё. Хотя ему вдруг безумно захотелось поцеловать Певерелл. Её щеки раскраснелись, а глаза — в слабом свете занимающегося утра, проникавшего в полутемную спальню, — сияли.       Неожиданно Лис резко выдохнула, словно собираясь с мыслями, и решительно поднялась на ноги. — Всё, мне пора. Я нужна Гермионе, а мне нужен горячий душ. Увидимся за завтраком, Малфой! — уже в дверях она обернулась и снова кинула на него смешливый взгляд. — Или мне лучше называть тебя выставочным поросёнком? — в ответ на возмущённый вскрик Драко она лишь тихо прыснула от смеха и вышла в коридор.       Малфой проводил её глазами и разочарованно вздохнул. Так хотелось, чтобы она осталась с ним. Так хотелось снова проснуться, держа её в объятиях. ***       Завтракали поздно.       Кричер, напяливший на себя парадный передник с рюшами, увлеченно прислуживал за столом. Впрочем, только Лис, Гермионе и Драко, почти полностью игнорируя присутствие всех остальных. — Сиятельная госпожа Певерелл, Ваш кофе готов. Кричер сегодня раздобыл самого свежего молока, как любит сиятельная госпожа Певерелл.       Слизеринец, не привыкший к подобному укладу в магических домах, с насмешливым интересом наблюдал за разыгрывающейся сценой.       Благодаря стараниям Лис и своему добродушному вниманию в сторону домовика, Гермиона со временем тоже получила у Кричера звание госпожи, но, в отличие от Певерелл, тот нарекал Грейнджер Милосердной. Гриффиндорка уже привыкла и даже не конфузилась.       Драко же стал для эльфа почетным гостем. Тот побаивался юноши, поскольку про строгие порядки в доме Малфоев среди домовиков ходили легенды. Впрочем, не все из слухов были неправдой. Отец бывал довольно резок и жесток в общении с низшими существами. Так или иначе, но любой каприз слизеринца исполнялся в мгновение ока, на что хозяин дома, Сириус Блэк, отзывался тихими вздохами и добродушными подколками.       В то утро юноша проснулся со счастливой улыбкой на губах. В первое мгновение, едва открыв глаза, он и сам не понял, почему в его душе расползается тихая радость. Но, наткнувшись глазами на незнакомый полог над головой, он тотчас вспомнил: теперь он рядом с Лис. Надолго ли? Никто не знал. Но в глубине души Малфой надеялся, что навсегда.       В сладком нетерпении он вскочил с кровати и направился в душ: хотелось поскорее привести себя в порядок и спуститься вниз, чтобы снова увидеть Певерелл. Обнять её. Может ли он обнимать Лис на глазах у Поттера? А впрочем, почему нет. Тот, казалось, знал не только про их объятия, и уже смирился.       Драко тихонько хмыкнул себе под нос.       Наскоро уложив волосы, он вернулся в спальню, где на низком комоде у двери покоилась оставленная вчера Лис стопка одежды. Вещи были маггловскими — как и любил Поттер. Серые спортивные штаны, пара тонких футболок, нераспечатанные коробки боксеров и носков.       Тщательно одевшись, юноша придирчиво осмотрел себя в зеркале и с удивлением отметил, что этот простой маггловский наряд ему чертовски шёл. Правда, сквозь непривычно мягкую ткань штанов едва заметно проглядывали очертания члена. В его окружении это считалось бы вопиющим моветоном. Но здесь, очевидно, вовсе не заморачивались о таких мелочах, поэтому слизеринец тоже решил не придавать этому большого значения.       Улыбнувшись своему отражению, Драко направился в гостиную — откуда уже доносились голоса проснувшихся обитателей Блэк-холла.       