Часть 18

— Хорошо. Тогда предлагаю, что завтра ты возьмёшь половину дня отдыха. Официально. А послезавтра мы продолжим этот разговор, уже без формальностей. Согласна? Изабелла задумалась, оценивая его предложение и согласилась, ну как тут отказаться: — При условии, ты не станешь пренебрегать графиком приёма лекарств в моё отсутствие. — Условия приняты, — улыбнулся он. — Вижу, ты умеешь договариваться. ______________

***

Утро выдалось непривычным. Изабелла проснулась, когда солнце светило Она потянулась, с удивлением осознавая, что наконец выспалась: В этот момент дверь тихонько приоткрылась — заглянула Лела. Увидев, что подруга наконец проснулась, она широко улыбнулась. — Проснулась наконец, думала целый день проспишь. Я заходила раньше, ты даже не шевельнулась. Решила не будить. — Вот и красава — Изабелла рассмеялась. — Это было лучшее пробуждение за последние недели. — Ты спала 12 часов, Изабелла, ну как так. После водных процедур она почувствовала как будто пере запустилась. Времени было много, и она решила дочитать книгу, которую начала читать. А жить в 12 веке, идёт ей на пользу. К вечеру, завершив чтение, Изабелла отправилась в библиотеку, чтобы вернуть на полку.

***

В полутёмном зале, высоких стеллажей, она заметила фигуру в сером одеянии. Мужчина странно смотрел на неё, будто оценивая, и ей это не понравилась. Изабелла решила узнать, кто же этот загадочный мужчина, с ещё более загадочным взглядом. — Добрый вечер, — вежливо поздоровалась Изабелла, подходя ближе. Мужчина обернулся. — А, это вы, — кивнул он. — Изабелла, верно? — Да. А вы?.. — Я тоже лекарь, — он чуть помедлил. — Лечил короля до вашего приезда. Изабелла напряглась. В его голосе прозвучала странная нотка. — Понимаю, — осторожно ответила она. — И как… как вы оцениваете состояние его здоровья сейчас? Он улыбнулся, странной улыбкой: — Слышал, что ему лучше. Вы молодец. Изабелла слегка расслабилась: — Спасибо. Мы движемся в правильном направлении. Лекарь покачал головой, провёл рукой по книге. По ему лицу она поняла, что то то щас выскажет: — Вы верите, что сможете его вылечить? До конца? — Конечно Он вздохнул: — Проказа… она не лечится. Ни у кого ещё не получалось довести дело до полного исцеления. Это факт, проверенный веками. «Проверенный веками» ага ага. — Это не факт, — сказала она. — Это просто то, во что все привыкли верить. Но я вижу результаты. Каждый день. — Результаты — это улучшение, — возразил он. — Но не выздоровление. — Улучшение – это первый шаг к выздоровлению, — парировала Изабелла. — Лекарь посмотрел на неё долго, внимательно. В его глазах читалось что‑то вроде уважения и вместе с тем тень сомнения. — Вы очень уверены в себе. — Я уверена в науке. И в том, что нельзя опускать руки только потому, что «так всегда было». Он кивнул, будто принимая её слова, но не до конца соглашаясь. — Что ж… желаю вам удачи. И королю тоже. Развернулся и тихо вышел, оставив Изабеллу одну среди книжных полок. Аккуратно постав книгу на место и направилась к выходу. В голове уже крутились мысли о завтрашнем визите к Болдуину. Солнце святило прям в лицо, оно разбудило Изабеллу. Подскочив, как всегда направилась в ванную. А после этого с Лелой позавтракала и выбрала наряд. Вот и настал визит:  — Доброе утро, — начал он, откладывая бумаги. — Вижу, отдых пошёл на пользу. Ты выглядишь… другой. — Просто выспалась, — коротко ответила она, раскладывая инструменты. — Приступим к процедуре? — Позже, — он жестом остановил её. — Сначала давай закончим наш разговор. Ты тогда сказала, что соблюдаешь субординацию. Но скажи честно: тебе самой это комфортно? — Это не вопрос комфорта. Это вопрос профессиональной этики. — А если я скажу, что мне не нравится, как ты себя ведёшь последние недели? — спросил он. — Ты была… живее. Смелее. Не боялась спорить, шутить. Сейчас же — будто маска. Она сжала пальцы, но голос остался ровным. — Маска — это когда я притворяюсь отстранённой. А раньше… раньше я позволяла себе лишнее. — Лишнее? — он шагнул ближе. — То, что ты называешь «лишним», делало тебя настоящей. Раньше ты не боялась высказываться, помнишь назвала меня «ленивым королем» Изабелла опустила взгляд: — Именно поэтому я и изменила поведение. Потому что это слишком по‑человечески для лекаря и короля. — Но почему ты решила, что это плохо? — спросил он. — Я не хочу, чтобы ты была «идеальным». Я хочу видеть тебя. — Вас могут не понять, — возразила она. — Придворные, советники… — Меня редко волнует, что думают другие, — перебил он. — Особенно когда речь идёт о человеке, который спасает мне жизнь. В комнате повисла тишина. Изабелла подняла глаза. — Вы рискуете репутацией. — А ты рискуешь своим счастьем, — ответил он. — Заставляя себя быть кем‑то другим. Она глубоко вдохнула: — Просто если я забуду где мои границы — Чего? — он внимательно смотрел на неё. — Что забуду, кто я и где мои границы. Болдуин улыбнулся: — Тогда давай учиться держать баланс вместе. Без крайностей. Ты можешь быть профессионалом и оставаться живой. Можешь заботиться о моём здоровье и говорить то, что думаешь. Изабелла почему то не выбирала этот вариант раньше. — А если это всё равно выйдет за рамки? — Значит, мы установим новые рамки, — спокойно ответил он. — Но не ценой твоей искренности. Она наконец улыбнулась. — Это звучит… разумно. — Вот и отлично, — он кивнул на инструменты. — Теперь можно и укол сделать. Но предупреждаю: если снова будешь называть мои настойки «горькой отравой», я обижусь. Изабелла рассмеялась: — Не обещаю. Профессиональная этика не запрещает сарказм. — Вижу, ты уже возвращаешься к прежнему «я», — подмигнул он. — И это мне нравится гораздо больше.

