Глава двадцатая

      «Ну почему…»       Лёд начинает исходить клубами горячего пара.

【Прогресс пробуждения: 78%】

      «Снова…»       Камадо, вмороженный в лёд, скалится, когда вокруг его головы часть айсберга раскалывается.

【Прогресс пробуждения: 79%】

      «Гибнут люди… Почему… Я ТАКОЙ СЛАБЫЙ?!»

【Прогресс пробуждения: 80%】

      Танджиро сжимает замороженный кулак до предела, и сжатый воздух, мгновенно разогретый дыханием солнца, с треском разрывает лёд вокруг руки.       — Как ты… — Доума хмурится, поднимая ладонь на парня.       Камадо резко дёргает освободившейся рукой. Гнев пылающей волной формируется во всём теле, во всех мышцах, и парень, неотрывно смотря на Доуму, резким импульсом направляет всю скопившуюся энергию в ноги.       Толчок, вспыхнувший золотым выбросом плазмы, окутывает силуэт парня, разрывает весь айсберг трещинами, и Камадо, срываясь вперёд, окончательно разрушает ледяную тюрьму и вмиг достигает Доуму, вколачивая кулак прямо ему в грудь.       Демон успевает среагировать лишь за счёт подготовки.       Волна космического холода тугим и плотным потоком вгрызается в кожу парня, которая тут же начинает прорастать льдистой изморозью.       Сокрушительный оглушающий удар разрывает плоть демона, пробивая дыру в животе, и Доума, со сдавленным хрипом выкашливая кипящую кровь, вместе с ударной волной влетает в землю и тонет под грудой осколков.       Камадо, игнорируя режущую боль по всему телу, выдыхает раскалённый от горячей крови пар. Лёд тает, от тела парня с лёгким шипением вздымается обильный пар.       — Поразительно… Ты адаптировал дыхание солнца под рукопашный бой? — В голосе Кокушибо, казалось, было лёгкое изумление.       Танджиро начинает разворачиваться на демона, и Кокушибо… Мгновенно хмурится, сжимая рукоять катаны и в один миг понимая, что его противник сейчас ударит.       Они одновременно срываются друг до друга с такой скоростью, что их силуэты исчезают.       Спустя миг всю землю в округе сотрясает мощный толчок, в воздух вздымается пылевая завеса и осколки камней. Со стремительного замаха Кокушибо рассекает воздух в сантиметре от головы Танджиро. Парень, сжимая кулак, мощным ударом пробивает и ломает катану, на что демон, тут же её отращивая, делает новый замах.       Кулак горного потока отводит взмах, прорезающий плоской ударной волной крупный пласт земли, и Камадо, напрягаясь, прописывает высшей луне прямо под рёбра, вколачивая накопленную энергию дыхания солнца.       Воздух сдавливает. Кожа демона сереет и осыпается тлеющей пылью; демона откидывает на десяток метров, но он прокручивается в воздухе и ловко приземляется на ноги, мгновенно вставая в стойку. Танджиро срывается вперёд. Шаг, второй, рывок — ускоряется настолько, что огибающий его тело воздух от громадного давления взрывается, разрушая землю. Камадо подлетает к Кокушибо, на реакции отводит встречный режущий удар, и, прокручивая сжатый кулак… Ведёт его прямо во вскинутое лезвие.       Перед ударом демон отращивает острейший клинок из собственной плоти и начинает вести лезвие ровно в кулак парня, чтобы раз и навсегда разрезать ему всю руку.       Их удары соприкасаются.       Только вот…       Клинок впивается в кожу на несколько сантиметров между пальцами парня и тут же начинает истаивать — демонические клетки в попытках поглотить энергию солнца… Просто не успевают излечиться и мгновенно отмирают.       Кулак парня пробивает вскинутый клинок демона, превращая его в пар, и Камадо, ускоряясь ещё сильнее, вкладывая в удар всю массу и скорость, прописывает твари под рёбра с такой силой, что живот разрывает, сжигая мышцы и вбивая новую порцию энергии солнца в тушку первой высшей луны.       Оглушающая ударная волна сотрясает округу, разносит оставшийся снег, пыль и грязь, дробит землю на множество осколков, и рычащего демона сносит нахрен на несколько сотен метров, вбивая его тушу в толщу раскрошенного грунта.       «Что за… — Кокушибо, вбивая новую катану в землю, встаёт на ноги. Дыра в груди постепенно затягивается, причиняя сильную жгучую боль. — Он словно дикий зверь. Такая грубая сила. При этом он использует какое-то боевое искусство. — Демон смотрит, как парень быстрым шагом начинает с ним сближаться. — Тонкое, элегантное… Он отводил мои удары. — Парень переходит на бег. — Что ж…»       Танджиро, напрягая ноги, с мощного прыжка берёт ускорение, дробя землю сильным импульсом.       «Но так же нельзя…»       Второй толчок, и силуэт парня, окутанный сжатым воздухом ударной волны, практически размывается от громадного ускорения.       «Я покажу тебе… Мастерство владения мечом».

