Часть V. Это было давно

      Маленькая каморка в здании ветхого ангара техобслуживания встретила компанию беглецов затхлым воздухом и металлическим запахом. Ичиго с маху захлопнул дверь, проверил задвижку и только тогда позволил себе облегчённо выдохнуть. Оторвались. По крайней мере пока. Это помещение являлось одним из немногих запасных как раз на случай, если необходимо укрыться от погони, перевести дух или сменить жилище, если лишился старого.       Ренджи плюхнулся на старый ящик с инструментами и выругался себе под нос. Ичиго и Рукия заняли грязный матрас, лежащий у стены, когда-то белый, но теперь цвета унылого серого асфальта. Урюу же подошёл к столу, осторожно смахнул на середину столешницы россыпь мелких деталей, гаек, проводков и уселся на край, скрестив руки.       Все переводили дыхание после бега, стараясь унять внутреннее беспокойство от пока ещё бушующего в крови адреналина.       Юки же стояла у порога, спокойно осматривая тесное пространство: блеклые стены, мигающие боковые лампы, разбросанные то тут, то там детали, какие-то груды старых мониторов, перепаянные кабели, что валялись разбросанные на полу… Типичный пункт перегазовки.       — Ну?.. — подал наконец недовольный голос Ренджи. — И кто ты такая? Явно не каракурская.       Все наконец перевели взгляд на девушку, которая стойко выдержала немой напор.       — Сам не догадаешься? — в тон ему ответила Юки.       — Я бы не стал спрашивать, если бы знал ответ.       — Да, я действительно не из этого города, — согласно кивнула она и скользнула по лицам присутствующих внимательным взглядом. Чуть помолчав, она всё же честно сказала: — Я из «Quincy corp.».       — Дальше не продолжай, проваливай отсюда… — тихо, но угрожающе практически прорычал Ренджи. Он спрыгнул с ящика и медленно двинулся в сторону Юки, а в глубине его глаз она заметила плескающийся гнев, о чем так же свидетельствовали угрожающе сжатые кулаки. — То есть ты хочешь сказать, что я стоял рядом с корпоративной?! И дышал с тобой одним воздухом? Да вас же, поганых крыс, давить надо!       — Успокойся, — неожиданно миролюбиво сказала Рукия, оказавшись рядом и остановив его рукой.       — Какого хрена, Рукия?! Она ведь из корпорации!       — Но ведь не шинтековская, — подал из своего угла голос Ичиго.       — Какая, к черту, разница? — взвился Абарай. — Эти мрази все одинаковые, тебе ли не знать?! Рукия?       Урюу, сидевший на столешнице, слушал перебранку молча, готовый вновь в любой момент сорваться со своего места на защиту хрупкой девушки. Но Юки держалась спокойно, гордо вскинув подбородок, будто подобные вспышки чужого гнева были для неё привычным делом. Она не только не показывала страха, он уловил что-то вроде… любопытства? Мягкий, лукавый огонёк в её взгляде время от времени падал на него самого, словно она анализировала именно его реакцию, а не окружающих. И как будто не она стала причиной горячего спора его друзей.       — Но всё же зачем ты здесь? — наконец задал вполне логичный вопрос Куросаки.       — Выполняю задание от моего начальства, — уклончиво ответила Юки. — С вами, Фантомами, это не связано, если что, дело касается исключительно натянутых отношений двух политических гигантов. Межкорпоративные тёрки, так сказать.       — Так ты шпионка?.. — спросила Рукия. Удостоверившись, что Ренджи немного остыл, она наконец отошла от него и устало оперлась о стену.       — Ну… Отчасти можно и так сказать, — протянула девушка. — Да вы не переживайте, с вами не останусь, как только снаружи все стихнет, то уйду.       — Нет уж, убирайся прямо сейчас, тебе итак помогли, — вновь начал закипать едва успокоившийся Ренджи и обратился уже к Урюу: — Ты хоть и новенький, но мой тебе совет: не собирай всякую шваль с улицы, хорошим это ни для кого из нас не кончится.       — Я ведь и сам из корпорации, — справедливо заметил Исида.       — Ты там был против своей воли и свалил при первой же возможности, но вот она… — тут Абарай безаппеляционно ткнул в Юки пальцем, — работает на них добровольно.       