Пляж

Итан проснулся от громкого звука заклинаний, доносящегося с экрана телевизора. Несколько мгновений он озадаченно моргал, пытаясь сориентироваться в пространстве. Полумрак комнаты рассеивался лишь голубоватым светом экрана, где Гарри Поттер как раз сталкивался с драконом на первом испытании Турнира Трёх Волшебников. Они действительно решили посмотреть весь марафон — почти двадцать часов непрерывных приключений юного волшебника. “Кубок Огня,” — пронеслось в голове Итана. Четвёртый фильм франшизы, которую он, признаться честно, никогда особо не жаловал. Слишком наивно, слишком просто для автора ужасов, привыкшего играть с тьмой в своих произведениях. Но сейчас это казалось совершенно неважным. Его взгляд упал на Аманду, мирно спящую рядом. Она лежала обнажённая, лишь тонкая простыня небрежно прикрывала нижнюю часть её тела. В голубоватом свете от экрана её кожа казалась почти фарфоровой, а каштановые волосы раскинулись по подушке тёмным ореолом. Дыхание было ровным, спокойным, и Итан невольно залюбовался изящным изгибом её шеи, плавными линиями плеч, мягким очертанием груди. Кто бы мог подумать, что миллиардерша, железная бизнес-леди, та самая женщина, которую конкуренты прозвали “Водяной Выдрой” за безжалостность в деловых переговорах, окажется настолько страстной и ненасытной в постели? За последние дни он увидел столько граней её личности, что голова шла кругом. Деловая и собранная на пресс-конференциях, заботливая и нежная дома, а в постели — настоящая буря чувственности, не сдерживающая ни желаний, ни стонов. “Как же мне повезло с ней,” — подумал Итан, осторожно касаясь пальцами её плеча. Но тут же горькое осознание собственной неполноценности накрыло его. В его памяти зияла пропасть. Он не помнил, как всего полтора года назад она нашла его, нуждаясь в человеке с аномальной регенерацией. Не помнил, как вновь встретил её два месяца назад, и как всё стремительно изменилось между ними. Не мог вспомнить, как настойчиво она добивалась его — шесть предложений руки и сердца, пять отказов, прежде чем он наконец согласился. Их свадьба состоялась всего три недели назад, а теперь казалось, будто это было в какой-то другой жизни. Он не помнил, как долго держался отстранённо, связанный отношениями с Малеволой, не желая быть тем ублюдком, который бегает за двумя женщинами одновременно. Как мучительно было выбирать, пока сама Аманда не предложила неожиданное решение — она станет его женой, а Малевола, сначала противившаяся такому повороту, в конечном итоге согласилась на роль официальной любовницы. Необычное соглашение, которое, казалось, устраивало всех троих. Он не знал — не мог знать — что эта хрупкая на вид женщина прошла через настоящий ад ради него. Как стойко она выдержала все пытки Сакуго, лидера “Вознесения”, который был одержим идеей найти маску Павшего Ангела. Как она смотрела смерти в глаза, но не выдала, где следует искать Итана. Как использовала все свои ресурсы, деньги, связи, чтобы защитить его. Итан бережно положил ладонь на её плоский, пока ещё почти не изменившийся живот. Где-то там, под тёплой кожей, развивались два новых существа — плоды их любви. Через восемь с половиной месяцев он станет отцом. А если считать ребёнка Малеволы, то это случится ещё раньше — через два с половиной месяца, ведь у демонов, как она объяснила, срок беременности короче. “Папа,” — это слово звучало одновременно пугающе и волшебно. Итан осторожно подвинулся ближе и прижал тёплое тело Аманды к себе. От неё исходил лёгкий аромат дорогих духов, смешанный с естественным запахом её кожи — уникальная комбинация, которая казалась странно знакомой его телу, даже если разум не помнил. Как будто клетки его существа помнили её на каком-то глубинном, почти молекулярном уровне. Ему отчаянно хотелось вспомнить их историю. Как такая изумительная женщина стала его женой? Что он сделал, чтобы заслужить её любовь? Ирония жизни — даже потеряв все воспоминания, он влюбился в неё заново, почти с первого взгляда. Словно его сердце помнило то, что забыл разум. Аманда слегка шевельнулась во сне, инстинктивно прижимаясь ближе к теплу его тела. Её губы чуть дрогнули, словно в улыбке, и Итан почувствовал, как что-то сжимается у него внутри — щемящее чувство, смесь нежности, желания защитить и глубокой, почти болезненной привязанности. “Я найду способ вспомнить,” — пообещал он себе, осторожно целуя её висок. — “Ради неё. Ради нас.” На экране Гарри Поттер наконец справился с драконом, достал золотое яйцо, и толпа разразилась аплодисментами. Но Итан этого уже не видел — он смотрел только на спящую женщину в своих объятиях, ту, что стала его якорем в мире, где он чувствовал себя потерянным. Аманда проснулась