Глава тридцать вторая, или цена знаний из первых рук

Пожалуй, более-менее интересные вещи начали происходить двадцать первого января. Это была суббота, а значит - выход с девушками в Хогсмид. До второго испытания оставалось чуточку больше месяца, но готовиться до него предстояло уже сейчас. И нет, разговор был не о том, как мне научиться задерживать дыхание на час и не отбрасывать за такое же время коньки в ледяной воде. Не-е-ет. Это была моя многоходовочка. Точнее, проворот некоторых особо умных личностей вокруг среднего пальца за один шаг. Дело происходило в нескольких метрах, а по сути, напротив от входа, в кафе мадам Паддифут. Это розовое убожество, использовавшееся некоторыми особо одарёнными студентами для свиданий, находилось на небольшом ответвлении от центральной улицы Хогсмида, но также недалеко от входа в деревушку. Да, я хотел побольше внимания, побольше народу. Всё должно было выглядеть реалистично, а значит... - Гарри! - шлепок ладошки Луны по моему лицу был настолько резкий, что я даже изумился в мыслях "ну и силёнок у этой девчонки!", - Ты безотвественный врунишка, которому лунопухи совсем разъели мозг! Ты же говорил мне и моему отцу о своих планах на меня! И что?! Ты и дальше общаешься с этими француженками?! Я недостаточно хороша для тебя? Или ты думаешь, что твоя полукровность даёт тебе право на то, чтобы быть кобелём, как маггл?! Боковым зрением я уже заметил с пяток зевак, одна из которых была ещё той сплетницей у хаффов, но мне необходимо было, чтобы уже через час знала и верила вся школа. - Но... Но... - я начал нарочно запинаться. - Значит так, выбирай: либо я, либо эти... выдры! - Qu'est-ce que c'est? О чём торочит эта девчонка? - возмутилась Дезире, - Ты наш и только наш, Арри! - Значит договор с моим Рара ничего не стоит для тебя?! - поддержала подругу Вивьен, а затем отвесила мне хлёсткую пощёчину. Ну, сил у неё было как у обычной девчонки, и для моей изменённой физиологии это было просто смехотворным усилием, но я решил расслабиться, чтобы моё тело изрядно пошатнулось от её удара. Спектакль, в конце концов, должен быть зрелищным. Собственно, с той же целью, ноготок на безымянном пальце левой руки Вивьен был слегка удлинён, заточен, и точечно защищён моим заклинанием. Результат, признаться, вышел что-надо. Крохотная царапина на щеке быстро заполнилась кровью, и капля была готова сорваться вниз в любой момент, оставляя кровавую дорожку. Я отвечал что-то невнятное, как если бы меня действительно застукали на попытке охмурить всех и сразу. Спустя минут 5 криков и моих кривых оправданий, заплаканная Луна ударила меня Баубиллиусом. Желтая молния была очень болезненна даже для меня, но хотя бы не столь опасна, как для обычного волшебника. Мой единственный показной щит с громким звоном схлопнулся, а я зашатался, будто пьяный. Вивьен, будучи более пылкой чем подруга, приложила меня сильнейшим Флиппендо, которое отбросило меня в стену ближайшего дома. Лёжа в снегу и наблюдая разноцветные круги перед глазами, я знал, что происходит. Нет, не потому что внезапно обзавёлся очередным магическим навыком, а потому, что всё было оговорено. Вивьен с Дезире несколькими заклятиями создали довольно прочную сферу-тюрьму для меня, хотя на самом деле, это была больше сфера щитов для моей безопасности - мы не знали сколько времени мне понадобится, чтобы прийти в себя после "встречи" со стеной. Луна же в это время, в слезах и с раскрасневшимся лицом бежала в Хогвартс, чтобы те, кто только шли в магическую деревню, имели шанс увидеть её и посплетничать. В конце концов, чем больше людей увидят и поверят в моё расставание с подругами, тем меньше вероятность, что удар направят на них. Ну или не удар, а чёртов Турнир. Грёбанная загадка из золотого яйца сделала меня параноиком ещё больше. В конце концов, что такого можно забрать у человека, чтобы поместить на дно озера, и он всеми силами пытался это вернуть? Деньги? Не смешите меня - в Гринготтсе они все. Метлу? Так я сомневаюсь, что та же Делакур очень уж хорошо летает, в отличии от нас с Крамом? Любые вещи? Почти наверняка их можно купить новые или заменить. Нет. Пропажей, сокровищем на дне озера, просто-таки необходимо назначить друга или любого другого близкого человека. Это и зрелищно, и умно. Но позволять директору, или ещё какой твари, воровать Вивьен, Дезире или Луну я не собирался. В конце концов, едва ли они будут отправлять их в озеро в сознании, а с бессознательной девушкой при помощи магии можно сделать очень много ужасных, отвратительных и просто опасных вещей. Кое-как, опираясь на локти и постанывая от действительно болевшего черепа, я поднялся со снега, и встал, выпрямившись насколько это позволяла сфера. Заклинания были оговорены, но даже если бы этого не было, я успел выучить несколько чар-отмычек и щитоломов. Чуть потупив, я в два заклятия вышел из заключения. Ржущие и улюлюкающие школьники вокруг были неприятным, но неизбежным символом успеха моей задумки. Я немного неаккуратно вытер со щеки кровь, оглянулся, и с хмурым видом направился в сторону Визжащей Хижины. По дороге к ней мне предстояло пройти насквозь примерно половину Хогсмита, так чтобы и тут школьники увидели меня, убеждаясь в правдивости сценки. Какой-то рэйвенкловец, почти на середине дороги, откровенно заржал и сказал "Так тебе и надо". Впрочем, едва я достал палочку, как его будто бы ветром сдуло. Кроме этого самоубийцы, реакция ограничивалась в основном шепотками и тычками пальцев, к чему я уже привык.

