Любовь, которую бессмысленно отрицать

      – Я в стотысячный раз тебе повторяю: мы просто друзья. Дру-зья! Понимаешь? Друзья!       Маринетт, рьяно пытавшаяся отстаивать свою позицию, выглядела воинственной. Чего стоили сурово сведённые брови, раздувающиеся щёки и поджатые губы. А уж как нервно она меряла шагами комнату! Маршировала, не иначе. Но на Алью Сезар сложно было произвести впечатление напускной злостью. Она лишь насмешливо фыркала и покачивала ногой.       – А как же хомячки, огромный дом и трое детишек? – Алья уверенная, что с её аргументами сложно спорить, вскинула брови.       – Детские глупые мечты! – парировала Маринетт.       – Нам было по четырнадцать, и в голове у большинства были уже поцелуйчики, а не куклы! – не осталась в долгу Алья.       Следующий ход был за Маринетт, но она устала спорить, тем более что мнение лучшей подруги в конечном счёте ни на что не влияло.       – Пожалуйста, давай это прекратим, – пошла на мировую Маринетт. – Лучше помоги выбрать, что надеть.       Отвлечь Алью шмотками – восхитительная идея. Но не всегда рабочая. Впрочем, пять минут заслуженной тишины Маринетт получила, и пока Алья сосредоточенно копалась в ворохе платьев, брюк и блузок, смогла закончить с макияжем.       – Мне нравится вот это, – Маринетт указала на воздушное шифоновое платье с объёмными рукавами, которое как раз удачно оказалось в руках подруги. – Сидит хорошо и не мнётся.       – Это ты так для «просто друга» стараешься? – не удержалась от укола Алья.       – Я просто выбираю удобный наряд для похода в кино! – возмутилась Маринетт.       Слишком громко возмутилась, давая новый повод себя подначивать.       – Если бы просто выбирала удобный наряд, надела бы джинсы и свитшот, – Алья покосилась на вешалку с повседневными вещами. – А ты вытащила из модных закромов явно всё лучшее! Вон, и туфельки приготовила! Когда ты в последний раз надевала такие каблуки? На выпускной?       Маринетт стрельнула в хихикавшую Алью злобным взглядом и пожалела, что позвала её заранее да ещё и назначила встречу возле своего дома. Надо было сразу ехать к кинотеатру. Или вообще не нужно было соглашаться на встречу. Но разве был хоть один шанс устоять, когда взбудораженная Алья, прижав к груди кулачки, щебетала, что Адриан вернулся в Париж после долгого отсутствия и будет рад встретиться с Нино?       Дальше дело техники. Алья заявила, что тоже не прочь повидаться, а после вынесла вердикт, что одинокому Адриану с ними двумя будет некомфортно, и, вуаля, получилось почти двойное свидание. Просто Адриан и Маринетт не пара. Друзья. Именно поэтому она вот уже четвёртый раз пыталась уложить непокорные волосы в какой-то витиеватый пучок.       Алья поспешила на помощь. Подколы подколами, а бросать подругу в беде она считала форменным свинством.       – Оставь как есть, – Алья вытащила шпильки и чуть взлохматила волосы, придавая им объём.       – Так лучше? – Маринетт покосилась на отражение в зеркале.       – Да, – кивнула Алья. – Твой «просто друг» оценит.       – Издеваешься? – едва не застонала Маринетт.       – Ничуть. А вообще нам пора.       – Они здесь?       Маринетт охватило волнение, но она постаралась изобразить улыбку.       – Нино написал, что будут с минуты на минуту.       По лестнице Алья спускалась вприпрыжку, Маринетт – осмотрительно держась за перила. Каблуки и сбивавшееся дыхание явно мешали поддерживать равновесие. Выйдя на улицу, она первым делом пожалела, что так старательно наряжалась, но все мысли о причёске, платье и туфлях вмиг улетучились, стоило ей разглядеть приближающегося к ней Адриана.       – Марине-е-етт! Рад тебя видеть.       Он её приобнял. Наверное, так и встречают друзей после долгой разлуки.       В такси ехали молча. Адриан расположился спереди и увлечённо рассматривал город из окна. Ностальгировал, как казалось Маринетт. Она заводить беседу не решалась и время от времени сжимала любезно предоставленную для снятия стресса ладонь подруги.       Она наивно думала, что сможет успокоиться позже, в полумраке кинозала, но хитрая Алья придумала новое испытание, усадив Нино с краю и усевшись рядышком с ним. Одарив Маринетт ангельски-невинной улыбкой, она кивнула на два пустых кресла – для неё и Адриана.       Выбором фильма тоже, как оказалось, заведовала Алья. На экране мелькали мрачные кадры тяжёлой для восприятия и предназначенной явно не для развлечения драмы. Впрочем, Нино увлёкся и даже попкорн перестал забрасывать в рот. Сама Алья тоже пристально следила за развитием событий. Или мастерски делала вид.       Маринетт искренне не понимала, отчего подруга не забронировала билеты на какую-нибудь лёгкую комедию. Самое то для встречи друзей. Напрягать мозг, продираясь сквозь хитросплетения сюжета, ей не хотелось. От скуки она покосилась на Адриана и усмехнулась. Он разглядывал ногти и на экран даже не смотрел.       – Не интересно? – шепнула Маринетт.       – Не тот настрой, – он наклонился к ней ближе. – Сбежим?       – Что? Но… Как?       Ничего ответить Маринетт не успела. Адриан сжал её руку и потащил по узкому проходу к выходу. Она и прежде не отличалась особой грацией, а здесь и вовсе растерялась, поэтому наступила на ноги Алье и едва не полетела носом вперёд, запнувшись за ботинок Нино. Адриану пришлось постараться, чтобы удержать её на ногах и доставить на улицу целой и невредимой.       – Придётся извиниться за такую выходку, – пролепетала Маринетт, когда наконец смогла отдышаться.       – Уверен, нас простят. А мы прогуляемся. Ты же не против?       Воздух пах надвигающимся дождём и чем-то неуловимо сладким. Запахи уносили куда-то далеко в беспечную юность, и оттого грудь щемило с удвоенной силой.       – Промокнуть не боишься? – Маринетт взглянула на медленно ползущие по низкому небу тучи и сощурилась от ветра.       – Ничуть. Знаешь, я когда-то даже мечтал попасть под тёплый летний дождь и бежать по лужам, рассеивая брызги. Промокнуть до нитки, но всё равно улыбаться. Ухватиться за жизнь. Настоящую, а не ту, что я видел сквозь окна. Казалось, это так романтично… – Адриан мечтательно поднял глаза к небу. – Глупо, да?       – Мечта не может быть глупой, – возразила Маринетт. – Ведь её придумало сердце.       А мечта, идущая от сердца Адриана, тем более. Он был идеальным. Идеальный одноклассник, готовый выручить с домашним заданием. Идеальная модель с безупречными снимками. Идеальный друг…       – Позволишь?       Маринетт не сразу сообразила, о чём речь – уж слишком увлеклась раздумьями. Но завидев любезно предоставленный локоть, смущённо улыбнулась и взяла Адриана под руку. Идеальный спутник для прогулки – галантный, учтивый и заботливый.       – Надолго в Париже или проездом? – заговорила Маринетт, когда первая эйфория от неожиданной близости улеглась и дыхание перестало сбиваться.       – Надолго… Навсегда. Понял, что не могу вдали от дома. Устал быть чужим.       Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Маринетт решила, что спит и для верности впилась ногтями в ладонь. Боль оказалась вполне ощутимой, а Адриан – реальным.       – Будем чаще видеться, – продолжал он. – Но в следующий раз я выберу фильм. Хотя…       Сердце Маринетт ёкнуло от одной только улыбки Адриана, и даже замерло на пару секунд, когда он будто бы невзначай коснулся её ладони. Одёргивать руку она, конечно же, не стала. Друзья ведь так делают?       Они неспешно прогуливались по парижским улочкам, обмениваясь иногда короткими взглядами и полулыбками. Маринетт ловила их отражение в витринах. Выглядели они совершенно точно как счастливая парочка, у которой всё только начиналось. Кто бы мог подумать, что за этой красивой картинкой спрятаны годы безответной влюблённости?       – У меня есть ещё одна мечта.       Адриан внезапно остановился на краю аллеи вдали от толпы людей и развернул Маринетт к себе.       – Какая? – зачарованно спросила она.       – Долго объяснять. Проще сразу исполнить...       Маринетт тут же оказалась захвачена в сладкий плен, из которого совсем не хотелось сбегать. Одна ладонь Адриана обхватила её щеку, другая – плавно легла на талию. Он позволил ей окончательно расплавиться под его взглядом, медленно склонился к лицу и накрыл её губы своими.       Целовал осторожно и почти целомудренно. Вскользь, мимолётом, боясь спугнуть слишком напористыми касаниями. Маринетт от новизны ощущений дрожала ровно минуту, а затем смиренно приняла обрушившуюся на неё нежность. Адриан отстранился, а она никак не могла оторвать затуманенного взгляда от его губ.       – Мы... друзья?       Волшебная дымка рассеялась, обрушивая на Маринетт реальность. Она тут же прикусила язык и едва не ойкнула от боли. Более дурацкого вопроса и нарочно не придумаешь.       – Друзья, – ответил Адриан, не отрывая от её растерянного лица взгляда.       Вот и всё. Красивая история любви закончилась даже не начавшись. И с чего Маринетт вообще решила, что один поцелуй, пусть до безумия сладкий, способен положить начало чему-то серьёзному?       – Потому что самое главное в отношениях – оставаться другом, – продолжил Адриан. – Или ты не согласна?       – В отношениях? Ты сказал… в отношениях? Разве мы…       Адриан наметил мягкую улыбку, погладил Маринетт по щеке и очертил кончиком пальца линию рта.       – Я тебя поцеловал. И ты явно была не против. Разве мы теперь не пара?       – Ох…       Слов для толкового ответа у Маринетт не нашлось. Это был самый неловкий разговор за последние годы. И Адриан, дабы не позволить ей забить голову никому не нужными размышлениями, увлёк её в новый поцелуй, а по шумной листве и крышам уже забарабанили первые капли дождя.