Часть 72. Первый выход

      Лимузин королевской семьи тихо подкатил к освещенному огнями подъезду отеля, где проходил благотворительный ужин. Впереди уже вышли король, королева, принц Чонгук и принцесса Ханыль, поприветствовав небольшой круг официальных лиц и прессы (чьи камеры были заранее «настроены» на игнорирование определенной персоны).       Затем дверь открылась с другой стороны. Первым вышел наследный принц Мин Юнги. Его появление, как всегда, вызвало легкий ажиотаж. Он был безупречен в темном смокинге, но сегодня в его обычно холодном взгляде светилось что-то новое — ожидание. Он не пошел вперед. Он обернулся к открытой двери, протянул руку внутрь и произнёс, глядя прямо на сидящую там девушку, так, чтобы слышали только они двое: — Готовься, солнышко. Наш выход. Дыши. Я с тобой. Спустя паузу, длившуюся ровно столько, чтобы все обратили внимание, в его руку легла тонкая, в белой перчатке рука. И из машины появилась она. Асия в пудрово-лиловом платье миди из лёгкой тюли. Глубокий V-вырез мягко подчёркивал её пышную грудь, делая образ женственным, но утончённым. На талии платье перехватывала гладкая атласная лента, подчёркивающая её естественно тонкую, изящную талию. От бёдер ткань спадала свободными воздушными складками, мягко повторяя линию её пышных бёдер. В этом платье она выглядела спокойной, нежной и невероятно женственной, как ожившая акварель. На лицах собравшихся застыло вежливое удивление, быстро сменившееся на жгучее любопытство. — Кто это? — донёсся чей-то громкий шёпот. — Посмотрите на принца! Он никогда так не смотрел ни на одну даму! — Она иностранка? Откуда? Асия, почувствовав на себе сотни взглядов, сделала то, чему учила ее королева. Она мягко улыбнулась — не широко, а сдержанно, лишь чуть тронув уголки губ. И крепче обхватила предложенный ей локоть Юнги. Это было ее единственное и самое важное движение: доверие. Доверие ему. — Идем, солнышко, — его голос прозвучал так тихо, что услышала только она. И они пошли по красной дорожке.       Внутри, в бальном зале, ослепительно сияющем хрустальными люстрами, эффект был тот же. Все головы повернулись к ним. Король и королева, уже находившиеся внутри, с гордостью наблюдали за их появлением. Подойдя к ним, Асия совершила безупречный, отрепетированный реверанс. — Ваше величество, ваше величество. — Прекрасно выглядишь, дитя моё, — сказала королева, и в её голосе слышалась неподдельная нежность. — Держись, дочка, — добавил король, что было высшей формой одобрения.       Весь ужин прошел в этом же ключе. Асия была центром всеобщего, хоть и сдержанного, внимания. К ним подходили дипломаты, бизнесмены, деятели искусства. — Ваше высочество, не представите ли вашу очаровательную спутницу? — спрашивал один из старейших министров. — С удовольствием, — Юнги улыбнулся, но его взгляд оставался твёрдым. — Это моя невеста, Асия. Пока мы предпочитаем сохранять некоторые детали в тайне, надеюсь на ваше понимание.       Королеву же осаждали дамы: — Ваше величество, какая прелестная девушка! Она ваша родственница? — Можно сказать, что скоро станет самой близкой, — улыбалась королева, и в ее глазах светилась неподдельная нежность. К Асии обращались напрямую: — Госпожа Петрова, как вам наш Сеул? Асия, делая небольшую паузу, чтобы перевести дыхание, отвечала с той самой мягкой улыбкой: — Очень красивый и тёплый город. Я счастлива быть здесь. — Её интонация, её лёгкий поклон головы — всё было безупречно. Когда к ней обратилась жена министра с вопросом о благотворительности, Асия, вспомнив разговор с королевой, ответила: — Я верю, что помощь тем, кто в ней нуждается — долг каждого, кому повезло в жизни. Особенно восхищает работа детских фондов, которыми руководит её величество королева.       