***

Вечер: В покоях Болдуина, освещённой лишь парой свечей и лунным светом из высокого окна, стояли шахматная доска и два кресла друг напротив друга. Изабелла устроилась в кресле, скрестив ноги, и передвинула пешку — Ход сделан! Болдуин, откинувшись на спинку кресла, посмотрел на доску, потом на неё: — Ты сегодня подозрительно решительна. Что задумала? — Ничего — она подняла ладони. — Просто играю. Он усмехнулся и сделал свой ход, выдвинул ферзя на опасную позицию. Изабелла уже придумала план победы и еле сдержала опасную улыбку. — Оооо, ты подставляешь своего ферзя? Не боишься? — А ты собираешься его взять? — он наклонил голову. — Давай, смелее. Она потянулась к фигуре, но в этот момент Болдуин обернулся на звук за дверью где‑то в коридоре прогрохотали шаги стражи. Секунды хватило. Изабелла быстро подхватили белоснежного ферзя и спрятали его в складках юбки. Она невозмутимо сложила руки на коленях, когда он снова посмотрел на неё. — Что там? — спросила она, будто ничего не произошло. — Да ничего важного, — он вернулся к игре. — Твой ход. Изабелла сделала вид, что обдумывает стратегию, а сама краем глаза следила за его реакцией. Болдуин наклонился вперёд, провёл взглядом по доске — и вдруг замер. — Где мой ферзь? — Какой ферзь? — она изобразила невинное удивление. — Мой белый ферзь, Изабелла. Он только что был здесь. — Может, ты его уже потерял? — она пожала плечами. — Ты же сам его подставил. — Я его не терял, — он начал внимательно осматривать доску, потом перевёл взгляд на неё. — Ты его спрятала. — С чего ты взял? — Потому что ты улыбаешься вот так, — он указал пальцем на её губы. — Как кот, который добрался до сливок. Изабелла рассмеялась: — Ну хорошо, поймал. Но ты сам виноват, слишком открыто подставлял. — Это была ловушка — он поднял палец. — Я ждал, пока ты попытаешься меня перехитрить. — И как, дождался? — она достала ферзя и положила его на доску. — Вот, забирай свою драгоценность. — Не «драгоценность», а ключевая фигура, — он вернул ферзя на место. — И теперь я знаю, что ты склонна к жульничеству. — Только когда проигрываю, — она подмигнула. — А ты сам сколько раз пытался отвлечь меня разговорами? — Это не жульничество, а психологическая тактика, — важно заявил он. — Ага, как и мой захват ферзя, — рассмеялась она. Болдуин покачал головой, но не смог сдержать улыбки: — Ладно, хитрюга. Твой ход. Но предупреждаю теперь я буду следить за каждой твоей рукой. — Тогда мне придётся придумать новый план, — она задумчиво постучала пальцем по подбородку. — Может, отвлечь тебя историей? Например, о том, как… — Нет! — он засмеялся, поднимая руки. — Никаких историй во время игры. Иначе я точно проиграю. Изабелла в итоге проиграла, она не чувствовала разочарования, только лёгкость и радость от того, что они снова могут просто быть собой. В конце концов Болдуин откинулся в кресле. — Всё равно ты лучшая соперница, которую я когда‑либо встречал. Даже если жульничаешь. — Только иногда, — она улыбнулась. — Но ведь это делает игру интереснее, правда? — Правда, — согласился он. — Особенно когда ты смеёшься вот так. Их взгляды встретились, и на мгновение в комнате стало тихо Потом Изабелла тряхнула головой. — Ладно, твоя победа. Но в следующий раз я отыграюсь честно. — Жду с нетерпением, — он собрал фигуры. — Потому что это и есть самое интересное.