Эпилог

      Пару секунд Танджиро смотрел, как последние останки демона истаивали серым пеплом, пока не исчезли вовсе.       И потом он…       Просто и свободно выдохнул, упав на колени. Из глаз сами собою шли слёзы, губы слегка подрагивали, всё тело ломило и дрожало.       Он… выполнил свою цель. Он завершил эту печальную, трагичную и кровавую историю, уничтожив прародителя всех демонов.       И даже тут… Даже в этот мир вмешался бог. Сверхсущество, существующее где-то там, за кромкой миров, в безвременье и непространстве.       Сверхсущество… Допустившее ошибку?       Сама концепция ограничителя силы на первый взгляд была понятна, но всё-таки… Как убедился Гароу за обе свои жизни — любые преграды можно сломать, если найти к ним свой подход и главное — не сдаваться.       Но, тогда, в чём же смысл?       — О чём думаешь? — спросил Бласт, бесшумно оказавшись рядом.       — О смыслах. — Парень прикрыл глаза. Хотелось спать.       — Бывает. — Мужчина пожал плечами, поправил очки. — Что он тебе наговорил?       После краткого пересказа Бласт сел рядом, взмахом руки создав себе сиденье из грязного камня.       — Интересно… Сайтама, значит. Неудивительно, что бог за ним следит, но он… И правда сломал свой ограничитель роста? — задал он вопрос сам себе.       — Что вы об этом знаете? — на миг в голосе парня прозвучал энтузиазм.       — Изучали мы это дело, но вот чтобы прям сломать… Надо будет наведаться в геройскую ассоциацию, поглядеть на него. Может, он и согласится… О, кстати, — Бласт чуть ухмыльнулся, посмотрев из-под очков на Танджиро, — раз уж ты заинтересовался, переходи в мою команду.       Камадо нахмурился.       — Мой родной мир, этот мир… — Бласт осмотрелся. — Они далеко не единственные. Бог вмешивается во многие вселенные. Я был почти уверен в его планах, но твои слова окончательно подтвердили мои догадки. Однако с этим возникло ещё больше вопросов. — Мужчина вдруг помрачнел, размял кулаки.       — Насколько я понял, он собирает что-то типа армии, чтобы одолеть Сайтаму? — неуверенно спросил Танджиро.       Бласт молчал несколько секунд, затем чуть поморщился и спросил:       — Ты сражался с лысиком. Что можешь сказать?       — Он был чертовски силён. — Гароу сжал зубы.       — Ты тоже. — Бласт вздохнул. — Какое-то время вы держались с ним на равных, так?       — Когда я начал копировать его силу, и… — Камадо вдруг уставился на Бласта. — Но я ведь его даже и ранить не смог! Даже царапины оставить! Он словно… Неуязвимый.       — Исследуя феномен ограничителя и фактор развития живых существ, мы смогли… Научились этот лимит «сдвигать». — Бласт посмотрел в глаза Гароу. — Явление, которое ты знаешь как «монстрофикация» — есть нечто подобное. Жалкая, гротескная попытка — однако она и правда увеличивала силу. Вместе с потерей рассудка и другими сопутствующими последствиями. Вариант, который разработал я вместе с… кое-кем, позволял увеличивать чистую силу без всяких последствий. Это происходило не быстро, это было… Трудозатратно. Однако результат впечатлял. По сути, лишь благодаря этому мы успешно боремся с божественными проявлениями, возникающими по всем известным нам мирам. — Бласт задумчиво нахмурился, уставился в землю. — Но вот чтобы сломать… Окончательно и бесповоротно… До какого-то момента я был уверен, что Сайтама тоже как-то сдвинул лимит своих сил, но то, как бог им интересуется и то, как он с тобой сражался… Действительно — очень интересно! — Бласт издал смешок.       — Так чего всё-таки хочет этот бог? — спросил Камадо.       — Заполучить секрет Сайтамы, — просто ответил Бласт.       — Но ведь… Это же бог создал ограничитель?..       Бласт неожиданно улыбнулся — слишком нехорошо и слишком предвкушающе.       — Видимо, не он.       — Как-то не сходится… — Камадо почесал нос.       — Поймёшь, если примешь моё предложение. — Бласт поднялся и протянул руку. — Согласишься — я перенесу нас в одно место. И мы всё объясним.       Камадо думал секунду, но лишь усмехнулся.       — Нет, спасибо, я уже сыт этим по горло.       — М-да-мс… — Мужчина почесал затылок. — Всё-таки уговаривать не мой конёк.       Бласт щёлкнул пальцами, создавая миничервоточину. Крикнул:       — Попробуй ты, может, убедишь его?       И перед тем, как из объёмного вихря темноты проступил силуэт, Бласт лишь серьёзно сказал:       — Ты и правда бы нам пригодился, парень.       Сфера портала схлопнулась в точку и исчезла.       Перед Танджиро стоял… Самый настоящий вселенский воин. В массивной на вид, но идеально сложенной броне из цветного металла, с синей кожей и в широких белых штанах, в металлических сапогах.       И один единственный его глаз внимательно взирал на бывшего охотника на героев.       