Едва Малфой спустился вниз, как тотчас же наткнулся на Уизли, жующего яблоко и что-то увлеченно доказывающего Поттеру. Заметив его, Рон вытаращил глаза и поперхнулся. — Вот же чёрт, я уже и забыл, что ты тоже тут! Чуть не обосрался! — сдавленно прохрипел он сквозь кашель. Взгляд Уизли упал на предплечье слизеринца, где на бледной коже отчетливо чернела Метка. Но он промолчал. — Рональд, выражения! — донёсся из глубины помещений возмущённый вскрик Грейнджер. — И тебе доброе утро, Уизел, — с привычной усмешкой отозвался Малфой и прошел в комнату, выискивая взглядом Лис. Он старался не думать о том, как отреагируют на чёртову татуировку остальные. — Она с Гермионой на кухне, готовит завтрак, — Поттер наблюдал за ним. Но в его прищуренном взгляде не было привычных вызова и злости. Скорее замешательство. Очевидно, гриффиндорец не имел ни малейшего понятия, как теперь вести себя с бывшим соперником, поэтому пока просто выжидающе изучал его. — Кричер мало того, что хам, так ещё и совершенно не умеет готовить. — Про меня ты, помнится, говорил примерно то же самое, — раздался от дверей нежный голос Певерелл. Проходя, она легко потрепала гриффиндорца по волосам. — Грязное враньё! Я высказывался только на счет твоей распутной натуры, сестренка. Про кулинарные навыки речи не шло!       Впервые Малфой слышал их перепалки настолько близко. Если бы он знал тогда, на пятом курсе, какими категориями разговаривают между собой Поттер и Лис, то ему и в голову бы не пришло, что они могут тайно встречаться. Слизеринец улыбнулся своим мыслям.       Певерелл, тем временем, проигнорировала выпад кузена и тепло улыбнулась Драко. Тот, как ему и хотелось с самого момента пробуждения, подошел к ней и обнял сзади, зарываясь носом в волосы. — Ну нет, этого мои глаза не выдержат! — Гарри оторопело закашлялся. — Знать про то, чем вы там занимаетесь — это одно, но видеть… — Так ты сними очки, дорогой, — перебила его Лис и показала юноше язык.       Тот рассмеялся и кинул в них подушкой. — Только прошу вас, без поцелуев. Это будет слишком для моей тонкой натуры!       Драко с интересом взглянул на Поттера: несмотря на притворно гневные вскрики и смущённый вид, тот явно был не против того, чтобы он был с его сестрой. Поттер, казалось, был даже отчасти доволен этим — вероятно от того, какой расслабленной и счастливой сейчас выглядела Певерелл.       Сегодня Лис была в лёгком летнем платье и босая. Под своими ладонями Малфой чувствовал тепло её тела, и в голову, помимо воли, закралась мысль, что ему уже не терпится, чтобы день закончился поскорее, и он смог остаться с Лис наедине.       Едва подумав об этом, Малфой осознал, что уже не сможет так просто отвлечься от горячих мыслей: даже теперь, сидя за столом в компании гриффиндорцев и Блэка, он не мог перестать представлять, что сделает с ней этим вечером. Ему до боли захотелось снова услышать крики Лис, почувствовать, как она дрожит от наслаждения в его руках.       За всеми волнениями и страхами последнего месяца он почти не находил времени вспоминать про их ночь в мэноре. Теперь же воспоминания душной волной обрушились на него, подкидывая воображению всё новые и новые картинки: как Певерелл кусает губы и выгибается, как комкает в тонких пальцах одеяло, пока Драко ласкает её языком, как умоляет скорее взять её, трахать быстрее и сильнее.       Неловко вздохнув от горячей волны, стремительно поднявшейся от низа живота и колко разлившейся до самых кончиков пальцев, Драко поперхнулся. Все взоры за столом мигом обратились к нему, а старый домовик тотчас же подскочил и любезно замолотил маленькими кулачками по его спине. — Осторожнее, благородный хозяин Драко! Кричер сейчас поможет. — Всё в порядке, не нужно, — хрипло проговорил Драко, прокашлявшись.       Но эльф упрямо продолжал молотить по его лопаткам, что-то успокаивающе приговаривая себе под нос. — Прекрати! — негромко, но низко и строго отчеканил Малфой.       