Часть 5. О Флора

      Деревня оказалась больше Грязьмута, но была окутана мёрзлым туманом, из-за чего определить её фактические размеры было сложнее, чем можно было бы ожидать. Сосуды не слишком хорошо определяли температуру окружающей среды, но было в этом месте что-то холодное — леденящее, неприветливое, и оно хотело, чтобы они ушли.       Сосуды, однако, пришли сюда не без причины, да и дурных предчувствий было явно недостаточно, чтобы их прогнать. Как и темноты. Они достаточно хорошо видели и могли различить светомушек, освещавших некоторые здания.        — Думаешь, она здесь, эта Холли?       — Может и так. Деревня выглядит запущенной, но она точно больше Грязьмута.       — И не принадлежит Халлоунесту.       — Верно, верно.       — Давай проверим вон этот, — решил Рыцарь и направился к одному из самых крупных зданий. На нём был знак, указывающий, что здесь располагается что-то вроде таверны, так что, наверное, здесь можно было бы разжиться информацией. А ещё оно было хорошо освещено.       Дверь с легкостью открылась, и за ней показались около десятка деревянных столов. Внутри был лишь один посетитель — фигура в капюшоне, закрывающем лицо — смотревший на луну через окно. Сложно было сказать, что это был за жук: плащ с капюшоном был наброшен на бесформенный балахон. За стойкой стоял бармен — комар, натирающий стакан и кивнувший им, когда они вошли.       — Привет, — сказал он. — Могу вам что-нибудь предложить?       Полый подошёл к стойке, вытащил из складок накидки пергамент и начал писать.       Мы ищем девушку по имени Холли. На ней был фиолетовый плащ. Её сестра просила найти её. Вы её не видели?       — Тоже не любитель говорить? — размышлял бармен, ожидая, пока сосуд закончит писать. — Боюсь, что не знаю никого с таким именем. Да и не припоминаю, чтобы видел кого-нибудь в фиолетовом.       Не любитель говорить? Он склонил голову, но бармен не стал вдаваться в подробности.       Она пришла из Грязьмута, который недалеко от Халлоунеста. Вы уверены, что никого похожего не видели? Мы нашли обрывки её плаща, она могла пострадать.       — Грязьмут говоришь? Нехорошо. Если приходят из тех районов… ах. Сам увидишь. Луна не упускает гостей из этих мест. Вы тоже оттуда? Могу сдать вам комнату, но советую уходить скорее ради вашего же блага.       Луна? Он посмотрел в окно, через которое проникал бледный серебристый свет, и написал на пергаменте лишь вопросительный знак.       — Луна обижена солнцем и светом звёзд. Тем, кто прибывают из Халлоунеста, не часто удаётся уйти отсюда. Так уж повелось. Сами увидите, а может и нет. Так нужна комната?       Он кивнул, вытащил кожаный мешочек гео и протянул несколько монет. Комар принял их и лениво передал ключ.       — Советую прикрыться от лунного света. Ищите свою потеряшку днём. Можете с храма неподалёку начать.       Полый кивнул, а Рыцарь в это время взял ключ, посмотрел на нём номер комнаты и повёл брата вверх по лестнице к ней.       Ни один из них не заметил, что фигура в капюшоне, сидевшая у окна, двинулась за ними.

•·················•·················•

      Он остановился в конце коридора, понаблюдая, как два сосуда направились в комнату, а затем бросил праздный взгляд в окно. Из кармана он достал маленькие часы, стрелки на которых показывали лишь одно время — половину третьего ночи. Часы были обёрнуты фиолетовой тканью.       Фигура в капюшоне посмотрела на дверь и вернула часы в карман. Он подошёл к двери, остановился, а затем развернулся, чтобы уйти.       Возможно, сейчас не время.

