Черные лилии Лилит

По следам твоих слёз

Вырастут чёрные лилии

Именно этот букет угомонит тебя

По следам твоих слёз

Ты слышишь меня, Лилит?

      Гончая поскуливала, пока Макаров в очередной раз втрахивал её в матрас. Мужчина входил без подготовки и явно без нужного согласия от девушки. Да и не нужно оно было, когда он взбешенный очередной попыткой побега Тени, врывался в комнату и грубо толкал либо в матрас, либо в стену. А сейчас по внутренней стороне девичьего бедра стекала кровь из-за разрывов.       — Милая, ты же не против использовать твою кровь как смазку? А то до жути сухая. — Макаров наклонился, войдя еще глубже, заставив Адель выгнуться и захрипеть. Он вытащил какую-то бумажку и поводил ей перед лицом девушки.       —Вот, представляй что это он. Обожаемый Грейвс. Что он всё еще любит тебя. такую дуру, такую глупую…ничтожную. — И девушка выла, видя уже изрядно потрепанную фотографию Грейвса из его личного дела.       Мрак дрожала смотря на клочок бумаги. Сжалась в комок, отведя взгляд, и глупо мычала от нахлынувшей истерики. В голове роем проносились воспоминания её жизни в Тенях под покровительством Грейвса. Филлип создал для неё уютное гнездышко в Тенях, позволяя привыкнуть к обстановке и команде. Он ласкал ее по вечерам, сидя в своём кабинете на диване, нежно шепча, что она хорошо справилась на миссии или обычной тренировке. Она как кошка ластилась в его объятиях, а мужчина улыбался.       Даже выделив особенный позывной "Мрак" для неё, Грейвс показал, что он всё также дорожит ей. За их многолетнее знакомство Командир Теней всё больше привязывался к девушке, а та отвечала взаимностью.       Но сейчас Гончую лишь грубо впечатывали в кровать. Макаров со всей силы дёрнул девушку за волосы, и заставляя смотреть на себя. Мужчина наклонился, укусив девичье плечо.       Адель совсем не помнила как он остановился, привел себя в порядок и позже её, накинув свою старую рубашку.

      И так каждый раз.

      Гончая воет в голове, а Мрак слаба для сопротивления. Кажется, что ей не поможет ничего, кроме простого прогиба под условия Макарова.       Макаров больно кусал. Кусал до криков, которые ласкали его слух и эго. Постоянно разговаривал с ней, что Мрак будет хорошо с ним. Застегивал нематериальный ошейник на шее Гончей, а она уже не против… Хотя против только та маленькая Адель, которую оставили одну, даже не спросив. Она мечтала умереть, чтобы он больше не трогал её, не смотрел, не думал о ней. Как же быстро разочаровалась в том, что пошла на военную службу и в том, что не умерла тогда под плитой здания.       Те дни были адом для неё. Каждая попытка побега — и её находит Нолан, избивает, и тащит по земле обратно в дом, кидает как мешок перед Макаровым.       Адель молилась всему, чтобы Андрей оставался. Но, словно непростительно согрешив — она была немой для богов. Солдат уходил, громко хлопнув дверью, оставляя Мрак наедине с ним — Сущим злом этого мира.       Владимир сидел в кресле не двигаясь, холодно смотря на неё. Ему не нужно было ничего говорить, Адель сама забивалась в угол от паники. Она не слышала глухие шаги в её сторону, не успокаивалась когда широкая ладонь касалась её волос, сжимала и оттягивала наверх. Террорист смотрел на неё, безэмоциональный взгляд проникал под кожу иголками. Девушка замирала, и только тогда Владимир наклонялся к ней.       — Сегодня твой лучший результат в побеге. Рекорд. Поздравляю.       Адель уже не дрожала, лишь в шоковом состоянии смотрела на Владимира. Мужчина обхватил её руками, поднял и усадил на диван, как безвольную куклу. Она поджала ноги под себя и спрятала голову за руками, готовая к ударам.       Террорист лишь ухмыльнулся и покачал головой. Сегодня не кнут, а пряник…маленькая его часть.       — Я не настолько безумный.       — Я бы поспорила. — тихо прошептала Гончая, посмотрев в лицо Смерти. Владимир наклонил голову и поднял бровь, опешивший от такого ответа.       — Ты Борзая, а не просто Гончая. Слишком борзая, слишком ахуевшая. Ты пленница здесь, и твои попытки побега бессмысленны.       Наёмница хмыкнула, и отвернулась, рассматривая кабинет Командира «Конни». Темные шторы закрывали окна, огромные шкафы и стеллажи были по всему периметру. Дубовый стол по середине и кожанное кресло владельца лишь добавляли мрачности и душности этому месту. Горящий экран монитора тускло освещал помещение.       Макаров проследил за её взглядом, а затем расслабленно выдохнул и сел рядом. Тяжелая рука оказалась на плече Гончей, а она вздрогнула, но не стала противиться. Владимир притянул девушку к себе и закрыл глаза, уткнувшись носом в её волосы и позволив себе немного раскрепощенности.       Ему было так спокойно с Тенью. Она сидела подле него, больше не спрашивая глупых вопросов, и практически не дышав.       Владимир получал удовольствие мучая Адель, а она позволяла ему сходить с ума и тонуть в ней, быть безумным животным, что сжирает свою добычу.

Гончая начинает рычать, оскалившись на руку которая вскормила её.