Часть 16

Настя поняла главное правило своей новой роли: чтобы бороться, нужно было казаться абсолютно сломленной. Она была не просто актрисой — она была стратегом, который использует слабость как оружие. Следующие несколько дней она довела образ запуганной, беспомощной девочки до совершенства. Она вздрагивала от громких звуков, избегала прямых взглядов и постоянно держалась поближе к Арине, словно та была ее единственным спасением. Она даже начала повторять ее фразы, как эхо: «Спасибо, что ты со мной», «Я не знаю, что бы я без тебя делала». Арина цвела от такого обожания и зависимости. Ее контроль казался ей абсолютным. Именно в этот момент Настя привела в действие свой план. Она подождала, пока они с Ариной будут проходить по оживленному коридору в школе, и заметила Вальта, который стоял у своего шкафчика. Это был ее шанс. Сделав вид, что она поскользнулась, Настя намеренно уронила папку с бумагами. Листы разлетелись по полу прямо перед Вальтом. — Ой! — воскликнула она, и в ее голосе была идеальная смесь смущения и расстройства. — Настя! — Арина тут же было бросилась к ней, но Настя уже сама присела на корточки, собирая бумаги, и Вальт, конечно же, помогал ей. Их руки на секунду встретились над одним листком. Вальт поднял на нее взгляд, полный боли и надежды. И в этот миг, пока Арина приближалась, Настя сделала это. Она подняла на Вальта глаза — и это был не пустой, не потерянный взгляд. Это был взгляд полный осознанности, боли и безмолвного призыва. Она не произнесла ни слова, но ее глаза кричали: «Помоги мне. Я в ловушке. Это все — ложь». Длилось это всего долю секунды. Мгновение спустя она снова опустила глаза, пошатнулась и потянулась за следующей бумажкой, ее руки снова начали дрожать с притворной нервозностью. — Все в порядке, я помогу, — властно сказала Арина, отстраняя Вальта и подхватывая Настю под руку. — Спасибо, Вальт. Она быстро увела Настю прочь, но семя было посеяно. Настя видела замешательство в глазах Вальта. Он заметил. Он что-то понял. Позже, на уроке литературы, Настя воспользовалась моментом, когда Арина была у доски. Она быстро набросала на клочке бумаги всего три слова: «Арена. Бей. Правда». Она скомкала записку и, проходя мимо парты Шу Куренай, когда звенел звонок, уронила ее прямо ему на колени. Их взгляды встретились на мгновение — ее умоляющий, его пронзительный и понимающий. Он ничего не сказал, лишь сжал комок бумаги в кулаке. Вернувшись домой, Настя позволила себе улыбнуться, глядя в окно. Она была сильной. Она была милой и расчетливой актрисой, которая только что запустила часовой механизм своего освобождения. Она не знала, что предпримут Вальт и Шу, но знала одно — игра в прятки подходила к концу. И на кону была ее настоящая жизнь, которую она была готова отвоевать обратно.