Между разумом и сердцем

      Луч солнечного света протиснулся сквозь ставни и попал прямо на глаза, заставляя юношу приоткрыть их. Прошло почти два с половиной года после того самого празднества у Баженовых. Вася снова подрос, а также принял решение уехать из родных краёв в Москву, поближе к царской семье и обществу высокопоставленных лиц.       За сестру ему всегда было немного неспокойно, ведь сейчас нет того, кто добывал бы для него информацию. Когда пропала Ксюша, сначала её искали все, но, внезапно, Мстислав Станиславович всё прекратил. После этого какие-то предложения кроме регулярного контракта прекратили поступать. Юноша понял, что все они были в порядке исключения лишь для его семьи персонально от юной Баженовой.       В общем и целом, за год в Москве жизнь у него кардинально поменялась. Столько новых людей, мест он повидал, что теперь встречи с одной компанией стали довольно регулярными. Молодая, зато шумная царевна, сын знатного рода, но такой простачок, и довольно тихий, но даже милый парень из стрельцов. Казалось бы, нечему удивляться. Да и старая знакомая в кои-то веки перестала посещать его мысли и сны. Сны, в которых она с той самой хитрой улыбкой подходила к нему и обнимала, так приятно и крепко, что он не хотел просыпаться, чувствуя тепло. Стоило отпустить её в эти моменты.

***

       Новый день начался с возвращения к переписи важных документов. Многие во дворце были заняты, так как царю нанёс визит сам патриарх и вот уже несколько дней они с царем ведут советы. Как и полагается, приехал он с целым нарядом священнослужителей. Василию было довольно трудно выйти на перерыв, но он всё же смог сделать это. Свежий воздух и немного летнего солнца были просто необходимы после нескольких часов под тусклым светом свечей. Вздохнув полной грудью, он не спеша направился в небольшой дворцовый садик. Это место мужчины посещали не столь часто, ведь многим было не до этого во время рабочих дней. Основными посетителями были юные девицы, что резвились и щебетали о чем-то, но в их компании у Северова совершенно не было желания находиться. Вот и сейчас он по своему обыкновению направился в более отдаленную часть садика, где росло довольно старое, но красивое дерево. Это было место отдыха для юного парня, что иногда слишком много работал. И стоило ему подойти поближе, как ухо резанул чей-то голос. — Это правда случилось?! — Говорю же, всё как есть. Как же хорошо, что ты нам подсказала тогда.       Северов прислушался к разговору, замедлив шаг. Два незнакомых девичьих голоса обращались к кому-то, явно выражая своё восхищение. Кто и что мог подсказать им? Вася сделал ещё несколько шагов и остановился у арки, что разделяла части садика, став прислушиваться. За стенкой всё продолжали говорить, а Северов про себя подумал, что иногда привычка подслушивать может вполне неожиданно пригодиться. Всё же, информация на дороге не валяется, стоит хватать, пока есть возможность. — Слушай, в следующий раз сможешь подсказать снова когда в лавку приедут новые ткани? — И мне, и мне! А ещё ты говорила, что там собираются привезти новые бусы? — Конечно-конечно. Главное, найдите меня у западной стенки или спросите у батюшки. А сейчас, мне уже пора идти. Пусть хранит вас господь, да путь освещает.       Сердце юноши пропустило удар, что отозвался даже в ушах. Этот голос, до сели являвшийся ему лишь во сне, он успел уже частично позабыть. Вася услышал, как две девушки удалились в другую сторону и сам чуть спрятался в тени стены, слыша приближающиеся тихие шаги. Фигура в черном одеянии прошла через арку и не уловила его сразу. Парень сам вышел из тени, пропустив её на несколько шагов, и тут же схватил девушку за руку. Глаза встретились и не могли оторваться друг от друга. Девушка не вскрикнула и замерла вместе с ним. Тишина, что прерывалась лишь легким шумом листьев на ветру, казалось, не заканчивалась вечность. Вася повернулся и повёл свою глупую пропавшую знакомую в тихий уголок, сжав чужую руку покрепче. А спутница и не сопротивлялась.        Остановились они только тогда, когда он подвёл её к дереву и раскрыл ладонь, снова поворачиваясь и хмуро смотря на девушку. Та, впрочем, не спешила начинать разговор и спокойно выдохнула, сняв с себя апостольник* и улыбнувшись. — Не хмурь брови, а то морщины появятся. — Не думаешь, что не так стоит начинать разговор спустя два года, Баженова?!       