Глава 9: Горячий источник

      Чувствуя лёгкое раздражение, Какаши направился в кабинет Хокаге. После месяца изнурительной разведывательной работы вдали от деревни, его тут же снова отправляли на какую-то безымянную миссию. Сказать, что это его злило, — значит ничего не сказать. Он был настолько раздосадован ситуацией, что пришёл на встречу с пышногрудой блондинкой почти вовремя — по его собственным меркам, конечно. Обычно ему было всё равно, если его сразу после возвращения снова отправляли на задание; в конце концов, в прошлом он выполнял до шести миссий подряд без особых проблем. Если деревне нужны были его услуги, он не возражал.       Однако на этот раз его раздражение никак не было связано с усталостью или с тем, что ему хотелось поспать в собственной кровати после месяца отсутствия. К нему это не имело отношения — скорее, он был недоволен, что его прервали во время игры с одной розоволосой целительницей. У него, вероятно, ещё оставалось время отправить ей очередную фотографию и оставить какой-нибудь подарок, но он рассудил, что это выглядело бы слишком подозрительно. Местные сплетники могут начать связывать получение подарков Сакурой с тем фактом, что они появлялись, только когда он был в деревне, и она сама может догадаться, что фотографии приходили именно в те периоды, когда он находился в Конохе. Судя по немногочисленным слухам, которые он уловил, разговоры о её тайном поклоннике заметно поутихли, и если он хотел продолжить игру, то нужно было поторопиться, иначе всё это потеряет размах и не будет уже таким весёлым, как прежде.       Цунаде подняла глаза, когда он вошёл в кабинет.       — А, Какаши, ты здесь, хорошо, — она опустила взгляд на свиток, который изучала, приписала пару заметок внизу, затем торопливо свернула его и бросила в корзину, которую Шизуне или Сакура поставили рядом со столом. После этого она снова посмотрела на него, оценивая его мрачное настроение. Она вполне могла его понять, но всё же находила это немного странным, ведь он никогда особо не заботился о том, сколько заданий выполнял или как часто уезжал. Миссии подряд он обычно только приветствовал.       — Цунаде, — поприветствовал он, слегка приподняв голову в знак уважения. Он не хотел говорить ничего лишнего в своём паршивом настроении — слишком велик был риск, что вспыльчивая Хокаге в наказание за недостаток уважения или редкие вспышки его характера нагрузит его ворохом миссий уровня D или, что ещё хуже, снова приставит к нему команду генинов.       Она вздохнула, понимая, насколько он не в духе, что само по себе было редкостью для обычно невозмутимого мужчины.       — Какаши, я уверена, ты догадываешься, что я вызвала тебя ради новой миссии. — Она подняла руку, чтобы пресечь любые возражения, которые могли последовать. — Я знаю, что ты вернулся лишь сегодня утром после месяца отсутствия, и мне жаль, но время играет решающую роль в этой миссии. Клиент уже ждал больше двух недель, пока ты вернёшься.       Его глаз слегка расширился, когда он понял, что клиент запросил именно его, и раздражение слегка ослабло. Такое случалось нечасто, хоть и не было чем-то неслыханным для шиноби с его специфическими талантами — убийство и слежка. Обычно личные запросы получали телохранители, специалисты по охране, узкопрофильные куноичи и даже медики — те, кто создавал репутацию, привлекающую заказы на конкретного шиноби. Большинство клиентов, нуждающихся в его навыках, хотели знать как можно меньше деталей заданий. Они считали, что чем меньше сведений — тем лучше, и их мало волновало, что именно произойдёт, пока безымянный шиноби успешно выполнял поручение. Те же, кто хотел знать все детали, обычно сторонились кого-то столь известного, как Копирующий ниндзя Конохи, ведь его имя уже двадцать лет значилось во всех книгах «Бинго», и ниндзя с подобной репутацией мог показаться слишком пугающим для персонального найма.       Увидев, что мужчина проявил интерес, женщина со светло-карими глазами решила продолжить.       — Мне и вправду жаль снова отправлять тебя в дорогу сразу после такой долгой и изнуряющей миссии, но, думаю, эта тебе даже может понравиться. — Она порылась на столе, выудила явно не раз перелистываемый свиток и бросила его ему.       Он по привычке протянул руку и поймал свиток, даже не задумываясь сорвал печать и развернул его. Пробежав текст глазами, он поднял взгляд с недоумением.       — Вы, должно быть, шутите.       Она хмыкнула и отрицательно покачала головой.       — Нет, это настоящая миссия. Они даже согласились заплатить ставку уровня S, вдобавок к доплате за запрос конкретного шиноби и оплате за то, чтобы получить именно тебя…       — Должно быть, они совсем отчаялись? — спросил он, мысленно подсчитывая вознаграждение за задание ранга S. Выходила весьма приличная сумма, особенно в сочетании с длительной разведывательной миссией, с которой он только что вернулся. Не то чтобы ему особенно нужны были деньги, но они станут неплохой прибавкой к его банковскому счёту.       Она закатила глаза.       — Ты даже не представляешь. С тех пор как они подали запрос, их представитель приходил сюда каждый день, чтобы удостовериться, что свиток миссии у меня, и узнать, вернулся ли ты, — она раздражённо вздохнула. — Так или иначе, теперь, раз уж ты вернулся, можешь отправляться немедленно, — блондинка сделала паузу, — если только ты уже виделся со своим медиком? — с лёгкой усмешкой добавила она. Она решила не давить на него слишком сильно, если только её подопечная сама не изменит мнение о текущей ситуации. Кто она такая, чтобы мешать ученице в том, что та явно решила для себя? К тому же теперь это можно будет использовать как рычаг давления на него в будущем, если возникнет необходимость.       Темноглазый мужчина бросил на неё сердитый взгляд.       — Да, я уже виделся с Сакурой. Вернее, она уже видела меня. Я в форме, могу снова выходить.       — Хорошо, встретишься со своим напарником у ворот через час. — Она заметила, как на его лице снова проступило раздражение. — Всё указано там. Я отправляю тебя с напарником, чтобы убедиться, что ты не собьёшься с курса. Я легко могу представить, как ты отвлекаешься, едва найдя цель… — она снова уткнулась в бумаги на своём столе и внутренне застонала, вспомнив, кто именно оказался единственным доступным кандидатом, чтобы приставить к Какаши для столь пустяковой миссии. В их случае это, вероятно, будет слепой, ведущий слепого, но они были единственными джонинами в деревне, которых можно было выделить. Учитывая, насколько нетерпеливым оказался клиент, она даже представить не могла, чтобы заставить его ждать ещё дольше — пока вернётся другой джонин или освободится кто-то из тех, кто уже находился в деревне.

