Часть 3

Антон стоял в кабинете Арсения, его пальцы нервно перебирали край рубашки, а глаза упорно смотрели в пол. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом старого дерева и пыльных книг. Учитель сидел за своим массивным столом, его взгляд, обычно холодный и оценивающий, сегодня казался чуть мягче. — Арсений Сергеевич.., — начал Антон, голос дрожал, как тонкая струна, готовая порваться. — Вчера… вчера мама умерла. Слова повисли в воздухе, как нож, застывший на краю падения. Арсений не шелохнулся, лишь прищурился, словно пытаясь рассмотреть что-то вдали. Его губы сжались в узкую линию, но он молчал, давая Антону продолжить. — Она… она упала на кухне. Я услышал звук, будто кто-то разбил стакан, но это была она. Ее голова ударилась об угол стола. — Антон замолчал, сглотнув ком в горле. — Я подбежал, но она уже не дышала. Арсений наклонился вперед, его длинные пальцы сложились в замок. — И что ты сделал? — спросил он, голос низкий, почти шепот. — Ничего, — прошептал Антон, и слезы, наконец, прорвались наружу. — Я не знал, что делать. Я просто стоял и смотрел. Арсений поднялся с места, его тень накрыла Антона, как облако, готовое разразиться грозой. Он подошел ближе, его рука медленно поднялась и легла на плечо мальчика. — Ты сделал достаточно, — сказал он, и его голос звучал так, будто он знал что-то, чего не знал Антон. — Но теперь ты должен быть сильным. Антон поднял глаза, их взгляды встретились, и в этот момент что-то щелкнуло в воздухе, как будто две искры столкнулись в темноте. Арсений наклонился чуть ниже, его дыхание коснулось щеки Антона, и мальчик почувствовал, как его сердце заколотилось сильнее. — Ты не один, — прошептал Арсений, его губы едва не касались уха Антона. — Я позабочусь о тебе. Антон замер, его тело напряглось, но не от страха. Что-то новое, незнакомое, начало шевелиться внутри него, и он не знал, хочет ли он от этого убежать или погрузиться в это с головой.