Часть 13

Следующие несколько дней Настя прожила в состоянии полной зависимости. Арина почти не отходила от нее: оставалась ночевать, готовила еду, отвечала на телефонные звонки. Каждое ее движение было пропитано заботой, которая с каждым часом все больше походила на тотальный контроль. Страх, посеянный тем визитом, сделал свое дело. Настя цеплялась за Арину как за спасательный круг в бушующем океане, не осознавая, что этот круг прикован к кораблю, капитан которого — ее мучительница. Однажды вечером, когда они сидели в гостиной, Арина негромко сказала: — Знаешь, мне кажется, тебе не стоит пока оставаться одной. Особенно ночью. После того, что случилось... — Она многозначительно посмотрела на входную дверь. Настя молча кивнула, сжимая пальцы. Мысль о том, что те парни могут вернуться, заставляла ее кровь стынуть. — И вообще... — Арина перевела взгляд на нее, и в ее глазах заплясали знакомые чертики. — Мне кое-что приснилось. Странный сон. Настя насторожилась. — Будто бы мы с тобой давно знаем друг друга. Не здесь, в школе, а... в другом месте. На арене. — Она сделала паузу, наблюдая за реакцией Насти. — И будто у тебя была особая сила. Темная, опасная. И ты сама ее боялась. Настя замерла, стараясь не выдать волнения. «Арена». Это слово снова отозвалось в памяти смутным эхом. — Ты много чего забыла, Настя, — Арина наклонилась ближе, ее голос стал интимным, доверительным. — Но кое-что забыть невозможно. Твою сущность. Ты всегда была слабой. Неуверенной. И только рядом с сильными людьми ты могла чувствовать себя в безопасности. Как сейчас. Рядом со мной. Ее слова, как яд, медленно просачивались в сознание, подменяя реальность вымыслом. Настя молча слушала, и ей начинало казаться, что в этом есть доля правды. Разве она не чувствовала себя сейчас в безопасности только благодаря Арине? — Я... я не помню, — тихо сказала она, опуская голову. — И не нужно, — Арина нежно погладила ее по щеке. — Главное — доверять мне. Я помню все за нас обеих. Она встала и ушла на кухню готовить чай, оставив Настю наедине с навязчивыми мыслями. Настя подошла к окну. На улице было темно. Где-то там бродили те парни. А здесь, в этой квартире, было безопасно. Пусть эта безопасность была обманчивой, но другой у нее не было. Она поймала свое отражение в стекле — бледное, испуганное, с пустыми глазами. И вдруг ей показалось, что в глубине этих глаз на секунду мелькнула искорка — не страха, а гнева. Яркая, как та самая фиолетовая вспышка. Она резко отвернулась от окна, сердце бешено заколотилось. Нет. Арина права. Она слабая. Она ничего не помнит. Ей нужно доверять. Доверять и быть благодарной. Но впервые за все время эта благодарность стала горьким комом в горле.