Урюу покачал головой и подавил тяжёлый вздох. Ненависть Ренджи к корпорациям не была одномоментной вспышкой эмоций, она укоренилась в нём так глубоко, что стала частью его личности. Он рос в нижнем секторе Каракуры, где даже вонючий затхлый воздух считался роскошью. Его отец работал в распределительном центре топлива и однажды решился подать официальный запрос о перерасходе, полагая, что совершает правильный и честный поступок. Наивность стоила ему всего: корпорация тут же обвинила мужчину в саботаже, и всю семью внесли в список неблагонадёжных граждан. Родителей отправили в обсервацию на тяжёлые работы; обратно из них никто уже не вернулся, а тела тех, кто погибал, обычно утилизировали без уведомлений.       Ренджи тогда был подростком. Никаких связей, друзей, даже прав, чтобы хотя бы спросить, куда увезли его семью. Ему выдали бумагу с формальной компенсацией и рекомендацией не нарушать порядок. Это был первый раз, когда он почувствовал настоящую пустоту и ярость, которая позже стала его мотивацией к выживанию и главной причиной ненависти к миру.       Рукию он встретил спустя несколько месяцев. Тоже совсем юная девчонка, которой тогда едва ли исполнилось пятнадцать лет; она пряталась между контейнерами от патрульных. Её семья исчезла почти так же, а перед этим их объявили нарушителями режима. Рукия могла погибнуть, если бы Ренджи не нашёл её в тот день. С тех пор они практически не расставались, а их связь быстро укрепилась и стала невероятно прочной.       После таких событий прошлого Ренджи перестал различать корпорации по названиям. Для него не существовало ни «ShinTech», ни «Quincy corp.» — лишь политические структуры, которые с легкостью и цинизмом решали судьбы людей за закрытыми дверьми своих офисов, оставляя после себя лишь поломанные судьбы. И именно поэтому появление девушки «из верхов» рядом с ними автоматически превращало её в угрозу, кем бы она ни была на самом деле. Это понимали Ичиго и Рукия.       Впрочем, понимал его и Урюу. Но он не мог отделаться от навязчивой мысли, что Юки не опасна, по крайней мере не так, как видел её Ренджи. Что-то в её взгляде, спокойном и упрямом, в том, как она слушала, а не стремилась их переубедить и доказать свою правоту, заставляло его ей верить.       Юки, уловив напряжённое настроение команды, не стала оправдываться. Она только коротко кивнула, принимая обвинения как неизбежность.       — Спасибо, что дали перевести дух, — негромко сказала она, а затем повернулась к Урюу и мягко посмотрела на него: — Спасибо тебе, что заступился.       Она развернулась, осторожно открыла дверь, огляделась и только после этого пошла прочь, бесшумно ступая по асфальту.       Ренджи презрительно фыркнул, будто подтверждая этим собственные слова. И, возможно, именно это толкнуло Урюу к действию, а так же тяжёлый взгляд Юки, которым она его одарила перед уходом.       Он уже шагнул в сторону двери, но его остановил предостерегающий голос Ичиго:       — Эй, а ты-то куда?..       Урюу на мгновение задержался… Он и сам толком не знал, зачем ему это, но всё же, не поворачиваясь, напоследок буркнул тихое:       — Я сейчас…       Не дожидаясь больше лишних вопросов и под недоумённые взгляды товарищей, Исида выскользнул из ангара и торопливо отправился следом, пока она не успела далеко уйти.       Юки же нервно шла, борясь с диким желанием перейти на бег. Стыдно признаться, но ей впервые в жизни не хотелось выполнять задание. Да, она достаточно легко смогла найти свою цель. Даже слишком легко. Скорее, это сам объект первый вступил с ней в контакт, кто же знал, что она так быстро столкнётся с Фантомами? И как ей вообще теперь быть?.. Мало того, что этот дурацкий Исида оказался обаятельнее, чем на той фотографии в досье, так ещё и она сама растерялась в его присутствии, как малолетняя школьница. Руки до сих пор подрагивали, а в голове гулко отдавался его негромкий, но такой приятный голос.       Не этому её учил отец…       Она должна быть беспристрастной. Расчётливой. Внимательной. А то и вовсе циничной и жестокой. Однако сама по себе Юки обладала достаточно добрым нравом, и потому на работе пришлось научиться маскировать мягкий характер за маской жёсткости, дерзости и даже надменности. Она прекрасно умела в нужные моменты включать режим хладнокровия, и в иной ситуации с легкостью послала бы к черту того красноволосого татуированного придурка, но присутствие искомого объекта полностью вышибло её из колеи. И теперь Юки была зла и раздражена на саму себя. За собственную бесхребетность в первую очередь.       