***

      Счастливая, она вошла в главное здание вместе с подругами. День выдался долгим и утомительным, но знаменитые горячие источники того стоили. Она чувствовала себя уставшей от дороги, липкой, и смертельно голодной. Ей не терпелось погрузиться в горячую успокаивающую воду, но сначала следовало как следует наполнить пустой желудок.       Блондинка подошла к стойке регистрации, чтобы заселиться и заодно убедиться, что остальные бронирования также были в порядке. Они заранее заказали частный источник, чтобы пользоваться им только вчетвером. Никто из них, впрочем, не был особенно застенчив насчёт общественных купален, просто сейчас у них не было ни малейшего желания притворяться или скрывать свою профессию. Все четверо девушек умели искусно маскировать то, кем они были на самом деле, — для куноичи это входило в должностные обязанности.       К сожалению, иногда становилось немного сложнее, когда они собирались вместе и снимали одежду: на четверых у них хватало шрамов на добрый десяток обычных мужчин. Как правило, в ситуациях, когда им необходимо было скрывать свою профессию, кроме купания с другими женщинами, те, с кем им приходилось раздеваться, были слишком сосредоточены на других вещах, чтобы обращать внимание на излишек шрамов. А если и замечали, то уж точно это было не тем, что оставалось в памяти позже.       Блондинка вернулась к своим спутницам с ключами и заверением, что частный источник закреплён за ними и будет полностью в их распоряжении начиная с утра. Пока же они решили сбросить вещи в своих комнатах — это был общий люкс с отдельными спальнями для каждой — и направиться в ресторан, как раз к началу ужина. К источникам они отправятся утром.