Вася готов был метать молнии из глаз, но стоял спокойно, лишь скрестив руки на груди. Он смотрел на девушку, что неторопливо стала переплетать косу, пока внутри он сыпался бранью. От чего? Он и сам не знает. Может потому, что она первым делом в очередной раз подколола его? И это спустя столько времени без единой весточки. — Эх, так давно не виделись, а ты первым делом сразу же дуться. Ничуть не изменился. — Смеешься? — Нисколько. — Тогда какого черта, Баженова? Какого черта я нахожу тебя спустя два года здесь, затевающую дела с какими-то придворными девицами? Ещё и в одеянии священнослужительницы! — Тихо ты, не поминай черта, авось прийдет, а мне тебя потом освещать от беды накликанной.       Ксения закончила переплетать косу и улыбнулась довольно мягко, с лёгкой виной во взгляде. Она изменилась. Стала краше, чем была. И даже довольно закрытое одеяние волшебным образом никак не преуменьшало её красоты. Северов ждал объяснений, но в то же время в его голове мелькали совсем уж не те мысли, которые стоило принимать во внимание в данной ситуации. Но девушка начала первой: — Хорошо, извини. Я понимаю, почему ты так злишься. — Да ладно, неужели? — Не язви. Я правда извиняюсь. Не очень-то красиво было сбегать, не рассказав абсолютно ничего. Зато батёк меня не смог найти слишком быстро. —… Доведёшь же ты меня когда-нибудь, Баженова.        Девушка рассмеялась, пока Северов протер лицо рукой и выдохнул. Злость и готовность надавать ей по самые не балуйся испарились вместе с её звонким голосом на ветру. Он выдохнул и стал припоминать что происходило в те времена, когда девушка только пропала. Отец её носился по каждому закоулку, выискивал даже в лесу и соседних городах. Но ничего не находил. А потом как-то слишком уж быстро всё прекратил. — Слушай, зачем же ты так поступила? Мстислав Станиславович себе половину волос выдрал, пока искал тебя. — Он знает причину и мне этого достаточно. — Но ты ведь… — Отец всегда знал, что нельзя держать птицу в клетке. Её место в небе. Где она может показать на что способна.       Северов задумчиво посмотрел на девицу, что облокотилась спиной на дерево и смотрела на него своими глазами цвета изумруда. Что ж, теперь и ему была ясна причина её поступка. Но только ли в этом заключалась причина? Ему показалось, что один разговор всё же остался неоконченным. — Всё с тобой ясно, Баженова… — Хах, правда? — Да. Как была лисой, так и осталась. Но вопросов у меня ничуть не убавилось. — Приму за комплимент. Но сейчас… Не подходящий момент для разговора. Я буду свободна ночью. Если желаешь, я могу ответить на твои вопросы. Но за определенную цену. — У меня есть для тебя много чего, так что готовься, ночь будет долгой.       На этих словах бровь девушки приподнялась, а улыбка стала чуть хитрее, как и взгляд, потому она отпрянула от дерева и неожиданно сделала шаг ближе к юноше. Северов слегка отклонился назад. Словно по рефлексу. — Интересно прозвучало. Что ж, я буду готова. — Т-ты не перевирай слова! Прекрасно ведь понимаешь о чём я. — Пх, снова уши покраснели. Не научился ты ничему, пока меня не было.        Василий опешил, касаясь кончиков ушей. Они горели так, словно рядом кто-то зажег два костерка и поддерживал у его ушей пару часов. Парень не ощутил смущения, а лишь удивился, что снова испытывает подобное. Два года никто не мог вызвать у него схожей реакции хоть на что-то. И это при том, что повидал он немало. И смотря на Баженову, Северов даже не сразу ответил ей. Её взгляд стал внимательней, после чего неожиданно сменился на довольный. — Что ж, может с ушами у тебя и проблемы, но с реакцией всё стало намного лучше. Молодец. — Говоришь так, будто специально натаскивала меня и провоцировала. — Ммм, это правда. Но на половину. — Почему же только на половину? — Отвечу, если пройдёшь проверку. Как думаешь, справишься? — Что это ты задумала? Но так и быть, посмотрим, что за проверка. — Сейчас увидишь.       Девушка с полуулыбкой стала обходить его, медленно, словно приценивалась. Смотря только в глаза, она иногда позволяла себе приблизиться до критической точки. Это могло смутить, но Северов, наученный тому, как держать голову холодной, не поддавался ни на какие её манипуляции. От чего-то внутри даже заиграл азарт. Сможет ли он выдержать натиск той, что выводила его почти половину его сознательного детства. И вот, девушка встала перед ним и выдохнула, улыбаясь. — Отлично держишься. И правда, теперь в тебе сложно узнать юношу, что головенку красную прятал при первом поцелуе. — Ты… нашла что вспомнить.       Северов выдохнул и расслабился, решив, что проверка окончена. И правда, он продержался, не показав ей и долю той реакции, которую выдавал ещё два года назад. Он заметил как девушка отвлеклась на звук колокола, а после глянула на него и расставила руки. — Ладно, нам пора заканчивать, потому как насчёт объятий? Всё же мы долго не виделись. — Если ты того желаешь, то конечно.       