•·················•·················•

      — Что, по-твоему, он имел в виду под Луной? Какое-то разумное существо?       — Вероятно, нечто похожее на Бледного Короля и Белую Леди, — предположил Полый. — Какое-то местное божество?       — Может и так.       Рыцарь бросил сумку в изножье кровати и подошёл к окну, снабжённому тяжёлыми тканевыми шторами. Он уже собирался их задёрнуть… но остановился. Высоко в небе висела луна, излучавшая яркий свет, разгонявший отчасти туман. Отсюда открывался вид на утёсы. Но не разглядеть было ни одной звезды. На небе был лишь один источник света. И сейчас… что-то явно было не так.       Цвет был неправильным. Не серебристый, как в Халлоунесте. Оранжевый и фиолетовый, и красный он будто бы… приближался?       Каким-то образом.       Рыцарь задёрнул шторы и отступил назад. Как только вся эта картина пропала из его поля зрения, у него словно камень с души упал. Будто бы за ним больше никто не наблюдает.       — Здесь, в этом месте, есть что-то злое. Бармен не ошибался на этот счёт. Нечто старое, злое и ему совсем не нравится Халлоунест.       — И мы тоже?       — Я не думаю… что ему есть до нас дело.       — Это не так.       Оба сосуда шокировано повернули головы… потому что эти слова принадлежали кому-то другому. Не одному из них двоих, но знакомому и имеющему возможность общаться их способом. Кто..?       — Кто ты?       — Где ты? Как ты нас слышишь?       — Возвращайтесь домой. Луна не возражает против детей тьмы, чего не скажешь о детях бледного узурпатора и пылающего рассвета. За чем бы вы ни пришли, она уже пожрала это… и того, что попало ей в пасть не вернуть. Уходите. Ради вашего же блага.       Он должен был быть где-то поблизости. Полый подошёл к двери и распахнул её, но за ней никого не оказалось. Удаляющихся шагов тоже не было слышно. Рыцарь вновь раздвинул шторы и выглянул в окно, посмотрев вниз и по сторонам, пытаясь определить местоположение обладателя голоса.       Оба сосуда остались ни с чем.

•·················•·················•

      Они не стали спать: сосудам это требовалось делать лишь изредка, но также и уважили просьбу бармена не бродить при свете луны. В ночной тишине им обоим удалось отдохнуть, хоть это и не принесло большой пользы.       Многие годы они не общались таким способом, как друг с другом, ни с кем более, и вот теперь некто говорил с ними явно имея намерение продемонстрировать такую возможность. Как у него получилось? Кто это был? И, что более важно, что ему известно о Луне и пропавшем жуке?       Когда взошло солнце, они прокрались из комнаты и спустились в заполненную таверну, где десятки жуков ели и переговаривались друг с другом. Это место, похоже, было довольно популярно. Рыцарь остановился на последних ступеньках лестницы и оглядел посетителей в поисках кого-нибудь в фиолетовом, но… не преуспел.       Полый подождал его немного, а после повернулся и вышел из здания.       Днём в деревне было светло, но таинственный туман никуда не делся. Сейчас в этом самом тумане ему удалось разглядеть… движение.  Нечто фиолетовое, скрытое плотной пеленой мглы. Он посмотрел на своего брата, который только что вышел на улицу, и Рыцарь кивнул, подтверждая, что тоже это видел.       Вдвоём они направились туда.       Похоже было на ловушку. Вероятно, это она и была. Однако лучшего решения у них не было, нежели идти дальше, а бармен едва ли мог им помочь.       Очертание фиолетовой ткани в тумане привели их к берегу небольшого пруда, окружённого белыми цветами. Там, на самом краю лежал плащ, соответствовавший описанию, но никаких признаков жука, которому тот принадлежал. Вещь была целой, без пятен крови, но, насколько они могли заметить, поблизости никого не было.       Только озеро, жуткое, неподвижное и не отражающее ничего.       Рыцарь подошёл к воде и медленно сел на корточки, чтобы провести рукой по поверхности. Пошла лёгкая рябь, но отражений так и не появилось. Под поверхностью можно было разглядеть растения и рыб, плавающих туда-сюда, но будто бы… всего этого там и не было на самом деле.       Полый последовал примеру брата и осторожно ткнул воду пальцем. От его прикосновения разошлись круги, а затем поверхность вновь стала идеально неподвижной.       — Никогда не видел воды, в которой не отражаются лица.       — Можно даже дно рассмотреть. На её плаще нет крови.       Полый поднял плащ и повертел его в руках, чтобы рассмотреть получше. На нём были вышиты цветы, как и говорила Иви, имелось несколько пятен от травы, но никаких следов крови или гноя. Ничего, указывающего, что его владелец был ранен, и всё же вещь лежала здесь целая и невредимая, будто оставленная намеренно. Нечто хотело, чтобы они пришли сюда… но зачем?       Вода оставалась неподвижной.       Было тихо. Туманно.       Тревожно.       Никаких движений. Очень похоже на ловушку, но ничего не происходило. Только странная вода и это… предчувствие.