***

      — Тссс!!! — беловолосый мужчина прижал палец к губам. — Ты спугнёшь их ещё до того, как они появятся! — сердито прошипел он. Хоть рассвет наступил уже несколько часов назад, солнце только-только начинало освещать небольшую поляну, где находился автор Ича-Ича, два шиноби, посланные на его поиски, и одна очень высокая, толстая и сомнительной прочности стена.       Седовласый мужчина вздохнул с отвращением: он наконец-то нашёл неуловимого саннина, занятого тем, чем тот всегда занимался, когда был предоставлен самому себе — подглядыванием. Хотя, если бы спросили легендарного ниндзя, он бы поспешил поправить: «проводит исследования» или же, на крайний случай, «обращается к своим музам».       К сожалению, его напарник был не настолько возмущён похотливым шиноби, как он сам. Напротив, шатен живо подсел к легендарному извращенцу, даже несмотря на то, что уединённый частный источник с примыкающей к нему раздевалкой пока пустовал — было слишком рано, чтобы кто-то уже пришёл купаться.       — Нам нужно поговорить, Джирайя, — начал темноглазый мужчина, даже не потрудившись понизить голос, надеясь разобраться с делом до того, как появятся женщины и отвлекут саннина.       Старший мужчина оторвался от своей драгоценной щели в стене и бросил на младшего страдальческий взгляд.       — Какаши, прошу тебя… Я ждал здесь часами; они могут появиться с минуты на минуту. Чего ты хочешь?       Копирующий ниндзя раздражённо вздохнул; им потребовалась целая неделя с помощью Паккуна и других нинкенов, чтобы наконец выследить извращённого саннина. Теперь он просто хотел дотащить старика до Конохи, получить оплату, проведать подругу-целительницу и провести пару дней, навёрстывая упущенное в чтении. Он улыбнулся при мысли, что, как только Джирайя вернётся, следующий том Ича-Ича будет запущен в производство, ведь именно редакторы наняли его, чтобы притащить либо завершённый том его драгоценной серии, либо самого автора.       В глубине души он также с нетерпением ждал возможности продолжить игру, начатую с его бывшей ученицей. С тех пор как он оставлял для неё что-либо в больнице, прошло слишком много времени, и он предполагал, что разговоры о её тайном поклоннике должны были поутихнуть, если не прекратиться вовсе. Ему предстояло придумать что-то действительно интересное, чтобы оставить ей, когда он вернётся, если он хотел продолжить свою, вернее их маленькую игру… У него также не было времени отправить ей вторую фотографию в те короткие часы, что он находился в деревне. Она могла начать подозревать, что именно он их посылает, если бы получала записки «от» её хранителя снов только тогда, когда он находился в деревне. Вздохнув, он отогнал назойливые мысли о розоволосой девушке, чтобы сосредоточиться на текущей ситуации.       — Ваши редакторы очень недовольны, Джирайя. Вы пообещали им следующую часть четыре месяца назад и благополучно исчезли, как только они начали настойчиво её требовать.       Старший мужчина издал нетерпеливый звук и пренебрежительно махнул рукой.       — Ах, это.       Внезапно почувствовав раздражение к беловолосому мужчине, он резко бросил:       — Да, это. А теперь пошли, мы возвращаемся в Коноху, иначе я всем вокруг объявлю, что был замечен опасный извращенец, и что всем женщинам лучше оставаться внутри, пока не будет иного распоряжения…       Старший мужчина, казалось, разрывался между желанием покинуть свой наблюдательный пост, чтобы воспринять слова седовласого всерьёз, и желанием остаться на месте и попробовать урезонить его, в надежде, что девушки вот-вот появятся. Желание остаться и дождаться девушек быстро пересилило раздражение на младшего.       — Послушай, разве мы не можем договориться? — спросил он, пытаясь придумать подходящую сделку; ему и правда пора было возвращаться в Коноху. Его новый том был готов уже довольно давно, но по своим причинам он хотел отложить дату публикации. Издатели перестали переводить деньги за гонорары на его счёт в отместку за его исчезновение и в надежде, что когда у него кончатся деньги, он вернётся забрать причитающееся, если уж не ради чего другого. В итоге он начал сталкиваться с некоторыми финансовыми трудностями, поскольку его средства медленно таяли, уходя на питание его немногочисленных, но весьма дорогих пороков.       Зная, что если саннин действительно решит оказать настоящее сопротивление, то у него и его напарника возникнут серьёзные проблемы, недовольный джонин едва заметно кивнул, показывая, что слушает.       — Хорошо, хорошо… Дай-ка подумать, что я могу предложить своему главному фанату, чтобы он помалкивал, скажем… — он сделал паузу, пытаясь придумать приемлемую начальную цифру. — Десять дней до возращения в деревню?       — Один день, Джирайя. Мы помолчим один день, не больше. Дальше мы сделаем то, что обещали, и сообщим всем, что в округе завёлся вуайерист. А как только люди это узнают, можете попрощаться со всеми своими «исследованиями».       — Ладно, ладно, десять дней — это слишком, как насчёт пяти? — стал он уговаривать.       — Полтора, — с раздражённой ноткой в голосе уступил человек в маске.       — Три! Как насчёт трёх?! Я даже подкину тебе кое-что особенное… — он оставил фразу недосказанной, с намёком — прекрасно зная, что Какаши был большим фанатом, и у того наверняка есть какая-нибудь тайная фантазия, которую он мечтал бы увидеть на страницах, или, может быть, женщина, которую хотелось бы представить в роли в его следующей книге.       Разум зависимого от Ича-Ича мужчины взорвался от множества вариантов того, что мог подразумевать старик; к его собственному неудовольствию, во всех этих вариантах слишком отчётливо присутствовала его розоволосая подруга. Он поспешно вырвал себя из этих мыслей, когда почувствовал резкую боль в щиколотке. Опустив взгляд, он увидел, что его призыв вцепился зубами ему в ногу, чтобы привлечь внимание.       — Какаши, есть кое-что, о чём тебе, наверное, стоит узнать… — начал маленький мопс, разжав челюсти.       — Минутку, Паккун. — Он перевёл внимание обратно на развратного мужчину и обнаружил, что тот широко ухмыляется. Вздохнув, он сказал: — Два дня. Это моё окончательное предложение.       — Какаши, тебе действительно стоит… — заныл пёс, настойчиво требуя внимания.       — Минутку, Паккун, я уверен, это может подождать. — Вдалеке уже слышались женские голоса, и он прекрасно понимал, что как только появятся девушки, которых грязный старик поджидал всё это время, разговаривать с Джирайей станет совершенно бесполезно, не говоря уже о попытках торговаться с ним.       Старший мужчина, должно быть, тоже услышал приближающиеся женские голоса и быстро кивнул в знак согласия.       — Договорились. Ты позволишь мне пробыть здесь ещё два дня — не поднимая шума по поводу моих исследований — и после этого я спокойно вернусь в Коноху и сдам книгу редакторам, как добропорядочный автор. А теперь пообещай не мешать мне или моим делам до тех пор.       — Какаши, тебе правда не стоит… — снова начал мопс, в отчаянии царапая лапой штанину старого друга.       Седовласый мужчина бросил на пса сердитый взгляд. Теперь он почти мог различить отдельные голоса в общем гомоне, доносившемся из раздевалки, примыкающей к горячему источнику. Чувствуя, что окно для переговоров быстро закрывается, он кивнул.       — Согласен. — Наконец он посмотрел вниз на маленького друга: — Так что же ты хотел мне сказать, Паккун?       Маленький пёс зарычал от досады. Но прежде чем он успел что-либо сказать, голоса внезапно стали различимыми, оформившись в речь четырёх женщин, выходящих из раздевалки, предположительно закутанных в полотенца.

