Глава 2

25.01.2496 Кабинет был довольно просторным, не такой, как у начальников заводов, обычных депутатов парламента или министров. На столе лежал тяжелый черный аппарат — проводной телефон правительственной связи. Такие же стояли у всех министров. Сотовая связь считалась ненадежной и уязвимой для шпионов. В конце комнаты стоял мраморный стол, а за ним — портрет семьи: отец, мать и старший сын. Где-то в углу затесался шкаф с множеством книг, которые любил перечитывать Март. Окна выходили на главную площадь, где совсем недавно установили памятник отцу Марта, Мартину, который прижимал к своей груди «Книгу мысли нации», смотря вдаль, как бы символизируя свободу Севрена. На стене висела сабля отца — гордость Адмантовых, семейная реликвия. Дамин, как обычно, стоял по стойке «смирно», руки за спиной были сжаты в кулаки. Март сидел в кресле, отмечая в парламентской газете что-то важное. Стоя по стойке «смирно», Дамин вытянулся в струну, чувствуя, как мрамор колонны упирается ему в лоб. Он бы растаял, исчез, вжался в плинтус — лишь бы не встречаться с отцовским взглядом; он был никем по сравнению со своим братом. Павел, напротив, был крупным, с правильными чертами лица, обладал хорошими физическими данными, также отличался умом и был «настоящим» наследником государства, но умер в возрасте 17 лет, когда его ударила лошадь. — Я офицер элитного батальона имени Святого Иса. Я патриот своей страны, я выпускник Столичной Академии. Ты обещал сделать меня министром обороны. Я заставлю тебя считаться со мной, — начал успокаивать себя Дамин. Бывший солдат легонько погладил себя по руке, пытаясь унять страх. Март, не поднимая глаз: — И что за сказку ты принес сегодня? Очередной «заговор», который рассыплется, как только я кашляну? — перебил его мысли Отец нации. Гладким, почти механическим тоном Дамин продолжил: — Виктор договорился с Эриданом. Он обещает им Южную Греагу в обмен на войска. В день выборов, я думаю, они планируют… Март, спокойно говорит, не отрывая глаз от газеты: — «Я думаю», «выборы»… Ты считаешь, я поверю, что этот беглый крысеныш осмелится? — посмеялся Март. — Или это ты решил поиграть в шпиона, чтобы я наконец назвал тебя сыном? Лицо Дамина оставалось неподвижным, но вена на шее пульсировала. — Я лишь передаю информацию, отец. Если вы промедлите… Дмитрий Рычетын прирежет вас прямо в кабинете. Март отрывает глаза от газеты: — «Если я промедлю», «Рычетын»… Ты слышишь себя? Ты копируешь его интонации, как попугай. Павел действовал. А ты? Ты даже не можешь отличить правду от выдумки. Сначала одни, потом другие, а теперь твой друг. Что такое? — ухмыляется отец. — Не поделили игрушку? Я лучше поверю человеку, который 20 лет служит стране, чем такому отребью. — Павел мертв, — невольно сжал кулаки Дамин. — Он погиб как воин. А ты… — откладывает газету в сторону, встает из-за стола и подходит вплотную, дыша на Дамина. — Ты бледная тень. Даже предать меня толком не сможешь. Тебя знают только из-за моего имени. Ты просто сын главы великого Севренского государства, у тебя не может быть собственного имени, мальчик. Дамин внезапно улыбается — неестественно. Тихо, почти ласково: — Павла убила ваша гордыня. Вы заставили его скакать на больной лошади, лишь чтобы показать «силу». — Пауза. Руки за спиной сжимаются так, что ногти впиваются в ладони. — Но я не требую лошадей. Я требую только… вашего доверия. Март тычет пальцем в грудь Дамина. — Доверие? Ты получишь его, когда принесешь мне голову Виктора. А не сопливые сплетни! Ты так уверен в заговоре? Тогда ступай на парад в его часть. Если твой друг Дмитрий действительно предатель — он не упустит шанс убить тебя при всем народе. — Март резко успокоился. — Неудобно, если Ленка умрет. Пригласишь ее в парламент 11 числа. Дамин кланяется, пряча лицо. В голосе — сладкая ядовитая нота: — Как прикажете, отец. Дамин молча выходит из кабинета. «Голову Виктора? Нет. Твою. Вот что я принесу. Как удобно… Если я погибну — ты будешь прав. Если я выживу — ты все равно не поверишь». Уходя, он бросает последний взгляд на саблю. Его рука непроизвольно дергается, как будто пытаясь схватить воздух на месте рукояти.