Часть 1. Зловещие воды

Перси не был к этому готов — что было справедливо, так как он отказывался ожидать чего-либо, кроме монстров, веселого времяпрепровождения в лагере и, вероятней всего, пророчества, готового поймать его именно в тот момент, когда он решит расслабиться. В любом случае, Перси никак не ожидал, того, что произошло, а это значит, что все было ужасно, страшно не так. Но, серьезно, как, Аида ради, он потерял контроль над проклятым морем?!

***

Ладно, немного предыстории. На самом деле день начинался довольно хорошо (что должно было стать для Перси первым признаком того, что что-то пойдет не так, но он не самый сообразительный, эта роль априори принадлежит Аннабет). Он впервые за долгое время проснулся отдохнувшим: наконец-то, ночные кошмары решили дать ему и Аннабет небольшую передышку; да и первое, что он увидел, открыв глаза, было сонное выражение лица Аннабет, что, в принципе, заранее сделало его день прекрасным. Завтрак тоже прошел хорошо, а после него он и Джейсон устроили показательное соревнование на недавно отремонтированной полосе препятствий, чтобы немного скоротать время. В основном это сделано для новичков, которые, насколько Перси мог судить, были довольно подавлены, — поэтому они мудро решили, что данная демонстрация будет хорошим способом взбодрить новеньких и вытянуть их из скорлупы, в которой те замкнулись. По окончании представления Джейсон победил благодаря своим ветровым способностям. Перси не был возмущен проигрышем — в любом случае, окажись они в воде, победа была бы за ним. А самым приятным было то, что он тренировал новых ребят. Обычно это было прерогативой домика Ареса, но, по-видимому, Кларисса порекомендовала его на эту должность, когда уехала в колледж. Он собирался подразнить ее, но, честно говоря, был тронут тем, что она вообще о нем подумала. В любом случае, он отвечал за детей (да, он понимал, что был на два-три-пять лет старше большинства из них, но в его глазах они всегда будут детьми), и он был очень доволен их прогрессом. Аарон и Мэйя (Афина и Гермес, соответственно) демонстрировали довольно хорошие успехи в самообороне: Аарон пошел по стопам Аннабет и выбрал в качестве оружия кинжал, а Мэйя решила последовать примеру Перси и взяла меч. С Кевином, сыном Гебы, было немного сложнее, потому что он уже успел попробовать меч, кинжал, лук и еще пару других видов оружия, и так и не нашел свое, но у Перси было хорошее предчувствие насчет этого парня. Он скоро освоится, а пока Перси, по крайней мере, научит его основам. Джеки-Линн была самой старшей в компании и пришла к Перси в основном подготовленной. Она как и Кларисса, использовала копье, и, очевидно, была удивительно жестокой для дочери Деметры, но ею двигали правильные мотивы, поэтому все в порядке. Большинство остальных были с другими старшими участниками лагеря или тренировались со своими домиками, на что Перси не жаловался. Как бы там ни было, суть в том, что до этого момента день проходил достаточно хорошо. А потом все рухнуло в Тартар. Кому как не Перси это знать, ведь он там бывал. — Перси? — позвала Аннабет. — Нам нужно поговорить. Популярная литература подсказывала Перси, что это не был хороший знак. Его опыт общения с Аннабет подсказывал, что это не было расставанием (слава богам, потому что он не был готов к последующему разрыву). Но, к сожалению, даже все вышеприведенное не означало, что это было что-то хорошее. И той ночью, лежа в своей постели один, впервые с тех пор, как они вернулись из квеста, Перси не мог уснуть, не мог найти в себе сил что-либо сделать, кроме как смотреть в потолок и бормотать о том, что Аннабет хочет, чтобы они научились справляться друг без друга. Что, справедливо, было важно. Но его сердце билось с избыточной энергией, пальцы дергались каждые две секунды, а ветер, проносящийся через его каюту, щипал глаза, щеки, кожу. Отлично, подумал он. Одиночество — это весело. Домик не принес ответа. Перси даже не мог протянуть руку, чтобы найти утешение в Аннабет, потому что ее здесь не было. Перси вздохнул и заставил себя закрыть глаза. Подумай о море. Пытаясь расслабиться, он прислушался к слабому шуму волн, накатывающихся на пляж, к ударам моря о песок и успокаивающему шуму воды, омывающей берег. Он слышал шарканье нескольких пар ног — некоторые из детей, вероятно, тайком выбирались ночью; они еще научатся быть более деликатными — и шипение кожи от холодной воды. Он слышал, как крабы бегают по хрупкой поверхности, где вода встречается с пляжем. Он слышал… Он вскочил. — Перси! Раскрыв глаза, с сердцем, бешено колотящимся в груди, Перси потратил одну драгоценную секунду, чтобы сориентироваться. Кто…? Затем, отбросив этот вопрос, он натянул на ноги пару брошенных сандалий, надел футболку лагеря полукровок, лежавшую рядом с кроватью, и побежал. Кто, черт возьми, собирался тонуть в этом чертовом море?! И почему, во имя Аида, гарпии не поймали этого идиота?! Он распахнул дверь и бросился к морю, оглянувшись через плечо и громко позвал на помощь ближайший домик — Зевса. Конечно, сегодня ночью там был только Джейсон, но он мог разбудить кого-нибудь еще, пока Перси пытался спасти тонущего идиота. До пляжа было совсем недалеко, но эти мгновения казались бесконечно долгими. Крик его имени эхом раздался в голове Перси, болезненно знакомый, болезненно отчаянный, и его разум затуманился. Единственная мысль, которая не покидала Перси: он должен помочь. Сердце Перси сжалось. Пожалуйста, пусть, кто бы там ни был, они будут в безопасности. Он вошел в воду, игнорируя странное предчувствие (почему море было враждебным? Это было море, а он был сыном морского бога) и поддался, все ближе и ближе. — Помоги мне, Перси… Что-то начало тянуть его — сильнее, чем любая сила, которую он когда-либо испытывал, сильнее даже самой гравитации. Перси легко поддался, не боясь бурлящих вод перед своими глазами. — Перси! — прокричал Джейсон с берега, но его голос затихал, казался почти беззвучным. Вместо этого звуки моря наполнили его уши, вода поглотила его и ему показалось, что кто-то — что-то — улыбнулось. Мир растворился в золотистом свете, который целиком поглотил его под неумолимым напором моря.