***

      — …но серьёзно, Хината, тебе нужно быть более настойчивой, если хочешь хоть как-то привлечь внимание Наруто… — наставляла розововолосая девушка, когда они вышли из раздевалки. Все четверо были завёрнуты в полотенца и, наконец, готовы насладиться горячим источником.       — Да, он слишком туп, чтобы уловить твои намёки. Он из тех, кого нужно стукнуть чем-нибудь по голове, чтобы он хоть заметил, — добавила блондинка.       Застенчивая темноволосая девушка густо покраснела, понимая, что подруги желали ей добра, но сомневаясь, сможет ли она последовать их совету.       — Я-я постараюсь приложить больше усилий и буду надеяться на лучшее.       — Ну, если это не сработает, дай нам знать — мы всегда можем придумать что-нибудь, что точно подействует, — блондинка подмигнула подругам. — И заодно мы можем поработать и над тобой, Сакура.

***

      Глаз Какаши расширился, когда он узнал голоса. Не раздумывая, он присоединился к двум извращенцам у щели в стене, чтобы подтвердить то, что уже и так знал. Он наблюдал, как Хината, Тэн-Тэн, Ино и Сакура выходили из маленькой раздевалки, облачённые лишь в очень короткие полотенца. Если бы он не был так привычен к чтению Ича Ича на публике, ему, возможно, пришлось бы, как и Генме, вытереть тонкую струйку крови, выступившую из носа при виде столь обнажённого женского тела. Когда первый шок прошёл, его разум слегка запаниковал при мысли, что как только девушки дойдут до источника, они сбросят полотенца, чтобы войти в горячую воду.       Внутри него боролись два иррациональных желания: смотреть, как эти поистине прекрасные женщины раздеваются, и не допустить, чтобы его спутники увидели то же самое. Он понимал, что не должен подглядывать, и у него не было реальной причины лишать мужчин рядом того же вида. Но он судорожно списывал это на то, что одна из девушек была его бывшей ученицей, маленькой девочкой, которую он столько лет защищал от опасности и похотливых мужчин с дурными намерениями. Конечно, он не хотел бы, чтобы кто-то подглядывал за его маленькой куноичи. Но, наблюдая за тем, как она идёт и разговаривает с подругами, он вновь осознал, что она уже давно не маленькая девочка, и женщина, в которую она превратилась, определённо заслуживала взгляда… хотя делиться этим видом с кем-то другим он всё равно не хотел.       Замерев, он наблюдал, как девушки направились к скальному выступу на краю источника и скрылись за ним — к явному недовольству двух других мужчин. Спустя пару мгновений они вновь появились, полностью погружённые в воду, и устроились в более глубокой части источника.