ДЫХАНИЕ ЛУНЫ, ВТОРОЙ СТИЛЬ…

      Демон вдыхает, в момент вскидывая катану. Клинок начинает будто бы сиять мертвенным белым светом, зрачки демона сужаются до предела, и мир для Кокушибо тут же замирает.

ЛУННЫЕ ЖЕМЧУЖНЫЕ ЦВЕТЫ.

      Катана из плоти расплывается от мгновенно набранного ускорения, оставляя в пространстве лишь остаточные следы белых росчерков. А затем… Сотни и сотни разрезов конусом устремляются по направлению к парню. Первым они встречают небольшой торчащий валун… И стирают его в пыль.       Они вспарывают землю, превращая её в пепел.       И шквал атак, исполненный на пределе возможной скорости, достигает парня.       Зрачки Камадо расширяются, когда он видит исполненную технику, и чувство какой-то необъяснимой прелести и жгучего захватывающего интереса на миг возникает в его душе.       «Ни единого лишнего движения… Без колебаний… Это чистейшее использование техники…»       Парень ухмыляется, тормозя и сводя прямые ладони в сияющем синим горном потоке.       «Поразительно, какого мастерства он достиг. — Камадо недобро хмурится. — Только вот есть одна проблема…»       Разрезы достигают Танджиро, пытаясь пробить защиту горного потока, но отражаются в стороны. Скользящий удар — сразу с десяток разрезов от техники дыхания луны уводит в сторону, и они сносят частично уцелевший сарай. Кулаки Камадо плыли в пространстве, входя в поток, и каждый разрез, каждый удар, соприкасаясь с ними… Изменял траекторию.       И всё это… Происходит лишь за долю секунды.       Шквал атак, всей мощью врезаясь в защиту парня, рассеивается в стороны, рассекая грунт.       Теперь удивлённым выглядел уже Кокушибо.       — Признаться, я поражён, — произнёс демон, пристально смотря за вставшим в стойку парнем. — Вначале ты напомнил мне неотёсанного Аказу, но сейчас… Я теперь понимаю, почему ты смог его одолеть.       — Признаться, я тоже! — выкрикивает Камадо, скалясь. — Твоя техника хороша! Я… Я оценил, правда! Ха-ха! Сколько сотен лет же ты её оттачивал, я представляю! Только вот… — взгляд парня меняется, и в глазах его зарождается чёрное, всепоглощающее пламя ненависти. — Ты, сука, сраный демон, и твоя сила — не твоя заслуга.       — Как низко. — Кокушибо скривился, моргнув верхними глазами, слегка оскалился. — У тебя застой в мышлении. Это моя заслуга, моя воля, моя судьба. Став демоном, я полностью раскрыл свой потенциал. Я создал новое дыхание — дыхание луны, альтернатива дыханию солнца! Я развивал его все эти годы, и вот… Даже ты удивился.       — Ты выбрал путь лёгкой силы и стал чёртовым монстром, который мнит себя благородным мечником. — Камадо сжал кулаки, едва заметно пригибаясь. — Всё, что ты делал, сука — это жрал людей. Дыхание луны, говоришь? — Глаза парня вспыхнули, ухмылка переросла в полный гнева и усмешки оскал. — Раскрыл свой потенциал? Тогда почему ты не овладел дыханием солнца?       — Довольно разговоров. — Кокушибо как-то резко поменялся в лице, сильнее оскалившись и сведя брови. Во всех шести глазах сверкнула ярость. — Ты дикарь, махающий кулаками. Ты как зверь. Вам, людям, была дарована возможность освоения дыханий и фехтования. Катаны — это ваше изобретение. Это настоящее искусство, ведь оно полностью раскрывает возможности твоего тела. Обычному кулаку никогда не победить клинок. И сейчас… — демон делает вдох. — Я это докажу.

