Часть 6. Стечение обстоятельств

      Ночь в убежище была беспокойной: царило непривычное напряжение, и никто из ребят не расходился спать.       Ичиго и Ясутора бесцельно ходили из угла в угол, изредка обмениваясь сухими фразами, а Орихиме уже в который раз молча протирала стол на кухне. Нервозность сквозила в каждом её движении и жесте, — девушка сильно переживала. Все трое переживали. Несмотря на столь короткое время, проведённое рядом с Урюу, последний быстро стал полноценным членом их маленькой команды.       Наконец дверь тихо скрипнула, и в проход, пригибаясь, вошёл виновник всеобщей бессонницы. Он успел сделать всего пару шагов, как на него коршуном налетел Ичиго.       — Придурка кусок, ты где шлялся?! Мы уже думали, что тебя либо подстрелили, либо ты на патруль нарвался!       — Это одно и то же, — растерянно заметил Урюу.       — Заткнись! Да я уже думал как вызволять твой труп! Или тебя в мешок засунули и утащили куда-нибудь в подвал, чтобы пытать! Скажи уже что-нибудь, задрот?!       Урюу, как ни странно, даже не ощущал раздражения, слушая столь нелепые обвинения. А за спиной Куросаки он с удивлением обнаружил ещё две пары обеспокоенных глаз, что смотрели на него, явно ожидая объяснений.       — Я в порядке, — спокойно сказал он, примирительно поднимая ладони. — Никто меня в мешки не засовывал, не стрелял, не пытал. Просто задержался, я ж не мелкий ребёнок.       — Вот именно, что ты почти ребёнок! — вновь вспылил Ичиго. — Чтобы освоиться в нашем мире нужно время, знания и умения, которых у тебя ещё нет, тупица! А сколько опытных из наших пропадает, что уж говорить о тебе?!       — Ичиго… — подала обеспокоенный голос Орихиме. — Он ведь и правда не специально, главное, что вернулся…       — Успокойтесь, ребят, — миролюбиво ответил Урюу, — тот факт, что я просто задержался ничего не значит.       — «Просто задержался», да? — протянул Куросаки уже спокойнее. — А, может, кое-кто даже слишком хотел задержаться? С кое-кем?       Урюу сделал вид, что не понял его вопроса, в то время как Ичиго, гаденько ухмыляясь, продолжил:       — Ну давай, скажи, что это не из-за той девчонки.       Тишина установилась мгновенно. Орихиме растерянно моргнула раз, другой, а Ясутора почесал переносицу и вопросительно посмотрел на Урюу через густую чёлку. Даже вечно дребезжащая вентиляция, казалось, стихла на несколько секунд, делая молчание ещё более неловким. Урюу стоял неподвижно, но и его выдержка начала постепенно трещать по швам. Он мог понять их беспокойство, но отчитывать его, словно мальчишку… Это уже перебор. Парень открыл было рот, чтобы защитить свою честь, как Ичиго, по-своему воспринявший это молчание, его вновь опередил:       — Я так и знал. Значит, запал на эту Юки, или как там её. Не думал, что ты у нас такой падкий на девчонок, по такому задроту, как ты не скажешь. Хотя, она, в целом и ничего…       Даже Ясутора широко распахнул глаза, а Орихиме метнула в Ичиго острый взгляд, отчего тот прикусил язык.       — Серьёзно? — пробасил Садо.       — Ох, наверное, она очень милая, — по-доброму сказала Орихиме и мягко улыбнулась.       — Вы совсем охренели?! — наконец громко возмутился Урюу. — Да с чего вы вообще взяли, что…       — А с того, — перебил его Ичиго, — что ты увязался за ней, как щенок и пропал на целых двенадцать часов!       — Мы просто столкнулись с патрульными и вынуждены были переждать в заброшке! Я жив и вернулся, чего пристал вообще?!       — Ну мы тут, типа, с ума сходим, думаем где искать, мысленно уже схоронили твою тушку, а ты, видите ли…       — Придурок, — закатил глаза Урюу, с шумом выдохнул и посмотрел на Орихиме, игнорируя испепеляющий взгляд в свою сторону, — а есть что-нибудь перекусить?..       Девушка на глазах посветлела, обрадовано кивнула и метнулась на кухню. Похоже, конфликт был исчерпан, во всяком случае на это надеялся Урюу. Хоть Ичиго и продолжил ворчать ещё какое-то время, а весь остаток вечера он задавал один и тот же вопрос:       — Она тебе понравилась, да?       Исида предпочитал игнорировать друга и эти глупые подколы с его стороны, принципиально не отвечая. Впрочем, мысленно он всё же нашёл в себе смелость нехотя признаться в том, в чем обвинял его Ичиго.