***

Не зная, чем занять время, я разгуливал вперёд-назад вдоль забора Визжащей Хижины. Мысли вертелись и так и эдак, а настроение и впрямь было препаскудное. Несмотря на всю искусственность сценки с девушками, ощущалось всё очень и очень натурально, отчего в сердце поселилась странная ноющая боль. После принятия зелья палача, я остался с околонулевым кругом доверенных лиц, а теперь мы с ними "порвали" и все контакты с ними вплоть до второго, а может и третьего испытаний будут проходить в тайне. Тяжело, паскудно на душе от этого и... грустно. Пропажа или вероятная смерть Сириуса оставили во мне огромную прореху, а эта ситуация заполнила её болью. - Ступефай! - послышалось сзади выкрикнутое знакомым голосом заклинание. Моя показная, слабая сферическая защита разлетелась на куски, а сам я был отброшен метра на два вперёд, лишь в последнее мгновение успев выставить руки перед собой. Я не стал пока что вставать или доставать палочку и создавать новый щит - хотел услышать что скажет мне Малфой. - Что, Поттер, теперь уже не такой крутой без своих дружков? А твои шлюхи, как я понял, успели тебя бросить, как и рыжий. Ну а грязнокровка-заучка, походу, уже из Мунго никогда не выберется. - Неужели Грюм, или кто там им прикидывался, не смог научить тебя хорошим манерам, хорёк? Тебе же говорили: "Нельзя атаковать со спины!". И, раз уж мы говорим о шлюхах, то что-то я жирных задниц Кребба и Гойла рядом с тобой тоже не вижу. - Ахтыж... Фламио! - широкая волна огня вылетела из палочки белобрысого и понеслась ко мне. Тут уже было не до шуток, и я выхватил палочку, создавая щит и уходя чуть в сторону с линии атаки. - Так ты просто поболтать пришёл или дело есть? - осклабился я. - Хоррибулюс! - странное белое облачко стремительно полетело в мою сторону, но исчезло, едва коснувшись моей защиты. - Я ведь задал вопрос. - Диффиндо Триа! Снова неудача, а три полупрозрачных полосы разрезов тухнут в моём усиленном щите. - Кто научил тебя невербальному колдовству?! - наконец выдаёт хоть что-то внятное блондин. - Я не ты, Драко. Сам научился. - Лжёшь. Хотя... Плевать. Я сотру тебя в порошок! Серпенсортиа! Вызывать змею посреди зимы не самая лучшая идея. Пока замедленная холодом рептилия нацеливалась на меня после удара о землю, я ударил по ней "Дюлибило", чем превратил её в кровавый фарш. Зверушку не жалко - она трансфигурированная в конце концов. - Инферфламио Максима! Семь огненных шаров один за другим врезаются в моё Протего, вызывая при этом звуки семи ударов гонга, но на этом всё. Я сам был несколько удивлён прочностью щита, но у Малфоя вообще глаза на лоб полезли. - Так чего хотел, болезный? - спрашиваю я, едва не хохоча и, по сути уже откровенно издеваясь над слизеринцем. - Когда ты ударил меня на Рождественском Балу, я не знаю как, но ты стёр моё ребро в пыль! Его не смогли восстановить даже костеростом! Так что теперь мне придётся всю жизнь ходить с металлическим протезом ребра! - Могли бы и не ставить, - заржал я, - тебе отсасывать у себя же удобнее будет. Лицо Малфоёныша исказилось так, будто бы я убил его любимого кролика и начал насиловать тушку. - Скегинифьялламос! - проревел он. Нечто странное, похожее на полупрозрачное желе медленно поплыло по воздуху в мою сторону. Слизеринский хорёк, при этом, побледнел до невозможности и осел на землю, глядя на мир каким-то помутнённым взглядом. Не зная, что это за чары, я прыгнул в сторону, не желая встречать этот волшебный шарик своим щитом, но тот сменил траекторию. Я прыгнул ещё в сторону, а затем ещё раз, но на расстоянии метров трёх от меня, заклинание превратилось в ярко-белую комету и в одно мгновение ударилось о моё Протего. С мучительным стоном рвущегося железа щитовые чары лопнули, изрядно оглушив меня при этом. - Невозможно... - простонал Малфой. Я просто молча подошёл и влепил ему, всё ещё сидящему на земле, оплеуху. Слизеринец повалился на снег и замер. Из его разбитой губы появилась первая капелька крови. Не желая разбираться с последствиями, я, подумав, решил что лучшим схроном будет Визжащая Хижина. Оставив хорька в снегу, я перепрыгнул через забор из колючей проволоки что окружал Хижину, и помчался к её крыльцу. Уже на пороге, прямо перед входом, я оглянулся, поняв, что меня легко можно будет найти по следам. Несколько секунд размышлений, несколько пассов волшебной палочкой, и вот пять крошечных вихрей танцуют по снегу, поднимая блестящие снежинки и рассыпая их в воздухе. Ещё пару подобных вихрей я заставил кружиться возле Малфоя, чтобы и там всё было не так ясно. Тридцать секунд, и моих следов было не видать. Использовав Алохомору на замке, я нажал на ручку двери, открывая её. За порогом меня, внезапно, ждал Сириус Блэк.