Стук резко оборвался, а домовик испуганно всхлипнул и исчез. — Ничего себе, вот это настоящий командный голос, — довольно засмеялся Сириус. — Даже я остановился, хотя ничего такого и не делал.       Драко в ответ лишь усмехнулся. Командовать чужой прислугой было некрасиво, как ни крути — но что ему оставалось делать?       Его глаза уже привычно метнулись к лицу Лис — и юноша едва остановил себя от того, чтобы удивлённо прищуриться: он встретил потяжелевший, потемневший взгляд её карих глаз. Это длилось всего пару мгновений: девушка быстро взяла себя в руки, отвернулась и отпустила какую-то забавную шутку. По крайней мере, все за столом прыснули. Кроме Драко. Тот, словно под гипнозом, глядел на её лицо и старался сохранить невозмутимый вид, пока в его теле разрасталась мучительно сладкая дрожь от осознания, что только что он случайно нашел то, что её заводит. Чертовски сильно заводит.       Он едва мог дышать от накатившей вдруг душной волны. Ему до дрожи захотелось оказаться с ней в спальне прямо сейчас и проверить, как Лис отреагирует, если он отдаст приказ ей. Может,— тут слизеринец почувствовал, как горло сжимает спазм от с трудом сдерживаемого стона, — предварительно связав. Он изо всех сил сжал серебряную вилку в руке, пытаясь справиться с собой.       Перед глазами, сменяя друг друга, всплывали горячие образы, всё чаще возвращаясь к одному и тому же: Лис стоит на коленях перед ним, её руки связаны за спиной. Она смотрит на него спокойно и с вызовом — как и всегда. Но Драко приказывает ей открыть рот. И она слушается. И принимает его, глубоко.       Член под мягкой тканью брюк дернулся. У него уже стояло. Сильно. Эти чертовы штаны, и без того открывающие довольно много подробностей, сейчас не скрывали вообще ничего.       Малфой мысленно выругался. С виду он вел себя непринуждённо и спокойно — его навык, натренированный за последние месяцы почти до совершенства. Но изнутри слизеринца разрывало между горячим, почти болезненным возбуждением и холодящим ужасом от того, что скоро завтрак окончится, и ему придется встать из-за стола.       Не то чтобы Драко сильно боялся упасть в глазах Поттера или Блэка. Но ему до чертиков не хотелось смущать перед друзьями Лис. Поэтому он бросил все силы на то, чтобы представить Асторию, зовущую его на брачное ложе. Вместе с Амбридж. И с Кричером. Через несколько минут напряжение в члене спало — мерзкая компания на постели победила в его воображении стоящую перед ним на коленях Лис.       Малфой тихо выдохнул. И постарался больше не смотреть на Певерелл, потому что второго раунда внутренней борьбы он бы, наверное, не выдержал.       От внутренних метаний его отвлёк довольный голос Блэка: — Думаю, настало время собраться для небольшого совещания. Нам нужно обсудить дальнейший план — так как Тёмный Лорд не станет ждать, пока мы переведём дух после нашего вчерашнего приключения! — на этих словах мужчина повернулся к Драко и чуть сконфуженно продолжил: — ты не обижайся, парень, но, сам понимаешь, у нас были и будут свои секреты от тебя. Не принимай на свой счёт. — Не было и мысли, сэр. Кроме того, я так и не поблагодарил Вас, что согласились принять меня в своем доме. — Да какой я тебе сэр, с ума сошел, что ли. Сириус, просто Сириус, — Блэк поднялся и снова обратился к притихшим гриффиндорцам: — Ну, давайте, плотва, быстро обсудим наши планы, а потом вам надо отдохнуть и набраться сил. Вчера был тот ещё денёк.       Подростки неспешно поднялись из-за стола и последовали за мужчиной. Певерелл шла последней и чуть задержалась, оглядываясь на Драко: — Думаю, мы сегодня недолго. Все вымотаны, хоть и стараются держаться и делать вид, что все хорошо. Не скучай тут.       