* * *

      Безмолвие длилось несколько секунд.       Но эта аура…       Этот оценивающий взгляд; спокойный и холодный огонь, плескавшийся где-то в глубине его глаза; едва уловимая ухмылка…       Сила этого могучего незнакомца выходила далеко за рамки того, на что сейчас был способен Танджиро. Трёхметровая фигура, возвышающаяся перед напрягшимся Камадо, излучала такое холодное спокойствие и уверенность, что сразу было ясно — одно движение, и Камадо мертвец.       И это прекрасно показывало его силу.       Однако же… Где-то на самой периферии сознания парень понимал — и у этого война есть предел.       Предел, который Гароу мог себе представить, а значит — и достигнуть.       — Партнёр по несчастью, да?.. — осведомился незнакомец басовитым, мягким и низким голосом. Чуть склонил голову — длинный частый ёршик волос колыхнулся следом — и, повернувшись на Бласта, сказал: — Не выйдет.       — Да ты даже не сказал ничего толком… — взгляд героя номер один стал унылым.       — Говорить нечего — он не согласиться. По глазам вижу. — Пришелец вновь повернул голову на Танджиро с взглядом, полным понимания. — Сильным он был, да?       — К-кто? — Камадо похлопал глазами, разжав кулаки.       — Сайтама, кто же ещё.       — Ты… тоже с ним дрался? — Гароу непроизвольно хмыкнул.       — Так вышло… — Незнакомец задумчиво посмотрел на небо, ясное и голубое. — И эта битва многому меня научила. Вижу, и тебя тоже.       Гароу лишь помрачнел, молча опустив глаза.       — Он был не просто непобедим. Сама его суть… — Гароу вдруг улыбнулся. — Я не пойду к вам. Знаете, насчёт вашего бога и вас я спокоен. Да и вряд ли от меня будет толк — я уже навоевался. Я… устал. Просто устал. — Он вновь опустил взгляд в землю. В зрачках кружилась лишь светлая печаль. — Тем более, пока Сайтама жив, беспокоиться не о чем. Повод появится, когда Лысый падёт. — Камадо взглянул Бласту в глаза, нахмурившись. — Вот тогда и приходите. А я уже…       Маска белого демона на лице треснула; мелкие осколки упали на землю, истаивая пылью.       — Я уже всё…       Очередной костюм монстра покрывался трещинами, истаивал пеплом в лучах тёплого весеннего солнца, греющего планету.       — Ты тоже великий воин, — бросил напоследок этот странный пришелец, имя которого Танджиро так и не узнал.       А дальше было всё как в тумане.       

