Ревность

      Ветеран первой магической войны и герой второй магической войны, кавалер ордена Мерлина первой степени Северус Тобиас Снейп сегодня был освобождён решением Визенгамота. Он стал первым осужденным, амнистированным по нашумевшему закону «об искуплении» и сократил свой срок почти в два раза, с двенадцати лет до восьми, три из которых отбывал наказание в Азкабане, и оставшиеся пять служил на благо общества в исследовательском отделе аврората под опекой мисс Гермионы Грейнджер, тоже героини второй магической войны.       Мистер Снейп покинул здание министерства сразу же по окончании слушания, от разговора с репортёрами он отказался. Однако в приватном разговоре он упомянул некую ведьму, которая долго ждала, пока он очистит свое имя. Сейчас местонахождение бывшего Пожирателя смерти неизвестно.       Гермиона смяла газету и швырнула в самоочищающуюся урну. После того заседания прошло уже две недели, но она до сих пор могла едва ли не дословно воспроизвести весь процесс.

***

      Он стоял, гордо расправив плечи перед полным составом Визенгамота и отвечал на сотни вопросов. Потом допрашивали Гермиону, сотрудников отдела, Гарри, снова Гермиону, потом опять Снейпа.       — Мисс Грейнджер, какие отношения сложились у вас с заключённым 16754? — спросил Верховный чародей.       — Теплые деловые. — она покосилась на любовника. — Насколько это вообще было возможно.       — В распоряжении Визенгамота есть показания, что заключённый 16754 оказывал вам явно не дружеские знаки внимания. Он приносил вам напитки и еду, вы регулярно обедали вместе, так же есть свидетельства, что осуждённый не раз проводил ночь в вашем доме. Это не похоже на деловые отношения.       — Мистер Снейп никогда не позволял себе ничего, выходящего за рамки поведения джентльмена. В нашем отделе принято заботиться друг о друге и принести коллеге кофе и перекус, если коллега занят и не может уйти на обед. Так же в мои обязанности, как опекуна, входила социализация подопечного, поэтому мы с мистером Снейпом проводили достаточно времени вместе вне работы. В том числе и у меня дома, где ещё можно отработать навык социального взаимодействия в неформальной обстановке? Мы не состояли и не состоим в родственных или романтических отношениях, я уже подтверждала это при оформлении опеки…       После долгого обсуждения Визенгамот согласился, что Гермиона беспристрастна в своих суждениях в отношении подопечного. Потом долго обсуждали работу самого Северуса и соответствие его результатов сокращению срока. Заседание закончилось ближе к вечеру. Выслушав Верховного чародея, который объявил его свободным без каких-либо ограничений, Северус развернулся на пятках и стремительно покинул зал суда. Гермиона почти догнала его в атриуме.       Освобожденного бывшего Пожирателя со всех сторон обступали репортёры, не позволяя приблизиться. Слепили вспышки колдокамер, отовсюду сыпались вопросы. Северус шел сквозь толпу, расступающуюся перед ним, ни на кого не обращая внимания, пока за его спиной не закрылись стеклянные двери министерства.

***

      Под потолком стелился сизый сигаретный дым. Гермиона сидела в кресле, по привычке закинув ноги на стол. Так ей легче думалось. О Снейпе ничего не было слышно две недели. В день его освобождения она прождала его дома почти до утра, но безрезультатно. А потом узнала, что он уволился одним днём и испарился. Наверное, отправился к той заждавшейся ведьме.       По виску побежала слеза. Они ничего друг другу не обещали. Они никогда не говорили о совместных планах. Они просто время от времени трахались у нее в квартире, и он проводил у неё примерно четыре ночи в неделю. И был невероятно заботлив и внимателен. И сказал, что любит. А после отгородился и как будто забыл о том, что между ними было. К потолку поднялся ещё один клуб дыма. Северус не любил запах сигарет, и Гермиона жалела его обострённое обоняние, используя фильтрующие чары. Но сейчас ей хотелось ему отомстить хотябы так. Даже если это было ребячеством.       Утро встретило её головной болью и тошнотой — обычная реакция на снотворное зелье, без которого она могла пролежать до рассвета, глядя в потолок и бесконечно прокручивая в голове, где и с кем проводит эту ночь Северус. Эти мысли особенно ее нервировали. В конце концов, какое она имела право на ревность? Снейп ей не муж и не парень, они просто любовники, скрывающие свои отношения. Раньше это было оправдано: Снейп мгновенно вернулся бы в Азкабан, если об их интрижке стало бы известно. Но почему он исчез после заседания Визенгамота? Или действительно она была для него развлечением, пока более разборчивая и важная для него женщина ждёт? Но зачем тогда говорить о любви? Она раз за разом прокручивался в голове одни и те же вопросы, но только больше запутывалась. Северус ничего не делал и уж тем более не говорил просто так. И мог бы найти способ с ней связаться за это время.