【Прогресс пробуждения: 81%】

      «Эта тварь… ещё смеет рассуждать про дыхания? Тварь, мнящая себя гениальным мечником?..»       Что-то горячее и обжигающее взрывается прямо в груди, вмиг окутывая тело парня алой аурой мощи.       — Находишь это бесчестным, да? Что ж… — Танджиро огляделся, прищурился. Затем лёгким прыжком приземлился в обломки дома, пригнулся, и поднял… Часть металлической трубы.       — Что ты делаешь? — В голосе демона даже мелькнуло недоумение.       — Я пойду у тебя на поводу, сражусь с тобой клинком и уничтожу тебя за три удара, тупая ты сука.       Камадо резким движением сжал трубу, сплющивая её в плоскую железяку, затем начал сминать, будто пластилин, придавая нужную форму. Спустя секунду он держал в руках нечто наподобие клинка, полностью тупого и кривого.       А после, безумно ухмыльнувшись… Он начал ногтями соскребать тонкий слой железа, вручную создавая режущую кромку.       Искры полетели во все стороны. Раздался громкий скрежещущий высокочастотный звук такой силы, что ближайшие камни и осколки завибрировали в такт, поползя по поверхности.       — Да ты безумец… — Кокушибо… лишь предвкушающе оскалился, настороженно глядя на Камадо.       — О, извини, просто нормальную катану искать дольше. — Камадо оскалился ещё более зловеще, чем сам демон, обхватил металлическую рукоять, и, делая вдох…       Стал наполнять металл энергией солнца.       — Поразительно… — Зрачки Кокушибо на миг расширились, когда демон с помощью прозрачного мира узрел весь потенциал тела Камадо. — Ты…       Камадо подаётся вперёд, наклоняя меч в боковом хвате двумя руками.       — Ты не просто овладел дыханием солнца…       Кокушибо с рычанием делает вдох, выставляет ногу вперёд и пригибается. Улыбка белых зубов расцветает на его лице, обнажая удлинившиеся клыки, и глаза его начинают пылать.       — Ты практически стал с ним единым целым.       Это было такое короткое мгновение, за которое ветвящийся разряд молнии, вспыхнувший где-то вдали за горным пиком, даже не успевал полноценно пронзить небо — он лишь начинал разгораться белёсым огнём, громадной искрой, пытаясь достигнуть земли.       И за это мгновение Танджиро и Кокушибо срываются друг до друга с такой скоростью, что оба оставляют свои остаточные образы в том месте, где стояли долю мига назад.       А затем всю почву под ними, расколотую крупным кратером, разносит в стороны обломками камней. Мощная ударная волна разносится по всей академии и тонет в лесу, снося снег, и клинок Камадо, до предела напитанный энергией солнца и сияющий алым, подобно закату красного гиганта… Прорезает клинок Кокушибо вместе с его запястьями.       Это была феноменальная скорость боя, и оба они… В этой скорости сравнялись.       Кокушибо, игнорируя жгучую боль, мгновенно отращивает кисти вместе с клинком, отскакивает назад, беря запас расстояния, и использует сразу несколько кат, выходя на пик своей скорости. Сотни фантомных разрезов, приобретая форму призрачного полумесяца, рассекают на атомарном уровне всё, что встречается у них на пути — воздух даже вспыхивает от такого — и направляет весь шквал прямо в Камадо.       Танджиро едва успевает это заблокировать, ведя напитанный энергией солнца меч в горном потоке.       Землю под парнем стирает в пыль. Мощный град разрезов врезается в защиту, и часть из них парню удаётся отвести.       А другая же часть всё-таки попадает точно в цель.       Кожу начинает рассекать, разрезать. Выплёскиваемая кипящая кровь парня исходит паром, опаляя землю, но Камадо лишь сжимает зубы и инстинктивно прикрывает лицо рукой.       Разрезы пробивают тело, начиная вгрызаться в мышцы. Всё тело горит от боли, горячая кровь выплёскивается на землю и стекает по холодной коже, но Камадо, сжимая зубы… Просто идёт вперёд.