Малфой перехватил её за локоть и привлёк к себе. Он успел заметить, как взгляд Лис жадно скользнул по всей его фигуре, задержавшись в паху. — Нравится? — слизеринец вызывающе поднял бровь, как делал всегда, ещё со школы. В животе снова стремительно закручивалось возбуждение. — То, что видишь, — с усмешкой пояснил он в ответ на вопросительно прищурившиеся глаза девушки.       Лис удивлённо подняла брови. — Ты думаешь, я не заметил? Я знаю твой грязный секрет, Певерелл, — он нагнулся к самому её уху и тихо выдохнул в него: — что ты, оказывается, любишь быть послушной девочкой.       Драко с восторгом уловил тихий всхлип Лис и едва сдержался, чтобы не застонать: значит, он был прав.       Член — пока едва заметно — снова натянул ткань штанов. Лис закусила губу, заметив это. — Хочешь его? — Малфой прижался к её спине и снова наклонился, едва слышно, но властно произнося: — Если будешь хорошо себя вести, то получишь его сегодня вечером.       Лис хрипловато рассмеялась в ответ и, лукаво глянув на слизеринца через плечо, медленно облизнула губы. — Ещё посмотрим, кто кому в конце концов будет отдавать приказы, Малфой, — с этими словами Певерелл поспешно выпорхнула из комнаты, догоняя друзей.        Драко свистяще выдохнул сквозь зубы и, не сдержавшись, сжал себя через ткань штанов. Жить в одном доме с Лис оказалось куда труднее для его выдержки, чем он мог себе представить. ***       Их импровизированное собрание продлилось недолго.       Вчера в Хогвартсе они уничтожили диадему, и теперь им оставалось лишь найти Нагайну. А это было сложно — просто чертовски сложно. Волдеморт всегда держал змею при себе, не отпуская ни на фут — и теперь они знали, почему. Так что охота на маледиктуса Тёмного лорда была бы неизбежно сопряжена со встречей с ним самим.       В конце концов они заключили, что для этой вылазки им потребуется помощь всех членов Ордена: нужно было немедленно ввести их в курс дела и подключить к планированию наступления. Среди орденцев было много опытных мракоборцев, чьи знания и навыки они могли бы использовать. К тому же, теперь было известно, где находится убежище Волдеморта — поэтому всё, что им было нужно — это продуманный и надёжный план, да достаточное количество волшебников, чтобы сражаться.       Сириус решил не терять времени даром и тотчас же отправил сообщение в Орден — после оккупации Лондона Пожирателями Блэк и Люпин пользовались для связи зачарованными двусторонними свитками. Ответ Ремуса пришёл незамедлительно: назавтра он намеревался лично прибыть на Гриммо вместе с Кингсли и Грозным Глазом, чтобы в деталях продумать их планируемую операцию.       Подростки же, выйдя из кабинета Блэка, неспешно направились наверх.       Лис, тихо следуя за друзьями, погрузилась в собственные размышления. Если война вскоре закончится, то всё закончится и для неё. Эта мысль за многие месяцы уже стала почти привычной и не вызывала страха, но тем не менее наполняла душу девушки тихой грустью и тоской. Умирать Певерелл всё-таки до чёртиков не хотелось.       Драко в гостиной не оказалось — вероятно, он расположился в отведенной ему спальне. В голове Лис жарко пронеслись слова, что слизеринец сказал ей этим утром.       Едва увидев Малфоя сегодня — в маггловской одежде, облегающей всю его подтянутую фигуру, — Лис еле сдерживала себя, чтобы не пялиться уж слишком откровенно. Драко был хорош собой и отлично сложен. Но в этих тонких спортивных вещах, обтягивающих стройный торс и тугие мышцы, он буквально приковывал к себе взгляд девушки, заставляя её сердце заходиться в сладком нетерпении. Сразу вспоминалось, какой он нежный и несдержанный в постели, и как умело он доставлял ей наслаждение.       