медленно, постепенно выплывая из глубины сна. Её ресницы задрожали, глаза открылись, и первое, что она увидела — лицо Итана, внимательно наблюдающего за ней. В его разноцветных глазах читалась смесь нежности и чего-то ещё, что заставило сердце Аманды забиться чаще. Не говоря ни слова, она потянулась к нему. Её губы нашли его — сначала легко, осторожно, словно знакомясь заново. Затем поцелуй стал глубже. Аманда слегка приоткрыла рот, её язык скользнул вдоль нижней губы Итана, дразня, приглашая. Когда он ответил, она углубила поцелуй, превращая его во французский. Их языки сплелись в чувственном танце, исследуя, лаская, дразня друг друга. Аманда тихо застонала, ощущая, как по телу разливается волна жара. Каждое прикосновение их языков словно посылало электрические импульсы вниз по позвоночнику. Затем, не отрываясь от его губ, она начала менять характер поцелуя. Её язык стал двигаться быстрее, совершая короткие, дразнящие движения вперёд-назад, слегка касаясь его губ, а затем снова проникая внутрь. Этот “поцелуй ящерицы”, как она назвала его однажды, всегда доводил Итана до исступления. И сейчас она чувствовала, как его дыхание становится прерывистым, а тело напрягается от желания. Но Аманда не собиралась останавливаться. В её глазах вспыхнул опасный огонёк, когда она, резко захватив нижнюю губу Итана зубами, прикусила её до крови. Черная, как смола, кровь — свидетельство проклятия, которое он нёс в себе — выступила на губе. Аманда воспользовалась моментом, чтобы слизнуть её, медленно, чувственно, наслаждаясь металлическим привкусом. Она знала, что это нечто интимное, почти запретное — делить с ним даже его проклятие. — Ты мой, — прошептала она, отстраняясь на секунду, глядя прямо в его глаза. — Я никому тебя не отдам… Она замолчала и, с лёгкой улыбкой добавила: — Разве что Малеволе. Она ведь мне как сестра. Итан приподнял бровь, видя её улыбку. В его потерянных воспоминаниях скрывалась история о том, как две женщины, влюблённые в одного мужчину, прошли путь от соперниц до почти сестёр. Он не знал, сколько жарких ссор, сколько взаимных обвинений и даже физических столкновений было между ними, прежде чем они нашли это хрупкое равновесие. — Кстати, — спросил Итан, проводя пальцами по изгибу её плеча, — а где Малевола? Мы ведь вроде живём вместе? Аманда, потянувшись, села на постели. Простыня соскользнула, обнажив её прекрасное тело, гладкое и совершенное, словно статуя греческой богини. — Я отправила её в лучший санаторий страны, — ответила она, откидывая с лица волосы. — Хочу быть уверена, что ребёнок родится абсолютно здоровым. Она конечно демоница, но это первая беременность полудемона от человека за много веков. Кто знает, какие там могут быть осложнения? Её губы тронула загадочная улыбка, и она добавила: — Малевола мне этого не простит, если с ребёнком что-то случится. Всё-таки этот малыш — настоящее чудо. Итан не знал, что Аманда скрывает от него правду о происхождении этого ребёнка. Что на самом деле в лаборатории её компании провели сложную генетическую манипуляцию, используя её собственную яйцеклетку, гены Малеволы и семя Итана. Что женщины создали, возможно, первое в мире трёхродительское существо. Для него ребёнок Малеволы был просто его ребёнком от второй женщины в его жизни. — Ребёнок от тебя, — продолжила Аманда, ласково касаясь его щеки, — а значит, он и мой тоже. Я буду любить его как собственного. Внезапно её настроение поменялось, как это часто бывало. Глаза засияли энтузиазмом, и она энергично хлопнула в ладоши. — Знаешь что? — воскликнула она. — Давай съездим сегодня на пляж! Погода просто великолепная, а мы уже два дня не выходили из квартиры. Она соскочила с постели с юношеской энергией, которая так контрастировала с её обычным сдержанным образом деловой женщины. Потягиваясь у окна, её силуэт, освещённый утренним солнцем, казался почти неземным. — Что скажешь? — обернулась она к Итану, и её улыбка была настолько заразительной, что он просто не мог ей отказать. Ровно час спустя их лимузин остановился на частном пляже, принадлежащем PirsIndustriz. Итан вышел первым, щурясь от яркого солнечного света, заливавшего золотистый песок. Он был одет в ярко-красную гавайскую рубашку, расстегнутую нараспашку, что открывало вид на его подтянутое тело и таинственный кристалл, вживленный в грудь. Черные шорты до колен и солнцезащитные очки довершали образ, придавая ему почти непринужденный вид отпускника – если не считать сети черных вен, проступающих на коже. Аманда появилась следом, и у Итана перехватило дыхание. На ней был закрытый черный купальник, который облегал её фигуру, подчеркивая каждый изгиб с безупречной элегантностью. Тонкое кружево по краям