Не для него

      Он стоял в тесной душевой и вполголоса проклинал Волдеморта, Нагайну, Дамблдора и Грейнджер. Первых трёх за его расшатанные нервы, последнюю — за то, что раз за разом проверяет его выдержку. И если раньше ему приходилось сдерживаться, чтобы не придушить её голыми руками, то теперь он всерьез боялся не сдержаться и вульгарно отыметь её десятком разных способов прямо на столе в лаборатории. И ладно бы это было из-за долгого воздержания, в Азкабане с женщинами не особо удобно встречаться. Но нет, его не привлекает ни Эмилия, по всем параметрам более женственная и легкомысленная, ни Марта из бухгалтерии, которая уже второй месяц строит ему глазки, ни другие женщины, с которыми ему приходится иметь дело. Нет, его член радостно приветствует исключительно одну невыносимую и вечно лохматую гриффиндорку. Шумную, научившуюся ругаться матом, пить виски и курить, как паровоз, с горящими глазами цвета жженой карамели, с заразительной улыбкой на пухлых губах, невероятно отзывчивую, умную, нежную…        Снейп снова выругался, глядя сверху вниз, как его член реагирует на мысли о Грейнджер. Он столько не мастурбировал даже будучи подростком с гуляющими в крови гормонами. Но если не сбросить напряжение сейчас, то до вечера он не протянет, особенно если она снова потащит его обедать и будет мило щебетать о найденном в доме какого-нибудь полоумного волшебника свитке с заклинанием, с которым им непременно нужно разобраться. И они проведут полночи за исследованием, которое их обязательно увлечёт, и они будут спорить, чертить какие-то формулы, толкаясь бедрами возле доски и отбирая друг у друга маркер, обязательно соприкасаясь пальцами. А потом он сморозит какую-нибудь глупость, над которой она будет до слез хохотать, вцепившись в его руку и уткнувшись лбом в плечо. И ее грудь будет соблазнительно колыхался в вырезе майки… Да что же это такое!        Ему нельзя об этом даже думать. Во-первых, мисс Грейнджер птица не его полета, во-вторых, она его опекун и им нельзя вступать в отношения ближе дружеских, в-третьих, она его ученица. Бывшая. Но все же, ещё и младше него почти в два раза. А ещё ему все равно ничего с ней не светит, и потом будет только хуже. С другой стороны можно наоборот пойти на поводу у своих желаний и вернуться в Азкабан. И подставить её. Северус уткнулся лбом в холодный кафель и зашипел сквозь сжатые зубы. Вечно его интерес к женщине причиняет им одни беды. Одну убили, вторую могут посадить. Одна надежда, что сидеть будут в соседних камерах.