Она держала спину прямо, правильно пользовалась приборами, делала легкие, почтительные поклоны старшим. Юнги наблюдал за ней, и внутри него бушевала странная смесь гордости, обожания и желания схватить ее и укрыть ото всех. Вместо этого он время от времени наклонялся и оставлял легкий, почти невесомый поцелуй у нее на виске или на обнаженном плече. — Ты великолепна, — шептал он, и от этих слов ее щеки заливал предательский румянец. Единственный раз, когда Юнги пришлось отлучиться для краткого разговора с группой иностранных инвесторов, он лично передал Асию под руку королеве: — Мама, позаботься о моём сокровище на минутку. — Конечно, сынок. Не волнуйся. Королева тут же взяла Асию под своё крыло. — Пойдем, дорогая, госпожа Ким только что спросила о твоем платье, — говорила королева, уводя ее в безопасный круг светских бесед. Ханыль, сияя, тут же хватала Асю за свободную руку, демонстрируя всем их близость. — Видишь, Ася? Все смотрят на тебя, потому что ты самая красивая, — громко прошептала принцесса, и Асия не могла сдержать улыбки. — Милая, ты справляешься блестяще, — тихо хвалила королева, пока они шли. — И выглядишь абсолютно естественно. Они видят не старательную ученицу, а воспитанную, скромную и очаровательную девушку. Так держать.       Гости действительно видели. Видели, как королева говорит с ней, наклонив голову, как с дочерью. Видели, как принц Чонгук стоит рядом, смеется над ее тихими репликами, создавая вокруг нее неприступный круг молодости и защиты. Видели, как наследный принц не сводит с нее глаз и возвращается к ней при первой возможности.       Обратный путь в лимузине прошел в тишине. Ханыль, уставшая от впечатлений, уснула, прижавшись к Чонгуку. Король и королева тихо обсуждали детали вечера. Юнги обнял Асию за плечи. — Ну? — спросил он тихо. — Как ты себя чувствуешь, моя храбрая девочка? Как тебе первый выход? Асия, наконец позволив себе расслабиться, тяжело вздохнула и облокотилась на него. — Я... я думала, у меня сердце выпрыгнет, когда мы выходили. А потом... я просто очень старалась ничего не перепутать. И сейчас... я просто очень, очень устала. Так устала, что, кажется, могу уснуть прямо здесь. Юнги тихо рассмеялся. — Ты имеешь полное право. — он притянул её к себе, и она с благодарностью прижалась головой к его плечу. — Ты сегодня была настоящей принцессой.       Он говорил с ней, но её ответы становились всё тише и реже. К тому времени, как машина плавно остановилась у внутреннего двора дворца, её дыхание стало глубоким и ровным. Она уснула. Юнги посмотрел на её спящее лицо в полумраке салона. Усталое, беззащитное, прекрасное. Он посмотрел на родителей, потом на Чонгука, который уже подхватил на руки спящую Ханыль. Легкая улыбка тронула его губы. Он осторожно, чтобы не разбудить, высвободился, открыл дверцу, а затем так же бережно подхватил Асию на руки. Она слабо прошептала что-то невнятное и уткнулась носом в его шею.       Королева, выходя из машины, увидела эту картину: ее могущественный сын, наследник престола, нес на руках свою спящую невесту, как самое драгоценное сокровище. На ее лице расцвела теплая, счастливая улыбка. Король кивнул, одобрительно хмыкнув. Чонгук усмехнулся, поправив на руках сестренку, сонная Ханыль прошептала: — Оппа несёт Асю, как принц в сказке… Юнги, не сбавляя шага, прошёл мимо них, кивнув на пороге. — Всё прошло хорошо. Она выдохлась. Спокойной ночи. И он продолжил свой путь вглубь дворца, неся свою самую драгоценную ношу к её покоям. В этот момент он был не наследным принцем, а просто мужчиной, несущим домой уставшую от большого мира свою любовь. И это, пожалуй, было самой большой его победой за весь вечер