【Прогресс пробуждения: 82%】

      «Почему… Его не рассекает?» — Кокушибо, полный решимости, хмурится сильнее.       Камадо опускает лезвие, крепко удерживая рукоять двумя руками возле своей головы.       На его лице расцветает оскал.

【Прогресс пробуждения: 83%】

      Ещё несколько взмахов с феноменальной точностью и грацией — Кокушибо, искусно орудуя стилем дыхания луны, пытается достать до шеи парня, но… Ему удаётся поцарапать лишь кожу, когда энергия призрачного клинка полной луны утопает в золотой ауре чистого солнечного света, окружавшего всё тело парня.       «Это… Невозможно… — Дух Кокушибо на миг захватывает, когда он чувствует, что столкнулся с чем-то, его превосходящим. — Это… Прекрасно…»       Весь торс Танджиро было иссечён, исцарапан, изрезан. Кровь стекала по коже, прожигая почву; пропитывала металлическую рукоять, скользя по лезвию.       Зрачки парня резко расширяются, когда он вдыхает — вдыхает на полную, с такой силой, что его широкие глаза вмиг краснеют, вены и мышцы взбухают, а мир… Теряет контраст.

【Прогресс пробуждения: 84%】

      И движение первой высшей луны — быстрейшего на данный момент демона — становятся медленными и плавными.       Нога тонет в порушенном грунте, вздымая в воздух сотни мелких камней и кучу пыли. Камадо, чуть наклоняясь и чётко распределяя свой вес, направляет силу в руки, напрягается и с мощного рывка просто рассекает воздух с такой скоростью, что все его движения смазываются в единый конгломерат остаточных образов.       Кокушибо едва успевает среагировать.       Воздух вокруг словно бы вспыхивает, дрожит, сводимой титанической судорогой. Силуэт парня растворяется, а его рассекающий удар, ослепительно пылающий даже в этом мире бесконечного света, в один миг сносит все фантомные лунные разрезы дыхания луны, полностью подавляет техники Кокушибо, и…       Рассекает его торс напополам.       Пространство в округе взрывается полным агонии криком первой высшей луны, когда вся кожа на его торсе начинает осыпаться горящими хлопьями, но Кокушибо, фокусируя кровавый взгляд всех шести глаз на Камадо…       Приращивает половину тела обратно к поясу и вновь отращивает катану…       Сжимая её дрожащими руками.       «Что за… — мир вокруг мутнеет, и Кокушибо впервые за всю свою жизнь… Ощущает слабость. Простую человеческую слабость, пробивающий тело озноб, выступающий холодный пот на лбу. — Как это происходит…»       — Что, плохо себя чувствуешь? — ухмыляется Камадо, медленно опуская лезвие.       «Это… Вздор. Как он смог освоить дыхание моего брата на таком уровне?»       — Пора с тобой кончать. — Танджиро, вдыхая, вновь нагнетает силу солнца, и клинок его, окутанный золотым свечением, всё сильнее и сильнее начинает пылать алым.       — Мне больше ничего не остаётся. — На миг в голосе Кокушибо слышится печаль. — В овладении дыханием солнца ты продвинулся очень, очень далеко… — Все шесть глаз вновь смотрят на Камадо... Спокойным, печальным взглядом. Кожа на теле Кокушибо перестаёт слезать обгорелыми лохмотьями, вновь обретая бледноватый цвет. — Но, к сожалению, не дальше, чем мой брат.       — Брат?.. — на всего лишь краткий миг Камадо удивляется.       И этим тут же пользуется Кокушибо.