***

      — Ты слушаешь?       Гермиона вздрогнула и подняла взгляд на Рона. Они ужинали в небольшом ресторанчике в двух кварталах от аврората. Здесь они бывали со Снейпом несколько раз.       — Прости, Рон, я снова задумалась. — она попыталась улыбнуться старому другу, который явно рассчитывал на более близкие отношения. — Была тяжёлая неделя, я, наверное, домой. Рада была повидаться.       Она поспешно собралась и покинула ресторан. У нее действительно была тяжёлая неделя, да и месяц тоже. После исчезновения Снейпа работы прибавилось. Оказалось, он тащил на себе едва ли не половину отдела. А ещё без него она не высыпалась. Появление Рональда на её пороге помогло немного отвлечься, но довольно быстро она поняла, что он ожидает от неё не только дружбу. Когда-то давно, в последний год войны между ними было что-то похожее на отношения, но дело не зашло дальше пары поцелуев. Потом их пути разошлись, и вот он вернулся. Но ей уже нужен другой, который сейчас наверняка счастлив с той ведьмой. Она подставила лицо под весь день моросящий мелкий дождь, подняла повыше воротник пальто и нырнула в переулок, откуда можно было аппарировать домой. Завтра её последний рабочий день перед отпуском, в который её буквально выгоняли всем отделом. Коллег очень беспокоило состояние начальницы, но они списали все на накопившуюся усталость. Никому даже в голову не пришло, что дело в разбитом сердце и жгучей ревности.       — И проследи, чтобы ингредиенты заказали не позже среды! — она отдала последние распоряжения, уже стоя в пальто на пороге отдела. — Подожди, я забыла подготовить…       — Мисс Грейнджер! — миниатюрная Эмилия уперла руки в бока и перегородила дверь. — У вас отпуск, мы со всем справимся. В крайнем случае воспользуемся жетоном. Все будет хорошо.       Гермиона тяжело вздохнула и попрощалась со своей заместительницей. Было непривычно оставлять свои дела на других, но ей пригрозили коллективным байкотом, если она появится в лабораториях раньше, чем через две недели. Идти домой ей не хотелось, там она снова заверенется в его рубашку и будет грустить. Постояв немного на пороге аврората, волшебница медленно побрела вдоль здания, решив немного прогуляться и проветрить голову.       Она шла, разглядывая трещины на асфальте и не заметила, как кто-то заступил ей дорогу. Сперва Гермиона увидела до блеска начищенные мужские туфли. Она подняла взгляд, оценив стильный графитовый костюм, виднеющийся из-под черного пальто, шелковый шарф, небрежно повязанный на шею и едва не утонула в черных глазах.       — Здравствуйте, мисс Грейнджер. — его голос обволакивал и заставлял дрожать колени. — Я ждал вас.       — Вот так сюрприз, мистер Снейп. А вот я вас не ждала. А теперь прошу меня извинить, работа сама себя не сделает!       Волшебница развернулась, собираясь скрыться в здании аврората, куда ему уже не попасть, но сильные руки не дали ей сделать и шага. Северус слегка сжал её плечи, удерживая на месте. При желании она легко могла бы освободиться, вот только ей наоборот хотелось развернуться и прижаться покрепче.       — Позволишь объясниться? — он говорил тихо, заставляя прислушиваться к его голосу.       — У тебя есть минута. — она демонстративно посмотрела на часы на руке. — Время пошло.       — Прости что исчез, нужно было сделать так, чтобы никто не мог даже подумать, что между нами что-то есть.       — А между нами что-то было?       — Для меня было. — от этих слов по позвоночнику пробежала дрожь, а в животе что-то перевернулось. — Но вчерашний заключённый-не лучшая партия для будущего министра магии, я не мог рисковать твоей репутацией и твоим будущим. Прости, что пропал без предупреждения, мне пришлось спешно покинуть страну.       — Зачем?       — Чтобы успеть. Видишь ли, вчерашний заключённый не может рассчитывать на такую девушку, как ты. А вот Мастер зелий с международной лицензией уже достоин того, чтобы начать за тобой ухаживать, как должно. Прием заявок на продление лицензии заканчивался в день слушания, а терять ещё год я не хотел. Пришлось поторопиться. А потом усиленно работать, чтобы подтвердить лицензию.       — Подтвердил?       — А ты сомневалась? — она не видела его лица, но в голосе слышалась усмешка.       Волшебница сама не поняла, когда успела прижаться спиной к его груди. Он осторожно прикоснулся губами к её шее, прекрасно зная, как гарантировано переключить её мысли на нужную тему.       — В газете писали, что тебя там кто-то ждал.       Она старалась, чтобы голос её звучал безразлично, но получалось неубедительно. Наверное, потому что при этом она неосознанно наклоняла голову, подставляя шею под его ласки.       — Мне хочется верить, что она дождалась. Правда вчера я видел её в ресторане с другим мужчиной. Вот только ему она не позволила к себе прикасаться, а я могу её целовать прямо перед авроратом. Это немного успокаивает мою ревность.       — Вы умеете ревновать, сэр?       Она нехотя высвободилась из его объятий и повернулась к нему лицом, скрестив на груди руки, чтобы не тянулись куда не следует.       — Когда женщина, которой я признался в любви, проводит время с другим, мне хочется его проклясть. Наверное, это и есть ревность. Но мне и правда следовало тебя предупредить. Я не привык оглядываться на чьи-то чувства. — он пристально посмотрел ей в глаза, будто пытаясь что-то разглядеть на внутренней стороне её черепа. — Мисс Грейнджер, вы согласитесь сегодня поужинать со мной?       — Даже не знаю. — она задумчиво потерла подбородок. — У меня вдруг появились планы на вечер.       — Тогда, может быть, пиццу и какой-нибудь сериал? — Северус обнял её за талию, притянул ближе и выдохнул ей на ухо, как говорил под чарами немоты. — Я весь месяц думал о тебе. Дашь мне ещё один шанс?       Вместо ответа Гермиона обняла его за шею и поцеловала, ничуть не смущаясь прохожих и сотрудников аврората, которые могли бы видеть их в окна. Сейчас все её внимание было сосредоточено на том, чтобы не начать срывать со Снейпа одежду прямо посреди улицы.       — Гермиона! — раздался возмущенный вопль. — Ты что творишь?!       Волшебница нехотя оторвалась от губ Снейпа и посмотрела через его плечо на приближающегося к ним Рона. Друг детства был явно взбешён, но когда Северус повернулся к нему, не выпуская женщину из объятий, споткнулся и побледнел.       — Здравствуй, Рональд. Странный вопрос, разве не очевидно?       — Я вижу! Но ведь это же Снейп! — он смотрел на Грейнджер, как на сумасшедшую.       Гермиона внимательно посмотрела на любовника.       — Надо же! А я и не заметила. — она покачала головой, прижав ладони к щекам. — теперь понятно, почему поцелуй был с привкусом соргазма. Спасибо, что открыл мне глаза на этот занимательный факт. Теперь я буду знать фамилию любимого мужчины.       Повисло неловкое молчание. Рон ошалело хлопал глазами, открывая и закрывая рот, как рыбка в аквариуме. Северус рефлекторно спрятался за щитами, и только руки крепче прижали Гермиону.       — Но ведь… — Рон едва не плакал. — Мы же с тобой столько лет… Я думал…       Волшебница сжала переносицу пальцами и тяжело вздохнула.       — Рональд Уизли, мы обсудили с тобой этот вопрос много лет назад. Я смогу предложить тебе только свою дружбу, я не хочу тебя, для меня это все равно что трахать брата.       — А трахать преподавателя тебе ничего не мешает?       — Советую вам помолчать, мистер Уизли. — неожиданно мягким тоном вмешался Снейп. — Сейчас вы можете сказать то, о чем будете жалеть всю жизнь… Я знаю, каково это. Хорошего дня.       Он подтолкнул застывшую Гермиону и провел ее до ближайшего укромного переулка, откуда можно безопасно аппарировать. Северус чувствовал себя очень странно. Впервые в жизни он сочувствовал Рону, точно зная, каково это, когда любимая женщина и подруга детства предпочитает того, кого ты ненавидишь всей душой.