•·················•·················•

      Сосуды вернулись в деревню. Они забрали плащ и расспросили разных лавочников, не видел ли кто-нибудь его владельца, но ответы всегда были одинаковыми: «понятия не имею», «никого такого не видел». Интересно было то, что лишь только бармен упомянул о каких-то проблемах с Луной. Может быть, всё из-за того, что сейчас день? Полый спросил одну торговку об этом, но та в ответ лишь отмахнулась: «Луна – это всё и вся». Никаких комментариев о том, как эта Луна настроена к чужакам.       Когда солнце село, деревня опустела. Буквально все жители разошлись по домам. И он заметил, хоть и достаточно запоздало, что все дома освещались изнутри, но видимые окна имелись лишь у таверны. Остальные же были закрыты с какой-то загадочной тщательностью, словно бы их пытались скрыть.       Что-то явно было не так.       — Вернусь к тому озеру, — решил Рыцарь, достав свой лук, и нож, одолженный у Дрии. — Если нам нужны ответы, то это лучшее место, чтобы начать искать. Нечто хотело, чтобы мы туда пришли.       — Я пойду с тобой.       — Нет. Я хочу, чтобы ты остался.       Затем Рыцарь взял пергамент и начал писать.       Кто-то может нас слышать. Я проверю озеро и позову тебя, если понадобится, но я хочу, чтобы ты его нашёл. Вчера здесь его не было.       Ммм, значит секреты. По мнению Полого, это имело некоторый смысл, ведь из них двоих он был более склонен к магии. С чего стоило начать поиски? Некто, умеющий говорить при помощи пустоты, был редкостью, но все местные позапирали окна и двери. Значит этот некто должен быть в таверне. Итак… как же поступить? Хм.       — Если не вернусь к рассвету, ты знаешь, куда я пошёл.       Он посмотрел вслед уходящему Рыцарю, а затем свернул пергамент и спрятал в складках плаща. Склонив голову набок, Полый занавесил окно, и в комнате стало совсем темно. Затем он подошёл к двери, сел к ней спиной, сложил руки и… прислушался.       Если незнакомец имеет какое-то отношение к пустоте, то, в конце концов, раскроет себя, если сейчас находится в здании.       Или же Полый сдастся и направится за Рыцарем.

•·················•·················•

      Первым знаком, что что-то идёт совсем не так был туман. Он был густым, да, но становился всё непрогляднее по мере продвижения Рыцаря по деревне. Близь озера туман полностью перекрывал поле его зрения. Идеальное ночное зрение никак не помогало, когда завесу приходилось буквально прорывать руками и ножом. На мгновение он пожалел, что не позвал с собой Полого: его власть над огнем могла бы сильно упростить навигацию. Но Рыцарь этого не сделал и обратно поворачивать не собирался.       Он услышал плеск воды о поросший травой берег до того, как разглядел само озеро. Добираться до него пришлось совсем наощупь. Рыцарь шагнул в воду, но так и не смог различить её поверхность.       Влажное хлопанье заставило его сделать шаг назад, но тут он почувствовал, как его плеч коснулись холодные мокрые пальцы, скользящие ниже.       Он обернулся, обнажив нож, и оказался лицом к лицу со стрекозой с великолепными радужными крыльями. Она выглядела промокшей, а её слишком большие белые глаза смотрели на него с интересом. Её крылья охватывали тело, будто платье из тончайшего шёлка, и от неё исходило жутковатое сияние. В него вплетались отблески оранжевого и фиолетового. Вся она была словно слишком яркая луна на небе.       — Ты зашёл далеко от дома, порождение пустоты, — её голос звучал подобно песне, мелодично и плавно. Даже если его клинок был обнажён, атаковать он не мог. — Что ищешь ты здесь, в этих землях, скрытых от мира?       — Мы пришли за Холли.       Может ли она… судя по тому, как повернулась её голова, она действительно его услышала.       — Потерянное дитя, бежавшее от чумы Света Солнца. Она не хочет, чтобы её нашли, малыш.       — Ты – Луна?       — Достаточно близко. Это мои земли. Твой Бледный Король и Ослепляющий Жгучий Свет не имеют здесь власти… Но ты не служишь ни тому, ни другой, — она погладила его по лицу, а затем продолжила. — Я позволю тебе уйти… но девочка вверилась моим заботам и останется.       — Её сестра просила нас помочь. Можем мы хотя бы поговорить с ней?       — Боюсь, что нет, малыш. Придя сюда, она пожертвовала всем чем была, чтобы стать моей… и не помнит, откуда пришла. Но ты можешь сказать её сестре, что она всё ещё жива, что не хочет, чтобы её находили, что не вернётся. Верни её плачь в доказательство.       — Ты… стёрла её память. Её личность.       — Считаешь меня жестокой.       Рыцарь не стал с этим спорить. Он предупреждающее поднял клинок. Она провозгласила себя Высшим Существом, самой луной в небесах… но как можно быть настолько жестокой, чтобы стирать кого-то из существования, отбирать ощущение себя? Нет, для него это было невообразимо, потому что именно память делала его тем, кем он являлся.       Существо обошло его и с лёгкостью шагнуло в воду. Каждый шаг был размеренным, спокойным, она не обернулась, чтобы посмотреть на него, но её пальцы мимоходом коснулись его плеча. Рыцарь держал нож наготове, наблюдая за ней.       — Что более жестоко? Позволить ей помнить, как её король не смог защитить её, когда она растворялась в своих грёзах? Или позволить ей начать новую жизнь? — спросило существо. — Уходи, порождение пустоты, и забери с собой таких же, как ты. Здесь не место тьме. Ваше место в Халлоунесте, где начнётся конец всего сущего.       А затем она рассыпалась мириадой золотых искр, растворившихся в озере, но не отразившихся в нём. Все следы её присутствия исчезли.       Кроме одного.       На плаще Рыцаря со стороны спины остался лишь маленький цветок, о котором тот совершенно не подозревал.