Внезапно Певерелл подумалось, что было бы славно провести оставшиеся ей на этом свете дни с ним — обнимаясь, болтая и занимаясь сексом. Она грустно улыбнулась себе под нос и послушно поддалась ладони Гермионы, настойчиво потянувшей её за собой. ***       Драко уловил из-за двери приглушенные голоса поднимавшихся по лестнице гриффиндорцев. Они провели в кабинете Блэка не больше часа — юноша не ждал, что Лис так быстро освободится. Однако, судя по звукам, Певерелл вместе с Грейнджер удалилась в их комнату на втором этаже. Что было паршиво — Малфой рассчитывал, что весь оставшийся день он проведет с ней.       Слизеринец решил попробовать спуститься на кухню — всё лучше, чем сидеть в одиночестве в комнате.       Однако нижний этаж встретил его тишиной: Блэк заперся у себя, и теперь из-за двери доносились лишь тихие ругательства мужчины и скрип пера. Кричер, по-прежнему в переднике с рюшами, прилежно вытирал пыль с широких деревянных подоконников. Делать тут было решительно нечего, и Драко, налив себе стакан воды, раздраженно проследовал обратно в свою спальню.       Однако, едва он вернулся в свою комнату, как тотчас же чуть не рассмеялся от радости — но вовремя сдержал себя, чтобы не выглядеть глупо. На окне сидела Лис и задумчиво смотрела сквозь стекло. Услышав его удивлённый вздох, девушка повернула голову и мягко улыбнулась слизеринцу. — Мы и впрямь сегодня недолго. Гермиона легла спать, а Гарри с Роном засели за шахматы. Поэтому тебе выпала честь меня развлекать.       Драко, не говоря ни слова, не глядя отставил стакан на письменный стол и приблизился к ней, заглядывая в лицо.       Певерелл старалась делать беззаботный вид, но юноша моментально понял, что с ней что-то происходит: во взгляде Лис мелькало нечто мрачное, невысказанное — едва различимое, но, тем не менее, он смог заметить. — Что-то случилось? Ты можешь мне рассказать, я постараюсь помочь, — он невесомо коснулся её подбородка, заставляя поднять на себя взгляд. — Всё в порядке. Просто мне страшно, Драко. Думаю, ты понимаешь, что скоро война подойдет к логическому завершению — битве. И я не могу не представлять, скольких нам предстоит в ней потерять, — на этих словах Певерелл отчего-то потупилась и отвела глаза.       Малфой опустился рядом с ней на подоконник и прижал к себе. — Что ж, изменить это я бессилен. Но я могу дать тебе клятву, Лис, что буду защищать тебя и твоих друзей даже ценой своей собственной жизни. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы ты никого не потеряла.       Певерелл невесело усмехнулась. — Ты противоречишь сам себе, Драко. Ведь ты мне тоже дорог. И тебя я тоже очень боюсь потерять. — Ты думаешь, от меня так просто отделаться? — слизеринец усмехнулся и откинул голову, прижимаясь затылком к нагретому августовским солнцем стеклу. — Я думаю, что хочу, чтобы у тебя осталось как можно хороших воспоминаний обо мне, — тихо, на грани слышимости выдохнула Лис, прежде чем ласково поцеловать его в губы.       Малфой с готовностью ответил — зарываясь ладонями в её волосы и прикрывая глаза. Краем сознания он отметил странную формулировку слов девушки, но тягуче расходящееся в крови желание и распирающая грудь нежность быстро заняли его внимание, отгоняя тревожные мысли.       Внезапно Лис отстранилась и, вскинув палочку, навела на комнату Заглушающие чары. Драко удивленно вскинул бровь, улыбаясь. — Настолько хороших воспоминаний, Певерелл?       Та в ответ лишь закусила губу, лукаво заглядывая юноше в глаза, после чего поцеловала его шею — проводя по нежной коже языком и чуть прикусывая.       Драко едва слышно застонал.       