***

      Юки уже давно сидела на бетонной плите старой крыши в одиночестве, прижимая к груди свой небольшой рюкзак и всматриваясь вниз. Город обнимал гигантский уродливый купол, под которым мерцали тусклые огни. Да уж... Жить здесь и не сойти с ума — та ещё задача.       Девушка была поглощена различными мыслями, которые крутились в ее голове сумасшедшей, вышедшей из-под контроля, каруселью. Она могла бы легко найти его завтра. Этот новичок достаточно быстро завоевал всеобщее доверие, что подтвердили и её агенты среди Фантомов, но… Проблема была вовсе не в этом.       Она просто не знала, что скажет ему, когда вновь найдёт. Юки уже сделала ему предложение со своей стороны, на которое получила очевидный отказ. Но на тот момент она уже поняла, каков будет его ответ, достаточно было выслушать ту историю, чтобы понять, что Урюу больше не собирается снова каким-либо образом связывать себя с корпорациями.       Юки тяжело вздохнула и уперлась подбородком в свои колени. Вот ведь… Это оказалась первая миссия в её жизни, которую она с треском провалила. И не только перед Яхве, отцом и остальными… Она облажалась и перед самой собой.       «Никакой симпатии к объектам» — одно из ключевых правил, которое она себе установила. И которое теперь сама же и нарушила.       Юки достала из рюкзака коммуникатор и уставилась на тёмный экран. Руки предательски дрожали. Она тянула, зачем-то медлила… Но всё же решилась. Глубоко вдохнув, нажала символ вызова, надеясь, что ответа не последует.       Но почти сразу на экране проявилось знакомое и дорогое сердцу лицо: резкие черты, холодный взгляд, характерные чёрные пряди, спадающие на правую сторону высоко лба. Килге выглядел так же, как всегда, но в его взгляде читалось волнение от столь внезапного позднего звонка. Похоже, он всё ещё на работе; звонок Юки застал того в рабочем кабинете.       — Юки? Почему так поздно? Что-то случилось?       Девушка сглотнула, а её первые слова вышли совсем не такими, какими бы ей хотелось:       — Папа… как ты? Как дела дома?       Он чуть нахмурился, что даже камера не скрыла того, как внимательно он всматривался в её лицо, ища в нем следы тревоги. Чуть помедлив, он наконец ответил:       — У нас всё стабильно. Но к чему эти вопросы? Ты ведь не звонишь просто так, поэтому говори сразу прямо: что у тебя случилось?       — В общем, я нашла объект.       — То есть уже удалось вступить в контакт? — уточнил он, на что получил согласный кивок. — И как прошло?       — Я… пап, я не знаю, что делать, — сказала она неуверенно и виновато опустила взгляд, — описание его личности в досье соответствует тому, какой он в реальности, но... я не уверена, что смогу выполнить задание господина Яхве.       Килге медленно откинулся назад в кресле. Побарабанив пальцами по столу, он после небольшой паузы спокойно произнёс:       — Тспугалась? Или же... тут дело в чем-то в другом?       Юки молчала. Да и что тут сказать? Она отвела взгляд, а тишина итак сказала всё за неё.       Мужчина протяжно выдохнул. Он не привык показывать свои эмоции, но сейчас наступил тот редкий момент, когда всё же пришлось. Он постарался придать своему голосу мягкости, что оказалось не так непросто:       — Знаешь, ты ведь никогда не была солдатом. Слишком мягкая и добрая для этого.       — К чему ты это говоришь?       — Если ты колеблешься… если чувствуешь, что надо поступить так, а не иначе, то поступай. Делай то, что считаешь нужным.       Юки ошарашенно посмотрела на отца. Она ожидала чего угодно — лекций, наставлений, отчитываний, как это обычно случалось раньше. Но никак не поддержки.       — Но ведь задание…       — Приказ остаётся приказом, — сурово сказал он. — Но я доверяю тебе. Что бы ты ни выбрала, я не буду заставлять тебя предавать собственную совесть. Решай сама, как тебе быть, я тебя в любом случае поддержу.       