Может, стоит вернуться на базу? Сказать, что объект не найден, миссия провалилась, случается ведь и такое…       Нет, не поверят. А уж отец — тем более, Килге всегда чуял ложь за версту, он просто не поймёт, а она, получается, подведёт самого близкого для неё человека. Нужно что-то придумать… Нужно успокоиться, обдумать всё, найти потом этого Исиду вновь и…       — Эй!.. — раздалось неподалёку где-то за её спиной, отчего Юки, резко выдернутая из раздумий, чуть не подскочила на ходу.       Девушка остановилась и резко обернулась. Урюу быстро приближался, слегка запыхавшийся от торопливого шага, но по-прежнему всем своим он видом выражал спокойствие и собранность.       — Ты что, следил за мной? — попыталась она придать голосу резкость, но на выходе получилась смесь усмешки и мягкого сарказма.       — Просто хотел извиниться. За Ренджи. И за то, как мы на тебя накинулись, у него есть личные счеты с корпорациями. В общем, тяжёлая тема…       Тут он как-то неловко почесал затылок и криво усмехнулся. Юки тяжело вздохнула, но уголки губ, вопреки желанию выглядеть серьёзной, чуть заметно дрогнули, и она спокойно ответила:       — Я все понимаю, это у многих. А я сама к такому уже давно привыкла, так что всё в порядке.       — Всё равно, это было неправильно, — упрямо продолжил Урюу.       — Ты не обязан оправдывать чужое поведение. Но всё равно… спасибо тебе.       Они пару секунд стояли напротив друг друга, не зная, что сказать дальше. Юки отвела глаза, чтобы скрыть лёгкое смущение, а Урюу уже собирался задать какой-то вопрос, как пространство наполнил резкий металлический топот, отдающийся эхом в нешироком переулке позади них.       Юки мгновенно напряглась, а её взгляд стал жёстким, устремляясь за его спину.       — Патрульные, — озвучила она общую мысль.       Урюу внимательнее вслушался. Глухие тяжёлые шаги, треск радиопереговоров, неразборчивое металлическое бряканье… Судя по звукам, в их сторону шло минимум пять человек.       — Похоже, они прочёсывают квартал, — быстро сориентировалась Юки. — Ищут нас.       — Тогда пошли, — коротко бросил Урюу.       Он схватил её за запястье, неожиданно, но при этом осторожно, и потянул в сторону узкого прохода. Юки лишь на секунду удивлённо моргнула, но не стала сопротивляться, послушно следуя за ним.       Переулок вывел их к длинной стене старого склада, металлической и местами уже прогнившей. Урюу остановился, огляделся и заметил сбоку приоткрытый вентиляционный люк в пристройке к огромному зданию, бывшего некогда одним из многочисленных заводов по производству полупроводников.       — Сюда, — коротко сказал он и, сделав несколько шагов, первым нырнул в темноту.       Юки последовала за ним и аккуратно прикрыла люк изнутри. Здесь оказалось сыро, пахло плесенью, маслом и старым металлом, а тусклый свет, что просачивался из проржавевших дыр крыши, едва ли позволял разглядеть внутри что-либо.       Укрылись они вовремя, потому что снаружи шаги прогремели совсем рядом. Пара голосов что-то громко обсуждала, судя по фрагментам, речь шла о сбежавших Фантомах. Юки невольно задержала дыхание и лишь спустя секунду поняла, куда именно они забрались.       То, что выглядело вентиляционной шахтой, оказалось обычным широким входным каналом. Они попали в распределительный узел, который представлял из себя небольшую сервисную камеру, где сходились несколько шахт. Когда-то здесь стоял вентильный блок, но его давно сняли, оставив только трубы, обрезки кабелей и металлические балки, перегораживающие проход вглубь.       Свободного места было ничтожно мало. Ниша оказалась около метра глубиной и шириной не больше человеческих плеч. Залезая первым, Урюу упёрся спиной в холодную стену, чтобы дать ей место. Но как только Юки протиснулась внутрь и закрыла люк, стало ясно, что двинуться им теперь просто некуда. Справа и слева воздуховоды плотно зажимали пространство, а сверху свисала металлическая балка, почти касающаяся их голов. Юки оказалась прижатой к его груди, а он вынужден стоять, слегка наклонившись над ней, чтобы не удариться о перекладину и не задеть стенку, которая скрипела от малейшего шороха. Сейчас любое неловкое движение, и металл просто-напросто хладнокровно выдаст их.       Юки чувствовала, как тепло его тела пробивается даже через плотную ткань его толстовки. Её руки инстинктивно упёрлись в его грудь, чтобы хоть как-то сохранить дистанцию и свой баланс.       