Её руки невесомо поглаживали его через одежду, и слизеринец почувствовал, как член стремительно наливается кровью. Малфой закинул голову, глядя на нее из-под прикрытых век. Дыхание начало сбиваться с ритма, а сердце быстро забилось в груди — в предвкушении. Он догадывался, что Лис хочет сделать с ним, и теперь едва сдерживался, чтобы не начать умолять её поскорее опуститься на колени.       Однако сладкое томление внезапно прервал громкий шум и вскрики с нижнего этажа. Певерелл резко отстранилась и повернулась на звук, зажав в руке палочку. Драко, повинуясь неконтролируемому порыву, слегка подтолкнул её рукой за свою спину и медленно медленно направился к двери — тоже с палочкой наготове.       С лестницы раздался громкий топот. Слизеринец замер и напрягся, целясь в дверной проём.       Перед входом шаги резко замерли, и послышался взволнованный крик Поттера: — Лис, Малфой, срочно спускайтесь вниз, у нас проблемы.       Драко нахмурился и отпер дверь, впуская гриффиндорца.       Тот, казалось, не ожидал, что ему откроют так быстро, и теперь неловко замер, переводя взгляд с лица кузины на своего извечного соперника — и обратно. — Хвала Мерлину, что ты одетая, сестренка. Честно говоря, не ожидал, — скорее всего, от волнения юноша выпалил первое, что пришло в голову, не успев как следует обдумать. Потому что едва Поттер произнес эти слова, как его рука тотчас же метнулась к губам — будто пытаясь затолкать сказанное обратно.       Певерелл резко вдохнула от удивления и закашлялась. — Вот же чёрт! Прости, Лис, я что-то фигню какую-то сморозил.       Гриффиндорец стыдливо опустил глаза вниз и наткнулся взглядом на резко очерченный мягкой тканью член Драко. Который от ласкового языка Лис, только что орудовавшего по его шее, снова напряженно поднялся.       Лицо юноши стало пунцовым, а глаза вытаращились. Но он продолжал пялиться на пах слизеринца, словно в оцепенении.       Драко, заметив это, широко ухмыльнулся и протянул язвительно, растягивая гласные — как делал всегда в школе во время их стычек: — Да, я уже большой мальчик, Поттер. Меряться не буду, прости, уже вырос из этого возраста.       Гриффиндорец одернул себя и поднял глаза. Казалось, после реплики Малфоя его щёки стали еще более красными. Он что-то неловко замямлил в свое оправдание, но, увидев, что Драко смотрит на него с ехидной усмешкой, в конце концов лишь раздраженно отмахнулся от него и выскочил из комнаты, делая им знак, чтобы направлялись следом.       Певерелл расхохоталась. — Ой, Лис, иди к черту! — буркнул юноша себе под нос, не оборачиваясь. — Тут такие дела творятся, а вы… — К слову, ты так и не рассказал, что произошло, — голос Малфоя по-прежнему звучал чуть насмешливо, но ему и впрямь было чертовски интересно, что так взбаламутило его лучшего врага.       Тот, казалось, был несказанно рад сменить тему, потому что, проигнорировав тон Малфоя, стал быстро говорить, попутно ведя их за собой вниз по лестнице: — На несколько магических районов напали Пожиратели смерти. Разрушили дома и взяли заложников. Многих убили.       Лис тихо ахнула и остановилась. Драко обернулся к ней и чуть сжал ее ладонь в своей — словно напоминая, что он рядом. И будет рядом всегда. — Те, кто были связаны с Орденом, успели аппарировать в безопасное место. Им некуда идти, и нужно разместить их здесь. Часть из них поживет пока в Норе, другие — в домах орденцев. Но основная часть тех, кто успел спастись, будет тут. Грюм и Кингсли организуют их перемещение сегодня. Мерлин знает как, конечно. Но, надеюсь, всё получится. — Среди убитых и пленных есть кто-то их тех, кого мы знаем? — голос Певерелл чуть заметно подрагивал, хоть она и старалась говорить спокойно. — Не близко, нет. Единственное только… — тут Поттер замялся и остановился. — Кто, Гарри? Кто?! — Понимаешь, я еще многого не знаю, Сириус зачитал нам только то, что успел наспех нацарапать ему на двустороннем пергаменте Люпин. Но Ремус упомянул, что среди пострадавших — семья Вуда. — Они спаслись?!       