***

Устроившись в трансфигурированном кресле, возле разожжённого, пускай и побитого жизнью и одним конкретным оборотнем, камина, я вздохнул. Первоначальный порыв набить Бродяге едало наконец прошёл, когда я, весьма эмоционально, рассказал ему всё, через что прошёл после его исчезновения, включая наведение порядка в головах Дурслей, жизнь у Лавгудов и нападение непонятных нацистов в Запретном Лесу после Рождественского Бала. Он выслушал меня молча, с каким-то отрешённым, но в то же время грустным выражением лица. - Ну а ты? Как ты выжил? И почему не связывался со мной? Почему мне довелось найти тебя в заброшенной хижине по чистой случайности, вместо того, чтобы встретиться в каком-нибудь безопасном месте? - я выпалил вслух мучившие меня вопросы. Он вздохнул. - Посмотри на меня, Гарри. Посмотри на меня внимательно. Я присмотрелся. Единственной странностью было то, что он был одет в точно ту же ритуальную мантию Блэков, что и в последний раз, когда я его видел. На ней лишь добавилась пара прожжённых дыр и неровно оборванные края. Обо всём этом я поспешил сообщить. - Именно. Как, наверное, довольно сложно понять по столь скудным данным, я не выжил. - Что? Может ты головой сильно ударился? Ты живой, во плоти, стоишь передо мно... Моя речь, в которой звучала всё более нарастающая ярость, оборвалась самым неожиданным путём: рука крёстного вытянулась до метров пяти, покрывая всю комнату по диагонали, одновременно с этим утончаясь до толщины пергаментного листа. Привычные мне татуировки на коже Сириуса, внезапно стали буквами, что, быстро мельтеша, строчка за строчкой проявились на... коже? пергаменте? Я терялся в догадках. - Я не выжил, Гарри. - повторил тот, кто некогда был моим крёстным. - По всем показателям волшебников я мёртв, и, откровенно говоря, я удивлён что гоблины из Гринготтса ещё не связались с тобой, как моим наследником по завещанию. Увы, но я стал чем-то вроде высшей нежити - лексмортисом, или же книжным личем. Только кривым, косвенным и недоделанным. - Как? - просипел я, раздавленный этой новостью. - В Блэк-меноре было два места, защищённых по высшему разряду: кабинет Лорда и библиотека. Своеобразные крепости внутри крепости. До библиотеки было ближе. Когда твой нестабильный ритуал создал аномалию, и она дошла до дверей, я не успел активировать последние печати. Дверь смело напором магии, а я... Знаешь, если два слитка разных металлов сложить вместе, а затем сильно-сильно нагреть, они превращаются в сплав. Магия в фолиантах с гримуарами, и магия в моей крови сплавились воедино. И, честно, я поражён, что ты сам остался жив. - Мля-я-я... - протянул я, закрывая руками лицо. Сириус угукнул. - Прости, - наконец смог сказать я, - Прости пожалуйста. Я даже не догадывался, что это может вызвать такую... аномалию. Прости. Устало выдыхаю и обмякаю в кресле. Тяжесть произошедшего давит на мозги и плечи, так что даже ярость лишь устало ворочается, пытаясь укусить меня куда-то в район совести и мысли о том, насколько хорошо я всё просчитал. - Я не злюсь, Гарри - Сириус точно так же устало обмякает во втором кресле, - Вообще, эмоции почти что растворились в... в