4 глава

Когда всё уладили, Нира посмотрела на Ксэйдана, а он в ответ коротко кивнул и вышел вперёд. — Теперь вы все кадеты! — голос Ксэйдана разнёсся над двором — громче и дальше, чем у любого из других командиров, будто сам воздух ему подчинялся. — Посмотрите на свой отряд. Это единственные люди, которые гарантированно не убьют вас — по правилам Кодекса. Но это не значит, что все остальные не попытаются. Хотите дракона? Заработайте его! Да, он умел говорить речи — явно взял этот дар от отца. Хотя я и сама неплохо умела подбирать слова, но с этим он справлялся куда лучше. — И я уверен, что сейчас вы чувствуете себя очень крутыми, не так ли, первогодки? — продолжил он, и в его голосе скользнула насмешливая нотка, будто он уже видел, как эта уверенность рассыплется в прах. Очередные аплодисменты прорезали мой слух, но я не хлопала. Я знала: он не говорит просто так, каждое слово — крюк, который должен зацепить, встряхнуть, сломать ложное чувство безопасности. — После парапета вы чувствуете себя непобедимыми? — прокричал Ксэйдан. — Вы думаете, что вы неприкасаемые! Вы на пути к тому, чтобы стать элитой! Избранниками! Избранными! С каждым его словом крики и аплодисменты становились громче, и тут я поняла: эти хлопки явно не принадлежат людям. И тогда я увидела их — восемь драконов разных цветов, стремительно падающих с неба. Они рассекали воздух, словно лезвия, и тень от их крыльев накрыла двор, стирая солнечный свет. Больше всего моё внимание приковал тёмно‑синий дракон с хвостом, похожим на кинжал: он выделялся среди остальных, слишком величественный и могущественный. Все драконы опустились на насест, и от удара их лап посыпались валуны. Кадеты закричали, а я почувствовала горячее дыхание драконов — тяжёлое, пахнущее дымом. Я никогда их не боялась, даже не знала почему. Просто знала, что страх здесь — роскошь, которую нельзя себе позволить. Вдруг из строя Третьего крыла с громким криком выбежал курсант и бросился к каменной башне позади нас. Мы все обернулись, глядя, как он несётся к огромной арочной двери в центре стены. Отсюда я с трудом разбирала слова, но видела всё слишком ясно. Красное чудовище слева открыло свою огромную пасть, обнажив зубы размером с человека. Эта пасть при желании могла бы раздавить меня, как виноградину. Огонь плеснул вдоль драконьего языка, а затем вырвался в сторону бегущего струёй жуткого пламени. На месте курсанта остался только пепел. В ту же секунду я почувствовала на себе взгляд — тяжёлый, внимательный, проникающий под кожу. Посмотрев в ту сторону, я вдруг поняла: на меня смотрит синий дракон. Но не с желанием сожрать, а так, будто изучает. И меня уже не волновало, что кого‑то только что сожгли. Я пыталась понять этот взгляд, поймать в нём хоть намёк на смысл. Но потом дракон перевёл глаза на Серебрянку — и взгляд изменился. Теперь в нём сквозило нечто иное: хищное, цепкое, словно хищник оценивал добычу. Ви расправила плечи и подняла голову — гордо, без дрожи. И мы с драконом одновременно, каждый по‑своему, одобрили её поведение. — Кто‑нибудь ещё желает передумать? — рявкнул Ксэйдан, оглядывая оставшихся курсантов тем же пронзительным взглядом, что и тёмно‑синий дракон за его спиной. — Нет? Отлично. Примерно половина из вас будет мертва к следующему лету. В строю воцарилась тишина — тяжёлая, звенящая. Лишь слева от меня раздалось несколько несвоевременных всхлипов, и эти тихие звуки прозвучали громче любых криков. — Треть из вас умрёт ещё через год, и то же самое — в последний год. Здесь никого не волнует, кто твои мама или папа. Даже второй сын короля Таури погиб во время Молотьбы. А теперь скажите мне: чувствуете ли вы себя непобедимыми сейчас, когда попали в квадрант всадников? Неприкасаемыми? Элитой? Когда я говорила себе, что тут точно есть подвох, я именно это и имела в виду. Вдруг на нас всех одновременно дохнули драконы — горячий, густой воздух ударил в лицо, заставляя сделать непроизвольный шаг назад. — Для них вы не неприкасаемые и не особенные, — Ксэйдан указал в сторону морского дракона и слегка наклонился вперёд, словно раскрывая нам самый страшный секрет, пока мы застыли, не в силах отвести взгляд. — Для них вы просто добыча.