Это было нелогично, бесчеловечно и абсолютно эгоистично — но Драко почувствовал, что его злит упоминание о Вуде. И то, что Певерелл беспокоилась за него.       Слизеринец, впрочем, постарался справиться с собой, контролируя отражающиеся на лице эмоции. — Я не знаю, Лис. Наша часть спасшихся должна прибыть через пару часов — тогда все и спросим.       Певерелл в ответ лишь сухо кивнула.  ***       До прибытия спасшихся волшебников всем обитателям Гриммо предстояло переделать кучу дел: подготовить комнаты, собрать все запасы лекарств и зелий, имеющихся в доме. А также обзавестись провиантом, чтобы накормить всю немалую компанию их невольных гостей.       В Блэк-холле царила суета — даже Кричер, беспрестанно причитая и воздевая руки к небу, деловито носился из угла в угол, периодически исчезая в воздухе и появляясь снова — выполняя поручения. Он даже забывал кривить лицо, когда Рон или Гарри просили его о чем-либо. Глубоко сидящие в его голове каноны социальной стратификации, которые он тщательно блюл до сегодняшнего дня, словно размылись и выцвели от царящего в воздухе напряжения.       Когда первые приготовления были окончены, к слизеринцу и стоящей перед ним Лис — которую Драко уже почти привычно обвил руками со спины, — конфузясь и чуть заметно покраснев, подошел Поттер. Быстрым кивком головы он показал обоим, чтобы те следовали на ним.       Гарри привел их в полутемную кухню, где на магической плите неаппетитно булькало и дымилось какое-то варево Кричера. Очевидно, это был их сегодняшний ужин. Гриффиндорец кинул на кипящий котел неприязненный взгляд и тихо выдохнул, словно внезапно собравшись с духом: — Послушайте, я, конечно, не имею права в это лезть и всё такое. Но я хотел бы попросить вас... когда они прибудут сюда сейчас, сделайте вид, что вы не вместе, — он поднял глаза на озадаченных Лис и Драко, и медленно, словно с трудом подбирая слова, пояснил: — Если Вуд был там и выбрался, то ему сейчас и так тяжело — неизвестно, живы ли вообще его родители, а его дом разрушен. Если он увидит вас вместе, то это его добьет. Прошу. Он с детства поддерживал меня, открыл для меня квиддич. И я не хочу, чтобы он страдал больше, чем это необходимо.       Певерелл нахмурилась и сжала ладонями руки Драко — будто в попытке зацепиться за них, остаться так навсегда. Малфой, почувствовав это, едва заметно улыбнулся. В душе, вопреки раздражению от слов Поттера, теплилась нежность и просто необъятная любовь к ней. К его Лис. Он до сих пор не мог до конца поверить, что она его — это ощущалось как чудо. — Гарри, но с чего ты взял, что если Оливер спасся, то он решит приехать на Гриммо, а не остаться в Норе с близнецами? — в голосе девушки проскользнули недовольные нотки.       Поттер посмотрел на нее как-то странно, словно она не понимала чего-то совершенно очевидного. А затем, грустно усмехнувшись, произнес: — Потому что я видел, как он на тебя смотрит, сестренка. Знаешь, я мало что смыслю в этом, но тут с уверенностью могу сказать, что это был не просто влюбленный взгляд. Там такая тоска…       Сказав это, гриффиндорец как-то неловко усмехнулся. А затем быстро вышел из кухни — зачем-то плотно прикрывая за собой дверь. — Это было неожиданно, — Лис, казалось, была сбита с толку. — Совершенно согласен, — слизеринец крепче прижал ее к себе, будто ловя последние мгновения, когда мог сделать это здесь, в этой кухне, в этом доме. — И не скажу, что это мне сильно нравится. — Но Гарри прав, — девушка подняла на него глаза и посмотрела грустно, едва заметно поджав губы. — Оливер и так натерпелся, не стоит провоцировать скандал. — Он тебе нравится? — Не в том смысле, в каком ты думаешь, Драко. Он очень хороший и добрый человек, и я не хочу, чтобы он страдал. — То есть, нравится, — Малфой коснулся носом ее шеи, невесомо проводя линию от скулы до ключицы. — Драко, не выдумывай.       