Снаружи шаги остановились прямо у люка. Один из патрульных что-то пробурчал, на что проследовал невнятный ответ от другого. Юки ощутила, как сердце Урюу ускорилось. Только она не знала от страха быть пойманными или от того же, что она сейчас чувствовала сама. А внутри бушевала настоящая буря; она ещё никогда и ни с кем не находилась так близко. Настолько, что ощущала чужое дыхание на собственном лице.       — Они пройдут. Не бойся.       Она удивлённо посмотрела на него. Он что, переживает?.. За неё? Абсолютно чужого человека?       — Какой-то ты странный, — шёпотом ответила она. — Не похож на остальных.       — Это комплимент?       — Пока ещё не решила.       Шаги постепенно начали удаляться. Юки наконец с облегчением выдохнула, ощущая, как напряжение отступает, но не полностью. Теперь рядом находился другой источник волнения.       — Спасибо, — сказала она уже чуть более уверенно.       — Ты слишком много благодаришь меня, — отозвался он, внимательно глядя на улицу через щель между стеной и крышкой люка.       — Тогда тебе стоит перестать помогать незнакомым девушкам.       — Ты ведь представилась, — покосился на неё Урюу, — так что технически мы уже знакомы.       Юки на это лишь фыркнула и предпочла воздержаться от ответного комментария, сказав совершенно другое:       — Они будут прочесывать квартал до вечера в поисках нарушителей. Я слышала, что за поимку одного из вас платят вознаграждение.       — Предлагаю тогда пойти внутрь и переждать, — с этими словами Урюу кивнул в сторону.       Юки давно заметила щель в углу «кармана», в котором они сейчас находились, но проржавевший металл до сих пор не позволял им сдвинуться с места, ведь малейшее шевеление вызывало предательский скрип, который выдал бы их местонахождение. Теперь, когда патрульные отошли, а новые ещё не показались в поле зрения, у них появился шанс уйти вглубь.       Юки осторожно опустила ладонь на проржавевший металл и надавила; балка легко поддалась, открывая им проход вглубь здания.       — Идём, — тихо сказала Юки.       — Давай я первый.       Урюу протиснулся в узкий лаз. Металл неприятно холодил ладони, а ржавые края железа цепляли одежду. Юки проследовала за ним, и вскоре узкий «карман» расширился в рваный проём, ведущий в тёмный коридор завода.       — Видимо, здесь и придётся переждать кипиш, — оценил помещение Урюу. — Патруль сюда навряд ли сунется.       — Хотелось бы надеяться…       Они прошли чуть дальше и нашли помещение, похожее на бывшую комнату отдыха персонала с минимальным убранством: стену подпирал большой ветхий диван в рваной обивке, рядом покоился перевёрнутый стол, а обугленная микроволновка в углу завершала «интерьер». Но зато массивная дверь оказалась целая и запиралась изнутри. Для беглецов вроде них это настоящая роскошь.       Юки села на край дивана, закинув ногу на ногу, стараясь выглядеть спокойной, а Урюу примостился на противоположном конце, откинувшись на спинку.       Некоторое время они молчали, прислушиваясь, как снаружи гулко скрежещут механические манипуляторы на соседней улице.       — Значит, ты правда из «Quincy corp.»? — наконец задал он вопрос.       — А ты сомневался?       — Не то чтобы… — Урюу немного помолчал, а затем всё же добавил: — Просто обычно сотрудники из корпораций не гуляют свободно по Каракуре, тем более в подобных районах.       — Всякое бывает, — уклончиво ответила Юки, — вот только тебе-то откуда знать?       — Я тоже когда-то работал на них.       С этими словами Исида отвёл взгляд, делая вид, что его внимание привлекли стены. В его душе поселились то противное чувство, когда в разговоре грозятся всплыть болезненные темы, которые не хотелось бы обсуждать. Но главная проблема ещё была в том, что рядом с этой незнакомкой он не ощущал страха быть непонятым. В этой девушке крылось нечто притягивающее, и это Урюу очень не нравилось.       — Ты сказала, что выполняешь задание, но не ответила, какое именно.       Юки закусила губу. Почему-то лгать не хотелось. Но и говорить правду пока тоже. Даже несмотря на то, что причина её пребывания здесь находилась в метре от неё.       — Скажу так… меня сюда прислали не ради «ShinTech» и не ради вас, Фантомов. А большего я сказать пока не могу.       — «Пока»? — изогнул бровь Урюу.       Юки про себя чертыхнулась. Что-то она слишком расслабилась. С таким человеком нужно тщательно подбирать слова и следить за тем, что говоришь. В досье ведь было чётко указано, что этот человек достаточно умен.       — Не придирайся к словам, — недовольно буркнула Юки, вызывая на его лице лёгкую улыбку. Вот ведь засранец!       — И не собирался, — миролюбиво ответил он. — Я тоже когда-то работал на корпорацию.       Юки постаралась изобразить искренне удивление.       — Сбежал?       — Да.       — Почему?       — Стечение обстоятельств, — уклончиво ответил Урюу.       — А как тебе достался этот имплант?       Его лицо тут же стало серьёзным.       — Долгая история.       — Мы никуда и не торопимся. — с этими словами Юки демонстративно уселась поудобнее, всем своим видом давая понять, что готова его выслушать.       Урюу несколько мгновений молчал, глядя на неё так, что она успела пожалеть о своём вопросе. Его внутренняя борьба длилась недолго, и он, наконец приняв для себя решение, тяжело вздохнул и ответил:       — У меня с рождения плохое зрение, даже очки не особо помогали, — нехотя начал он, словно вытаскивая из памяти нечто очень старое, но тяжёлое. Пальцы машинально коснулись металлической пластины у виска, — на тот момент в главном НИИ Каракуры запустили программу для детей вроде меня. Нас собирали со всей округи: детей с врождёнными нарушениями, и не только с плохим зрением. Родителям говорили, что это шанс. Что методы уже почти полностью доказаны, что нам проведут операции лучшие хирурги… И что будет курировать процесс сама Сенджумару Шутара.       Последние два слова были произнесены с нескрываемым отвращением, что сразу заметила Юки. Ей не составило труда понять, что Урюу сейчас делится с ней сокровенным и чем-то невероятно болезненным, отчего сердце неприятно сжалось. Может, она зря подняла эту тему? Но Урюу, не замечая её терзаний, тем временем продолжил:       — Родители, конечно, им поверили. Да и кто бы не поверил? Им дали красивую брошюру, рассказали о реабилитации, обещали здоровое будущее их детей. Мама и папа искренне надеялись, что всё получится. Но во время операции что-то пошло не так. Один глаз удалось сохранить, а вот второй нет, и тогда мне поставили вот это. — Урюу снова коснулся импланта и брезгливо сморщился. — Экспериментальную модель, о которой никто особо не знал.       — Экспериментальную?.. — тихо переспросила Юки.       — Да. Никаких патентов, гарантий… А на словах — это лучшее изобретение того времени, ведь пластина могла расти вместе с мышцами, подстраиваться под организм, то есть действительно стать полноценной частью тела. Шутара сделала вид, что всё нормально и под полным контролем. Мол, сбои, конечно же, бывают, главное, что я остался жив, а имплант приживется и станет полноценной заменой утерянного органа. И родители вновь поверили ей. Она умела говорить так, чтобы верили, вот только… Потом, много лет спустя, я узнал, что всё это действительно было экспериментом, но каким? Дети вроде меня были не пациентами, а подопытными крысами. Что боли, осложнения от проводимых ими операций или побочек от их лекарств, отказ органов и тканей, летальные исходы — являлись в порядке вещей… в общем, нас и не собирались лечить. На нас просто проверяли новые препараты, новые схемы стимуляции нервных окончаний, новые импланты вроде этого. Мы стали частью плана Сенджумару.       Юки от этого рассказа стало не по себе. Она знала о «ShinTech» достаточно гнусных вещей, но думала, что есть предел цинизму, но, как оказалось, она глубоко заблуждалась.       — А... твои родители?..       — Папа видел, что мне становилось хуже, они ходили к Сенджумару, мама чуть ли не на коленях умоляла избавить меня от болей, но каждый раз мы получали отказ, якобы так приживается имплант, нужно время для адаптации организма. И однажды папе в руки попал один из отчётов. Я не знаю каким образом, но могу догадываться, что незаконным путём. И родители начали задавать вопросы. Слишком много неудобных вопросов. А они не любят, когда вникают туда, куда не положено.       — Что с ними случилось? — тихо спросила Юки, уже догадываясь, каков будет ответ.       — Однажды они просто не вернулись. — тут голос Урюу стал холодным, а Юки сама не заметила, как невольно сжалась. — Мне сказали, что их перевели в другой сектор на новую работу. Потом, что они уехали за пределы города. А через пару недель меня забрали в спецучреждение. Для сирот. Я так и не узнал, что с ними сделали, могу лишь догадываться. А когда вырос… меня снова нашла «ShinTech». Только теперь уже как перспективного сотрудника, и выбора не оставили.       — Урюу… — начала она, но он лишь поднял ладонь, останавливая невысказанное сожаление девушки.       — Всё в порядке. Это было давно. Просто ты спросила, а я ответил, вот и всё.       Юки виновато опустила голову. Зачем он вообще так откровенно ей это все рассказал? Она ведь чужачка, а у него множество причин искренне ненавидеть всех, кто так или иначе связан с корпорациями. И её саму в том числе. Но в этом парне отсутствовал даже намёк на озлобленность, которая бушевала в том же Ренджи… Лишь усталость.       Внутри неё что-то неприятно заныло, а в сердце поселилась тяжесть от чувства вины, словно, она сама тоже являлась причиной тех давних событий. Она слегка пододвинулась к нему и осторожно коснулась его плеча так, чтобы это не выглядело вызывающе, а лишь как попытка показать сочувствие. Урюу удивлённо посмотрел на Юки, а она в ответ одарила его мягким, но грустным взглядом:       — Мне очень жаль…       — Всё в порядке, — постарался как можно спокойнее ответить он. — Как сказал один мой новый знакомый: что было, то уже прошло.       Оба на какое-то время замолчали, каждый думая о чем-то своём. Через несколько минут Урюу неожиданно спросил:       — А каково… жить вне Каракуры? Говорят, там воздух совсем другой.       Юки чуть улыбнулась одними уголками губ.       — Ты удивишься, но да, другой. Люди живут спокойнее, хоть зависимость от корпораций и не меньше, чем здесь. Но всё равно дышится легче, это правда. — Она подняла взгляд на его профиль. — Если хочешь, ты мог бы присоединиться к нам. У нас есть места для специалистов с твоими навыками. Там ты был бы в безопасности.       Урюу насмешливо хмыкнул.       — Безопасность — понятие очень абстрактное. Особенно если дело касается корпораций. — он повернул голову, и свет от далёкой лампы скользнул по металлической пластине. — Я сделал выбор — это жизнь среди Фантомов. Здесь я хотя бы понимаю, кто враг, а кто нет.       — Но там тебе было бы лучше, — мягко возразила она, не решаясь назвать настоящую причину, по которой она сейчас сидела рядом с ним.       — Кто знает, но я уже не могу бросить остальных. Они меня спасли, приняли… И я им многим обязан.       Юки тихо вздохнула и больше не стала настаивать. Она не сказала самого главного — что пришла сюда именно за ним. Не смогла. Мысли окончательно спутались, за последние часы Юки впервые почувствовала усталость, будто с неё кому-то удалось наконец сорвать толстую и тяжёлую броню, за которую она столько лет пряталась от внешнего мира, выстроив свой собственный. Иллюзорный.       За тяжёлыми мыслями Юки сама не заметила, как постепенно опустила голову, проваливаясь в сон, а затем и вовсе уронила её на плечо Урюу. Он чуть напрягся, но не шелохнулся, только повернул голову и украдкой посмотрел вниз: на её закрытые глаза, длинные ресницы, на мягкую длинную прядь, упавшую на его грудь.       Будить он её не стал. Сам прикрыл веки и тоже позволил себе задремать. А когда проснулся уже вечерело, судя по тусклому освещению. Юки продолжала тихо посапывать на его плече.       — Эй, — он осторожно потряс её за предплечье, — нам пора.       Юки открыла глаза, моргнула и быстро подняла голову. Она огляделась, словно пытаясь вспомнить, где находится, после чего поднялась на ноги.       — Прости, — смущённо пробормотала она, заливаясь краской. Благо, что было уже достаточно темно, чтобы скрыть этот дурацкий румянец, — я что-то совсем…       — Все хорошо, я и сам вздремнул, — заверил её Урюу и тоже поднялся.       Они выбрались обратно к узким проходам полуразрушенного корпуса тем же путем, что и пришли, убеждаясь, что поблизости нет патрульных. У выхода они остановились, и Юки смущённо произнесла:       — Мы ещё увидимся?       — Вполне может быть.       Юки кивнула, будто этих слов оказалось достаточно, но… это была наглая ложь; она не хотела от него уходить. И покидая это место, уже мысленно искала способы встретить его вновь, не подозревая, что он думал о том же.