Юки не верила своим ушам. И это сейчас говорит человек, для которого дисциплина и слепое повиновение Яхве — святая святых?.. И для которого любое невыполнение приказа — повод отправить под трибунал?       — Пап…       — Будь осторожна, — сказал он напоследок, а затем связь оборвалась.       Юки осталась сидеть на крыше, прижимая ладонь к губам, совершенно не понимая, как ей поступать дальше.       «Решай сама, как тебе быть» — эхом звучала сказанная отцом фраза. Лёгко сказать… Вот только любой выбор потянет последствия, а уж какими они будут — не скажет никто. Неизвестность пугает, но ещё страшнее ошибиться.       Юки долго сидела неподвижно, находясь в состоянии странного оцепенения. Ночной ветер трепал кончики волос, кожу на щеках пощипывала прохлада, но девушка не обращала ни на что внимания, полностью погрузившись в себя. Она ожидала увидеть недовольство, приказ, холодный прессинг, всё же по своей натуре Килге был жёстким и бескомпромиссным человеком. Но получила одобрение.       Разрешение, которое развязывало руки и сковывало одновременно.       Платформа крыши скрипнула под её весом, когда она медленно поднялась. Ноги будто стали ватными, сказывалась бессонная ночь и нервное перенапряжение. Спускалась она осторожно, шаг за шагом, на автомате цепляясь за ржавые перила.       Когда Юки очутилась на улице, то попыталась вдохнуть поглубже и тут же сморщилась; воздух в этом городе действительно гадкий. Редкие машины пробегали по трассе над головой, оставляя за собой тихий гул.       Юки проводила несколько штук пустым взглядом, а затем бесцельно побрела вперёд. Её лёгкие ботинки тихо скребли по асфальту, и в этом монотонном звуке было что-то успокаивающее. Стоит ли ей снова искать его? Или лучше уйти домой, сказать, что не справилась, и забыть эту странную историю? Его самого? Этот взгляд, пусть и не полностью естественный, но… вот парадокс! Намного живее и человечнее, чем у подавляющего большинства людей.       Она остановилась у закрытого павильона старой линии метро, полузаброшенной, с неоновыми иероглифами, мигающими неровно и лениво. Сквозь решётку окна виднелся тёмный зал ожидания. Юки какое-то время смотрела в мутное стекло, в котором угадывались черты её фигуры. Обычная девчонка, только какая-то осунувшаяся и уставшая.       — Как же глупо. — наконец еле слышно шепнула она себе под нос. — Я ведь знаю, что нужно делать, но…       Сейчас проще всего возвратиться в тихую и безопасную гавань своей корпорации. Её никогда ни к чему не принуждали, Юки всегда была вольна выбирать миссии самостоятельно, оценивая собственные силы. Казалось бы, она сделала это и сейчас, однако просчиталась. Впервые в жизни.       Юки тряхнула головой, накинула капюшон куртки и, поправив лямки рюкзака на плечах, пошла вперёд уже более уверенно. Нужно где-то поесть и переночевать, а утром она решит, как поступить дальше.       Она знала куда идти; этот ночной клуб служил для неё перевалочным пунктом уже не первый раз. При нём находился ещё и небольшой, чаще всего пустующий мотель, где можно временно отдохнуть и перевести дух.       Спустя пол часа она дошла до нужной вывески и спустилась в цоколь, где её тут же окружило до невозможности прокуренное, душное и вонючее помещение. Здесь стоял устойчивый запах алкоголя, пота и дешёвого парфюма, и этот коктейль создавал неимоверный, тошнотворный смрад, от которого начинала болеть голова. Музыка играла громко, и обстановка царила крайне нелицеприятная. Во всяком случае для Юки.       Невольно сморщив носик, она пошла вдоль расставленных по бокам столов прямиком к барной стойке, находящейся в конце зала. Освещением здесь выступали тусклые, витиеватые нити неона, которые тянулись вдоль всей стены, и приходилось сильно напрягать зрение, чтобы видеть, куда ступают собственные ноги. В некоторых местах стояли перевернутые бочки, на которых извивались танцовщицы Go-Go, задавая нужную атмосферу, а посетителей сегодня собралось непривычно много.       