•·················•·················•

      Полый прождал около десяти минут, прежде чем встал и решил всё же проследовать за братом. Он мог быть терпеливым, лицемерно было бы называть это его сильной стороной. В большинстве случаев он был склонен действовать импульсивно и, по правде говоря, ему едва ли было понятно, каким образом Рыцарь мог ожидать, что он выследит неизвестного, который мог их подслушать. Ходить и стучаться во все двери подряд? Что за тупость.       Встретил брата он уже на пути обратно, и Рыцарь промок насквозь. Вода стекала с него, но тот будто этого и не замечал. Он выглядел каким-то отстраненным и сбитым с толку. Когда Полый остановил его, тот не среагировал. Так и встал с ножом в руках, будто в трансе.       В сознании полного прозвучали слова, смутные и незнакомые… не сквозь пустоту, но как-то совершенно иначе…       Его коснулась Луна.       Женский голос. Он смутно узнал его и был уверен, что это правда, но… как? Почему? С какой целью?       — Рыцарь? — позвал он брата, держа того за плечи.       Рыцарь посмотрел на него мертвецким взглядом и бросился с клиникам вперёд. У Полого была всего секунда, чтобы среагировать, пройти тенью сквозь брата и обернуться. Он заметил нечто на его плаще (паразита?), а затем услышал лязг металла.       Некто с крыльями спустился с крыши ближайшего здания. Его клинок столкнулся с ножом Рыцаря, а после он взмыл в воздух на изящных полупрозрачных светло-бледных крыльях. Незнакомец нанёс следующий удар, но явно не с целью убить.       — Убери его. Лунный цветок. Убери его с его спины или он будет для нас навсегда потерян, — говорил он чётко и по делу, и способом, понятным лишь сосудам.       Полый среагировал, призвав душу вокруг себя. Магия задрожала, зашипела в воздухе и вспыхнула над ним. Она прошла сквозь него и направилась к рыцарю, отправив кого в полёт. Клинок незнакомца в это время прорезал плащ, оторвав цветок. Он проткнул растение кончиком гвоздя, вдавив его в землю, а после несколько раз дополнительно раздавил ногой.       Рыцарь упал на землю и потерял сознание. Полый подбежал к нему и начал тревожно осматривать.       — Рыцарь? Брат? Брат, проснись, брат!       — Он очнётся, когда пустота восстановится. Было близко. Я же говорил вам уходить.       Полый поднял взгляд на незнакомца, но тот стоял к нему спиной.       — И с чего это нам тебя слушаться?       Он чуть повернул голову, а затем откинул капюшон и полностью повернулся лицом к братьям.       — Потому что я такой же, как вы.       У него было три рога, каждый разного размера, причём один слева был больше остальных. Они были чуть загнутыми и белыми, а глаза казались чёрными, как ночь. Его главным отличием от двух других сосудов, помимо роста, были крылья, похожие на таковые у бабочек, сложенные за спиной и излучавшие бледное свечение.       Он явно был сосудом. Совсем как они.       Ростом тот был выше Рыцаря и почти догонял Полого. И, кстати…       — Это ты кричал о помощи?       — Так вы тоже слышали. Когда вы пришли, я подумал, что это был кто-то из Вас двоих.       — Ты услышал, но не стал искать..?       — А с чего бы мне? Меня же никто не искал, — он вытащил гвоздь из цветка и вытер о свой плащ, с видом, будто ему отвратительна слизь, вытекшая из растения. — Я много лет был сам по себе. Если кто-то там кричал не значит, что я тут же побегу. Для вас это тоже должно быть справедливо.       — Это же был наш собрат. И ты тоже наш брат.       — Что-то типа того, — согласился сосуд. — Ты назвал его Рыцарем?       — Он – Рыцарь. Я – Полый. Придумали… недавно.       — Хм.       — … а как тебя можно называть? — спросил Полый придерживая бессознательного брата.       — Парусник, — сказал сосуд, немного склонив голову, а затем продолжил. — Меня зовут Парусник… и я здесь, чтобы убить Бога Луны.