ВЫСШАЯ ТЕХНИКА МАГИИ КРОВИ…

      Высшая луна первого ранга искусно и мгновенно складывает пальцами печать возле своей груди, и из его тела начинают вырастать множество изогнутых острых клинков. Высшая техника — пик мастерства, настоящий предел, которого демон может достичь в своей магии крови. Точка невозврата, после которой дальнейшее продвижение не имеет смысла, ведь остальным приёмам никогда в жизни не сравнится с высшей техникой.       И Кокушибо, максимально концентрируясь на окружении, собирая воедино все сто тридцать две каты, весь потенциал стиля дыхания луны…       Создаёт настоящее его воплощение с центром вокруг своего тела, когда всё остальное, существующее в радиусе двухсот метров вокруг него, безостановочными атаками будет рассечено, разрезано, стёрто и дезинтегрировано…       В пыль.       Без остатка.       Без малейшего шанса на спасение.       «ПОПРОБУЙ ПЕРЕЖИТЬ ЭТО, ЧЁРТОВ МОЛОКОСОС!»       Пространство вокруг накрывает всепоглощающая аура смерти, и мир меркнет в мёртвом свете луны, уничтожающей всё, чего коснутся её бледные острые лучи…       И этот миг…       Становится последним…       Для Кокушибо.