создавало почти винтажный эффект. Её образ дополняла широкополая соломенная шляпка, отбрасывавшая нежную тень на её лицо, и большие солнечные очки, придававшие ей вид кинозвезды из прошлого. — Выглядишь прямо как с показа мод шестидесятых, — усмехнулся Итан, окидывая её оценивающим взглядом. Лицо Аманды вдруг просияло, словно он сказал нечто невероятно важное. — Наконец-то! — воскликнула она, хлопнув в ладоши. — Мой циник возвращается! Ты не представляешь, как я скучала по твоим подколкам. Итан улыбнулся, но всё же смутился, опустив глаза. Эта реакция, столь нехарактерная для его прежнего образа саркастичного писателя, вызвала у Аманды нежную улыбку. Она приблизилась и, приподнявшись на цыпочки, прошептала ему на ухо: — Знаешь, этот стесняшка-милашка тоже меня невероятно будоражит. Её дыхание, коснувшееся его уха, вызвало волну мурашек по всему телу. Они направились к берегу, держась за руки, словно пара подростков на первом свидании. Золотистый песок нежно ласкал их босые ступни, оставляя следы, которые тут же смывались набегающими волнами. Небо было ясным, лазурным, а солнце — ярким, но не обжигающим. Странно, но несмотря на идеальную погоду, пляж был почти пуст. — Я купила этот участок побережья в прошлом году, — словно прочитав его мысли, сказала Аманда. — Теперь это наше личное маленькое убежище. Подойдя к воде, они остановились, позволяя волнам игриво лизать их ступни. Итан удивленно вздохнул — вода оказалась неожиданно теплой, как парное молоко. — Течение здесь особенное, — пояснила Аманда, заметив его реакцию. — Это одна из причин, почему я выбрала именно этот участок. Она нежно обхватила его руку и потянула дальше, в глубину. Шаг за шагом они погружались в кристально чистую воду, которая постепенно поднималась по их телам, лаская кожу с почти осязаемой нежностью. Когда вода достигла груди Аманды и чуть ниже грудной клетки Итана, она повернулась к нему лицом и прижалась всем телом. Её кожа, прохладная от воды, контрастировала с внутренним жаром, исходящим от неё. Не говоря ни слова, она положила одну руку ему на плечо, а другую вложила в его ладонь. Их глаза встретились — его необычные, разноцветные, один полностью черный, другой — серый, и её — изумрудно-зеленые, сверкающие как драгоценные камни под лучами солнца. И в этом безмолвном соглашении они начали танцевать. Это был медленный, плавный вальс, где водная стихия стала их партнером. Вода, обтекая их тела, создавала иллюзию невесомости, позволяя им скользить друг вокруг друга с неожиданной грацией. Каждое движение, каждый поворот рождал небольшие водовороты, которые играли солнечными бликами, создавая вокруг них сверкающую ауру из миллионов крошечных бриллиантов. Аманда прижалась щекой к груди Итана, прямо над тем местом, где под кожей скрывался загадочный кристалл. Её волосы, ставшие темнее от влаги, рассыпались по его коже замысловатым рисунком — тонкие, гладкие пряди прилипали к его груди, обвивая, словно изящные морские водоросли обвивают дно древнего затонувшего корабля. Капельки воды, застывшие на его коже и на её волосах, преломляли солнечный свет, создавая крошечные радуги. Их тела двигались в гармонии, как будто этот подводный танец был заложен в их генетическом коде. Вода, колыхавшаяся вокруг, создавала мелодию из плеска и шелеста, а их сердца бились в унисон, словно акустическое сопровождение. — Знаешь, — прошептала Аманда, не поднимая головы, её голос звучал почти мечтательно, — полтора года назад я бы даже не посмотрела в твою сторону. Я была такой… зацикленной на своих амбициях, на компании, на деньгах. Она подняла голову, и Итан увидел в её глазах отражение своего лица, словно он был единственной реальностью в мире её зеленых глаз. — А теперь, — продолжила она, — я готова даже уверовать в бога, который подарил мне такого удивительного мужчину. Возможно, это была судьба — встретить тебя в самый тёмный период моей жизни. Ты стал моим светом, даже не осознавая этого. Итан ничего не сказал. Слова казались неуместными, неспособными передать глубину чувств, которые бушевали в его груди. Вместо этого он просто крепче прижал её к себе, чувствуя каждый изгиб её тела, каждый удар её сердца. Это хрупкое создание с железной волей, женщина, которая могла управлять корпорацией стоимостью в миллиарды, сейчас казалась такой уязвимой, такой открытой в его руках. Они продолжали свой безмолвный танец, неспешно кружась в воде. Их силуэты, слившиеся воедино, на фоне бескрайнего моря и безоблачного неба казались воплощением той самой гармонии, которую люди так отчаянно ищут всю жизнь. И в этот момент, даже не помня своего прошлого, Итан знал с абсолютной уверенностью — он нашел свое место в этом хаотичном мире.