Юки миновала компанию пьяных молодых людей, которые на столе в открытую делали дорожки из принесенной ими дури в виде порошка, по очереди втягивали его и громко ржали. Кальяны стояли почти на каждом столе, а официанты с трудом успевали разносить алкоголь. Приходила она сюда не в первый раз потому что здесь можно вполне вкусно перекусить и тут же отправиться спать. Многолюдность тоже всегда играла на руку — на неё обращали меньше внимания.       Юки пристроилась в самом дальнем и тёмном углу, и когда ей принесли заказанные рамен и чай, то принялась вяло ковырять хаси в тарелке. Она то и дело прокручивала в голове весь сегодняшний день, который оказался невероятно длинным и теперь будто перетекал в бесконечность, не собираясь оканчиваться.       Мысли не покидало странное ощущение, что она сделала что-то неправильно. Ошиблась, сказала слишком много или наоборот недоговорила. Хотя, быть может, всё намного проще: она невольно ищет причину, чтобы вернуться и вновь поговорить с ним. Так глупо… Что же в этом Урюу особенного, что он упорно не выходит у неё из головы?       Ну… Надо признать, он симпатичный, это факт. Ладно, не симпатичный, а очень даже красивый и привлекательный. Даже несмотря на внешний изъян, хотя, изъян ли? Этот необычный контраст между живым глазом и искусственным делал его ещё более особенным. А ещё он без сомнений очень добрый. Юки вдруг нестерпимо захотелось стукнуть саму себя, а в душу закрались сомнения насчёт собственной адекватности.       Девушка почти закончила со своим ужином, когда рядом со звоном ударился о стол чей-то стакан. Брызги мутного алкоголя долетели до тарелки, вынуждая её поднять взгляд и переключить внимание на двоих молодых мужчин.       На фоне прокуренного, разнузданного зала они выглядели почти чужаками: чёрные куртки будто только что из-под станка, такие же штаны, массивные и до блеска начищенные тяжёлые ботинки… У одного из них на поясе из-под куртки торчала кобура, что сразу заставило Юки невольно напрячься. Этих двоих отличал разве что рост и цвет волос: один, что повыше, белобрысый, а другой наоборот: низкий и чёрноволосый. Как инь и янь — заключила про себя Юки.       — Ну здравствуй, красавица, — ухмыльнулся блондин, вальяжно облокотившись на столешницу так, что полностью перегородил ей выход. — А чего это ты одна тут скучаешь? Потерялась?       — Нет, — спокойно ответила Юки, однако её взгляд оставался холодным и жёстким, — не видишь, ужинаю.       — Видим, видим, — добавил второй. — Не хочешь присоединиться к нам?       — Мне и одной неплохо, — сухо бросила Юки.       — Нехорошо такой кисуле сидеть в одиночестве, да же? — блондин толкнул плечом товарища, который хищно пожирал девушку похотливым взглядом.       — Что в таком заведении забыли патрульные?       — Заметила, значит, — протянул тот, что стоял ближе, — просто проверяем идентификаторы. Например твой? Наверное, у него очень необычное место на таком теле… Покажешь, если уединимся?       — Пошли к черту. — холодно ответила Юки.       — Кис, а ты не слишком дерзишь? — злобно сверкнув глазами, сказал темноволосый. — Ты кто такая, чтобы с нами так разговаривать?       — Штрихкод показывай, и вопросов не будет.       Юки медленно отложила хаси в сторону, а ее голос на этот раз прозвучал угрожающе:       — Объясняю для двоих идиотов: отошли отсюда. Оба.       Мужчины переглянулись, обменявшись усмешками; их явно веселило раздражение Юки. Они слишком комфортно и развязно чувствовали себя в этом вонючем царстве разврата, полумрака и неона. В этом болоте, где распущенность являлась нормой. И именно поэтому блондин допустил ошибку, неожиданно резко схватив Юки за запястье.       — Поломаться захотела, кис? Бывает, и не таких видели. Пошли, развеемся. Мы с девочками очень неж…       Договорить он не успел; его плечевой сустав хрустнул, когда Юки моментально оказалась на ногах, перехватила его руку и отточенным движением провернула её наружу, выворачивая конечность наизнанку. Мужчина рухнул на одно колено, а его вопль боли разлетелся по залу, смешиваясь с музыкой.       Второй мужчина не растерялся, мгновенно выудил из нагрудного кармана небольшой аппарат-сканер размером с пол ладони, который представлял из себя с одной стороны экран, а с другой камеру, и направил на Юки.       Девушка дёрнулась в его сторону, но он уже отпрянул и внимательно вгляделся в экран. И вдруг его выражение изменилось.       — Шутишь… Ты же из «Quincy Corp.»!       — Сучка! — тем временем хрипел блондин, держась за свое плечо. — Прихлопну шалаву!       Он сорвал пистолет с пояса, но реакция Юки оказалась быстрее. Удар ребром ладони по шее вышиб из него воздух, мгновение — и чужой пистолет оказался у неё в руке. Она тут же предостерегающе выстрелила вниз, в пол, прямо у ног противника, и этот оглушительный звук заставил тяжёлый бит стихнуть.       Но в следующий момент раздался ещё один резкий хлопок. Боль вспыхнула в левом плече горячим, обжигающим огнём. Черноволосый успел достать свой ствол и выстрелить. Пуля прошла по касательной, прожгла ткань куртки и полоснула кожу, но девушка не осталась в долгу. Она выстрелила в ответ, и на этот раз уже метко попадая в бедро обидчика, после чего тут же последовал отчаянный вой.       — Это ты зря… — прохрипела она, сжимая зубы и поднимая здоровой правой рукой пистолет выше.       Она отступила на шаг назад, продолжая нацеливать оружие уже в голову брюнета и ощущая, как собственная горячая кровь стекает по рукаву тонкой струйкой.       Патрульные замерли. Один придерживал вывихнутую руку, второй лежал на полу в луже собственной крови, и с ненавистью смотрел на Юки снизу вверх.       — Я же тебя найду, — процедил он. — Можешь считать, что ты труп, сучка.       Юки криво ухмыльнулась.       — Отыскивалку не сломай, кретин. — А после она повернулась и, уходя, бросила официанту, который стоял с пустым подносом в руках и мелко дрожал: — Перевяжи ногу этому идиоту.       Быстрым шагом она устремилась к выходу. Позади кто-то запоздало кричал, кто-то вызывал подкрепление, кто-то пытался снять произошедшее на камеру… Противный металлический запах свой крови сейчас перебивал даже смрад клуба. Но она не чувствовала боли, только нарастающий жар в плече и бешеный стук собственного сердца, а так же желание быстрее оказаться отсюда подальше.       Она бросила пистолет в ближайший мусорный бак и, зажав здоровой рукой левое плечо, торопливым шагом пошла прочь от клуба по тёмным улицам, постепенно углубляясь в город. Её шаги становились всё более напряжёнными и тяжёлыми, а разум начала застилать мутная пелена. Юки всё ещё ощущала жар от пули, прошедшей навылет, и не могла отключить сознание от глухой боли, пульсирующей плече.       С каждым шагом осознание сложившейся ситуации острым колом все глубже вбивалось в голову — теперь она в розыске. Нападение на патрульного и его ранение — это не шутки, и плевать всем будет, что это произошло в результате самообороны, её даже слушать не станут. Слово приезжей из конкурирующей корпорации против слова патрульных... Если найдут, то домой она точно не вернётся.       Времени у неё теперь в обрез; эти двое наверняка уже разослали ориентировки на неё, а информацию о произошедшем передали, куда нужно. В голове с сумасшедшей скоростью проносились все возможные сценарии, и ни один из них не являлся благополучным. Юки ускорила шаг, нужно как можно быстрее уйти с улицы, где большое скопление камер.       