Часть 35

Побег из кафе обернулся безумной гонкой по грязным переулкам промышленной зоны. Ветер свистел в ушах Насти, цеплялся за её одежду, набивал рот пылью. Сзади доносились приглушённые крики, металлический лязг и короткие, хлёсткие щелчки — звуки схватки. Вальт отбивался, покупая им драгоценные секунды. Шу бежал впереди, его движения были экономичны и точны, как всегда. Он не оглядывался, просто резко сворачивал за углы гаражей, нырял под низко висящие трубы, выбирая путь, максимально скрытый от посторонних глаз. Настя следовала за ним, сжимая в потных ладонях ремень сумки с «Призраком». Мысли путались: Дети-подопытные… «Пассивная группа»… Родители… Они выскочили на пустынную улицу, где стоял старый, видавший виды микроавтобус Рантаро — их запасной план. Дверь уже была открыта. Шу буквально втолкнул Настю внутрью, сам прыгнул следом и захлопнул дверь. — Гони! — крикнул он Рантаро, который за рулём был бледен, но сосредоточен. Микроавтобус рванул с места, взвизгнув резиной. Настя, едва переводя дыхание, прилипла к окну. В конце улицы она увидела Вальта. Он отступал, размахивая своей запускательной рукоятью как дубинкой, сдерживая двух преследователей. Один из них схватился за плечо, где темнело пятно. Вальт метнулся в сторону, в узкую щель между зданиями, и исчез из виду. — Вальт! — вскрикнула Настя. — Он справится, — сквозь зубы произнёс Шу, тоже следя за происходящим в боковое зеркало. — У него есть путь отхода. Он встретится с нами у точки «Б». Рантаро лихо вырулил на центральную улицу и растворился в вечернем потоке машин. Преследователей не было видно. В салоне повисла тяжёлая, прерываемая лишь тяжёлым дыханием тишина. Сцена 1: Цена правды — Леонид… — прошептала Настя, вспоминая испуганное лицо техника. —Они заберут его, — без эмоций констатировал Шу. — Если уже не забрали. Он знал, на что идёт. — Он посмотрел на Настю. — Что он сказал? Настя, запинаясь, сбивчиво пересказала страшную историю о «Проекте Радуга», детях-подопытных, двух группах, об интерфейсе в её сумке. Шу слушал, не перебивая, его лицо становилось всё мрачнее. — Это объясняет всё, — тихо сказал он, когда она закончила. — Но не делает легче. Если это правда, то Арина — не злодейка. Она жертва. Жертва своего отца и тех, кто стоял за проектом. А ты… — его взгляд упал на сумку, — …ты, возможно, единственная, кто может её остановить, не уничтожив. Потому что твоё оружие создано не для борьбы, а для гармонии. — Но как? — в голосе Насти прозвучало отчаяние. — Я даже не помню, как им пользоваться по-настоящему! А они… те, кто за проектом, они уже здесь. Они знают про меня. — Значит, нужно узнать больше, — сказал Шу. — Быстрее, чем они. Мы должны попасть на базу «Вихрь». Не для любопытства. Для выживания. Чтобы понять, что они могут использовать против нас. И, возможно… чтобы найти способ помочь Арине. Помочь Арине. После всего, что та сделала. Мысль казалась чудовищной. Но и логичной. Если сила Арины — это болезнь, порождение того же проклятого проекта, то её нужно лечить, а не убивать. Иначе болезнь найдёт нового носителя. Сцена 2: Точка «Б» — убежище Точкой «Б» оказался старый, заброшенный склад на другой окраине города, который Рантаро использовал иногда для встреч со своими «не совсем легальными» друзьями по гонкам. Место было сырым, пропахшим мазутом и плесенью, но безопасным. Через полчаса к ним присоединился Вальт. Он был в потрёпанной куртке, с рассечённой бровью, но жив и почти невредим. —Отделался, — бодро отрапортовал он, хотя в глазах читалась усталость. — Эти ребята были серьёзные. Не хулиганы. Профессионалы. Еле