***

      Сакура поспешно выставила руки перед собой в защитном жесте, когда она и её подруги сбросили полотенца возле большой группы валунов, скрывавших скамейки и крючки для одежды, и скользнули в воду, прежде чем направиться в более открытую часть, предназначенную для сидения.       — Я прекрасно справляюсь, спасибо большое, — сказала она. — Мне сейчас ни в чём не нужна помощь. Очень любезно с вашей стороны предлагать, но ответ по-прежнему решительное «нет».       — Ах вот как? — тихо усмехнулась до этого молчавшая мастер по оружию, явно выражая сомнение. — А что насчёт твоего тайного поклонника? Это из-за него тебе не нужна наша помощь в том, чтобы подыскать приличного парня? — Она лукаво покосилась на медика краем глаза.       — Ох! Эм… ну… нет, нет… я даже не думала о нём… — пробормотала она, постепенно замолкая, понимая, что они затронули ту самую тему, которую она надеялась обойти стороной во время отпуска.       — Раз уж тема зашла… — блондинка хитро прищурилась, в её глазах явно заискрились огоньки, — так кто же этот застенчивый Ромео?       Изобразив невинность, она слегка улыбнулась.       — Понятия не имею… да и вообще, если бы знала, он ведь уже не был бы тайным поклонником, верно?       Чувствуя лёгкое разочарование, девушки обменялись взглядами. Они-то надеялись, что на отдыхе, вдали от деревенских сплетников и вездесущих глаз, удастся выпытать у неё личность тайного ухажёра. Они были уверены, что она должна знать хоть что-то, о чём никому не рассказывает. Иначе за всё это время она наверняка предприняла бы какие-то меры, ведь прошли месяцы, а вся деревня всё ещё гудела об этом.       — Ну же, Сакура, так нечестно! Ты ведь должна знать хоть что-то, — принялась упрашивать брюнетка.       Целительница упорно молчала. Было ясно, что больше на эту тему она говорить не станет. Чувствуя себя немного побеждённой, но не оставив надежды, блондинка повернулась к другой девушке.       — Ну а ты, Тэн-Тэн, как продвигается твоя попытка завоевать неприступного кузена Хинаты? — с ноткой сочувствия спросила Ино. Она прекрасно понимала, каково это — добиваться такого человека. Сама ведь годами бегала за таким же, да ещё и вместе с Сакурой, пока окончательно не признала это безнадёжным.       Брюнетка моментально вспыхнула ярким румянцем — впрочем, как и кузина её возлюбленного. Хината искренне хотела, чтобы подруга обрела счастье, но в глубине души сомневалась, что именно в Неджи его стоит искать.       Кареглазая девушка громко вздохнула.       — Честно говоря, всё просто ужасно. — Она замялась, но тут же оживилась, её лицо засветилось решимостью, не уступающей той, что обычно сияла у Гая-сенсея или Ли. — Но это вовсе не значит, что я сдамся!       Сакура тихо вздохнула, а потом тепло улыбнулась оптимистичной подруге.       — Желаю тебе удачи, Тэн-Тэн. Я искренне надеюсь, что у тебя всё получится.       — Д-да, я тоже надеюсь, что тебе удастся пробить защиту моего кузена, чтобы вы смогли быть вместе. Ему ведь тоже нужна капля счастья в жизни… — Хината осеклась, прекрасно понимая, что как член клана Хьюга Неджи не принадлежал сам себе. Его жизнь была расписана заранее — скорее всего, вплоть до выбора жены и количества детей, которых он «обязан» будет произвести. Она искренне надеялась, что с изменениями, происходящими в их семье, старые традиции хоть немного ослабнут и дадут им право самим выбирать себе супругов… но пока особых подвижек в этом направлении видно не было.       Ино, более циничная, чем остальные, издала весьма неделикатный звук.       — А я вот скажу так: просто забудь о нём и ищи что-нибудь позеленее, — хихикнула она, поняв, что именно сказала, вспомнив о двух мужчинах в зелёных костюмах, всегда крутившихся вокруг Тэн-Тэн.       — О, нет! — чуть ли не взвизгнула брюнетка. — Я с радостью оставлю Ли Сакуре, спасибо большое. — Она передёрнула плечами. — И даже думать не хочу, что ты могла подразумевать Гая…       Всё внимание обратилось к розоволосой девушке, которая с явным удовольствием расслаблялась в горячей воде, почти полностью игнорируя перепалки подруг.       — Эм, что? — спросила она, заметив, что все уставились на неё. — Даже не смотрите на меня. Мне он тоже не нужен…       На несколько мгновений девушки погрузились в молчание, прежде чем голубоглазая решила заговорить более серьёзным тоном, обращаясь к брюнетке.       — Серьёзно, Тэн-Тэн, я прекрасно знаю, каково это — годами гоняться за ледышкой… В какой-то момент начинаешь задумываться, не пора ли снизить ставки, признать поражение и переключиться на более отзывчивых мужчин. — Она издала ещё один пренебрежительный звук. — Да и кто знает, может, он вообще женщинами не интересуется… Ты хоть раз видела его с кем-нибудь?       Широко распахнув глаза, влюблённая девушка отрицательно покачала головой — и тогда все взгляды обратились к девушке с большими белыми глазами. Та слегка залилась краской и тоже покачала головой.       — Я-я бы никогда не подумала…       Ино не отступала.       — Та же история и с Саске. Сколько лет впустую за ним бегали, а он, может, вообще не за ту команду играет, чтобы когда-нибудь заинтересоваться…       Сакура не смогла удержаться и рассмеялась над её репликой, чем невольно снова обратила внимание подруг на себя. Под их пристальными взглядами она покраснела и почувствовала необходимость хоть немного объясниться.       — Саске определённо привлекают женщины, — она задумалась на мгновение, — хотя это вовсе не значит, что его не привлекают ещё и мужчины… — пробормотала она вслух, словно эта мысль только что пришла ей в голову.       У всех девушка отвисли челюсти от её намёка. Воцарившаяся тишина оказалась оглушительной. Наконец застенчивая темноволосая девушка смогла покачать головой и обрести голос.       — К-как ты это узнала? — спросила она с изумлением в голосе.       Зеленоглазая девушка пожала плечами.       — Я же была с ним в одной команде, помнишь? — она вдруг осознала, что совсем не хочет объяснять, откуда именно ей это известно. Её подруги и так считали, что у неё уж слишком близкие отношения с бывшими товарищами. А если бы она ещё рассказала, что несколько раз позволяла Наруто и Саске застать её врасплох во время переодеваний… Она сомневалась, что они действительно поймут…       — Ну да, была ты с ним в команде, и что толку? Это не приблизило тебя ни на шаг к тому, чтобы его завоевать, — фыркнула блондинка, закатив глаза. — То, что он с Наруто лупят или запугивают всех твоих ухажёров, ещё вовсе не значит, что он…       — О нет! Ничего подобного, — поспешно возразила она, совершенно не желая развивать этот разговор. В спешке она выбрала полуправду, надеясь, что её не начнут слишком допрашивать. — Слушайте, я сама видела, как у него шла кровь из носа при виде полуобнажённых или голых женщин, ладно? — её щёки заметно порозовели, и она молилась, чтобы подруги списали это на горячую воду, а не на смущение.       Подруги уставились на неё в полном изумлении, отчего ей стало совсем не по себе. Признаваться в том, что именно она была той «полуобнажённой и голой женщиной», из-за которой у Саске пошла кровь носом, ей совсем не хотелось.       — Когда это было? — вслух поинтересовалась блондинка.       Сакура пожала плечами как можно непринуждённее.       — На самом деле, несколько раз… Значит хоть на каком-то уровне его точно тянет к женщинам...       — Да ладно! Кровь из носа? Серьёзно? — спросила Тэн-Тэн, восприняв это как знак того, что Неджи не совсем безнадёжен, как она всегда втайне опасалась. — А я-то думала, он такой же безразличный, как Неджи и… — она замолчала и покраснела, осознав, что собиралась сказать, — ну… и как твой бывший сенсей Какаши. Конечно, он вечно с этими книжками и репутация у него соответствующая, но…