Слизеринец понимал, что ему не следует давить на Лис. Он знал мотивы девушки — равно как и мотивы Поттера. К тому же, неприятно шевелящаяся в его душе ревность не имела под собой никаких оснований: ведь Певерелл же сказала, что любит его — так что здесь они все выяснили. Но он не мог так просто отпустить эту ситуацию и покорно принять новые условия игры. Не без того, чтобы выторговать что-то для себя. Поэтому юноша, следуя выбранной им еще этим утром линии поведения, несильно прихватил зубами нежную кожу на ее шее и прикусил.       Лис протестующе замычала, но Драко, улучив момент, перехватил ее руки и завел за спину, удерживая одной своей ладонью. Другую он положил девушке на шею, прижимая к себе. После чего снова низко проговорил, чувствуя, как снова начинает возбуждаться: — Я согласен вести себя так, как попросил Поттер. Но мне это не по душе, Лис, — он прикусил мочку ее уха, и вероятно, довольно ощутимо, потому что Певерелл удивленно вскрикнула. — И я спрошу с тебя за каждое объятие, за каждый дружеский поцелуй в щечку. После, в спальне. Чем больше будет твоя вина, тем суровей — наказание.       Малфой услышал, как дыхание девушки участилось.       В душе юноши стремительно поднимался восторг: ему нравилась эта игра. Нравилось, как обычно гордая и независимая Лис замирала перед ним, когда он позволял себе говорить с ней властно и строго. Нравилось, как безропотно она подчиняется, принимая его правила. — Но если ты будешь хорошей девочкой, послушной, то тебя ждет награда. Ты же помнишь, как славно у меня получается вылизывать тебя, доводя до исступления?       Певерелл дернулась в его руках и едва слышно застонала. — Черт возьми, Драко…       Тот улыбнулся самому себе, чувствуя, как полувставший член жмется к животу. Внутри расходились сладкие волны возбуждения и предвкушения. Он продолжил: — Ты не представляешь, какая ты сладкая и мокрая, когда хочешь, Лис. И как хорошо трахать тебя языком, слушая твои крики. — Драко, пожалуйста, не сейчас, зачем ты…       Юноша прижался к ней пахом и низко проговорил, снова наклоняясь к шее. — И как невероятно сладко брать тебя после, расслабленную и податливую. Это так хорошо, что почти невыносимо. Но я вынесу, Певерелл, можешь не сомневаться. — Черт… — Лис изогнулась и подалась на его член, словно напрашиваясь.       У слизеринца перехватило дыхание, и он судорожно выдохнул, едва подавляя порыв задрать на ней платье и взять прямо сейчас. Он еле сдерживался, но не мог позволить им сорваться в это сладкое безумие здесь, на чертовой кухне Блэк-холла, куда в любой момент мог зайти кто угодно. Поэтому Драко резко выпустил ее руки и отступил на шаг, собираясь с мыслями и с силой проводя ладонью по лицу. В паху пульсировало напряжение, а мысли путались. — Впрочем, ты права: не сейчас. Но я буду ждать тебя в своей спальне сегодня вечером. И не в твоих интересах заставлять меня ждать слишком долго.       В темноте глаза Лис голодно блестели, а рот чуть приоткрылся.       Не давая себе времени передумать, Малфой стремительно вышел за дверь, почти бегом направляясь наверх. Ему был необходим холодный душ, пока оставалось еще немного времени.