Часть 18

спустя пять лет

POV Сарданапал       За окном стояла теплая осень несмотря на то, что уже наступал октябрь. Прошло пять лет с тех пор, как Медузия стала преподавать в Тибидохсе. Первый год мы с ней усердно тренировались практически каждый вечер. Она молодец, у нее все прекрасно получалось. К третьему году она вела нежитеведение уже у всех курсов, а с прошлого года и у магспирантов. Я стал чаще замечать ее улыбку, которая согревала мне душу, ведь это было лучшим доказательством того, что я правильно поступил, забрав ее из Хогвартса. Говорить о муже ей становилось все легче, порой она даже не плакала. Я был рад, что она справлялась со своим горем. Тибидохс стал ей домом. Я видел, что она очень сдружилась с Зуби, частенько захаживала поболтать к Ягге, и даже Поклеп уже общался с ней, как с равной. Каждый вечер она приходила и ко мне, мы обсуждали прошедший день, разговаривали о новшествах, происходящих в магии. И я по-прежнему любил ее...       Я взглянул на часы – уже вечер, а значит, скоро придет и Медузия.       Не успел я подумать об этом, как тут же раздался стук в дверь.       – Войдите, – произнес я, вставая из-за стола.       В комнату вошла Медузия.       Сфинкс сразу же подбежал к ней и начал тереться о ее ноги. Порой мне казалось, что Медузию он любил больше, чем меня. Что ж, я был не в праве его осуждать.       – Добрый вечер, Сарданапал, – поздоровалась она и наклонилась, чтобы погладить Сфинкса.       – Здравствуй, Меди, – улыбнулся я. – Как прошел твой сегодняшний день?       – Прекрасно, – ответила она, присаживаясь на диван. – Сегодня я занималась с магспирантами. И знаешь, что я подумала? А ведь они – те самые, у которых я только начинала преподавать нежитеведение. Как же быстро летит время…       – Будешь кофе? – предложил я.       Она кивнула.       – Ты права, Меди, – сказал я, насыпая в кружку ее любимый ореховый кофе. – Время – удивительная штука, и летит оно очень быстро.       – А ты чем сегодня занимался? – поинтересовалась она. – У тебя же сегодня не было занятий?       – Да, уроков не было, – ответил я, ставя перед ней кружку с горячим напитком и присаживаясь на диван. – С Магщества пришли бумаги, снова какие-то новшества в образовании…       – И что они придумали на этот раз? – спросила Медузия, отпивая кофе.       Я не успел ответить на ее вопрос, поскольку у меня зазвонил зудильник.       Я взял его в руки, спустя секунду появилось изображение Ягге.       – Сарданапал, срочно иди в магпункт, – кажется, Ягге была не на шутку встревожена.       – Хорошо, сейчас буду, – ответил я.       – Что-то случилось? – спросила Медузия, видимо, заметив, как изменилось выражение моего лица во время разговора с Ягге.       – Нужно срочно в магпункт, – произнес я. – Пойдешь со мной?       – Да, конечно, – ответила она, вставая с дивана. – Идем. * * *       – Ягге, – громко позвал я, сразу же, как мы очутились в магпункте.       – Идите сюда, – раздался ее голос из палаты преподавателей.       Войдя внутрь, мы увидели раненого Соловья, который лежал на кровати. Рядом валялись окровавленные бинты, в воздухе витал запах лекарственных трав.       – Что случилось? – первее меня спросила Медузия.       – Его ранили в тибидохском лесу, – сказала Ягге, забинтовывая руку Соловья. – Едва живой ко мне добрался.       – Но кто это сделал? – сразу же спросил я.       – Нежить… – раздался тихий голос Соловья.       – Нежить? – удивленно переспросила Медузия.       Соловей лишь молча кивнул.       – Там были гарпии, кикиморы и хмыри, – едва слышно произнес он. – Они вместе на меня напали…       – Но это невозможно, ведь кикиморы всегда враждовали с хмырями, – твердо произнесла Медузия. – С чего бы вдруг им объединяться и нападать на волшебников?       – Меди права, – сказал я. – Кикиморы никогда не водятся с хмырями.       – Я сказал правду, – прошептал Соловей.       – Я верю тебе, – ответил я. – Но это очень странно.       – Сарданапал, ему нужен покой, он совсем без сил, – произнесла Ягге. – Зайдешь к нему завтра.       – Да, конечно, – ответил я, и мы с Медузией покинули магпункт.       – Сарданапал, как ты думаешь, почему это произошло? – спросила Медузия, пока мы шли по коридору.       – Не знаю, – задумчиво ответил я. – Либо Соловей все же ошибся, ты же видела, в каком он состоянии, либо я даже не знаю… Но нежить никогда раньше не собиралась друг с другом и не нападала.       – Вот и мне это показалось очень странным, – обеспокоенно ответила Меди. * * *       Утром у меня стоял первый урок у третьего курса. Решив, что Соловья я навещу после обеда, я направился на занятие.       – Доброе утро, – поздоровался я с учениками.       Я оглядел класс, все были в сборе, кроме Гоши Петренко. Странно, обычно он не прогуливал уроки.       – А где Петренко? Заболел? – спросил я.       – Не знаем, за завтраком его тоже не было, – произнесла староста класса.       Однако от меня не укрылось то, как переглянулись между собой Арсений и Андрей – лучшие друзья Гоши.       – Арсений, Андрей, – обратился я к ним. – Если вы что-то знаете, лучше расскажите. Я обещаю, что наказывать вас не стану.       – Вчера ночью он ушел в лес, – тихо отозвался Андрей. – И больше мы его не видели.       – В лес? – спросил я, чувствуя, что случилось что-то плохое, ведь вчера Соловья ранили тоже в лесу. – Но зачем ему туда?       – Он узнал, что Соловья Одихмантьевича вчера ранила нежить в лесу, – сказал Арсений, избегая моего взгляда. – И Гоша решил отомстить нежити…       Я тяжело вздохнул.       – Всем сидеть тихо, и никому не выходить из класса, – строго сказал я и покинул учебный кабинет. * * *       Я взял с собой Медузию и Поклепа, и мы вместе направились в лес. Ягге тоже была с нами, на тот случай, если мальчик окажется ранен.       – Кажется, здесь все пропахло нежитью, – услышал я рядом с собой голос Меди. – И запахи смешанные.       – Значит, Соловей был прав, – ответил я, ускорив шаг. – Нежить начала объединяться друг с другом. Но с какой целью?       – Надеюсь, мы узнаем об этом, академик, – встревоженно произнес Поклеп.       Спустя несколько минут мы вышли на небольшую поляну, в центре которой лежало чье-то тело. Подойдя ближе, я убедился, что это был Гоша Петренко. И он был мертв…