***

      Седовласый мужчина, который до этого с интересом подслушивал непринуждённый разговор куноичи, вдруг напрягся. Он бы никогда не подумал, что его имя может всплыть в купальне — и уж точно не в устах девушек, которые были куда моложе его самого. Впрочем, осознав это, он не почувствовал раздражения от самого факта упоминания, но вот контекст ему явно пришёлся не по душе. Он уж точно не был безразличен к женщинам, как намекнула Тэн-Тэн. Более того, в Конохе за ним закрепилась определённая репутация, хотя он и должен был признать, что уже давно не проводил время с женщиной.       Лохматый шатен тут же толкнул его локтем с похотливой ухмылкой, а автор Ича-Ича дружески похлопал по спине, внезапно напомнив ему, чем на самом деле занимался старик у горячего источника — подглядывал. И не просто за женщинами, а за его бывшей ученицей и её подругами.       Его совесть взяла верх, прежде усыплённая ложным чувством безопасности от того, что они не увидели ничего такого, чего куноичи не показали бы добровольно в обычной «выходной» одежде, и он попытался оттащить мужчин от щели в стене.       — Пошли, нам здесь не место, — прошипел он, видя, что ни один из них не собирается уходить.       Беловолосый мужчина пренебрежительно махнул рукой в сторону Копирующего ниндзя, не отрывая взгляда от женщин в воде.       — Ну иди, развлекайся, — пробормотал он. — Ты же знаешь, где меня найти через два дня.       Какаши замер, вдруг осознавая, что именно пообещал этому старику-извращенцу — не мешать его «исследованиям». Ярость на самого себя накатила мгновенно. Он снова опустился на корточки между двумя мужчинами, лихорадочно обдумывая, как оттащить их от этой подозрительной щели в стене, не потревожив при этом женщин, которые наслаждались горячим источником.