ушёл. Он посмотрел на сумку с«Призраком». — Так что, это правда какая-то древняя секретная штука? —Хуже, — ответила Настя. — Это часть чего-то очень большого и очень страшного. Они разожгли примус, сварили наскоро чай в жестяной кружке. В свете фонарика Настя снова разобрала «Призрака Вихря». Теперь, зная, что это «интерфейс», «обучающая модель», она смотрела на него иначе. Каждый кристалл, каждая схема обретали новый, зловещий смысл. Это было не её творение. Это было наследие. Проклятое наследие. — Что будем делать? — спросил Вальт, ломая палку сухарика. —Готовиться, — сказал Шу. — У нас есть преимущество — мы знаем об угрозе. И у нас есть ключ. — Он кивнул на разобранный бей. — Настя должна научиться им пользоваться осознанно. Не просто как оружием. Как… инструментом настройки. А мы должны собрать всё, что можно, о базе «Вихрь». Планы, старые отчёты, всё. И найти способ туда проникнуть. — А мама? — тихо спросила Настя. — Она в опасности. —Елена Петровна под наблюдением, — ответил Шу. — Я договорился с одним из её коллег, чтобы тот присматривал. И мы установим в квартире скрытые камеры и датчики. На время она должна поверить, что ты уехала на внезапные учебные сборы для одарённых детей. Мы сочиним легенду. Это было жестоко — снова лгать матери, которая только начала дышать спокойно. Но иного выхода не было. Привлекать её к этому — значило подписывать ей смертный приговор. Сцена 3: Первый урок Позже, когда Вальт и Рантаро ушли патрулировать окрестности, Шу остался с Настей. —Попробуй, — сказал он. — Не запускать. Просто… почувствовать связь. Как ты это делала на арене, когда гасила влияние Арины. Настя взяла собранный «Призрак» в руки. Закрыла глаза. Отсекла страх, чувство вины, усталость. Она сосредоточилась на тёплой, ровной вибрации, исходящей из ядра. Она представила её не как свет, а как звук. Чистую, устойчивую ноту. И попыталась её изменить. Не громче. Не тише. Иначе. Сделать её… успокаивающей. Как колыбельную. Как шум дождя за окном. Вначале ничего не выходило. Но она упорствовала, вспоминая ощущение, когда её спокойствие заставляло фиолетовые волны Арины соскальзывать. Она искала то самое состояние внутри себя — не борьбы, а баланса. И вдруг — едва уловимая перемена. Гул «Призрака» стал чуть ниже, мягче. Золотистый свет, обычно сосредоточенный в ядре, растёкся тонкой, едва видимой плёнкой по всему корпусу, создавая вокруг него слабое, мерцающее сияние. Воздух вокруг неё стал… чище. Тише. Даже запах плесени и мазута как будто отступил. — Хорошо, — одобрительно произнёс Шу. Его голос прозвучал в этой новой тишине удивительно чётко. — Это не атака. Это барьер. Или фильтр. Продолжай. Она продолжила. Училась чувствовать границы этого поля, менять его плотность, направление. Это был не магический трюк. Это была сложнейшая работа, как настройка тончайшего музыкального инструмента, где струнами были её собственные нервы, а декой — загадочный кристалл в ядре «Призрака». Это был её первый, робкий шаг к контролю. К пониманию того, что она несёт в своих руках и в своей крови. Не оружие для мести. Инструмент для исправления чудовищной ошибки, сделанной много лет назад. За стеной склада шумел ночной город, живя своей обычной, не подозревающей ни о чём жизнью. А внутри, в круге слабого золотого света, сидела девушка, открывавшая в себе силу, которая могла либо спасти, либо окончательно разрушить хрупкий мир, даже не подозревавший о её существовании. Их тихая война вступала в новую фазу — фазу познания и подготовки к тому, чтобы спуститься в самое сердце тьмы, откуда всё началось.