Часть 13

Утро выдалось прохладным, тонкие занавески едва колыхались от лёгкого сквозняка. Изабелла проснулась раньше обычного. Она сделала всё свои утренние рутины, собрала волосы в небрежный пучок, взяла шприц и мазь, и направилась в покои к Болдуину. Он уже ждал её, сидя у окна с раскрытой книгой. При виде неё отложил том, слегка улыбнулся: — Снова ты — мой первый утренний свет. Она чуть смущённо опустила глаза, доставая маленький стеклянный шприц с прозрачной жидкостью. — Не время для комплиментов, Ваше Величество. Сегодня опять прививка. — Как скажете, целительница. — Он протянул руку, не отводя взгляда. Изабелла аккуратно обработала кожу спиртом, сделала укол, быстро, почти невесомо. Когда она убирала инструменты, Болдуин вдруг коснулся её пальцев — Ты всегда так сосредоточена…даже когда волнуешься. Она вспыхнула, но не отстранилась: — Волноваться — часть моей работы. А твоя — не мешать мне её выполнять. Он тихо рассмеялся, и этот звук согрел её сильнее утреннего солнца. _________________ Когда то, Лела рассказывала ей королевскую библиотеку, поэтому утренних дел Изабелла направилась в библиотеку. Может в 21 веке она и не часто бралась за книжки, только если они не по учебе. Но а чем ещё заниматься в 12 веке. Высокие шкафы из тёмного дерева, запах пергамента и воска, тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц. Она выбрала старинный трактат о лекарственных растениях, и забрала её к себе в покои. Она не знала, можно ли было так делать, но Изабелла всё равно вернет. Время текло незаметно, пока в двери не постучали и не появилась девушка —фрейлина Сибиллы. — Её высочество просит вас присоединиться к ней в её покоях. _______________ Изабелла пришла к Сибилле. Её комната утопала в мягком свете солнца. На столике между креслами дымился чай, а на блюде высились миниатюрные пирожные. — Садитесь, госпожа Изабелла, — принцесса жестом указала на кресло напротив. — Я давно хотела поговорить с вами без придворного эскорта. Знаете, иногда так устаёшь от всех этих «ваше высочество» и поклонов, что хочется просто… поболтать. Изабелла улыбнулась, устраиваясь в кресле: — О, я вас понимаю. Иногда мне кажется, что если я ещё раз услышу «вы совершенно незаменимы при дворе», то начну прятаться в какой нибудь кладовой. Сибилла рассмеялась: — Вот именно! Вы меня понимаете. А знаете, что самое забавное? Все эти люди, что рассыпаются в комплиментах, даже не подозревают, как легко можно сойти с ума от их чрезмерной любезности. Она пододвинула к Изабелле блюдо с пирожными: — Попробуйте вот это, с малиной. Говорят, они тают во рту. Изабелла взяла одно, откусила — и действительно, сладость мгновенно растворилась на языке. — Восхитительно. — А то! — Сибилла подмигнула. — Знаете, чем слаще комплимент, тем больше в нём скрытого смысла. Чем ниже поклон, тем выше вероятность, что человек что‑то замышляет. Обе рассмеялись, и напряжение первых минут растаяло. Сибилла сделала глоток чая, задумчиво покрутила чашку в руках: — Вы знаете, Изабелла, я ведь не просто так позвала вас. Мне нужен человек, который видит суть вещей. И который не боится говорить правду. Даже если эта правда… неудобная. — Даже если она касается кого‑то из придворных? — осторожно уточнила Изабелла. Сибилла вздохнула, и в её глазах мелькнула усталая ирония — Хочу извиниться за моего драгоценного мужа, то что прокопался к вам вчера, — она понизила голос, хотя в комнате никого больше не было. — Знаете, что самое смешное? Когда я вышла за него, мне казалось, что он — оплот мудрости и спокойствия. А теперь… Она сделала паузу, подбирая слова, и вдруг рассмеялась: — Теперь я понимаю, что он похож на назойливую муху. Вроде бы маленький, безобидный, но когда он кружит вокруг тебя весь день, жужжа о важных делах и государственных интересах, хочется взять и… Изабелла не сдержала смешка: — И прихлопнуть? — Именно! — Сибилла подняла палец. — Но нельзя, увы. Он же важный государственный муж. Хотя, честно говоря, иногда мне кажется, что его главная государственная задача проверять, сколько раз за день я смогу сдержать раздражение. — Сочувствую, — искренне сказала Изабелла. — Я тоже успела познакомиться с его… энтузиазмом. В коридорах. — О, это его любимое занятие! — королева закатила глаза. — Искать заговоры там, где их нет. Иногда думаю: если бы он тратил столько же энергии на реальные дела, сколько на выискивание мнимых угроз, мы бы уже построили утопию. — Или он бы просто сгорел от перенапряжения, — добавила Изабелла с улыбкой. Сибилла расхохоталась: — Вот за это я вас и ценю, Изабелла. Вы умеете сказать правду так, что даже горькое становится сладким. — Она вдруг посерьёзнела. — Берегите себя. И… берегите Болдуина. Он редкий человек в этом дворце. Их разговор стал началом чего‑то большего, чем простая беседа. ________________ Спустя где то час, Изабелла покинула её покои с лёгким чувством воодушевления. Разговор с Сибиллой неожиданно оказался куда приятнее, чем она ожидала. Но переступив порог своих покоев, она опять не знала, чем себя занять. Она прошлась от окна к двери, затем обратно, размышляя, чем занять остаток дня. Чтение? Уже читала. Эксперименты с настоями? Это до завтра. Может, прогуляться по саду?.. Но одна — не то. И тут её озарило. — А что, если научиться ездить верхом? — вслух произнесла она, и сама удивилась, как эта мысль не пришла ей в голову раньше. Она представила, как скачет везде на лошади. Конечно, первый раз она села на лошадь, когда ехала во дворец, но ведь всему можно научиться. Особенно если у тебя есть такой дружок, король. Болдуин точно одолжит ей коня, решила она. Мысль о том, что король может отказать, даже не возникла. Она подошла к окну, глядя на дворцовые конюшни вдалеке. Изабелла решила, что сегодня же попросит его. С этими мыслями она развернулась, подхватила мазь, и отправилась на вечерних осмотр. ________________ Болдуин уже ждал её в малой приёмной, непривычно рано для их вечерних процедур. Увидев Изабеллу, он приподнял бровь: — Ты сегодня опережаешь расписание. Что‑то случилось? — Ничего страшного, — она улыбнулась, доставая из ларца баночку с мазью. — Просто решила, что сегодня идеальный день для… всего. Особенно для того, чтобы нарушить ваше королевское расписание. — с хитрой ухмылкой произнесла она. Изабелла аккуратно сняла старые повязки и начала наносить мазь. — Знаете, — начала она, старательно изображая невинность, — я тут подумала… Не могли бы вы одолжить мне лошадь? Вашей скромной лекарке, она решила научиться кататься. Болдуин рассмеялся: — Лошадь? Ты серьёзно? — Абсолютно. Если, конечно, Тиберий согласится, мы могли бы… — Я сам тебя научу, — перебил он с такой решимостью, что Изабелла чуть не выронила баночку.