***

      — Да, я понимаю, о чём ты. Судя по слухам, он уже какое-то время не проявляет интереса к женщинам… по крайней мере в деревне, — поправила она. — Кто знает, чем он занимается, когда уходит в эти долгие миссии… Как бы то ни было, это ужасно обидно, — Вздох Ино прозвучал с искренним сожалением, чем немало удивил целительницу.       — Что?! — воскликнула девушка, не сумев скрыть удивления. Совсем недавно Ино упрекала Сакуру в её дурной вкусе на мужчин, когда та позволила Какаши вмешаться и распугать всех потенциальных ночных спутников на её дне рождения в пабе. Она знала, что Ино бывает ветреной, но не могла представить, чтобы та вот так резко изменила своё мнение о её бывшем сенсее. Это никак не вязалось с той Ино, которую она знала.       Тэн-тэн вздохнула.       — Я так завидовала тебе, когда мы только познакомились и я узнала, кто твой сенсей…       Сакура едва сдержала смех, услышав столь серьёзное признание кареглазой девушки. На месте Тэн-Тэн, она, наверное, позавидовала бы любому другому сенсею, но всё равно было странно слышать, особенно вспоминая, как этот мужчина раздражал её все эти годы и даже в последнее время своими «анонимными» подарками, которые постоянно порождали сплетни.       — Да брось, Сакура, ты должна признать, что твой бывший сенсей горяч, несмотря на то, что извращенец и… мужчина постарше. — Она вдруг замялась, словно осознав нечто только что. — Хотя, если подумать, и то и другое может быть скорее плюсом, чем минусом… Наверняка он настоящий мастер в постели… — в её глазах вспыхнул живой интерес, когда мысль повисла в воздухе.       Сакура рассмеялась.       — Вот это поворот, Ино… Хотя неудивительно, что он случился сразу после того, как я сказала тебе, что он младше Генмы… одного из твоих любимых ночных партнёров…

***

      К внутреннему отвращению седовласого мужчины, его друг удостоился широченной ухмылки и поздравительного похлопывания по спине от длинноволосого автора — несомненно, за то, что тот уложил в постель привлекательную голубоглазую девушку. Какаши даже не подозревал, что Генма проводил время с бывшей соперницей Сакуры, и теперь ломал голову: когда это произошло и почему Генма так этим и не похвастался.       Покачав головой, он невольно задумался о том, что же молодое поколение, оказывается, думает о его личной жизни. Ему и в голову не приходило, что кто-то мог поставить под сомнение его предпочтения — ведь его любимое чтиво было строго гетеросексуальным. С другой стороны, едва ли хоть одна из этих четырёх девушек когда-либо открывала книгу Джирайи. Впрочем, он вынужден был признать, что он давно не проводил ночь с женщиной в Конохе — просто не было времени и возможности. Все его недавние романтические связи завязывались либо в других деревнях, уже после завершения миссий, либо прямо во время них.       Тот факт, что у Ино, похоже, были свои фантазии насчёт него, волновал Какаши не так сильно, как должен был, хотя часть его всё же предпочла бы услышать подобные рассуждения от Сакуры. Взяв себя в руки, он решительно отогнал неподобающие мысли, списав их на то, что в данный момент подглядывал за девушками во время купания вместе с самым известным извращённым вуайеристом в мире шиноби.

***

      Голубоглазая куноичи довольно улыбнулась, вспомнив проведённое время с владельцем сенбонов — он показал ей пару вещей, которые она вряд ли когда-либо забудет.       — Ах, Генма, определённо мой фаворит… Без сомнения, он полностью оправдывает свою репутацию и даже чуть больше, — мечтательно протянула она, но вскоре сообразила, что Сакуре удалось ловко увести разговор в сторону. — Но мастерство Генмы в постели тут совсем ни при чём.       Она пренебрежительно махнула рукой, возвращаясь к теме, на которой остановилась до того, как Сакура её отвлекла.       — Возраст на самом деле не такая уж и проблема, как я раньше думала. И, думаю, он вовсе не такой старый, как я себе представляла. Всё это из-за волос, мешковатой одежды и того, что он прячет большую часть лица, понимаешь? Трудно угадать, сколько ему на самом деле… Впрочем, в нашей профессии ты стар ровно настолько, насколько себя чувствуешь.       Сакура бросила на неё подозрительный взгляд, совершенно не веря, что её подруга могла прийти к такому озарению, имея так мало новой информации. Должно быть, она чего-то не договаривала.       Блондинка хихикнула.       — И, ну… я недавно застала его, когда он был в деревне, после спарринга с вашими парнями на одном из тренировочных полигонов, затопленных водой… И, чёрт возьми, промокший до нитки, без жилета, этой мешковатой кофты и протектора… Если бы только не эта его дурацкая майка с маской… — Она на мгновение погрузилась в мысли, затем встрепенулась, поймав взгляд розоволосой. — Так какой он на самом деле под всем этим?

***

      Текущий объект обсуждения почувствовал, как его лицо разогрелось и покраснело, а кровь в жилах словно застыла. Часть его действительно не хотела иметь ничего общего с тем, чтобы слышать, как его бывшая ученица втянута в подобный разговор, но другая, меньшая часть была очень даже заинтересована в том, что она могла сказать. Проклиная себя, он понял, что снова не в силах уйти, потому что любопытство приковало его к месту.       Признавая поражение, он устроился поудобнее, зная, что как только девушки уйдут, ему никогда не дадут забыть их комментарии, а Генма станет совершенно невыносимым после того, как прекрасная блондинка потешила его самолюбие.