* * *

      Зима в этом году выдалась холодная… и суровая. Мороз начинал пробирать, едва ты выйдешь наружу — сразу вытягивая всё тепло, что ты набрал, сидя с горячей кружкой чая возле каменной печи.       В додзё Танджиро печь слабо грела, и температура воздуха внутри была ли едва выше нуля. Пол был холодным и каменным, но группа учеников стоически переносила эти суровые условия, не замерзая лишь благодаря технике дыхания.       — Десять минут на зарядку и правильное дыхание, дальше отрабатываем приёмы, — скомандовал Камадо, с довольной ухмылкой усевшись в кресло и попивая исходящий паром зелёный чай.       — Хорошо вам говорить! — возразил один из учеников, нагловатый на вид пацан с взъерошенными тёмными волосами.       — Отлично, Рен, ты первый на очереди. — Камадо отхлебнул с кружки.       Парень очень недовольно что-то буркнул себе под нос, но затем, поправив белое кимоно, сконцентрировался. Вдохнул, расправляя лёгкие на максимум, прямо до боли в груди.       Тело отозвалось разливающимся теплом. Мышцы вмиг стали твёрже, кожа слегка покрылась испариной, а горячая кровь заполонила каждый сосуд. Мир дохнул теплом и посветлел, словно бы и не было этой холодрыги в додзё.       Рен был любимчиком Танджиро. Наглый пацан. Жадный до силы, но в силу молодого возраста не совсем чувствующий грань — впрочем, это было исправимо. Но успехи он делал, перегнав всех своих сверстников и владеющий дыханием почти что на уровне опытных мечников.       — Зарядка окончена! — Танджиро встал с кресла, отложив кружку. — Сегодня спарринг и отработка рукопашного боя. Рен, встань на против меня. — Камадо пригладил отросшие волосы к затылку, завязав их в тугой хвост.       Бедный парень сглотнул, но взгляд его тут же заострился, а губы сами собой дрогнули в улыбке. Он вышел вперёд под взгляды остальных, поднял кулаки и встал перед Танджиро в стойку.       Камадо помахал ладонями, размял пальцы. В полусгибе вытянул руку вперёд, едва касаясь кулака своего ученика. Взглянул на его стойку, но затем чуть прикрыл глаза, начиная зевать.       Никто не командовал — каждый сам решал, когда начинать. Ведь в реальном бою твой соперник не будет тебя ждать.       Вот и Рен не ждал.       Рывок на подшаге и последующий апперкот — кулак Рена пролетает в сантиметре от лица Танджиро, который заранее откидывает подбородок с прикрытыми от зевоты глазами. Последующие три удара Камадо отбивает одной рукой, второй смахивая выступившие слезинки.       — Стань быстрее! — командует Камадо.       Слова учителя действуют на Рена, как красная тряпка на быка. Парень, вдыхая, едва ли не рычит, и срывается до Камадо, вбивая кулак прямо в выставленный блок. От силы удара в додзё разносится воздух; тлеющие угли в печке на миг вспыхивают; часть учеников расступается, прикрывая глаза.       Камадо стоит неподвижно. И лишь молвит:       — Неплохо.       Это было похоже на вспышку молнии; на мигнувшую тень, растворившуюся в пространстве. Рен, сразу понимая, что после блока последует удар, заранее ставит собственный блок, но Камадо аккуратно разбивает его защиту и лёгким хлопком бьёт его в грудь, но с такой силой, что Рена откидывает метров на пятнадцать к дальнему концу площадки. Несколько мгновений ученик в растерянности, но, тут же отбрасывая лишние мысли, фокусирует взгляд и…       Летящий размытый силуэт Камадо, сверкая огнём в глазах, прямо с размаха… Останавливается, сжимая кулак в сантиметре от груди Рена. От возникшего воздушного потока слегка дрожат стены, а Рена сдвигает назад ещё на три метра.       — Поздравляю, ты лишился грудной клетки, — Танджиро опустил кулак и хмыкнул.       — А что, в сражении с вами есть иные варианты?! — огрызнулся Рен.       — В битве их только два. Либо победил, либо проиграл, — в голосе Танджиро едва заметно прорезалась сталь. — Чтобы победить, тебе нужно быть сильнее своего врага.       — Тоже мне новость. — Раздражённый ученик опустил руки.       — Важен сам процесс. — Камадо постучал пальцем по виску. — Всё гениальное просто, и поэтому не нужно обдумывать, не нужно строить тупые стратегии посреди боя, не нужно пытаться перехитрить своего врага. Нужно быть быстрым и сильным. А для этого нужно тренироваться. Основа боевого духа — в рефлексах. И именно они тренировками оттачиваются. — Камадо чуть вздохнул.       — Мастер, а как же боевые искусства? — спросили из толпы учеников. — Они разве не созданы из хитрости, чтобы слабый человек смог превзойти сильного?       — Всё гениальное просто. Если слабый смог превзойти сильного с помощью боевых искусств, значит никакой он и не слабый, — просто и легко сказал Танджиро. — Боевые искусства — это не преимущество, это не хитрость. Это твой опыт. Это твой собственный боевой стиль. Прелесть боевых искусств в том, что каждый человек сможет найти в них своё призвание. Даже простые на первый взгляд приёмы при креативном подходе смогут превратиться в грозное оружие. Но любое боевое искусство требует от тебя силы физической и силы духа. Эти две крайности — сила и опыт — взаимосвязаны, и чем сильнее одно, тем сильнее и другое. Дерево не сможет удерживать на своих ветвях массивную крону, если не вырастит достаточно высоким и могучим. Также и сипуха не сможет добывать себе пропитание, если крылья её будут слишком слабыми. Пускай и благодаря оперению её полёт не слышат даже полёвки, но какой от них толк, если слабая птица не сможет поднять свои крылья?       Повисла тишина; ученики внимали словам мастера. Кто-то даже слегка разинул рты. Даже Рен уже не выглядел недовольным, чуть хмуро слушая Танджиро.       …День пролетел незаметно, и уже вечерело. А в горах, снежной зимой, вечереет рано и быстро. Додзё располагалось неподалёку от дома Танджиро, в двадцати минутах ходьбы. К большому и ухоженному деревянному дому прямо от ближайшей деревни сквозь хвойную чащобу вела тропа.       На самом деле, Гароу всегда мечтал открыть собственное додзё. Передать свой опыт будущим поколениям. Сейчас же острой необходимости в этом не было, ведь уже как десять лет демоны перестали существовать на земле. Из известных Танджиро уцелели только Тамаё и Юширо. Незуко же… превратилась обратно в человека. Первые месяцы и годы она вновь училась говорить, но в конечном итоге со всеми последствиями удалось разобраться, и сейчас девушка проживала спокойную и мирную жизнь, работая в деревне.       Идя домой, Камадо вспоминал свою последнюю битву. Приход Бласта и этого неизвестного пришельца, чьё имя он так и не узнал. Их слова про бога, Сайтаму и этот странный ограничитель силы. Нет, о своём решении не встревать в это он ни капли не жалел. И на его душе наконец поселился покой и умиротворение. Он вспоминал, как его, голого и израненного, в глубине леса нашли столпы. Нашли в небольшой яме, вокруг которой метра на три снег был полностью растаявшим. Как его принесли в академию истребителей; как вокруг бегали врачи и испуганная Момо. Как они спустя год поженились, поселившись в частном доме в горах близ крупной деревни. Как ещё через два года у них родился сын, а спустя ещё три — дочка. Как ещё через год он открыл додзё, зарекомендовав себя как лучший мастер боевых искусств. Конечно, организация истребителей тогда за него поручилась. Сама академия истребителей не перестала существовать, а переименовалась в частную военную академию при новом императоре Японии, готовившая солдат по своим эффективным программам тренировки. Серьёзной необходимости, конечно, в этом не было, поэтому поток новобранцев был небольшим. Однако кто знает, что там будет, в будущем… Мир перестал быть под гнётом демонов, но опасность всё ещё никуда не исчезла. А вот в чём эта опасность может заключаться, людям, возможно, предстоит выяснить.       — Папа!       Мысли прервал радостный детский вскрик. Маленькая кареглазая девочка, укутанная в тёплую одежду, рванула с порога к отцу.       — Привет, Нао, — тепло сказал Камадо, хватая малышку и прижимая к себе.       — Там мама такую вкуснятину наготовила! — радостно воскликнула она, задёргавшись в объятиях отца и указывая на их дом. — А ещё Кенто опять вредничает! Я маме помогать хочу, на кухне! А он! Говорит, я ещё маленькая, могу пораниться или обжечься! — в её заблестевших глазках мелькнули слёзы, а надутые щёчки показывали всё её возмущение.       — Ну он же так заботиться о тебе.       — Дурак он! — она сжала кулачки. Камадо искренне посмеялся, отпустив дочку на землю.       — Ладно, пошли домой. Зима в этом году очень холодная, не хватало заболеть ещё.       Едва войдя в дом, в нос сразу же ударил запах готовки и лёгкий шум посуды, сразу погружая в атмосферу уютного домашнего очага. Нао, хихикая, убежала на второй этаж к своему брату, а Танджиро, облизнувшись, зашёл на кухню.       — Ой, привет, — поздоровалась Момо. — Я тут решила праздничный ужин устроить, и…       Договорить она не успела — Камадо, бесшумно приблизившись, обхватил её сзади и прижал к себе, целуя в шею.       — Т… а… ай! — она хихикнула. — Щекотно!       — Я соскучился по тебе, — шепнул Камадо, медленно увлекая жену в комнату напротив.       — Ну подожди, я ещё не… закончила… с готовой… ах… — Камадо дал волю рукам, скользнув пальцами ей под одежду. — Дети же… ещё не спят…       — Они играются наверху и ничего не услышат. — Танджиро развернул Момо к себе и страстно поцеловал в губы. Не отрываясь друг от друга, они уже были в коридоре на пути в комнату, как вдруг…       — А что вы делаете? — с очень невинным видом спросил мальчик с бордовыми волосами, стоя на лестничном пролёте и с интересом глядя на родителей.       — А… мы… — Момо, разорвав поцелуй, водила глазами и пыталась оправдаться.       — Просто папа очень соскучился по маме, — сказал Камадо, выпуская жену из объятий. — А ещё о-о-очень проголодался.       — Д-да… проголодался. — Пару раз вздохнув, Момо взяла себя в руки и крикнула: — Дети — ужинать!       Спустя несколько минут все уже были за столом. Танджиро рассказывал про успехи в своём додзё, дети же делились своими открытиями и наблюдениями, а Момо просто сидела с довольной лыбой, как и Танджиро наслаждаясь семейной идиллией.       И вот уже ночь. Луна скользит лучами по блестящему снегу, звёзды парят в глубине тьмы космоса, а ели, будто недвижимые стражи, стоят бесчисленными тёмными силуэтами, сливаясь в сплошную тьму глубокого леса. Казалось, что если посмотришь в глубину этой тьмы… то в ответ она заглянет тебе в душу. Впрочем, повода для беспокойства не было.       Но Танджиро с слегка задумчивым взглядом наблюдал за этим безмолвным пейзажем, стоя в закрытой веранде у окна.       — О чём задумался? — спросила жена.       — Да так… воспоминания… — Камадо зевнул. Посмотрел на Момо и улыбнулся, понимая, что никакого повода для беспокойства нет.       Но если что, семью он защитит. Любой ценой.       — Спать уже пора, — Момо тоже сладко зевнула.       — Пора, — кивнул Камадо. И подхватил её на руки, чмокнув растерянную жену в нос и направившись в спальню.       Впереди была беззаботная жизнь с любимыми людьми, занятие любимыми делами и просто… Сбывшаяся, наконец, мечта Танджиро. Послесловие от автора (в комментарий после части не влезает): Вот и завершилась, наконец, эта печальная история со своим счастливым концом. Миром Ванпанчмена я начал интересоваться ещё в далёком 2017 году - это вообще первое аниме, что я посмотрел. Тогда я узнал, что, оказывается, у тайтла есть манга, и что вообще такое манга, я тоже узнал, и... Конечно, начал читать с упоением. Гароу мне сразу понравился. Своей бадасностью, крутизной, безумием и силой. Он реально чокнутый! И вместо того, чтобы придумывать какие-то многоходовочки, тактики, он просто на похер прёт вперёд, сжимая зубы и прорывая любые преграды, превозмогает с таким пафосом, что не восхититься этим я просто не мог. Можно сказать, что данный персонаж - в каком-то смысле пускай и гипертрофированное, но олицетворение простой человеческой целеустремлённости, ведь в большинстве своём человек стремиться... к невозможному. К недостижимому. К такому абстрактному понятию, как идеал. Ведь истинного идеала не существует, но нас это ни капли не смущает. И на что только человек не ухищряется, но раз за разом, стремясь к этому идеалу, преодолевает разные препятствия на своём жизненном пути. Ломает ограничитель. Так ведь?) Спасибо, что были на протяжении всей этой истории. Может, когда-нибудь я ещё что-то напишу, если вновь загорюсь идеей. Я бы не назвал себя фанатом клинка, просто прикольное аниме с крутым графоном, но к постанове и анимации у меня есть некоторые претензии... К слову, из всех анимех, что я посмотрел, бои в магической битве для меня пока что самые лучшие, особенно в плане анимации, сценария и режиссуры. Но это уже отдельная тема для разговора, хех) Спасибо, что читали, и, надеюсь, вам понравилось. А я же дальше продолжу совершенствовать свой писательский навык.  Удачи вам на вашем жизненном пути, и помните - опустить руки можно в любой момент. Поэтому - не останавливайтесь. Я знаю, вы на многое способны, главное - верить в себя!