Возвращение

Солнце медленно опускалось к горизонту, окрашивая небо и море в золотисто-розовые тона. Итан и Аманда сидели на берегу, завернувшись в большие мягкие полотенца. Её спина прижималась к его груди, его руки обвивали её талию, а подбородок покоился на её плече. Они сидели так уже почти час, наблюдая за гипнотическим танцем волн, омывающих берег. Итан периодически наклонялся и нежно целовал её плечо, оставляя невесомые прикосновения губ на солоноватой от морской воды коже. Каждый поцелуй словно посылал электрический импульс по её телу, и она слегка вздрагивала от этих прикосновений, прижимаясь к нему ещё крепче. Внезапно, словно продолжая какой-то внутренний разговор, Аманда повернула голову и спросила: — Как ты назовёшь наших детей? Итан, застигнутый врасплох, усмехнулся: — Не рановато ли ещё? — его голос звучал мягко, с оттенком нежной иронии. — До родов ещё восемь месяцев. Аманда надула губки в деланном огорчении, хотя её глаза продолжали светиться теплом. — Зная, как ты придумываешь имена, — сказала она с притворной строгостью, — лучше удостовериться заранее. А то назовёшь их в честь каких-нибудь персонажей из своих ужастиков. Её пальцы игриво переплелись с его, и она почувствовала, как он улыбнулся, уткнувшись лицом в изгиб её шеи. — Ладно, — сдался Итан после короткой паузы. — Если будет два мальчика, тогда Айзек и Артур. Он сделал небольшую паузу, словно перебирая в памяти имена. — Если две девочки, тогда Мэри-Бэт и Молли, — продолжил он, и в его голосе звучала уверенность, как будто он уже давно обдумывал это. — А если разнополые близнецы… Артур и Мэри-Бэт. Он поцеловал её в макушку и неожиданно спросил: — А ты хочешь ещё детей? Я лично хочу. К его удивлению, Аманда внезапно напряглась в его объятиях, а затем он почувствовал влагу на своих руках. Повернув её лицо к себе, он увидел слёзы, стекающие по её щекам. — Что случилось? — встревожился он, большими пальцами смахивая слезинки с её лица. — Ты… — голос Аманды дрогнул. — Ты всегда говорил, что хочешь только двоих. Что двое — это идеальное число. Она всхлипнула, пытаясь взять себя в руки, но эмоции явно переполняли её. — А я… я всегда мечтала по крайней мере о пятерых, — призналась она, глядя ему прямо в глаза. — Большая семья, шумный дом, полный детского смеха… Но я пошла на уступки, потому что люблю тебя. Итан замер, глядя на её заплаканное лицо, озарённое последними лучами заходящего солнца. В этой хрупкой, уязвимой женщине сейчас было что-то настолько чистое, настолько искреннее, что это тронуло что-то глубоко внутри него. Он задумался, пропуская сквозь пальцы прядь её волос. Возможно, потеря памяти изменила его больше, чем он предполагал. Или, может быть, освободила от каких-то предубеждений, которые он имел в прошлом. — Может… троих? — наконец произнёс он неуверенно, внимательно наблюдая за её реакцией. Глаза Аманды расширились, в них вспыхнула искра надежды и радости. — Правда? Ты не шутишь? — спросила она, словно не веря своим ушам. — Правда, — кивнул Итан, и чем больше думал об этом, тем более правильным казалось это решение. — Трое звучит хорошо. И, кто знает, может, со временем мы дойдем и до пяти. Последние слова он добавил с лёгкой улыбкой, но в его голосе не было ни насмешки, ни неуверенности. Аманда издала тихий возглас, что-то среднее между всхлипом и смехом, и бросилась ему на шею, обнимая с такой силой, что они оба повалились на песок. Она осыпала его лицо поцелуями, смеясь и плача одновременно. — Ты даже не представляешь, что для меня значат эти слова, — прошептала она, прижимаясь щекой к его щеке. Итан обнял её, глядя в небо, где начали появляться первые звезды. Странное чувство умиротворения охватило его. Возможно, потеря памяти была не таким уж проклятием. Может быть, она дала ему шанс начать всё заново, освободившись от старых страхов и предубеждений. Лежа на песке, с любимой женщиной в объятиях, под звёздным небом, Итан чувствовал, что несмотря на все тайны и тёмные силы, окружающие его, в этот момент он был по-настоящему счастлив. Неожиданно Итан скривился от боли. Не сильной, но гудящей, пульсирующей, словно кто-то настраивал радиочастоты внутри его черепа. Он скукожился, инстинктивно прижимая ладони к вискам, глаза зажмурены, зубы стиснуты. Аманда мгновенно напряглась. Её руки метнулись к его плечам, глаза расширились от страха. — Итан? Итан, что с тобой? — в её голосе сквозила паника. Первая мысль, пронзившая её сознание — снова Павший. Снова та древняя сущность пытается захватить контроль, как это произошло вчера. Её сердце сжалось от