【Прогресс пробуждения: 85%】

      Скорость исполнения техники высшей луной была катастрофически огромной, и эта жалкая, ничтожная доля мгновения, мелькнувшая в голове у Камадо, полностью остановила весь мир вокруг, когда парень почуял, что смерть вновь нависает над ним, обдавая его душу своим тяжёлым дыханием.       Камадо даже не нагнулся для рывка.       Он мгновенно сорвался с места в тот миг, когда его мышцы обдал взрыв титанической мощи, мгновенно наполнивший его тело огнём жажды убийства.       Силуэт парня стирается из реальности, а земля, сдавленная от первичного толчка, разрывается большим кратером от повторного выброса энергии, вспыхивает, превращается пыль, и мощная ударная волна сотрясает всю округу, сносит ближайшие дома и уходит порывом воздуха глубоко в хвойный лес.       Кокушибо даже не успевает среагировать вообще ни на что, когда невидимый для демона быстрейший грубый клинок рассекает ему шею с такой силой, что всё тело вместе с головой взрываются, тут же воспламеняясь и испаряясь прямо в воздухе.       И спустя секунду…       Первая высшая луна, стёртая…       В пыль…       Без остатка…       Без малейшего шанса на спасение…       Умирает окончательно.       — Сказал же… — Камадо медленно выдыхает тяжёлые испарения энергии, — за три удара.       — Во дела… — издали хмыкает Шинадзугава, осматривая побоище. — Пацан, да ты псих ненормальный.       Хмурый Томиока, стоя рядом с Санеми, осматривается. Гёмей же, вновь сложив руки в молитве, тихо что-то шептал.       — А сам-то, — хмыкает Танджиро в ответ. Осматривает свои руки, рассеченные множеством кровоточащих порезов.       Ощупывает лицо и морщится от неприятной, горящей боли.       Оно всё было рассечено. Горячая кровь сочилась из ран и с шипением падала на землю.       «Как там это делается?..»       Раны начало щипать сильнее, когда из груди вырвался импульс золотой энергии. Аура окутала всё тело Камадо, и, подобно маленьким ручейкам, начала собираться во всех порезах, что сейчас были на его теле.       Края ран начали стягиваться друг к другу, и кровотечение… Прекратилось.       На ошарашенный взгляд столпов Камадо сплюнул кровавую слюну и ответил:       — Фокусы, твою мать.        Затем, услышав движение, разворачивается на звук.       — А, ещё остался ты, — говорит Камадо, выбрасывая треснувший клинок. Упав на землю, меч тут же рассыпается в металлическую пыль.       — Как ты… Это сделал… — прохрипел Доума, вставая и держась за живот. — Как ты… Победил…       — Я просто снёс ему бошку. — В словах Камадо была ледяная сталь. — Вы — тупые ничтожества, сраные монстры, заслуживающие лишь мучительной смерти. Смотри, я даже восстанавливаться умею, как вы! —       Камадо вскинул руку, порезы на которой затянулись прямо на глазах. — Энергия солнца, нахрен!       Доума твёрдо встал на ноги, сжимая дрожащие губы. Всё тело Короля Льда горело от гуляющего внутри пламени, и лишь его врождённая регенерация сейчас поддерживала силы.       Но…       — Я заморожу всю эту чёртову долину…       Доума начал складывать руки в печать, готовясь применить высшую магию крови…       Из его рта выплёскивается кровь. Демон инстинктивно пытается вдохнуть, но вместе с хриплым кашлем вылетает новая порция его густой чёрной крови.       — Что за х…       Один из его глаз оплывает, плавится и падает на землю.       Затем с лица начинает слезать кожа.       — А-А-А-А-А-А-А!!!       Демон падает на колени и упирается руками в землю. Не сдерживая новый позыв, его вновь рвёт кровью с какими-то ошмётками плоти.       Несколько зубов выпадают, кожа лица шипящими каплями бесформенной плоти падает на землю.       — Ч-ЧТО… П-ПРОИС-СХОДИТ… СО МНОЙ… А-А-А-А-А!!!       Новый визг, полный агонии, закладывает уши — Санеми и Томиока, морщась, закрывают голову руками.       — Подействовало, наконец, — с печалью произносит Танджиро. — Она принесла себя в жертву, чтобы ты сдох в мучениях — настолько она тебя ненавидела. Представляешь? — он подходит к Доуме, катающемуся по земле и разбрызгивая вокруг ошмётки слезающей кожи и крови. — Пойми, какая ты на самом деле мразь и что ты заслужил. Я тебя даже добивать не буду — ты до последней своей секунды жалкой жизни будешь испытывать адскую…       — А-А-А-А-А-А-А-А!!! — одежда демона давно расплавилась, кожа слезла, обнажая кровоточащие, непрерывно сокращающиеся мышцы, которые тоже начали разлагаться.       — …Агонию, и в итоге сдохнешь.       Продлилось это недолго — чуть больше минуты. Но для Доумы, тело которого заживо растворял мощнейший яд, будто прошла вечность. И когда даже кости его распались в пыль, когда лёгкий ветер, подхватывая последние крупицы демонического пепла, растворили в небытие… Тогда, наконец, настала окончательная тишина.       Но продлилась она несколько секунд — уставшие парни даже успели расслабиться.       Послышались… Бодрые хлопки.       — Неплохо, неплохо!       Это был единственный миг, принёсший в жизнь Танджиро столько боли — когда он увидел свою зверски убитую семью.       И эти воспоминания вновь вспыхнули в нём, обдавая болью и гневом каждую клеточку тела, каждую частичку души.       — Ты очень хорошо постарался, друг мой. — Демон, походивший на молодого мужчину, с немного острыми, аристократичными чертами лица, искренне улыбнулся.       Потому что, разворачиваясь на ещё одного демона, Камадо понимал…       — Но нужно ещё немного. Ещё чуточку. Это будет несложно. — Алые глаза демона сощурились. — Ты практически достиг своего пика.       …Что в этой финальной битве ему придётся во второй раз… Начать ломать свои лимиты.        — Да, верно. Но мне нужно… — Мудзан раскинул руки, будто в молитве.       Оскал, несравнимый по ужасу с другими демонами, расцвёл на его лице.       — Мне нужно ВСЁ! ВЕСЬ ТВОЙ ПОТЕНЦИАЛ, ТАНДЖИРО КАМАДО!