***

      Наконец, обретя уверенность, Сакура пожала плечами.       — Откуда мне знать? Я никогда не видела его лица… — Она запнулась, когда в голову пришла мысль, слишком неловкая, чтобы даже допустить её. — О, ками, надеюсь, именно это ты имела в виду… — покраснела она, в то время как остальные девушки рассмеялись над её мимолётной грязноватой мыслью.       Когда троица наконец справилась с приступом веселья, Ино ухмыльнулась.       — Я действительно имела в виду его лицо… но если у тебя есть информация насчёт остального, я бы не отказалась её услышать. Он ведь всегда носит эти мешковатые вещи, я ни разу не видела, какая у него на самом деле фигура… кроме того раза… Правда, чем больше думаю, тем больше интересно: что же он скрывает под всеми этими слоями?       Розоволосая девушка вспыхнула ещё сильнее и резко покачала головой.       — Об этом я вообще говорить не собираюсь.       — Значит, ты всё-таки видела его? — с живым интересом спросила брюнетка.       — Э-э, нет… Я… я этого не говорила… — густо покраснев, пробормотала девушка, пытаясь восстановить душевное равновесие. Вот именно поэтому она и избегала общественных бань в Конохе.       — Но ты ведь видела почти всё остальное, кроме лица, верно? — блондинка наклонилась к ней ближе с явным интересом. — Ты ведь единственный медик, которого он в последнее время подпускает к себе…       — Э-э… — разум Сакуры отказывался укладывать в голове всю степень неловкости разговора, в который её каким-то образом втянули.       — Ну давай же, так у него действительно такое горячее тело, как мы подозреваем, или нет? — с явным нетерпением подхватила брюнетка. Её всегда завораживали шиноби, которые скрывали фигуру под одеждой, вместо того чтобы выставлять всё напоказ, как в случае с теми, кто носил ярко-зелёный спандекс.       — Вы хоть понимаете, насколько для меня странно участвовать в таком разговоре? — с откровенным отчаянием в голосе спросила она.       — Да брось, Лобастая! — нетерпеливо выпалила блондинка. — Ты же им не интересуешься, верно? — Она испытующе уставилась на свою бывшую соперницу, ожидая подтверждения.       Сакура, не в силах вымолвить хоть слово и с широко раскрытыми глазами, лишь медленно кивнула — ведь другого ответа на этот вопрос у неё просто не могло быть.       Блондинка удовлетворённо кивнула.       — Ну вот! Тогда в чём проблема? Делись богатством! — Она и остальные девушки дружно рассмеялись, не заметив, что Сакура их веселья совсем не разделяет.       Думая невероятно быстро, девушка наугад ухватилась за первое, что пришло в голову.       — Извините, девочки. Но это было бы нарушением врачебной тайны.       Несколько секунд стояла ошеломлённая тишина, после чего брюнетка выпалила с раздражением:       — Это чушь, Сакура. Ты просто не хочешь делиться.       Девушка тяжело вздохнула.       — Какаши — шиноби Листа и выглядит как шиноби. Вот всё, что вам нужно знать, и больше я ничего не скажу.       — Ну Сакура-а… — протянула блондинка жалобно, будучи уверенной, что подруга скрывает куда больше, чем говорит.       Насытившись разговором, Сакура поднялась, собираясь покинуть тёплую воду.       — Включите воображение, как это делает каждая куноичи, которая когда-либо спрашивала меня о ком-то из моих ребят… — осторожно выбравшись из источника, она подошла к полотенцу, обернулась и скрылась в раздевалке.       — С-Сакура! П-подожди! — поспешно окликнула её робкая Хьюга и тоже вышла из воды.       Две оставшиеся девушки обменялись взглядами, тяжело вздохнули и последовали примеру темноволосой. Выходя из горячего источника Тэн-тэн крикнула вдогонку.       — Прости, Сакура! Мы не хотели тебя расстраивать!

***

      Какаши наблюдал, как Сакура поднялась, к счастью, повернувшись к ним спиной, и направилась к выходу из источника. Она выбрала другую тропинку, нежели та, по которой они вошли в воду. В этом месте горячий источник был куда мельче. Сделав несколько шагов, она оказалась там, где вода доходила лишь до талии, и их взгляду открылась соблазнительная линия её спины, тонкая талия и — когда она провела руками по коротким волосам, самые края округлых очертаний её груди. Как он ни пытался отогнать это, образ намертво отпечатался в памяти, и Какаши внутренне возненавидел тот маленький кусочек себя, который испытал удовольствие от столь неподобающего зрелища своей бывшей ученицы.       Когда все четыре девушки удалились на безопасное расстояние и больше никто не показал ничего откровеннее, чем Сакура, извращённый саннин и мужчина с сенбоном недовольно застонали, а затем синхронно повернулись к всё ещё смущённому и слегка ошарашенному Копирующему ниндзя.       — Твоя бывшая ученица превратилась в настоящую женщину, а, Какаши? — в голосе старика явно слышалось веселье.       Темноглазый мужчина не был уверен, говорил ли беловолосый об отказе Сакуры выдавать личные подробности о нём или о слишком дразнящем зрелище, которое она невольно им явила. Как бы там ни было, Какаши был вынужден согласиться с Джирайей — хотя вслух он бы этого никогда не признал.