Не сказать, что объятия были чем-то особенным, но он не думал, что девушка предложит что-то подобное и потому он расставил руки в ответ, разрешая обнять себя. Беженова с улыбкой обняла его, и всё было бы хорошо, если бы не одно «НО», благодаря которому Северов понял, что подпустить её к себе в этот момент было его роковой ошибкой. Он ощутил дыхание около шеи, а волна мурашек обдала его тело, завязываясь в узел где-то внизу, когда он почувствовал чужие губы на своей коже. К лицу моментально прилил жар, мысли стали на бешеной скорости проноситься в голове, глаза широко раскрылись от удивления. Девушка прижалась к нему, добралась до чувствительного места и оставила на коже свой след, не подозревая какую реакцию это вызвало у юноши. Стало тесно в собственной одежде.       Не успело пройти и минуты, как всё прекратилось. Девушка расцепила объятия, внимательно смотря на Северова и улыбаясь. Улыбаясь победно, ведь он проиграл. «Похоже, не суждено тебе получить ответ на твой вопрос. Что ж, я приду к тебе в полночь, буду стоять у ворот вашего двора, так что к этому времени будь готов меня пропустить. До встречи!» — после этих слов её фигура вышла из тени деревьев и скрылась из сада. Только спустя минуту юноша и сам облокотился на дерево и сполз на землю. Голову даже опускать не хотелось, а сам он закрыл лицо одной рукой, шепча лишь одно слово, пока в мыслях у него сыпались одни лишь проклятья в сторону одной персоны с лисьим хвостом. «Успокойся».

***

      Луна уже взошла на небосвод и многие давно умостились на печи, да лавки, видя сладкие сны после плодотворной работы днём. Спали практически все. За исключением юноши, что пробрался к калитке своего двора и чуть приоткрыл её, пропуская фигуру в темных одеяниях. Маленький огонёк, зажженный впереди, помогал им не сбиться с дороги и пройти в пристройку, в которой никто бы не смог помешать их разговору.       Скрипнула дверь, приоткрывая вход в пустое, но довольно тёплое помещение, где двое молодых людей обосновались, зажигая свечу. Источник света позволил им разглядеть друг друга. Девушка пришла без церковных одеяний, в обычном сарафане и плаще. Василий же оставался в простой рубахе, словно уже готов был лечь спать. Они присели на какой-то из ящиков, оперевшись на деревянные стены спинами. Тишина не спешила прерываться, но в итоге Вася сделал первый шаг: — И… С чего начнёшь? — Что ж, могу с момента, когда убежала, а там и о путешествии рассказать. — Хорошо, вперёд.       После этих слов Северов стал слушать её, однако взглядом встречался крайне редко. В голове всё всплывали отрывки сегодняшнего дня. Что она вообще с ним сделала, что он не может выкинуть её из головы, как бы ни пытался. Тем не менее, он узнал, что девушке помог бежать их собственный караван, что отбыл от их двора на рассвете аккурат после празднества на опушке. Баженова не использовала искру, чтобы отец не смог отследить её. Она передвигалась исключительно на повозках и своих двоих, расставшись с караваном на середине пути. Зарабатывала она игрой на балалайке, да умело пользовалась добротой проезжих. Не безвозмездно, конечно же. Помогала каждому, кто был с ней добр. Но были и те, кто не проявлял особого добродушия. На этом моменте Северов от чего-то стал внимательней. Девушка рассказывала как несколько раз приходилось отбиваться от разбойников, а иногда приходилось спать прямо на сырой земле, надеясь, что тебя не услышат. Но Ксюша говорила об этом с улыбкой и с таким огнем, словно мечтала пережить подобное. Для боярской знатной дочки это было очень нехарактерно. — Не думал, что ты можешь такое пережить… — Недооценивал меня, всё с тобой ясно. — А вот мне не ясно как ты всё-таки в церкви оказалась. — После стычки с довольно… крупной оравой разбойников меня нашла одна из служительниц. Выходила, разрешила остаться в церкви и я стала там работать. Место не дурное, а главное, что очень выгодное. Вот ты знал сколько горожан ныне приходят? А я тебе скажу, что толпами идут. Боятся бунта, аль налёта вражеского. Поговаривают, что неспроста царь всех колдунов собрал у себя. — Планы царя мне не известны… Но погоди. Ты сказала, что тебя выходили, неужели ты серьёзно пострадала?       