той тени, что я теперь ощущаю вместо души. Ты мне скажи лучше вот что... - он замнулся, по всей видимости подбирая слова, - С какого благословенного чуда ты вообще решил, что ты В-уровень по силе? Это не давало мне спокойствия даже до смерти, а теперь я и вовсе понять не могу. Вот скажи, как по-твоему, врождённая В-шка может наколдовать Телесного, едрить его за седьмое колено, Патронуса?! Кресло жалобно затрещало, когда мои пальцы с силой вцепились в подлокотники: - Не показывай мне свою ярость, Сириус, и мне будет легче не показывать свою, - просипел я. - Неслабо тебя прессует. Хотя и у меня, оказывается, злости больше, чем я ожидал... Давай спокойно поговорим. И начнём с того, что ты мне расскажешь, поч- - Да понял я, понял. В книге, которую я читал, был артефакт-кулон, светившийся по-разному, в зависимости от уровня силы держащего его. Я померил, и вот. Сириус замер, смотря на меня с лёгким непониманием, а затем ответил: - Возьми свой шарф, и обмотай его себе вокруг головы, и, в особенности, лба. - Что??- я моргнул и покачал головой от недоумения, - Это ещё зачем? - Чтоб ты себе свою бестолковку не проломил, когда поймёшь насколько это глупость. - Слышь! - набычился я. - Не обматываешь? Ну, тебе же хуже. Во-первых, где гарантия, что артефакт не разрядился за столько лет? А с проседанием заряда его точность будет спадать. Это раз. Во-вторых, чтобы подобная вещь работала более-менее точно, её должен зачаровывать и заряжать колдун со следующей ступени. То есть, чтобы измерить А-шку, нужен колдун уровня А+, или даже А++. Ты можешь себе представить, чтобы этот кулон зачаровал Дамблдор или Гриндевальд? Вряд ли, правда? У меня ушло несколько секунд на то, чтобы услышанное воспринять и поверить. А затем я, совсем не сдерживая свою физическую силу, зарядил себе по лбу так, что вместе с креслом кувыркнулся назад.

***

Злость на себя кровавым туманом крутилась перед глазами, пока я шёл по тоннелю в сторону Гремучей Ивы. Ярость закрывала собой всё и не позволяла даже подумать в эти мгновения о чём-то хорошем. Вообще, мы проговорили с крёстным что-то около двух часов. Я узнал и о том, что его магия нынче весьма ограничена, и о том, что он должен избегать солнечного света и любых мест, где есть детекторы тёмной магии, ведь он, как и всякая нежить, теперь просто-таки исходил эманациями тьмы. Кроме того, как он догадывался, его существование даже в таком виде весьма и весьма ограничено. Неизвестно каким сроком, но едва ли больше, чем десятком лет. К счастью, для меня нынешнего, в отличии от меня год назад, всё узнанное за последние часы было не столько горем и концом света, сколько проблемами разной сложности. И вот на такой логике, и том, что я не могу сам себе отгрызть голову за тупость, я и держался. Но похоже, что у Вселенной или провидения, были совершенно иные планы на моё нестабильное состояние, ведь в метрах тридцати от Гремучей Ивы меня уже ждала грёбанная Эммелина Вэнс и приторно-сладко улыбалась. Как она узнала где меня ждать? Без понятия, да это было тогда и не важно, поскольку ярость уже зашелестела блокнотиком с косяками этой леди за последние три недели...