Часть 87. Решение и соблазн

      Комната Асии была освещена лишь мягким светом экрана телевизора, где затихали финальные титры романтической комедии. Асия, уютно устроившись на диване, слегка улыбалась финалу. — Что-то скучноватый хэппи-энд, — проворчал Юнги, сидевший рядом, его рука лежала на ее талии. — Слишком предсказуемо. — А мне нравится предсказуемость, — возразила Асия, поворачиваясь к нему. — После всего, что было… иногда хочется просто знать, что все будет хорошо. Он посмотрел на нее, и его строгие черты смягчились. Он не стал спорить. Вместо этого он легко поднял ее и пересадил к себе на колени, лицом к себе. Его руки сразу же обхватили ее бедра, прижимая к себе. — У меня для тебя другой сценарий, — прошептал он, и его губы нашли ее. Поцелуй начался нежно, исследующе. Но очень быстро в нем появилась знакомая, горячая нотка голода. Асия ответила ему с такой же страстью, ее пальцы впились в его волосы. Он отвел голову назад, чтобы перевести дыхание, и начал осыпать поцелуями ее шею, линию челюсти, мочку уха, заставляя ее вздрагивать и прижиматься ближе. — Боже, как я по тебе скучал. Не физически… а вот так. Когда ты вся в моих руках, теплая, живая, откликающаяся.— сказал он не прекращая поцелуи. — Юнги… — она вздохнула, когда его пальцы впились в ее попу через тонкую ткань шорт, сжимая и массируя. — Ммм? — он пробормотал, его губы скользили по ее ключице, а одна рука поднялась, чтобы ладонью обхватить ее грудь через майку. Она выгнулась, предлагая себя, и он с наслаждением принял дар, растирая ее сосок большим пальцем, пока тот не затвердел. Асия застонала, ее бедра начали непроизвольно двигаться, трясь о его явную, растущую эрекцию. Боже, как я хочу ее. Каждый день, каждую секунду. Сдержать себя становится все труднее. Внезапно он оторвался, откинувшись на спинку дивана, его дыхание было прерывистым. Асия, потеряв контакт, жалобно простонала, пытаясь снова притянуть его к себе. — Что… что не так? — она прошептала, ее глаза были темными от желания. Он провел рукой по ее щеке, его взгляд был серьезным. — Все так, солнышко. Слишком даже так. — Он глубоко вздохнул. — У меня к тебе вопрос. Важный. И я хочу, чтобы ты подумала, прежде чем ответить. Она насторожилась, ее желание слегка поутихло, сменившись любопытством. — Какой вопрос? — Помолвка позади. Свадьба назначена через два месяца. — Он держал ее взгляд. — Я хочу перенести ее. Сыграть через месяц. Асия замерла. Ее разум, затуманенный желанием, начал лихорадочно работать. Месяц? Всего месяц? А платье? Подготовка? Уроки? Я еще не готова… но… с ним… быть его женой… — Почему? — вырвалось у нее. — Почему так срочно? — Потому что я не могу больше ждать,милая, — его голос был низким и искренним. — Устал делить с тобой дворец, но не делить с тобой кровать каждую ночь. Каждый день, когда ты не моя жена официально, перед законом и Богом, — это пытка. Я хочу проснуться и знать, что ты лежишь рядом не как моя невеста, а как моя жена. Хочу, чтобы все, от слуг до прессы, называли тебя принцессой, моей супругой, без всяких «почти» и «скоро». — Он притянул ее ближе, лоб к лбу. — Я хочу, чтобы ты стала моей. Окончательно. И я больше не хочу ждать. Пока она молчала, борясь с лавиной эмоций и мыслей, он не стал терять времени. Его губы снова нашли ее шею, а руки под ее майкой скользнули по обнаженной спине, заставляя ее вздрагивать. Он целовал и покусывал ее кожу, а его пальцы рисовали круги у самого края ее трусиков. Он прав. Чего я боюсь? Правил? Этикета? Я уже почти со всем справляюсь. Я хочу быть идеальной невестой для него, а не опозорить его на своей же свадьбе. Но с другой стороны… Я тоже хочу его. Все сильнее с каждым днем. Эти поцелуи, эти ласки… Они будят во мне что-то дикое, голодное. И я боюсь этого. Но и жажду. Когда он рядом, мир сужается до него одного. А свадьба… это будет точка невозврата. Навсегда. Его. Принцесса. Королева.       Она застонала, когда его палец провел по чувствительной коже у самого края ее белья. Он не играет честно… Он знает, что под его прикосновениями я теряю способность мыслить здраво. Ее мысли расплывались, уступая место нарастающему, огненному желанию. — Да… — вырвалось у нее наконец, больше как стон, чем как слово. — Хорошо… через месяц. Согласна.       Радость, дикая и всепоглощающая, вспыхнула в его глазах. Он не сказал ни слова. Он просто снова захватил ее губы в поцелуй, но на этот раз в нем была вся мощь его чувств — любовь, страсть, благодарность, торжество. Он целовал ее так жадно и глубоко, что у нее перехватило дыхание, и мир поплыл перед глазами. Его руки потянули вверх ее майку, и она помогла ему, скидывая ее через голову. Он замер на секунду, любуясь ею в полумраке, а затем припал к ее груди, беря один сосок в рот, а другой лаская пальцами. Асия вскрикнула, ее голова запрокинулась назад. Моя. Скоро совсем моя.       Ободренная, опьяненная его реакцией и собственным решением, она решила проявить инициативу. Ее руки потянулись к его футболке, стаскивая ее. Он помог ей, и вот его торс, мускулистый и испещренный шрамами старых тренировок, был перед ней. Она начала целовать его шею, грудь, ее зубы слегка покусывали его твердые соски, заставляя его резко вздыхать. Мой. Он мой. И я хочу, чтобы все об этом знали. Она не осознавала, как сильно впивается в его кожу. Сначала на шее, ближе к ключице, появился красный, яростный след. Потом еще один, чуть ниже. Ее губы спустились на его грудь, оставляя там еще два темных пятна. Она была увлечена, опьянена своей новой смелостью. Она метит меня. Моя дикая, необузданная девочка. Пусть метит. Пусть весь мир видит, кому я принадлежу. Ощущение было невероятным. Ее горячие, неумелые, но такие искренние поцелуи свели его с ума. Юнги позволил ей вести, наслаждаясь ее внезапной инициативой. Его руки сжимали ее бедра, когда она спускалась ниже, целуя каждый рельеф его пресса. Ее волосы щекотали его кожу. И вот ее губы были у края его брюк. Она посмотрела на него снизу вверх, ее глаза сияли в темноте, и положила ладонь ему на пах, где под тканью явно вырисовывался твердый, внушительный контур его возбуждения, и слегка, почти невинно, сжала. Волна огненного удовольствия пронзила его. Он едва сдержал стон. Но прежде чем она успела что-либо еще сделать, он с рычанием перехватил ее запястье и мощным движением потянул ее обратно на себя, укладывая на диван, а сам навис над ней. — Нет, детка, — прохрипел он, его дыхание было горячим и прерывистым. — Не сегодня. Не так. Твой первый раз будет в нашу брачную ночь. На большой кровати. Когда ты будешь моей женой. А до тех пор… — он прижался к ней всем телом, давая ей почувствовать всю силу своего желания, — …до тех пор ты будешь сводить меня с ума вот так. И только я буду решать, когда мы перейдем грань.