***

Крик Джейсона затих, прежде чем Перси был поглощен, но это только усилило его шок. Что-то внутри него — инстинкт самосохранения, которым обладали все дети Большой Тройки, столкнувшись с могуществом других богов, — усилился вдвое по сравнению с обычным, а море, такое спокойное и плещущееся о берег, казалось, шипело на него, как кипящая кислота, в которую он не хотел ступать. Рядом с ним и позади него слышалось шарканье ног и движение полубогов, откликнувшихся на его призыв, и хотя не было ни рук, ни битвы, ни тех, кто нуждался в помощи, все затаили дыхание: они видели, как Перси ушел под воду. И все же они ждали, затаив дыхание и растерянно поглядывая друг на друга; никто из них не двигался вперед, к шипящему, сверкающему морю, даже когда они пробегали взглядом по поверхности, ища рябь, чтобы Перси, черт возьми, Джексон подпрыгнул, выплыл и вернулся обратно. …обычно Джейсон сказал бы им вернуться в свои кровати. Он бы посмеялся над этим, а потом попросил Аннабет показать Перси хороший прием дзюдо, когда тот вернется. В конце концов, Перси был одним из самых сильных полубогов, которых он когда-либо знал (хотя он, конечно, не признался бы ему в этом), и Перси может позаботиться о себе, особенно в воде. Но море… море кричало. Море не было спокойным: море шипело, море кипело, море было… море было… Море бунтовало, и Перси был в самом центре этого. Джейсон отступил, резко вдохнув. Первая линия полубогов сделала то же самое, испытывая, хотя и в меньшей степени, то же самое чертовски ужасное чувство. А затем… а затем появилось яркое сияние, золотая вспышка на дне моря; сияние бога, показывающего свою истинную сущность, но настолько инородное, настолько не <I>такое</I>, что Джейсон не мог этого объяснить. — Что за…? — спросил кто-то позади него. Море зашумело, заплескалось и так же внезапно, как и разразилось, замолчало, успокоенное чем-то, чего Джейсон просто не мог понять. И все же Перси нигде не было видно. — Что случилось? — спросил серьезный голос, вырвав Джейсона из оцепенения. — Х-хирон, — заикаясь, пробормотал он, дрожащим голосом и глазами полными страха. Рядом с кентавром появилась Аннабет, одетая в халат поверх пижамы, с бдительным взглядом, несмотря на поздний час. — …Джейсон? Что случилось? — она прищурила глаза и начала оглядываться. Потому что… Джейсон сглотнул, а затем выпрямился, как претор, которым он когда-то был. — Это Перси. Он пропал. Аннабет резко выдохнула. — Что?