***

      Он стремительно шел по пока ещё пустым коридорам аврората, надеясь, что кафетерий в фойе уже открылся. Из-за стойки, с логотипом улыбающегося волшебника в остроконечной шляпе и развевающейся длинной бородой ему улыбнулась Кристина.       — Вам как всегда, мистер Снейп?       Он кивнул в ответ, поглядывая на округлую попку, обтянутую маггловскими узкими до неприличия джинсами и не чувствовал ничего. Ну вот почему его не потянуло к этой девушке? Она красива и обаятельна, готовит отличный кофе… И не Гермиона. И не волшебница даже, и не сможет в случае чего за себя постоять.       — Ваш кофе, сэр. — выдернул его из раздумий звонкий голосок. — А вы не могли бы передать это мисс Грейнджер? Она заказала, но её отвлекли и она спешно убежала.       На стойку рядом с его стаканом опустился второй.       — Он уже остыл, наверное, но вы же умеете как-то магией подогревать?       Мимо него прошел молодой парень с большим пакетом на плече.       — Крис, принимай! — он зашёл за стойку, свободной рукой обнял девушку за талию и привычно чмокнул ее в губы. — свежеобжаренные, только что из Колумбии. Специально для моей феи.       Северус почувствовал что-то похожее на зависть, но от этого его отвлёк умопомрачительный аромат кофейных зёрен. Кристина аккуратно пересыпала темные шарики в банку, распространяя запах на все фойе. В голове Снейпа что-то щёлкнуло. Он схватил салфетку и набросал короткую записку.       Можешь отсыпать мне горсть на нужды лаборатории?       В отдел он вернулся с картонным стаканчиком, полным свежеобжаренных зерен, прямиком из Колумбии. Домовик, закреплённый за отделом, принес ему медную джезву невообразимых размеров и кофейный сервиз. Волшебник про себя усмехнулся и взмахом палочки призвал из шкафа горелку. В конце концов, неужели опытный зельевар не справится с обычным кофе?       За его спиной хлопнула дверь и послышались знакомые шаги. Грейнджер пролетела через кабинет, на ходу что-то бормоча про думающих исключительно членом авроров. Она остановилась перед дверью своей каморки и уткнулась в неё лбом.       — Снейп, если ты принесешь и мне кофе, я тебя, наверное, расцелую. А за зелье от головы дам дополнительный выходной. — ему показалось, что она сейчас говорит сама с собой, плохо понимая, что вокруг происходит.       За волшебницей закрылась дверь «личного кабинета».       — Заеба-а-али! — раздался её яростный крик, и в стену прилетело что-то тяжёлое.       Северус задумчиво посмотрел на чашку кофе в своих руках, на дверь, за которой бесновалась волшебница, и, вздохнув, пошел искать обезболивающее зелье.       Гермиона практически лежала, откинувшись в маггловском крутящемся кресле и положив на подоконник ноги. От двери было видно только её буйную шевелюру, лежащий на глазах локоть и изящные голени. Она поднесла к губам сигарету, глубоко затянулась и выпустила в потолок струйку дыма. Рука снова безвольно упала. Он тихо опустил на стол блюдце со стоящей на нем чашечкой кофе и пару флаконов с зельями. Грейнджер обернулась на звук и встретилась с ним взглядом. Сейчас она больше была похожа на недавнего обитателя Азкабана, чем сам Снейп. Бледная, под воспалёнными красными глазами глубокие тени, потрескавшиеся губы на автомате сжимаются вокруг сигареты. Она несколько секунд смотрела на него с какой-то отчаянной надеждой, потом, будто тумблер переключился, взгляд стал пустым, а уголок губ дернулся в нервной усмешке.       — Спасибо. Извини, целовать буду в другой раз.       — Бурная ночка выдалась? — сам не понимая, зачем, спросил Северус. — Выглядишь не очень.       — А ты умеешь делать женщинам комплименты. — огрызнулась она в ответ.       — Предпочитаю быть честным.       — В этом секрет твоего мудацкого обаяния. — она попробовала кофе и блаженно закрыла глаза. — Это лучший кофе, сваренный в стенах аврората. — она помрачнела. — К слову об обаятельных мудаках — Флипп, новый глава оперативного отдела, имеет зуб на Пожирателей и недолюбливает меня. Так что будь осторожен.       Снейп усмехнулся по себя: маленькая гриффиндорка его защищает.       — И чем же вы досадили мистеру Флиппу? Уговорили его домовика потребовать зарплату и выходные?       — Я ему не дала. Он обиделся. — Гермиона потянулась за ещё одной сигаретой. — Кстати, я обещала тебе выходной. На этой неделе вы все мне нужны здесь, а вот на следующей можешь выбрать любой день.       — Сперва рассчитайтесь за кофе, мисс Грейнджер.       Не дожидаясь ответа он вышел из кабинета. Почему-то ему очень не нравилось, что какой-то там мистер Флипп подкатывал к Гермионе. Захотелось совершенно случайно продлить ему в чай что-нибудь вызывающие появление прыщей, например. Мысли о том, какое зелье для этого подойдёт на время помогли ему отвлечься от воспоминаний об изящных лодыжках и грустных глазах Грейнджер.       Ночью, уже лежа в постели, он в который раз размышлял о том, как рано пришлось повзрослеть этому поколению волшебников. Сколько ей сейчас, двадцать три? В её возрасте нужно бегать на свидания и гулять с друзьями. Вместо этого она сражалась с его змеемордым темнейшиством и последствиями его магии. Это сделало из любопытной девочки сильную женщину. А заодно искалечило её, уж этот отчаянный взгляд он хорошо изучил в зеркале. Этой девочке сильно досталось, неуместная любовь старого Пожирателя ей будет только мешать.       Снейп постарался отогнать подальше воспоминание о длинных изящных ногах, упирающихся в подоконник. Эта женщина точно сведет его с ума.