Она свернула в длинный переулок, и, пройдя через него, остановилась. Перед ней раскинулся один из самых бедных районов Каракуры. Серые обшарпанные панельки смешивались с низкими бетонными бараками и проржавевшими контейнерами. Здесь жили самые бедные жители города и доживали свои последние дни старики.       Она дошла до нужного двора, остановилась перед небольшой, почти незаметной дверью, над которой висела потухшая вывеска, — ничем не примечательная контора по продаже чипов одного из местных работяг. Но человек, которому принадлежало это место, давно стал её надёжным информатором, при этом никогда не задавая лишних вопросов.       Юки негромко постучала и вскоре услышала глухие шаги, а на том конце громко и со скрипом провернулся замок. Дверь распахнулась, и в тени показалась высокая фигура.       — Юки? — голос был низким и недовольным, но в нем промелькнуло беспокойство. — В чём дело?       Перед ней стоял мужчина среднего возраста с коротко стриженными светлыми волосами, густыми усами и чуть впалыми уставшими глазами. Роберт Аккутрон помогал всегда, и даже теперь он посторонился, позволяя Юки протиснуться в тесное и освещенное тусклым светом помещение. Девушка сразу же села на низкий стул, подпиравший стену, и устало уткнулась затылком в обшарпанную штукатурку.       — Роберт, прости, что в этот раз я с пустыми руками, да и поздно… но у меня неприятности.       — Да уж вижу, — отозвался мужчина и ушёл вглубь жилища. Через минуту он уже стоял рядом, держа в руках небольшую жестяную коробку. Он присел на одно колено перед Юки, аккуратно спустил ткань рукава и принялся осматривать повреждённое плечо. — Крови много… Рассказывай.       — Мне нужна твоя помощь, — ответила она и поморщилась, когда он начал обрабатывать ранение. — Пожалуйста, мне нужно где-то переночевать. Я сейчас в розыске.       Он бросил на неё внимательный мимолетный взгляд через очки, а затем щедро плеснул антисептиком, вызывая у девушки сдавленное шипение.       — Потерпи. Если тебя ищут патрульные, то это серьёзно. Ты кого-то убила, что ли?       Юки стиснула зубы. Боль ярко пульсировала, но она изо всех сил старалась делать вид, что ей не так больно, как было на самом деле.       — Нет, только ранила. Это была самооборона, но я ни о чем не жалею, просто… Просто мне надо незаметно уйти из города. Поможешь?       Роберт нахмурился. Он наложил чистую салфетку и начал осторожно перебинтовывать.       — Я могу скрыть тебя на ночь, дать немного пищи, но, боюсь, на этом всё. Ты ведь понимаешь, что я не могу рисковать, а если кто-то узнает, что я помог тебе, то у меня самого тоже будут проблемы. Вывести из города так же нереально, повсюду камеры и патрульные, прости…       Она прекрасно знала, что он прав. В городе, полном приспешников «ShinTech», нельзя доверять даже тем, кто вроде бы является союзником, и все же отчаяние постепенно начало поглощать её.       — Понимаю. Что ж... этого тоже немало, так что… спасибо тебе.       — Но у меня есть кое что, — неожиданно продолжил Роберт, он закончил с перевязкой, оглядел свои труды и уселся прямо на пыльный пол напротив Юки, — тут ребята из подполья шепнули, что среди них один новенький появился. Он может проложить безопасный маршрут и вывести куда хочешь, у него есть схемы всей сети камер города.       Сердце Юки пропустило удар. Не может быть… Она сглотнула образовавшийся ком в горле, и даже тупая боль в плече перестала ощущаться. Не заметив её состояния, тем временем Роберт продолжил:       — Честно, доверять новичкам — это та ещё лотерея. Но, я так понимаю, у тебя сейчас выбора-то особо и нет. Могу помочь выйти на него.       — Думаешь, он поможет? — тихо спросила она, на что мужчина пожал плечами.       — Без понятия, но попробовать стоит.       — Ты случайно не знаешь, как его зовут? — поинтересовалась она, а губы тронула усмешка, ведь она уже знала ответ.       — Урюу. Если не ошибаюсь, его зовут Исида Урюу.