На этом моменте Северов увидел, как девушка впервые отвела взгляд в сторону. Значит это так. Непроизвольно сжались кулаки. Что же они сделали…? Было страшно даже предполагать. — Ничего такого страшного, о чём ты мог подумать. Просто билась я с ними долго и ранили они меня слегка… Но сейчас я в порядке. — Куда ранили? Ты точно сейчас здорова или снова применяешь свои лисьи уловки, чтобы я не задавал вопросов? — Пхах, мне очень льстит, что ты так волнуешься, Северов. — Да, я волнуюсь. И потому не убегай от ответа.       Внезапно разговор приобрел серьёзные нотки. Баженова довольно удивленно посмотрела на юношу, что наконец спокойно глядел ей в глаза. Теперь он не станет избегать этого. — Ого… Да ты сегодня удивляешь и удивляешь! Я уже почти поверила. — Баженова… Нет, Ксюш. Пожалуйста, скажи мне.       Видно было, что девушка стушевалась при таком обращении, а её шутливый настрой исчез вместе с поворотом головы к полу. Возможно впервые он видит, что она в раздумьях перед ним. А ведь всегда была такой уверенной и дерзкой, идущей словно на несколько шагов вперед. Северов дал ей несколько секунд на раздумья, но после аккуратно коснулся её щеки рукой и повернул лицо к себе. Не думал он, что когда-нибудь ему не захочется избегать этих глаз. Меньше, чем через минуту, Баженова сдалась. — Расскажу… Всё же я всё ещё слаба перед твоим взором. — Слаба…?       Вот так новости. Это она и была всё это время слаба перед ним? А как она выглядит в более сильном состоянии? Вася не выразил лицом яркого удивления, но похоже до него стал доходить смысл её слов. Значит, все эти подколы и действия были из-за того, что он ей так нравился? Было трудно поверить в подобное. Настолько, что он чуть не пропустил момент, когда девушка начала говорить. — Во время битвы я израсходовала слишком много сил. Признаться, никогда не ощущала настолько сильного истощения. Потому я не сразу заметила, как уцелевший верзила замахнулся дубинкой. Я попыталась увернуться, но он ударил меня в живот с такой силой, что я отлетела на пару метров. Тогда-то он и нанес мне рану. — Судя по твоей реакции, это не просто ушиб. — Ты весьма наблюдателен. Я… не хочу говорить об этом так подробно. Не надобно тебе выслушивать это. Но когда в церкви меня лечили, то сказали… что будет чудом, если я… я… — Что? — Если я смогу родить хотя бы двух детей.       Эти слова звучали так тихо, словно вам мир не должен был слышать подобное. Северов замер, а девушка от стыда прикрыла лицо руками и опустила голову. Василий прекрасно понимал что это может значить для неё. Для её рода. Ведь она единственная наследница. Её секрет дорогого стоил и сейчас она доверилась ему. Он никогда не думал её предавать, но теперь просто не посмеет сделать что-то подобное и рассказать эту правду кому-то другому.       Фигуру девушки обвили двумя руками и прижали к себе. Он гладил Ксюшу по спинке, позволив уткнуться в своё плечо и немного успокоиться. Она не плакала, но эмоции, что вышли при раскрытии тайны, всё же бушевали внутри, и нужно было что-то делать с ними. Даже так, он не перестал видеть в ней прекрасную девушку.       Юноша ощутил, что его тоже обняли. Крепко, не желая отпускать. Баженова постепенно расслабилась и подняла голову, не спеша отстраняться. — Вась… — М? — Спасибо.       В этой короткой благодарности он слышал многое. Спасибо, что поддержал. Спасибо, что выслушал. Спасибо, что сохранишь это в тайне. Кажется, она не допускала, что он может вынести эту информацию в свет. Было приятно, что эта расчетливая лисица видит в нём того, кому можно доверять. Северов кивнул, немного отстраняясь, но не выпуская её из своих рук. Она была столь близко, что внутри загорелся настырный огонёк, а внутри стало разливаться приятное тепло. Хочется её поцеловать.       Василий поддается этому порыву и аккуратно накрывает губы давней подруги. Он и не знал, что соскучился по ним, столь мягким и приятным. Ксюша ответила сразу же. Её руки аккуратно поползли вверх по его спине, чуть сжимая ткань рубахи. Северов углубляет поцелуй, чувствуя как появляется знакомое ощущение, заставляющее его начать блуждать по её телу руками, очерчивая его контуры через одежду. Стали слышаться вздохи девушки.        Они прервали слияние губ, чтобы посмотреть друг на друга вновь. Заходить дальше было большим риском. Сейчас в их головах происходила воистину великая борьба сердца и разума. И нужно было совсем немного, чтобы сломать одного из оппонентов к чертям. И похоже, что девушка стала первой давать слабину. Её ручка аккуратно поднялась и легла на чужую щёку, погладив её большим пальцем. Юноша всё чувствовал. Он был ей дорог. — Я боюсь, что не смогу остановиться, если ты позволишь мне пойти дальше. — Забавно. Ведь я боюсь того же…       Прошептала девушка прямо ему в губы перед тем, как дать зеленый свет.