ужаса — неужели им предстоит пережить ещё один кровавый день? Но вместо безумного блеска в глазах и зловещей улыбки Павшего, она услышала совсем другое… — Да чтоб тебя… — выругался Итан, с силой потирая виски. — Какого хрена в моей голове словно оркестр на похоронах отыгрывает? Он поднял взгляд, и Аманда застыла. Этот взгляд. Она узнала бы его из тысячи. Не юношески наивный и смущённый взгляд 23-летнего Итана, не жестокий и древний взор Павшего. Это был он — её Итан, тот самый циничный, саркастичный, временами несносный 33-летний мужчина, с которым она обменялась клятвами три недели назад. Сердце Аманды затрепетало от радости, но тут же её посетила горькая мысль — скорее всего, вернувшись к своей прежней личности, он забыл их недавний разговор о детях. О тех трёх (а может, и пяти) малышах, о которых она мечтала, и на которых, к её невероятному удивлению, согласилась его амнезийная версия. Но не успела она погрузиться в эту меланхолию, как Итан легонько приобнял её за плечи и, с тем самым ехидством, по которому она так безумно скучала, шепнул прямо в ухо: — Ну так… когда третьего заведем? Аманда застыла, не веря своим ушам. Он помнил! Это было похоже на чудо — какая-то часть его сознания сохранила этот важнейший для неё момент. Быстро взяв себя в руки, она улыбнулась и, подстраиваясь под его тон, шутливо ответила: — Я вообще-то не свиноматка, чтобы рожать без продыху, — в её голосе слышались нотки игривого вызова. — Можно через два года, когда близнецы подрастут. Глаза Итана блеснули тем особым огоньком, который она так хорошо знала — смесь нежности, юмора и сдерживаемой страсти. Без предупреждения он ловким движением подхватил её на руки, как невесту. — Эй! — воскликнула она, инстинктивно обвивая его шею руками. — Что ты делаешь? — Несу свою жену к машине, — ответил он с абсолютно серьёзным выражением лица, хотя в глазах плясали чертики. — Или ты предпочитаешь идти пешком, миссис Коуп? Аманда прижалась к его груди, вдыхая родной запах. Это было блаженство — снова чувствовать его настоящего, со всеми теми гранями личности, которые она так любила. — А ты… — она заколебалась, внезапно почувствовав смущение. — Ты помнишь что-нибудь из того времени, когда у тебя была амнезия? Итан мельком взглянул на неё, и добрая улыбка осветила его лицо. — Конечно помню, — ответил он с неожиданной мягкостью. — И я, признаться, очень удивлен, что молодой я… влюбился в тебя по уши. Он сделал паузу, и его улыбка стала откровенно хищной. — Вот только с минетами как-то перебор вышел, — добавил он будничным тоном. — Я-то уже матёрый, привыкший, а ты парню, который обычно этим не занимался, сразу высший класс устроила. Бедняга чуть с ума не сошёл. Аманда покраснела, вспоминая их страстные ночи. — Ну, готовься, — продолжал Итан невозмутимо, направляясь к машине. — Домой приедем, я отомщу. Аманда приподняла бровь, уже справившись со смущением. В её глазах вспыхнул вызов. — И как же ты мне отомстишь? — поинтересовалась она с деланной невинностью в голосе. Итан остановился у самой машины, где их ждал шофер, старательно делающий вид, что не слышит разговора. С наигранной угрозой в голосе он произнес: — Привяжу тебя к кровати, — начал он, понизив голос до интимного шёпота. — Возбужу до предела, не позволю испытать оргазм целый час… Он сделал драматическую паузу, наслаждаясь, как распахнулись её глаза. — А потом, — закончил он безжалостно, — заставлю тебя испытывать оргазм за оргазмом, пока ты просто не вырубишься от изнеможения. Аманда почувствовала, как волна жара захлестывает её тело. Она раскраснелась, быстро спрятав лицо у него на груди, и начала легонько стучать кулачком по его груди. — Дурак, — бормотала она, чувствуя, как сердце колотится так, что, казалось, он должен это слышать. — Дурак, дурак… Но в её голосе не было ни капли негодования, только предвкушение. Итан рассмеялся, чувствуя, как её сердце бьется рядом с его собственным. Он знал, что ему предстоит многое наверстать — вспомнить каждую деталь их отношений, измениться вместе с ней, подготовиться к появлению детей. Но глядя на эту удивительную женщину в своих руках, он понимал, что готов на всё это и даже больше. Он бережно усадил её в машину, а затем сел рядом. Мягко стартовав, лимузин направился обратно в город. Закат окрашивал небо в тёплые оттенки оранжевого и пурпурного, и Итан, глядя на профиль Аманды, подсвеченный этим волшебным светом, подумал, что возможно, впервые в своей жизни, несмотря на все проклятия, тайны и демонов внутри и вокруг, он действительно обрел то, что искал всю жизнь — дом.